Я мечтал о другом

— Живучий сукин сын, — Наруто зло сплюнул кровь и тяжело осел на землю, облокотившись спиной на скалу. Сакура молча осматривала его ногу, даже не морщась от запаха и вида окровавленной плоти. Сколько ран Наруто она вылечила? Уже и не счесть. — Когда ты прекратишь лезть на рожон, идиот? — устало спросила она, прикладывая светящиеся зеленой чакрой руки к его ноге. Узумаки облегченно вздохнул, чувствуя, как слабеет жгучая боль. — Ты потерял слишком много крови. Тебе нужно уйти в безопасное место, пока раны не затянутся. — Я еще могу сражаться, даттебайо! — воинственный крик прервал стон боли, который Наруто не смог подавить. Сакура, с каменным лицом сжавшая рану, чтобы выдавить загрязненную кровь и не допустить заражения, только покачала головой. Такое ранение могло поставить крест на карьере многих шиноби, но только не Наруто, регенерация которого не переставала поражать даже после того, как девушка узнала о Кьюби. Волнение постепенно отступало, сменяясь раздражением. Страха, охватившего Сакуру, когда Узумаки накрыло волной взрывных печатей врага, она не чувствовала с самой войны. — Я тебя сейчас вырублю, — сказала Харуно на полном серьезе, и парень был вынужден согласиться. — Второй сильно ранен и далеко не уйдет. Его перехватят Ли и Тен-тен. Давай, облокотись на меня, — хрупкая на вид девушка легко подняла Узумаки и, положив его руку себе на плечо, вышла из-за скалы на более освещенное лунным светом пространство и повернулась в сторону своего второго товарища. — Саске-кун! Мы пойдем вперед! Учиха согласно кивнул ей головой, показывая, что услышал, и вновь повернулся к телу поверженного нукенина. Слишком заинтересовал его Кеккей Генкай — пространственное перемещение. Нечто похожее было у Обито. Но этот Кеккей Генкай не был ему знаком. Мужчина имел яркие зеленые глаза с беспорядочными черными вкраплениями, слабо светящимися при использовании пространственных техник. Оставлять такое Учихе показалось кощунством. — Сакура, постой! — крикнул он вмиг обернувшейся девушке. — Мне нужен формалин и какой-нибудь сосуд, — юноша не сомневался, что у Харуно это имеется. Порой она доставала из своего бездонного подсумка самые невероятные вещи. После войны Саске все же вернулся в деревню к великой радости своих сокомандников и Какаши. С неохотой, с очень большой неохотой. Бывший нукенин не сомневался, что жизнь его не скоро вернется в мирное русло. Преступники обычно не возвращаются на родину. Этот случай стал первым официальным и буквально всколыхнул жизнь коноховцев. Шепот, косые взгляды, все это преследовало Учиху, стоило ему появиться на улицах селения. Добрые и злые, любопытные и недоверчивые. Кто-то спешил пожать руку, кто-то молча проходил мимо, а кто-то косил рожу или поспешно прятал детей, словно Саске мог их сожрать. Однако одно оставалось неизменным. В глазах людей не смотря ни на что всегда была благодарность. Лишь благодаря этому шиноби мог надеяться, что ситуация поменяется. Не то чтобы Учиху волновало, что о нем думают. Просто все эти зырки начинали раздражать. Наруто так вообще чуть не бежал устраивать принудительную лекцию на тему дружбы и прощения каждому, кто криво смотрел на его друга. Сакура просто тихо обещала придушить обидчиков в темном переулке. Саске невольно чувствовал себя ребенком в окружении излишне заботливых нянек. — Конечно, Саске-кун! — сбросив возмущенно вскрикнувшего Наруто на землю, девушка сняла сумку и чуть ли не полностью засунула в нее руки. — А-а, да где же… Вот, держи, — она подала подошедшему брюнету небольшую баночку с жидкостью. — На кой тебе это? — кряхтя, Узумаки поднялся на ноги и заковылял за стремительно унесшимся к телу другом. — Он хочет забрать его глаза. Неплохая идея, но их все равно придётся потом отдать, — тихо ответила Сакура, помогая товарищу подойти поближе. Саске уже достал кунай и приподнял веко еще теплого тела. — Подожди, давай лучше я, — девушка присела рядом и под хмурый взгляд Учихи достала какой-то непонятный инструмент. — Я сам могу, — сказал юноша довольно грубо, смерив Сакуру холодным взглядом. — И ты уверен, что не повредишь глаз? От него тогда не будет толку, — Харуно профессионально отрезала веки (подозрительные рвотные звуки со стороны Наруто) и пристроила страшный прибор. — Эту штуку я недавно сделала. Позволяет извлечь ценные глаза быстро и без повреждений. — Как ты можешь делать это так хладнокровно? — сморщился Узумаки. Учиха тоже невольно отвел взгляд. Он видел много отвратительных вещей у Орочимару, но это вовсе не значит, что ему сие зрелище не противно. Мерзкие звуки, море крови — и первый глаз булькнул в банке. — Тц, второй не влезет, — девушка недовольно тряхнула добычу. Тсунаде сделала из нее отличного медика, умеющего сохранять хладнокровие в нужный момент и не чурающегося самых противных вещей. — Сакура-чан, дай посмотреть! — Наруто уже протянул ручонки к склянке, но Учиха одним молниеносным движением выхватил ее и убрал за спину. — Эй, теме! — В жизни не дам тебе в руки что-то ценнее миски рамена, — безапелляционно заявил Саске. — Рамен бесценен! Дай сюда, чертов придурок! — Узумаки, сжав кулаки и раздувая ноздри, вперил в друга яростный взгляд. Не так уж и хотелось ему посмотреть на этот глаз, насмотрелся уже во время битвы, но вот сам факт, что какой-то придурок смеет ему что-то не давать, неимоверно бесит! За последний год изменилось многое, но только не эти двое. Их драки на пустом месте стали причиной нервных срывов Хокаге и ею же выпитых для успокоения сотни бутылок саке. Время было нелегким. Большинство заданий разделились на два типа: восстановление поселений и отлов нукенинов. С последними возникла очень сложная ситуация. Многие отступники присоединились к армии или ополчениям селений, помогая сражаться против общего врага. Когда пришли шиноби, чтобы схватить преступников, селяне и солдаты вставали на их защиту, и Каге не могли просто посадить их в тюрьму, рискуя вызвать возмущения и протесты, которые меньше всего нужны в послевоенное время. Все дела таких нукенинов пересматривались, многих судили заново с учётом их действий во время войны и показаний гражданских и шиноби. Но были нукенины, воспользовавшиеся ситуацией. Кто-то скрылся от многолетней слежки, кто-то натворил новых бед. Появилось много разбойников на дорогах. Мерзавцы нападали на беженцев, грабили повозки с продовольствием и лекарствами для пострадавших селений. Шиноби не сидели на месте. Восстановленной команде номер семь пришлось присоединиться к охоте на нукенинов, многих из которых получалось брать лишь мертвыми. Это больше не казалось такой чудовищной мерой, пусть и вызывало в душах молодых шиноби протест (разве что кроме Саске и Сая). Сейчас выбора не было. Даже Наруто пришлось задавить в себе всепрощающего простака, что удалось не без помощи друзей. Ему очень тяжело далось это послевоенное время. Слишком много крови и смерти видел этот солнечный человек, и лишь чудом ему удалось не поддаться чудовищному давлению не самых радужных чувств. Близкие друзья и знакомые, которых он проводил в последний путь на похоронах; эта огромная процессия из гробов никогда не исчезнет из памяти джинчуурики, как и увеличившееся по площади кладбище. Герои. Так называли всех шиноби в кругу семьи. Так называли Сакуру все раненые, спасенные ею. Так называл Наруто и Саске весь мир. Но мало кто из участников войны действительно соглашался и принимал это звание. Купаться в славе и почете после победы, политой кровью товарищей, может не каждый. Не миновать парням новой битвы, но вовремя вмешалась Сакура. — Нет уж, — девушка отняла у недовольно нахмурившегося Учихи баночку. — Знаю я вас. Сейчас подеретесь и уничтожите глаз, а может, и мне заодно перепадет, — это она так припомнила им очередную драку у Наруто на новоселье, когда они перевернули стол, на котором стояли чашки с горячим чаем, прямо на нее. Парни тактично сделали вид, что раскаиваются. Сложив несколько печатей, девушка запечатала глаз в маленькой, почти незаметной печати за своим левым ухом. Эти печати были новым изобретением Тсунаде-сама. С их помощью шиноби могли запечатать что-то важное, при этом печать после использования исчезала, что позволяло скрыть ее и содержимое от врагов в случае пленения. К сожалению, так можно было сделать лишь с очень маленькими предметами в ограниченном количестве. Но Узумаки умудрился запихать целый заварной рамен на всякий случай. Достав вторую склянку, Харуно приставила свой инструмент к оставшемуся правому глазу и начала извлечение. И Узумаки вновь отвернулся. Не вязался у него вид милой и красивой Сакуры и Сакуры, хладнокровно и даже с азартом ковыряющейся в чужом черепе! Удивительно, но чувства Наруто к Сакуре так и не изменились. Даже не смотря на то, что девушка все еще любит Саске, его лучшего друга, пусть эти чувства и начали потихоньку остывать. Друзья не переставали посмеиваться над ним, а Учиха — язвить. Шиноби злился и психовал, безрезультатно звал Харуно на свидания, лез на лучшего друга с Рассенганом, но ничего изменить не мог. Ни собственные чувства, ни чувства девушки. Узумаки, останови ее! — внезапно взвыл Курама в подсознании. Что случилось? — несмотря на то, что они неплохо сотрудничали вместе на войне, их отношения все еще были немного напряженными, и лис редко сам выходил на контакт. Но Наруто не требовал от него немедленного доверия. Не так-то просто считать друзьями существ, которых ненавидел многие годы (века!), джинчуурики это понимал. Но вот такой вопль просто поражал воображение. Почему? Потому что слышать ужас в голосе хвостатого очень-очень непривычно. Этот парень еще жив! Чт… — Сакура, отойди! — крик Узумаки потонул в предсмертном торжествующем хохоте. Ночь озарила ослепительная белая вспышка…

***

Темный, усеянный звездами космос окружил их, подавляя своими размерами и величием. Алая чакра, окружившая трех идиотов, как мысленно называл их Девятихвостый, не мешала им лицезреть сотни, тысячи сияющих тонких потоков, устремляющихся куда-то вперед, где был виден яркий белый свет. Наруто медленно и неохотно начал открывать глаза. Свечение мешало ему спать. Может, Саске вдруг решил применить Чидори? Но зачем в комнате… Глаза все-таки открылись, и первым, что увидел джинчуурики, была бездонная пустота под ногами. — Где мы, даттебайо?! — Узумаки в ужасе замахал руками и ногами. — Мы летим, черт подери! А-а-а-а-а! — Не ори! — окрик Курамы привел его в чувство. — Мы не летим, мы… Впрочем, не важно, все равно не поймешь. — Что произошло? — тихо спросил Наруто, тронув молчаливого Учиху за плечо, и с удивлением понял, что тот без сознания. Друг выглядел неважно: весь бледный, слегка осунувшийся, и дышал тяжело. — Их вырубило. Ты бы держал их, а то они сейчас уплывут. Наруто, не успевший ничего подумать в ответ, в панике схватил Саске за руку и повернулся вокруг своей оси в поисках Сакуры. Девушку уже отнесло на приличное расстояние, и Узумаки начал грести в ее сторону свободной рукой и ногами, словно он был в воде, при этом пару раз хорошенько дав Учихе задней конечностью по торсу. — Используй чакру, идиот, — в который раз Кьюби убедился, что его джинчурики — самый тугодумный ниндзя на свете. — Я все слышу! — рука из красной чакры подтянула Сакуру поближе к Наруто. Парень тут же обхватил обоих товарищей поперек туловища. — Объясни, что происходит, тупой лис! — паника медленно захватывала его сознание. Никогда прежде Узумаки не сталкивался с подобным, и сейчас не мог сдержать рвущегося изнутри ужаса. — Пространственное перемещение, — начал пояснять лис напряженным голосом, и Наруто сразу понял — дело плохо. — Этот ублюдок выбросил нас в пустое пространство между мирами. Мы попросту застряли вне своей реальности. — Помедленней, Курама, твои слова слишком заумны и непонятны, — возмущенно прервал разглагольствования Кьюби шиноби. — Ты идиот, Узумаки, — и, не дав джинчуурики возмутиться, продолжил: — Заткнись и послушай. У нас очень мало времени. Моя чакра может защитить вас лишь на короткое время. Совсем скоро у вас закончится воздух, и вы начнете задыхаться. Вакуум вокруг вас также не улучшит положение. — Вакуум? — Не важно, — скрежет зубов заставил Узумаки поморщиться. — Вакуум вас не убьет, но нанесет сильный урон организму, а кислород в моей чакре почти иссяк. Тебе не выжить, об Учихе и девчонке и говорить нечего. В общем. Видишь эти светящиеся дорожки? — Еще как вижу, — яркая полоска, светящаяся мягким белым светом и сыплющая вокруг себя искорки, как раз пронеслась мимо его головы. — Все это — параллельные миры. Иные реальности. Узумаки, голова которого начала пухнуть от усиленной работы, скривился. — Давай попроще. Ни в какие параллельные миры я не верю, хорош мне мозги пудрить. — Тебе нечего там пудрить, — раздраженный рык из недр давно открытой клетки вновь подтвердил мысли Наруто о неуравновешенности некоторых хвостатых особ. — Гора Мьебоку тоже параллельный мир, и ты прекрасно об этом знаешь. — Блин, точно, — руки начали немного ныть из-за неудобного положения. Товарищи так и норовили уплыть, и держать их было напряжно. А особенно засранца Учиху, даже здесь подгадил. — Также с другими мирами призывных животных. Их реальности где-то здесь, в этом бесконечном потоке. Но речь сейчас не об этом. Наш мир утерян, Наруто, — с какой-то печалью поведал лис. — Обратно нам уже не вернуться, сейчас точно. — Хэээ?! — от возмущения Узумаки даже чакра немного взбурлила. — Это как так?! — А ты сам подумай! Как ты найдешь свой мир среди миллионов других? Это невозможно. — Глупости! — возбужденно закричал Наруто в пустоту космоса. — Для Узумаки нет ничего невозможного! Мы обязательно найдем… — Вы задохнетесь раньше, и я вместе с вами! Узумаки, не глупи. Кислорода осталось буквально на половину минуты, этим двоим уже плохо. Просто хватайся за первый попавшийся мир, пока не сдохли все! — Н-но ведь… — Узумаки!!! — Понял! — перевесив Саске на ногу, Наруто протянул руку к ближайшему сияющему лоскутку…

***

— …Пульс нитевидный!.. — …слишком долго… — …не протянут. — Отряд медиков… — …не успевают, мы теряем их… — …такие юные… — …Тсунаде-сан!.. Тсу…наде? Как же тяжело поднять веки. Тело словно парализовано. Но ведь ничего не болит, так почему?.. — Что произошло?! — кажется, голоса стали четче. — Мы не знаем. С неба что-то непонятное ударило прямо в детей! Никаких повреждений нет, как и каких-либо неопознанных предметов. Похоже на молнию, но характерных признаков не обнаружили. — Он потерял сознание. Поднялась температура и… — …вражеское ниндзюцу… Замолчите… Больно… — Тсунаде-сан! Пульс в норме! — Что? Дай-ка… Такая знакомая чакра… Действительно, Тсунаде… — Баа-чан… — что с голосом? Такой слабый и тонкий. Это точно его голос? — Все хорошо, Наруто, — женская рука ласково убрала слипшиеся от пота волосы с его лба. — За самовольный уход с уроков вы у меня получите позже, а сейчас поспи… Ну баа-чан… — не успел Узумаки возмутиться вслух, как сон медленно погасил свет в глазах.

***

Проснись… Узумаки лениво отмахнулся от голоса и перевернулся на бок. Просыпайся… Недовольно нахмурившись, джинчуурики натянул на голову подушку. Черт тебя подери, Узумаки! Вставай! — А! — резко подскочив на четвереньки и сбросив с себя подушку, парень завертел головой, пытаясь понять, где он вообще? Комната — светлая и весьма просторная, на полу и на столе — полный порядок. Большой шкаф, огромные окна, светлые зеленые обои. Полочка над кроватью уставлена какими-то учебными книжками. Книги?! — панический ужас и истерика. Это точно не его каморка и не больница. Наруто не ожидал такого. В чьем я доме? Эй, Курама! А вот это странно. Великий и всемогущий не начинает рычать на такое панибратское обращение? Курама! Я же слышал тебя, ты меня разбудил! Но Кьюби молчал. Оставшись в полном недоумении относительно такого игнора, Наруто плюнул на сие неблагодарное и высокомерное создание и продолжил осмотр. Захочет — сам выползет. Осмотр комнаты удивил. Стало ясно, что живет здесь ребенок. Одежда в шкафу маленькая, такую носит только малышня в Академии. В столе — куча всякого мусора типа камешков, старых кунаев и сюрикенов, явно подобранных с полигона, каких-то непонятных рисунков, фантиков от конфет. Еще есть явно самодельных хитай. — Ксо, да где я… Э-э? — зеркало. О боже. — Какого черта, даттебайо?! Маленький. Мальчик. Не старше восьми лет. — А-а-а-а! Снимайся! Кай! А-а-а-а-а! — только растянув щеки и натерев лицо до красноты, Наруто наконец понял — это не маска и не хенге. Да и такой маленький рост подделать сложно. Не ноги же ему отпилили? — Вроде все как обычно, — констатировал Узумаки, сидя на полу и разглядывая вроде бы целые и не переделанные каким-нибудь Орочимару ступни. Даже полученных ран нет. — Да что тут происходит? Что сделал тот ублюдок? Все происходящее просто выходило за все возможные рамки! Он непонятно где, друзья тоже, тело детское, Кьюби молчит. Наруто не знал, куда бежать — к двери, чтобы узнать побольше о месте, в котором оказался, или к окну, чтобы удрать куда подальше. Тело оказалось худым и слабым, как у всех детей. Уже не чувствовалась прежняя сила в некогда могучих руках. Вместо мышц были тонкие конечности и абсолютно плоский, даже впалый живот. Пальцы без единого шрама, с ровными ногтями. Прежде всегда загорелая кожа сейчас была светлой, как у высокопоставленных чиновников, редко выходящих на солнце. А волосы? Его всегда сияющие, как солнышко, волосы были блеклого желтого цвета, как некачественная желтая одежда, пережившая пятьдесят стирок. Даже глаза казались немного уже, а между бровями залегла совсем неприметная морщинка, словно их обладатель всегда хмурился или глядел на всех исподлобья. — Наруто! — приглушенный крик из-за двери и топот ног заставили Узумаки юркнуть под одеяло и притвориться спящим прежде, чем в мозгу сформировалась мысль «Что делать?». — Нарут… О. Он спит, — совсем не тихим шепотом известил чей-то голос. — Пап, мне разбудить его? — Нет, не стоит, — тихий голос. Довольно знакомый. Не может быть. — Пусть спит, все равно сейчас ночь. — Да, пожалуй, ты прав, — разочарование. Узумаки совсем чуть-чуть приоткрыл глаза. Размытый силуэт совсем в другой одежде, не в той, в которой привык видеть джинчуурики, но от этого не менее узнаваемый. Твою мать. — Иди вниз, мама уже приготовила ужин, — высокий подросток радостно закивал и вприпрыжку унесся дальше по коридору и, судя по звукам, вниз по лестнице. — Спи, сын, за свою выходку все равно получишь, — вполне спокойный взгляд и не искривлённые в безумной усмешке губы почти заставили взвыть и биться головой об стены. Дверь медленно закрылась… Этот ребенок, как две капли воды похожий на того, кого парень ожидал здесь увидеть меньше всего. Такие же волосы. Похожий голос. Узнаваемые черты лица. Такие же узкие желтые глаза. Орочимару. Назвал. Меня. Сыном. Что?! На цыпочках Наруто подкрался к двери и осторожно открыл ее, поморщившись от раздавшегося скрипа. Но из недр дома продолжали доноситься голоса, и парень с облегчением выдохнул. Никто пока не услышал. Это слишком даже для гендзюцу. Орочимару назвал его — Узумаки! — сыном! А тот пацан был точной копией санина. Это что же получается? Мальчишка — сын гада? Курама-а, — совсем жалобно проныл Наруто, но подсознание молчало. Хлюпнув носом и подавив надвигающуюся истерику (чего это он такой эмоциональный?), шиноби тихо подошел к ближайшему окну, как раз оказавшемуся открытым. Понятия не имею, что вокруг творится, но если Орочимару здесь, то надо бежать. Где носит Саске и Сакуру? — друзей необходимо найти в первую очередь. Прыжок вниз из окна отдался чудовищной болью. Ноги охнувшего джинчуурики подкосились, и он осел на колени. Дрожь сотрясла тело, ему пришлось посидеть так около минуты, чтобы успокоиться. — Черт, тело-то детское!.. — сдавленно просипел себе под нос Узумаки. — И ноги короткие… К такому непросто привыкнуть, — боль слегка отступила, и парень поднялся на ноги. — Руки тоже такие маленькие, — так странно смотреть на собственную ладонь, что гораздо меньше привычной, большой, покрытой шрамами пройденных битв. — Точно! Использую чакру! Чакра в ноги — и Узумаки взлетел в небо! — Какого фига?! — вопил маленький человечек, размахивая руками в воздухе. — Чакры же как обычно вкладываю! Неуклюже грохнувшись на крышу какого-то дома, Наруто потер пострадавшую голову и с все сильнее нарастающим недоумением посмотрел на свои ноги. — Черт, тело меньше, значит, и чакры надо вкладывать меньше, — решив больше не экспериментировать, Узумаки уселся прямо на крыше. Благо сейчас сумерки, и, возможно, никто не заметил его полетов. Короткая медитация показала — его чакра осталась в прежних объемах и ни капельки не уменьшилась. Это было просто замечательно. Однако проблема оставалась в теле. Оно меньше и слабее, каналы чакры развиты намного хуже, оттого и чертовщина с ее дозированием, а присутствие девятихвостого чувствовалось очень слабо и как-то… старо? Словно не больше десятка лет Кьюби просидел в этом теле, а всего лишь один разик в гости зашел. Самого лиса Наруто вообще не нашел. — Ты прячешься от меня, что ли?! — возмущенный крик пронесся по узким коридорам подсознания. Впрочем, напрасно. Единственными звуками был плеск воды на полу. — Да что с ним такое?.. — недовольно побурчав себе под нос о некомпетентности некоторых кадров, Узумаки покинул подсознание и медленно побежал по крыше. Сосредоточившись, он пустил меньшую дозу чакры в ноги и с опаской прыгнул на следующую крышу. Получилось не очень хорошо, парень запнулся о черепицу и едва не свалился вниз, прямо на толпу куда-то торопящихся горожан. — Не идеально, но сойдет, — парень лег на спину прямо на крыше и раскинул руки в стороны. Стоило немного передохнуть. И подумать о сложившейся ситуации. Но, к сожалению, ничего путного в голову не приходило. В мыслях джинчуурики творился сплошной сумбур. Интересно, а с Сакурой и Учихой тоже произошли изменения? Здесь ли они вообще? Идея пришла моментально. Вскочив на ноги, Узумаки огляделся, прикидывая, где это он оказался после своего мега-прыжка. — Хех, кажется, квартал Учих будет ближе, — решил для себя джинчуурики, сориентировавшись по резиденции Хокаге и скале, лиц на которой в темноте было не видно. Спрыгнув в пустой проход между домами, Узумаки сделал хенге. На улицу вышла уже миловидная блондинка в неприметном голубом кимоно и простой маске с красными разводами. Сегодня явно какой-то праздник, — об этом говорили украшенные улицы и окна домов, куча лавочек с едой и развлечениями, бегающие вокруг веселые дети и не успевающие за ними нарядные родители. Так что Наруто вполне вписался. Быстро лавируя между людьми и стараясь ни с кем не столкнуться, Узумаки торопливо шел в нужную сторону. Про себя он не смог не отметить множество новых личностей, которых прежде ну точно не видел в деревне. А особенно — изредка встречающихся красноволосых людей. Параллельный мир, да? — быть может, здесь иначе сложилась история Деревни, крытой в Водовороте? К сожалению, Наруто не мог разглядеть лиц на горе. Но одно было ясно совершенно точно — лиц Хокаге четыре. Это внушало надежду на то, о чем парень прежде и мечтать боялся. По приближению к Учихам становилось немного тише. Более сдержанные красноглазые зануды вели себя так даже по праздникам. Впрочем, это не мешало создавать обычную житейскую суету, дающую понять все шире улыбающемуся джинчуурики — здесь все иначе. Не думаю, что кого-то удивит девушка, случайно забредшая к Учихам, — Узумаки замер в квартале от Учиховских владений. Но будет очень плохо, если кто-то почувствует хенге. Сейчас я не справлюсь с кучей Учиховских родичей. Почесав виски и взвесив все за и против, Наруто развеял хенге. Глубоко вздохнув, словно собираясь на битву, мальчишка с самой решительной миной потопал по вымощенной камнем дороге к воротам в квартал Учих. Приветливо всколыхнулась висящая на входе синяя ткань с гербом клана, и Узумаки принял это за добрый знак. Внутри был довольно чистый двор. Многочисленные прохожие ходили туда-сюда с какими-то сумками, коробками, пакетами или корзинами. Здесь царил шумный хаос, явно приглушаемый каким-то барьером, чтобы снаружи никто ничего не слышал. Кстати, тут висели гирлянды и фонарики, как и на основных улицах. Видимо, Учихам тоже не чуждо веселье. — Они тут не все черноглазые брюнеты… — Узумаки свято верил, что Учих штампуют неизвестным дзюцу с одними и теми же параметрами: черные волосы, черные глаза, скверный и непонятный характер, психические отклонения. Все Учихи, кого Наруто встречал, были ненормальными! А тут вполне обычные люди в праздничных одеждах и с волосами других оттенков. Они совсем не отличаются от обычных горожан. Разве что только неизменным гербом клана на спине. — Мы же не клоны, чтобы быть одинаковыми, — голос позади заставил Узумаки подскочить на месте и, схватившись за сердце, обернуться. — О, Обито… — обыденно сказал мальчик, в реальности которого только что что-то взорвалось и собралось обратно. Вот кого он не ожидал встретить. Этот чокнутый на всю голову сейчас стоял перед ним, как ни в чем не бывало, и лишь его страшные шрамы напоминали о знакомом сумасшедшем. Более того, выглядел он гораздо моложе Обито из мира Наруто. — Это… Здрасьте, — рука автоматически поползла в подсумок за кунаем, но вовремя остановилась. У него нет ни подсумка, ни куная! Мысленно парень лил слезы и рвал на себе волосы. Пойти в Учихо-улий безоружным! Вот идиот! То, что нормальное оружие в принципе у него отсутствует, в белобрысую голову не пришло. — И тебе привет, Наруто-кун, — добродушно улыбнулся ему Обито, заставив глаз мальчика чуть-чуть дернуться, и присел на одно колено, оказавшись с ним почти на одном уровне. — Что привело тебя сюда? — Эм… Это… — голова, как на зло, не соображала, поэтому Наруто выпалил: — Я к Саске пришел! — о Ками, почему скулы начинают краснеть?! Обито немного удивленно выгнул бровь. — Вау, — с непонятной интонацией выпалил шиноби и с каким-то неуместным весельем посмотрел на ноги Наруто. — Ты ТАК к Саске шел? Неужели настолько сильно хотел встретиться, что забыл одну важную часть гардероба? Еле сдерживающий смех Обито все же прыснул, когда Узумаки схватился сначала за серые короткие пижамные штаны, потом за светлую голубую футболку (тоже пижамную), и только после этого обратил внимание на свои абсолютно босые грязные ноги. — Я забыл, — совершенно красный от собственной глупости Наруто не мог поднять глаз на Обито, до того ему вдруг стало стыдно. Да что со мной такое? Соберись, тряпка! Тряхнув головой, парень оторвал взгляд от своих черных стоп, которые не поранились лишь из-за того, что Узумаки на автомате защитил их чакрой, и требовательно спросил: — Где Саске? Обито, если и удивился такой смене настроения, то виду не подал. — Он сейчас немного приболел, но если ты так сильно хочешь его увидеть, думаю, я смогу уговорить его курицу-наседку дать вам встретиться. Пойдем, — встав, шиноби крепко взял выпавшего в астрал Узумаки за руку и повел вперед, лавируя между людьми, которым иногда улыбался, приветливо кивал или радостно здоровался. Периодически он оборачивался назад, явно проверяя, все ли с ним, Наруто, в порядке. Как с ребенком со мной обращается. Я уже не маленький! — Узумаки даже не знал, как реагировать. Но тут его осенило: Твою мать. Он же думает, что я ребенок! — Как ты себя чувствуешь, Наруто-кун? — вдруг спросил Учиха, когда они шли по менее освещенной части территории клана между жилыми домами. Что-то странное послышалось в его голосе, и Узумаки с небольшой заминкой ответил: — Вроде хорошо. А что? — Ну, я слышал, в вас молния ударила во время вчерашней грозы, — они немного замедлили ход. — Молния?! — громкий возглас привлек внимание всех Учих в радиусе тридцати метров. Это такой допрос? — Я плохо помню вчерашний день… — секундочку. «Вас»? — В кого-то еще попала? — Да, еще в Саске, с которым вы прогуливали занятия, и в Харуно Сакуру, но это произошло в городе, — кажется, Обито и сам не верил в то, что говорил. Это было написано на его лице. Вообще странно, обычно по учиховским минам сложно понять, о чем они думают, но, возможно, сейчас мужчина не считал, что перед ребенком стоит так шифроваться. — С ними все в порядке, — опередил он почти вырвавшийся вопрос. — Саске и Харуно, как и тебя, отпустили по домам. Только они очнулись еще в больнице, а тебя твой отец сразу домой отнес, — при упоминании «отца» Узумаки передернуло, что не укрылось от держащего его за руку ниндзя. — Эй, ты же не удрал из дома без ведома Орочимару-сама?! — кристально-чистые ангельские глаза подтвердили худшие опасения. — Ох, ксо-о… Ну, уже поздно что-то менять… Вскоре они вошли в большой дом. Огромный даже, таким он казался привыкшему жить в тесной квартирке Узумаки. — Обито-ку-ун, это ты? Проходи, он наверху! — послышался звонкий женский голос с лестницы. — Хорошо! — еще громче ответил шиноби, снимая обувь. — И как она только понимает, кто пришел? — Под курицей-наседкой вы имели ввиду Микото-сан? — вспомнил джинчуурики имя матери Саске. — Нет. Но ты скоро поймёшь, — подмигнул ему Обито и озадаченно посмотрел на грязнючие ноги мальчика. — Да-а, если я пущу тебя с такими ногами, Уко-сан заставит меня мыть полы во всем поместье, — печальный взгляд мужчины ясно показал: он это уже делал. Узумаки мысленно содрогнулся перед этой неизвестной Уко-сан. Если даже такой шиноби, как Обито, говорит о ней почти шепотом… — Держи. Надевай тапочки и пойдем. Второй этаж разительно отличался от первого. Первый этаж был в традиционном стиле, с огромными пустыми комнатами, огражденными раздвижными дверями. Такое могли себе позволить лишь богатые кланы. На втором этаже все было привычнее. Обычные двери, картины на стенах. Стены, кстати, имелись, причем не бумажные. Одна из дверей как раз была открыта. — Отото, давай еще ложечку, — чей-то настойчивый голос тут же прервал более звонкий и возмущенный: — Отстань от меня, аники, я не хочу больше есть эту бурду! — Это не бурда, это лекарство, приготовленное твоим любимым старшим братом! — Теперь понял, про какую наседку я говорил? — спросил хихикающий Обито, пропуская удивленного Наруто в комнату. Картина предстала занимательнейшая. Мелкий Саске извивался в коконе из одеял с блестящим от размазанного по его физиономии бульона лицом и пытался не дать направляемой Итачи ложке проникнуть ему в рот. Учиха-младший был весь раскрасневшийся, а старший сидел на его кровати с таким сосредоточенным лицом, что Наруто не сдержался и прыснул. Учихи синхронно обернулись на его звонкий смех. И если Саске просто горел со стыда, то взрослые смотрели как-то удивленно, и даже в недоумении переглянулись. — Так это вас Обито назвал курицей-наседкой, Итачи-сан! — вытер Узумаки слезы с глаз. От улыбки даже щеки заболели. Не будь положение двух Учих столь комичным, Наруто непременно бы перемкнуло от присутствия здесь Итачи и его довольно мирного взаимодействия с Саске. Серьезный взгляд черных глаз моментально перескочил на хлопнувшего себя по лбу ладонью и простонавшего «Ну, На-а-аруто» Обито. — С тобой уже все хорошо? — учтиво спросил Итачи, просканировав Узумаки внимательным взглядом, да таким, что парень невольно поежился. — Конечно! Я же не Саске, мне постельный режим не нужен! — с довольной миной Наруто уставился на мелкого Учиху. Нужная реакция не заставила себя ждать: — Уссуратонкачи!.. — с такими знакомыми, родимыми нотками прошипел Саске, что Узумаки не сдержался и с радостным писком бросился обнимать возмущенного таким богохульством товарища под удивленные взгляды старших. — Маленький негодник, ты где такое услышал? — быстро вернувший себе невозмутимость Итачи ловко схватил зашипевшего братишку за ухо. Наруто невольно отметил, что он выглядит гораздо лучше своей копии из параллели. Не только моложе, но и счастливее. — Итачи, не сейчас, ему надо оправиться! — пришел на помощь Обито. — Пойдем, пусть мальчишки поболтают, дай Саске отдохнуть от тебя хоть немного. — Но Обито-сан… — миссия удалась, Итачи был успешно выдворен за тут же захлопнувшуюся дверь. Никакой напряженной тишины или слез счастья от встречи с другом не было. Учиха Саске сразу же начал допрос предположительного виновника происходящего. — Что ты натворил, придурок? — эти сияющие шаринганом из вороха одеял глазки непременно заставили бы Узумаки ржать, но буквально удушающая ки вынудила парня подавиться смешком. — Я тут не причем, честно! — буквально закричал Наруто и замахал руками. С раздраженный шиканьем Учиха закрыл ему рот ладошкой. — Не ори, — получив кивок, Саске убрал руку и начал выпутываться из одеял. — Это не гендзюцу. Я сразу же проверил всеми мыслимыми и не мыслимыми способами. Перенос во времени тоже не катит, в это время мой клан был мертв, да и слишком нереально это звучит. А еще ты, явно выбивающийся из системы. Так что вокруг творится? — оставшийся в одних трусах (Желтенькие! — захихикал мысленно Узумаки) Саске сложил руки на груди и с ожиданием уставился на джинчуурики. — Параллельный мир, — медленно вышагивал успевший натянуть штаны Саске перед скромно сидящим на его кровати Наруто, дослушав его путанные объяснения. — Параллельный мир, — еще раз повторил брюнет, остановившись. Узумаки нервно вытер сложенные на коленях руки о штанину. — Если ты правда думаешь, что я в это поверю, ты сильно ошибаешься! Черный ураган налетел на не успевшего даже пискнуть Наруто и схватил за грудки, начиная трясти со всей детской силой. — Что ты опять учудил, мелкий идиот?! — Сам ты мелкий, я вообще выше тебя! — попытался оторвать Узумаки руки Саске, который вдруг остановился. — Врешь, — заявил он уверенно и с максимальной серьезностью. Наруто в полном недоумении посмотрел на нависшего над ним ребенка и вдруг ухмыльнулся. — Ко-ро-тыш-ка, — издевательски протянул Наруто, с удовольствием глядя на слегка кривящееся лицо Саске. Похоже, в этом теле его товарищ тоже стал эмоциональнее. С самым решительным видом Учиха вдруг стащил его с кровати. В следующую секунду они уже стояли спина к спине перед большим зеркалом в полный рост на шкафу. На лице Наруто все шире расцветала улыбка. — Ниже, — неописуемая гордость читалась в глазах джинчуурики. — Пф, — презрительный взгляд из серии «Нашел, чем гордиться». Учиха залез на кровать и с каким-то потерянным видом констатировал: — Мы ведем себя, как дети, — непривычно короткие ноги даже не доставали до пола. Саске хмуро покачал одной ножкой. Эти маленькие детские конечности никак не могли в его голове ассоциироваться с собственными. — Значит, все же параллельный мир, — Узумаки кивнул, опасливо присаживаясь рядом. Еще кинется. — Как миры призывных зверей, получается? — Да, в точку. Ксо, как он так быстро понял про животных? — немного надулся Уззумаки. Признавать, что Саске сообразительнее, он не любил. Какое-то время они посидели в тишине. — Мы должны найти Сакуру и обсудить все, что произошло, — наконец, решил Саске, слезая с высокой для него постели и направляясь к шкафу. — Но где нам ее искать? — Там же, где ты нашел и меня, — сказал натягивающий какую-то синюю футболку с длинными рукавами Учиха из недр шкафа. — Она что, у тебя дома?! — шокированный Узумаки спрыгнул на пол. — Да нет же, идиот, — шикнул на него брюнет, засовывая кунай в немного растопырившийся рукав. Нахмурившись, мальчик сунул руку в карман и посмотрел в зеркало. Да, вполне походило на складки ткани. — Она наверняка у себя дома. Будем надеяться, что дом ее находится там же, где у нас. И что Итачи не пойдет проверять меня в ближайший час. На крайний случай скажем, что пошли гулять и вышли через окно… — Эй, откуда у тебя кунай? — завистливыми глазенками посмотрел на него Наруто. — Здешний Итачи подарил, — как-то самодовольно хмыкнул уже открывший окно Учиха. — Пошли, — прежде, чем джинчуурики успел его предупредить, Саске сиганул в окно.

***

— Тссс, иду, — прижав палец к губам сказала Сакура, выходя на балкон и тихо задвигая за собой дверь. Девушка уже была одета в обтягивающие черные штаны и фиолетовую тунику до колен. Отсутствие розового в ее гардеробе заставило парней синхронно поднять брови в изумлении. — Что? Сакура этого мира явно фанатеет от фиолетового, — немного недовольно пояснила столь кардинальные изменения во внешнем виде Харуно, откидывая за спину длинные розовые пряди волос. Парни же как-то странно фыркнули, заставив Сакуру в недоумении наклонить голову на бок. Еще бы! Девушка сразу поняла, что это параллельный, без чьих-либо подсказок. — Тебе идет такой цвет, Сакура-чан! — совсем не тихим шепотом подбодрил девушку Узумаки, за что сразу схлопотал по подзатыльнику от зашипевших товарищей. — Молчу-молчу, — уже тише сказал парень, подняв руки вверх. — Пойдем на полигон? — уточнила Сакура. — Нет, пойдем в кафе. Итачи опять пичкал меня своим фирменным лекарственным бульоном, я целый день ничего не ел, — Саске посмотрел вниз на ставших обращать на них внимание прохожих и искренне не понимал причину такого внимания. Ну, стоят девятилетние (или младше?) дети на балконе поздно вечером. В этом нет ничего такого, чего зыркать? Кивнув, Сакура собралась было прыгнуть вверх, но парни молниеносно схватили ее за плечи и локти, не давая совершить травмоопасную ошибку. — Вы чего?.. — удивилась она такому единодушному ужасу на лицах товарищей. — Лучше мы сейчас тихонько спустимся вниз под хенге, — Учиха сложил печати и предстал перед ними в виде какого-то своего родственника в темном синем кимоно с гербом клана. — Мы еще не привыкли к детским телам, поэтому чакрой пользоваться пока не стоит, — приглашающим жестом он указал Сакуре на веревку, которая опускалась с крыши. Где они ее стащили, осталось неизвестным. Наруто не сдержался и тихо прыснул, но заткнулся под гневным взором Саске, длинной челкой прикрывшего небольшой порез на лбу. То, что великий и могучий Учиха после прыжка из окна позорно свалился на крышу соседнего здания и отключился на несколько минут от слабенького удара головой, должно остаться тайной.