«Аберрант»

      Микаса грузно соскочила с коня, буквально съехав с его спины по мокрой шерсти. От ощущения, что по ноге вдоль голенища сапога тонкой струёй стекает вода, она поморщилась.       Дождь лил плотной тугой стеной. А это означало, что положение её дел обстояло куда хуже, чем с двадцать минут назад. Сумка, которая была прикреплена к седлу Букефала, насквозь промокла, как и сигнальные ракеты, хранящиеся в ней. Дерьмовое положение дел, надо сказать.       Конь дышал тяжело и загнано, из его широко раздувающихся ноздрей клубами вырывался пар. Он в явной потерянности переступал с ноги на ногу и покачивал головой; по его чёрной гриве стекали капли дождя.       Ей ни в коем случае нельзя было сейчас паниковать. У неё остался конь - единственное средство передвижения разведотряда на равнинной местности. Конь, промокшие сигнальные ракеты и один сухой паёк, состоящий из трёх галет и одного маленького куска высушенного мяса.       С этим всем, в худшем случае, можно продержаться несколько дней. При условии, конечно, что ей хватит везения не сталкиваться с группами титанов. А если везения ей не хватит...       Она провела рукой по лоснящейся шкуре Букефала, запустила пальцы в мокрую гриву.       — Тише, тише. Всё хорошо.       Микаса оглянулась по сторонам. Ни деревьев, ни домов. Только мелкие кустарники были разбросаны тут и там, да жухлая осенняя трава местами желтела. В ситуации, когда воспользоваться приводом было невозможно из-за отсутствия подходящих поверхностей, их учили импровизировать. Для быстрой разведки местности могло подойти что угодно - валун, поваленное дерево, спина товарища. Или спина лошади.       Девушка зацепилась за седло, затем подтянулась и забралась. Намного сложнее было подтянуть ноги и поставить их жёстко на влажную от ливня поверхность седла; сапоги мерзко скрипнули, когда она едва не потеряла равновесие. Резко расставив руки, Микаса выровнялась и подняла голову.       Равнина распростёрлась на долгие мили.       Она стояла так долго, напряжённо вглядываясь вдаль. Титанов видно не было, но не было видно и следов разведотряда. В такой сильный ливень никто не сможет использовать сигнальный пистолет, поэтому на помощь людей рассчитывать не стоило. Значит, пора искать укрытие. Ей нужно просохнуть, Букефалу нужно отдохнуть, да и экипировка будет куда полезнее, когда высохнет.       Микаса осторожно спустилась со спины Букефала, ухватилась за седло и зябко повела плечами. В экстренной ситуации она предпочитала действовать по приказу. А если приказа не поступало, то действовать следовало по уставу. А так как приказы отдавать здесь могла разве что она - коню - то сейчас следовало просто следовать правилам отряда. Местность разведана (насколько это было возможно в текущей ситуации), собственные ресурсы для выживания были оценены. По сути дела, ей сейчас даже не нужно было особо раздумывать, в какую сторону следовало бы пойти - она всё равно рано или поздно наткнётся на стену Мария. Заблудиться и умереть в дебрях ей не пришлось бы ни в коем случае. Разведотряд изначально следовал от Каранеса, минуя лес Гигантских деревьев - отряд обогнул его, двигаясь вдоль стены и старательно уворачиваясь от титанов. Когда именно всё полетело в чертям, сказать было трудно.       Микаса, которую тогда поместили в арьергард, первой ощутила знакомые толчки по земле. Она повернула голову назад так резко, что шея отозвалась щелчком, и сразу увидела титана. Он был не меньше пятнадцати метров, почти лысый, с широким оскалом на лице. Его руки трепыхались вдоль тела, как плётки, били его по бокам, животу и спине. Девушка быстро выхватила из сумки пистолет и сигнальный патрон с красных цветом. Запустив его в воздух, девушка направила Букефала левее.       Девушка мягко ударила коня по бокам, взявшись за уздцы. Она направила его обратно к тому месту, от которого он её унес, когда произошло столкновение. Букефал не был трусом. Но, в отличие от других коней разведотряда, он отличался завидным упрямством в ситуациях, которые могли принести ему смерть или возможное ранение. Он рвался в сторону титана, когда его вели, но в отсутствие крепкой направляющей руки он действовал по собственной воле. Он не струсил, когда дрожь земли дошла до его копыт, а Микаса сильно прижала его бёдрами, испугавшись возможной реакции животного.       Девушка дождалась цепочки из сигналов с левого фланга. Первый, второй, третий сигнал рассыпался по серому небу зелёным рваным облаком.       Букефал резво нёсся за остальным строем, подбрасывая Аккерман в седле. Большего от арьергарда и не требовалось. Но когда всё резко пошло к чертям, конь упрямо вставал на дыбы, рвался в противоположную от титана сторону, хрипло ржал и тряс головой из стороны в сторону.       Когда арьергард рассыпался под яростной атакой аномального, спрыгнувшего со стены на отряд, Букефал дёрнулся особенно сильно. Микаса оглянулась по сторонам в поисках деревьев, затем ловко использовала привод и выскользнула из седла. Её сильно дёрнуло на аномального, когда привод выпустил стальной трос в сторону титана. Она сильно прогнулась в пояснице и подняла вверх лезвия в защитном жесте. Краем глаза девушка отметила, что Букефал всё-таки рванулся в противоположную сторону, её сердце неприятно кольнуло от осознания того, что она потеряла своё средство передвижения. Теперь всё тем более пойдёт не по плану отряда.       Аномальный титан прыгнул в сторону дерева, на которое она переместилась, занёс кулак и с силой ударил им по земле.       — Микаса!.. — раздался громкий отклик Жана откуда-то сбоку. Аккерман не отвлеклась, внимательно следя за действиями титана - тот смотрел на неё сверху вниз и явно готовился ударить по дереву рукой.       Она нажала на курок УПМ и спустилась на тросе ниже. Зависнув напротив ног титана, резко оттолкнулась от ствола дерева и занесла лезвия. Аномальный дёрнулся, когда Микаса отсекла ему часть плоти с коленей. С шипением масса свалилась на землю и тут же начала распадаться. Титан взревел и махнул рукой.       Девушка увернулась, спрыгнула на землю и снова выпустила тросы. Сверху сыпались щепки и листья. К ней на помощь уже примчался Жан - молодой человек в пару движений оказался на шее титана и резким движением рассёк тому уязвимое место. И в этот момент...       Она заметила.

***

      — Жан! Чёрт возьми, Жан! — Микаса враз потеряла самообладание и закричала, очерчивая головой вокруг. Послышалось характерное шуршание УПМ, молодой человек опустился на землю рядом с девушкой.       — Что случилось? Девушка схватила его за руку и дёрнула в сторону:       — Смотри... Смотри на стену, Жан.       В ушах упрямо стучала кровь. Микаса отрывисто дышала и не могла - нет - отказывалась брать себя в руки.       И Жан тоже заметил. Заметил, как откалываются от стены куски бетона и падают вниз, к основанию стены. Заметил большое отверстие в стене Мария, которое зияло как пустая глазница. Куски священной стены валялись друг от друга на внушительном расстоянии, а дыра была так высоко, что, пожалуй, тут можно было сделать только один конкретный вывод.       — Бронированный... — дрожащим голосом сказал Жан. Микаса судорожно сглотнула, кивнув.       — Судя по всему, он не просто разрушил стену...       — Он в ней находился, — закончил за неё Жан, крепко сжав рукоятки УПМ в руках.       — Скорее всего, он направился в сторону центра отряда!       Мысли Микасы лихорадочно бегали, в столь короткий отрезок времени необходимо было придумать правильное - единственно верное - решение и не только озвучить его напарнику, но и убедить его в правоте.       — Жан, дай мне пистолет, живо, — громко произнесла она и вскинула руку в сторону молодого человека. — Надо отправить сигнал остальным.       — Но... Какой цвет? — Жан метнулся к своей лошади, вытащил сигнальный пистолет из сумки и передал его Микасе.       Девушка на мгновение задумалась.       — Видимо, чёрный. Хотя скорее всего мы уже опоздали с ним.       Раздался хлопок, и на небе появилась рваная чёрная полоса.       Аккерман тяжело выдохнула, наблюдая как чёрная метка теряется среди тяжёлых туч. Солнце давно уже скрылось за ними, поднялся шквалистый ветер. В каком-то смысле им повезло - давно уже было определено, что титаны в плохую погоду теряют весь запал, из-за отсутствия солнца они становились медлительными и неповоротливыми. Если ребята успеют догнать свой отряд, то у них будут хорошие шансы выжить в этом походе.       — Нам надо двигаться дальше. И успеть найти наших до того, как погода окончательно испортится.       Жан бросил короткий взгляд на свою лошадь, которая стояла в отдалении и щипала траву. Микаса проследила его взгляд и тут же нахмурилась, когда поняла, о чем тот подумал.       — Лошадь... Она выдержит нас двоих?       Аккерман подумала, что Букефал поступил очень подло, когда убежал от неё. Но он хотя бы был жив, а не растоптан титаном, а значит его ещё можно найти и использовать.       — Жан, лошадь сильно потеряет в скорости, если повезет нас обоих. А сейчас куда важнее передать в центр информацию про дыру в стене, чем спасать солдат.       С этим трудно было спорить.       — Микаса... — Жана прервала капля, упавшая ему на нос. — Чёрт! Дождь пошёл... Микаса, мы обязательно за тобой вернёмся!       — Да, — на выдохе согласилась девушка. — Поспеши. Я поищу Букефала и постараюсь догнать вас.       Она молча наблюдала, как Жан забрался на лошадь и, не оборачиваясь, отправился в сторону отряда. В любом случае, они оба думали, что отряд находится именно там.       Когда ты теряешься на открытом пространстве, без сотни соратников по разные стороны от тебя, без сигналов, по которым было так легко ориентироваться, самым важным было сохранить самообладание. Не титаны были самым страшным в жизни солдат - самым страшным было для них открытое свободное пространство, открытая зона без маячащих спин с крыльями свободы на форменных куртках.       Девушка поправила на талии портупею, бегло проверила работоспособность УПМ, пересчитала лезвия. И только затем она направилась в ту сторону, куда побежал Букефал.

***

      Жан постоянно подгонял свою лошадь, бил её по бокам каблуками сапог так сильно, как только мог. Дождь хлестал по щекам, плащ не давал никакого прикрытия из-за того, что капюшон постоянно слетал. Но самое плохое было в том, что из-за ливня Жан не видел ничего перед собой. Он просто надеялся на инстинкты своей лошади.       Он не корил себя за то, что бросил Микасу Аккерман одну. Он понимал, что сейчас, в данный момент, важнее донести информацию про дыру в стене Мария капралу, отсчитаться по уставу и получить от Леви очередной приказ. И только после этого Жан сможет со спокойным сердцем вернуться за девушкой. Он сделает это так быстро, как только сможет. Ведь разведотряд никогда не бросает ценных солдат на верную смерть. Тем более, что это была Микаса - один из наиболее ценных солдат в отряде.       Жан поднял голову, когда сквозь пелену гула дождя ему померещился новый звук.       — Эй! — в нетерпении вскрикнул он, начиная различать перед собой тёмные фигуры.       Это однозначно были люди из его отряда. Они медленно ехали на своих лошадях, фигурки выглядели скрючено и болезненно.       Жан Кирштайн снова ударил свою лошадь по бокам, и она побежала быстрее. Он быстро сравнялся с солдатами и постарался заглянуть под капюшоны, чтобы понять, кто это.       — Наконец-то я хоть кого-то встретил! — громко выдохнул Жан, почувствовав неожиданное облегчение.       Это были Саша и двое солдат, имена которых он не знал.       — Вы не видели капрала Леви? Мне срочно нужно с ним поговорить!       Саша замучено улыбнулась:       — Строй совсем разрушился, Жан. На нас напали.       — Это был Бронированный, да?       Саша кивнула и поправила свой капюшон.       Значит, они с Микасой всё-таки опоздали.       — Как думаешь, Леви уже в курсе насчёт Бронированного? Вы стреляли в небо, когда пересеклись с ним?       — Конечно, — вступил в диалог один из солдатов. — Только Бронированного мы совершенно не интересовали. Он разбил наше построение, лошадей напугал, и пробежал мимо нас, к центру.       Жан кивнул. Он вспомнил, что Сашу направили ближе к центру построения, она находилась справа от группы с Леви и Эреном. А это значит, что Бронированного интересовал именно Эрен.       — Он никогда раньше не вступал в бой с нами, разве нет?       — Так он и не собирается сражаться с нами, — криво усмехнулся Жан. — Наверняка у него та же цель, что была у Энни. Захватить и утащить Эрена. Или убить его...       — История повторяется.       Жан раздражённо выдохнул. Он бросил Микасу ради того, чтобы перекинуться парой слов с Сашей Браус и двумя парнями, которые в седле-то удержаться нормально не могут.       — Я оставил Микасу. Её конь сбежал. А теперь даже не понимаю, зачем, мы ведь даже поделать ничего не можем.       — Надо собраться в отряд обратно. Мы обязаны вернуться в строй при первой возможности.       — Да.       Они безо всякой устной договорённости ускорили своих лошадей. Жан подумал, что Саша права - у них больше шансов выжить будучи в группе. Нужно собраться в строй и найти капрала.

***

      Микаса остановилась и стянула зелёный плащ с плеч. Он насквозь промок и казался невыносимо тяжёлым. Она сильно встряхнула его, капюшон выжала руками, а потом снова надела на себя.       Предатель-Букефал всё не показывался, и Аккерман это очень злило. Поддаваться эмоциям было нельзя по уставу (смерть друзей, любимого, родственника очень сильно мешают концентрации), но сейчас злость только подталкивала её дальше.       Букефала нужно найти. Он обязан будет спасти ей жизнь. К тому же девушка заметно хромала - ремни натёрли ей правую ногу, а вода только тому посодействовала. Стопу правой ноги саднило при каждом шаге.       Она подумала, что по уставу - по правилам - ей следует остановиться, снять сапог и проверить ногу. Но, во-первых, она останется уязвимой перед возможным врагом - без обуви она не сможет быстро воспользоваться УПМ и спокойно двигаться по деревьям. А во-вторых, у неё с собой не было никаких средств для того, чтобы обработать стопу. Она не могла также воспользоваться тканью своей рубашки, ведь в текущем положении дел было важнее сохранить тепло и постараться не заболеть от холода. Ногу саднило, это да - но с этим ощущением можно было выжить. А вот если она наткнётся на титана в тот момент, когда занимается раной, то простой ссадиной она не обойдется.       А жить-то пока хочется.       — Букефал! — позвала она своего коня, рассчитывая на его привязанность к своей хозяйке. Ведь это, в конце концов, была не первая их вылазка.       Она всегда следила за состоянием своего животного. Капрал Леви напоминал им иногда там, в их штабе, что лошадь для солдата разведотряда важна не меньше личного УПМ. За её здоровьем должны следить не только ветеринары, но и сами солдаты, которые проводили рядом с животным куда больше времени. Именно солдат должен в первую очередь заметить разницу в состоянии и поведении животного и сразу рассказать об изменении врачам или конюху.       Букефал был сложным животным. Он кусался, вставал на дыбы, если ему что-то не нравилось, не давал себя чистить. Он мог неделями ходить с ветками и репейником в гриве. Для Микасы Аккерман - своей хозяйки - он поблажек не делал. Когда девушка вычёсывала ему колтуны, Букефал страшно фырчал и вгрызался в её волосы. Но всё же он достался именно ей. И она была за своего коня в ответе.       Им, солдатам, запретили всякие привязанности. Капрал мог показательно ударить свою лошадь, если бы заметил как кто-то из его отряда украдкой кормит лошадь сверх меры или обнимает её за шею. Капрал мог громко щёлкнуть в воздухе хлыстом, напоминая, что они не вольны поступать как им вздумается. Солдаты не принадлежали самим себе - или своим любимым - они принадлежали только армии. Микаса помнила об этом всегда - каждую минуту. Также как и помнила каждую строку из устава, который им выдали в первый день службы.       Но Букефала она найдёт всё равно. Потому что как напоминал им капрал, лошадь для солдата важна не меньше УПМ.       К тому же Микаса Аккерман обладала достаточно холодным и расчётливым умом, чтобы не привязываться к животному по пустякам. Она даже подумала, что без особого сожаления расправилась бы с Букефалом, если бы ей это приказали. Ведь самая важная для успешного выживания солдата черта - послушание.       Но несмотря на то, что думала про себя девушка, пока брела в сторону побега Букефала, когда она увидела своего коня напротив себя - буквально в нескольких метрах - она ощутила безмерное счастье.       — Трусливый ты гад, — с улыбкой сказала Микаса, подбегая к Букефалу. — Как же я рада тебя видеть. Конь боднул головой её ладонь, коснулся тёплыми губами, и издал звук наподобие мычания.       Он спокойно позволил оседлать себя.

***

      Над равниной раздался слабый звуковой сигнал. Жан вскинул голову и прислушался. Это однозначно был звуковой сигнал ракетницы.       — Эй, Саша. Ты слышала?       — Да. Звуковой сигнал.       — Где-то рядом отряд. Смотрите внимательно по сторонам!       Его лошадь тихо зафырчала, затем повела мордой и дёрнулась вперёд. Жан сразу понял, что она учуяла людей. Значит, они двигались в верном направлении.       Он доверился животному и позволил вести себя. Лошади ощущали всё куда сильнее людей, их ноги были не хуже компаса, к тому же врагов они чуяли раньше солдат.       Саша первой заметила повозку снабжения. Ехала она криво, дёргалась в движении и маневрировала вверх-вниз. По всей видимости, у неё сломалось колесо.       Рядом с повозкой ехали солдаты. Их было не меньше шести человек. И еще несколько человек шли пешком рядом.       Они приблизились к своим товарищам.       — Кто подал звуковой сигнал? — спросил у них Жан. В его сторону повернулось несколько солдат. Выглядели они неважно - у кого-то были ссадины на лице и запёкшаяся кровь.       — Главнокомандующий Смит, — ответил один из них. Жан опередил группу и оглянулся в поиске главнокомандующего. Но среди группы солдат того не было.       — Его с нами нет. Он двинулся к левому флангу, чтобы собрать остальных солдат.       — А где капрал?       — Мы не знаем. Мы его не видели. Жан чертыхнулся.       — А Эрен? Армин, в конце концов? Разве они не шли в центре вместе с главнокомандующим?       — Мы не знаем! — с психом в голосе ответил один из солдат. — Мы видели только главнокомандующего!       — Ладно, Жан. Нам придётся дождаться капрала или Смита. — Саша выдавила из себя одобряющую улыбку. — Они наверняка скоро к нам присоединятся.       — Вы встречались с титанами? — спросил Кирштайн у группы.       — Да. Мы видели двух недалеко от леса. Вскоре после того, как подали первый чёрный сигнал. Один десятиметровый и один пятиметровый.       — Как они вели себя?       — Спокойно. Шли медленно и на нас не обратили внимания. Тогда уже дождь пошёл. Нам удалось их обогнуть, — солдат кивнул на повозку. — Она сильно нас тормозит, к тому же.       — Почему бы вам тогда её не бросить? — с раздражением спросил Жан.       — Эрвин Смит запретил. В ней газ и лезвия.       Однозначно, в их положении именно газ и лезвия были самым важным.       Никак не скорость движения.       Жан Кирштайн болезненно скривился, когда вспомнил про Микасу. Ему следует вернуться за ней, но молодой человек теперь сомневался, что сможет её разыскать.       Но ведь он пообещал, в конце концов. Значит сейчас ему следует сломя голову ринуться обратно, к стене Мария.       Он повернулся назад. Стена Мария ещё виднелась на сером горизонте. Если, конечно, эта серая полоса внизу, у кромки жухлой травы, была именно стеной, а не странным миражом, вызванным долгим дождём и его - Жана - усталостью.       Молодой человек пару раз напряжённо выдохнул, решаясь. Теперь, когда он встретился с остатками отряда, решиться на смелый и храбрый жест было особенно трудно.       — Мне надо вернуться, — громко произнёс Жан, чтобы Саша его услышала.       — Зачем? — девушка удивлённо вскинула брови.       — Я обещал Аккерман вернуться за ней, когда передам информацию.       Саша уж было открыла рот, чтобы что-то ответить, но не успела - к их группе приближался всадник на лошади. Зелёный плащ трепыхался за его спиной, стегал лошадь по бокам, от них шёл пар.       Жан сразу узнал эту лошадь - гнедая, с пятном на лбу, с очень тяжёлым шагом.       К ним приближался сам капрал Леви.       Всадник резко натянул удила, остановив лошадь.       — И это всё? — спросил капрал, бросив короткий взгляд на группу солдат.       — Главнокомандующий Эрвин Смит отправился искать остальных, сэр, — отрывисто отсчитался один из солдат, вытянувшись на лошади по струнке.       Леви скинул с головы капюшон и сплюнул на землю.       — Чертовски здорово. Эрена вы, конечно, не видели?       — Сэр, — отозвался Жан, чувствуя как внутри у него нервно затрепыхалось сердце. — Мы с Микасой Аккерман заметили дыру в стене Мария и сразу послали чёрный сигнал. Мы подозреваем, что это был Бронированный титан, сэр.       Леви скривился:       — Я спросил про Эрена Йегера, а не про состояние стены, Кирштайн.       — Эрена мы не видели. Мы находились в арьергарде, когда произошло нападение девиантного титана.       — А Микаса осталась у стены, — вставила Саша.       — У неё конь убежал, сэр, — добавил Жан.       — И ты бросил своего товарища, Жан Кирштайн?       — Нет, сэр. Мы посчитали, что важнее было в той ситуации как можно быстрее передать информацию в центр отряда. Двое человек замедлили бы лошадь, поэтому Микаса Аккерман осталась там.       — Вы опоздали с этой информацией. Бронированный титан отогнал центральных в сторону Троста, он пытается захватить Эрена Йегера.       — Я понимаю, сэр.       Капрал Леви спешился и остановился, придержав свою лошадь на месте. Вслед за ним остановились и остальные из группы. Самое дерьмовое в текущем положении дел было то, что дождь мешает им найти остальных из отряда. А особенно - Эрена Йегера, грёбаную надежду всего человечества.       — Что мы будем делать, сэр? — спросила Саша, нервно дёргая себя за мокрые волосы.       — Я думаю.       Раз Эрвин собирает членов отряда по кусочкам, значит он намерен атаковать. Вряд ли он пытается найти солдат для того, чтобы отступить. К тому же, в эту вылазку они настойчиво решили действовать до конца.       Главнокомандующий сказал это вслух перед самым выходом. И прозвучало это на самом деле очень страшно. Это означало верную смерть для большей части их группы.       — Нам нечего бояться, пока идёт ливень. Твари не могут без солнца, — капрал Леви цокнул языком. — Найдём Эрвина и пойдём искать центр. Будем двигаться в сторону Троста.

***

      Микасе Аккерман неожиданно повезло. Они с Букефалом наткнулись на почти разрушенное здание среди гигантских деревьев. Скорее всего, раньше здесь жил егерь или охотник. Девушка спустилась со спины коня, неловко похлопала себя по бёдрам и огляделась по сторонам. Букефал терпеливо держался рядом, фыркая и чмокая губами.       Девушка вошла внутрь продавленного дома и подняла голову вверх, проверяя состояние крыши. Внутри здания было сыро, кое-где накрапывало с дыр в потолке, очаг почти провалился в пол. Но это было явно лучше, чем всю ночь брести под дождём. К тому же Микаса устала и замёрзла настолько, что перестала чувствовать свои пальцы на руках. Девушка вышла наружу, подвела за уздцы Букефала и привязала того около остатков крыльца. Так он мог находиться под остатками крыши и дотягиваться до травы.       Она сняла с коня сумку с провизией и сигнальным пистолетом, затем вошла внутрь дома. Одеревенелыми пальцами ломала на щепки остатки пола и какой-то утвари. Потом подошла к очагу, расчистила его от камней и мусора, кинула щепки туда. Из сумки достала огниво и маленький нож, только с третьей попытки смогла высечь искру. Огонь заходился плохо - дрова были насквозь сырыми, сильно трещали и шипели. Но это было лучше, чем ничего.       Чем идти под дождём в никуда.       Микаса прошлась по помещению. Собрала остатки стульев, раздавленного стола и принесла всё к очагу, чтобы дерево могло хоть немного просохнуть. Один стул она поставила перед очагом, села на него и вымученно выдохнула. Теперь она могла заняться своей ногой. Девушка с трудом стянула сапог, потом сняла второй. Вылила из них воду. Поставила к дровам у очага. Носок на правой ноге был пропитан кровью; Микаса освободила ступню от ремней и стянула носок, шипя когда ткань с трудом отдиралась от кожи. Ступню пересекала красная натёртая полоса шириной ровно с ремешок.       Не совсем херово. Через пару дней эта ерундовая рана заживёт. Но всё равно её нужно хоть как-то обработать и перевязать. Микаса не смогла найти в этих развалинах аптечку (это был бы идеальный вариант), не было тут и подходящей тряпки - хоть немного чистой и не сгнившей. Придётся рвать рубашку.       Девушка выпрямилась, расстегнула портупею на груди, сняла щитки. Повесила ремни на спинку стула. Затем подцепила край рубашки ножом и отсекла полоску ткани. Вариант, конечно, не идеальный. Она даже не сможет обеззаразить рану, а ведь она не сможет зажить в тесном пространстве обуви. Следовало понадеяться на свою исключительную удачу - вполне возможно, она наткнётся завтра на остатки своего отряда, а может быть даже на отряд снабжения.       Согнувшись на стуле, Микаса перевязала ступню, плотно прижимая ткань к ране. Сапоги и носки она надевать не стала - им нужно просохнуть так же, как и остальной одежде. Девушка подкинула в огонь дров, достала сухой паёк и съела один галет. Еду нужно было экономить. Пищу, конечно, можно раздобыть. Она вышла с зоны равнин и углубилась в места, где чаще встречались деревья. А где были деревья, там были и птицы с гнёздами. На тот момент она совершенно забыла, что осенью яйца не раздобыть, но сама мысль о том, что она легко сможет раздобыть себе еду, удовлетворенно грела. Она не пропадёт - всё потому, что внимательно слушала своих наставников. Она прекрасно знала, как нужно поступать в случае, если солдат отбивался от основного отряда. Цель была одна - выжить.       От разгоревшегося, наконец, костра в очаге Микаса разомлела. Глаза начинали слипаться от бесконечной усталости, которую она заработала за тяжёлый день. Пожалуй, больше её утомил мерзкий осенний дождь, нежели атаки титанов. Атаки титанов были привычным явлением, которое её даже не трогало. Титаны не меняются - поэтому и сражаться с ними было так просто. А вот дождь... Неизвестно, как долго он будет идти. Будет ли он лить стеной, или только легко моросить. Дождь был куда более непредсказуем.       Микаса Аккерман подумала, что завтра утром ей следует повернуть обратно к стене. Она обязательно выведет её к отряду.

***

      Капрал Леви недовольно нахмурился. Ему очень не понравилось решение Эрвина Смита, но ослушаться он, конечно, не смел.       — Нас пятнадцать человек, Эрвин. Ты считаешь, что кучка желторотиков сможет одолеть Бронированного?       Главнокомандующий усмехнулся:       — У нас есть ты. И эти "желторотики" уже помогли нам одолеть Женскую особь, если ты не забыл. У нас всё равно нет другого выбора. Мы не знаем, что сейчас с Эреном.       — А что с Микасой Аккерман, сэр? — спросил Жан.       — Она солдат. И должна понимать, что у нас сейчас цели куда важнее её спасения.       — Вы не считаете, что с ней у нас больше шансов? Она хороший боец.       — Ей ничего не угрожает, пока идёт дождь. А у нас сейчас есть время спокойно найти Эрена Йегера, атаковать Бронированного и собрать солдат по пути.       Жан скривился, но не стал спорить. У него не было прав перечить главнокомандующему.       Эрвин Смит кивнул и направил своего коня вперёд. Остальные - те, кто был на лошадях - последовали за ним. Повозка снабжения осталась сзади вместе с пешими солдатами и двумя солдатами на лошадях. Капрал Леви ехал справа от Смита, играя желваками от подступающей злости, но вслух ничего не говорил. Его сильно раздражал тот факт, что они с главнокомандующим ведут детей на заклание Бронированному. В их отряде не хватало опытных солдат - он мог отметить только способности Жана Кирштайна и нестандартное мышление Саши. Но остальные... Нет, с таким составом шансов мало. Единственное, на что он мог рассчитывать - у Эрвина Смита была стратегия, про которую он предпочёл не рассказывать вслух. Ещё и девочка Аккерман так подвела его.       Их отряд пересёкся с Бронированным у самой стены Роза. Титан стоял почти вплотную к стене, защищая слабое место, у него в левой руке оказался зажат Эрен Йегер. Мальчишка не двигался, скорее всего был без сознания. В худшем случае, мёртв. Но вряд ли титан станет держать в руке бесполезное тельце.       — Отряд, поднимаемся на стену! — скомандовал Смит и сразу же задействовал УПМ. Он поднялся на стену в паре метров от головы титана и повис на тросе боком. Рядом с ним расположить остальные члены отряда.       — Нужно отогнать его от стены, — предложил капрал, хмуро оценивая возможности отряда и прикидывая, как лучше это сделать без потерь.       Он поднялся выше, задействовав привод. Бронированный был явно слаб и двигался тяжело, слегка покачиваясь. Дождь и отсутствие солнца, по всей видимости, влияло на таких титанов так же, как и на обычных тварей. Погода застала врасплох не только отряд капрала, но и монстра тоже.       — Он слаб, Смит. Надо просто вытащить Эрена и сбежать поскорее.       Капрал дёрнул привод в сторону, выпустил якорь в титана и быстро переместился к тому на плечо. Бронированный зарычал и дёрнулся, но вышло у него это плохо. Он ударился о стену и засыпал Леви бетонной крошкой. Мужчина выхватил лезвия и живо ударил титана по руке, в которой был Эрен. Лезвия отскочили и рассыпались на несколько кусков. Один из них отлетел прямиком Леви в плечо.       Останавливаться он не стал, чётким движением поменял лезвия и ударил снова.       — Леви! Ищи слабые места! — крикнул ему Эрвин.       "Легко сказать" — подумал капрал, бегло осматривая руку титана.       Бронированный снова качнулся и поднял правую руку вверх, пытаясь ударить ей по левому плечу, где находился капрал. Его движения выглядели ленивыми и неповоротливыми. Леви вовремя отскочил, воспользовавшись УПМ и вернувшись на стену. Рука титана тяжело обрушилась на плечо, громко хлопнула по нему, отчего сам Бронированный накренился в сторону. И в этот момент капрал Леви снова атаковал. Титан открыл место, свободное от жёсткой коры, в районе шеи, и эффект неожиданной атаки мог помочь им. Атакованный титан разжал ладонь.       Эрвин Смит метнулся в сторону Эрена Йегера, подхватил его и живо спустился на землю. Парень выглядел вполне живым. Только без сознания.       — Живо! Отступаем!       Отряд спустился со стены, быстро пробежал в направлении к лошадям. Бронированный титан так и остался стоять у стены, рыча и покачиваясь. Эрвин Смит коротко взглянул на него, прежде чем забраться на свою лошадь и перекинув через её спину Эрена. Отряд развернулся и направил лошадей в противоположную от стены Роза сторону.

***

      Микасу что-то разбудило. Она резко открыла глаза и напряжённо вслушалась. Очаг давно погас, вокруг неё стояла кромешная осенняя тьма, и слышно было лишь капли, которые тут и там оглушительно срывались на пол. Девушка часто моргала, привыкая к темноте, пока нащупывала свои сапоги и носки. Хорошо, что они хотя бы немного подсохли, и оделись без труда. Аккерман вскочила на ноги и теперь крутила головой из стороны в сторону, пытаясь уловить хоть малейший звук. Когда глаза привыкли, и она начала различать очертания предметов вокруг себя, Микаса двинулась к выходу.       Букефал снаружи фыркал и бил копытом землю. Может быть, именно эти звуки и разбудили её?       И тут она отчётливо услышала что-то ещё. Девушка резко повернулась на каблуках вправо, молниеносно прижав руки к своим бёдрам. Но, чёрт её дери, она оставила УПМ в доме.       — Кто здесь? — приглушённо спросила она у темноты, вглядываясь.       Девушка сделала шаг назад, готовая в любую секунду метнуться назад и схватить у очага оружие. Она не думала о том, что ей не хватит никакого времени, чтобы закрепить ремни, щитки и портупею.       Справа от входа она заметила, наконец, скрюченную внизу фигуру. Определенно человек, а людей она совершенно не опасалась.       — Расслабься, Аккерман. Это я.       Фигурка медленно выпрямилась, и девушка не без труда узнала в ней капрала Леви. Мужчина, оказывается, просто сидел на крыльце.       — Добрый вечер, сэр, — вежливо поприветствовала его Микаса, в темноте прижимая кулак левой руки к груди.       — Ты, значит, прохлаждаешься, пока твои товарищи сражаются снаружи?       Лицо девушки тут же вспыхнуло.       — Сэр, во время дождя, согласно нашему уставу, отряд должен остановиться или найти укрытие.       Капрал Леви легко толкнул девушку от прохода и прошагал в дом. Он заметил едва тлеющие угольки в очаге, прошёл к нему, нащупал рукой дрова и подкинул их в огонь.       Микаса проследовала за капралом, слегка припадая на правую ногу. Подойдя к стулу, она взяла своё снаряжение и тут же принялась его надевать.       — Ну, — капрал Леви вопросительно поднял брови. Его лицо Микаса Аккерман едва различала. — К чему ты надеваешь снаряжение? Куда ты собралась ночью?       — Я освобождаю для вас стул, — ровно ответила девушка, выпрямляясь и застёгивая на груди последний ремень. То есть именно капрала направили её забрать? Или это чистая случайность, и он оторвался от отряда точно так же, как и сама Микаса?       — Сэр, — позвала Аккерман. — Как вы здесь оказались? Леви тяжело опустился на стул и закинул ноги на камни очага.       — Жан Кирштайн сказал, что девица оказалась в беде и требует её спасти. На мгновение Микасе послышалась усмешка в его словах.       — При всём уважении, сэр. Я не просила о помощи.       — А, — капрал небрежно отмахнулся от её слов.       Нет. Вряд ли он отправился её спасать. Скорее всего, это просто странное стечение обстоятельств. Они просто двое солдат, отставших от отряда. Хотя, в самом деле, Микаса Аккерман сомневалась в том, что капрал Леви мог совершить подобную оплошность. Вечно собранный, непробиваемый мужчина, в своих извечных белых перчатках и с прямой осанкой - и отстал от группы разведкорпуса?       — Твой конь в порядке? Он не ранен? — спросил неожиданно капрал, наклонив голову в сторону стоящей неподалёку девушки.       — Да.       — Хорошо. На рассвете надо двигаться к нашим.       Микаса хотела спросить, знает ли Леви, куда нужно будет двигаться, но не стала. Она безо всяких его ответов уже понимала, что капрал всегда знает, что делает и куда идёт. Поэтому девушка развернулась - её сапоги скрипнули по деревянному полу - и прошла к стене дома. Она прижалась к дереву спиной и расслабленно опустила к ней голову. Под треск разгоревшегося огня она быстро задремала.

***

      В их краях осенью темнеет слишком быстро. Поэтому - и только поэтому - разведотряд редко выбирался за пределы стен в это время года. Обычно осенью и зимой они просто располагались в штабе и зализывали раны. Именно в это время, кстати, и случались прецеденты вроде непредвиденных зачатий с последующими свадьбами и списаниями ценных людей в запас.       Осень и зима были нелюбимыми временами года для капрала Леви. Быть загнанными в замок - и сидеть в нём не высовывая носы - сомнительное удовольствие для тех, кто сражается с титанами ради возвращения территорий. Единственный плюс во всей этой ситуации - работ с бумагами и отчётами было куда меньше обычного.       Он чертыхался, матерился и злился больше, чем обычно. Только потому, что его плотным слоем облегал дождь. Капрал злился потому, что его штаны снизу были чёрными от грязи, что от него неимоверно разило мокрой псиной, что волосы его прилипли к коже и безумно холодили. Когда он бросал в сторону Эрвина короткие взгляды, он закипал ещё больше - Эрен Йегер, надежда человечества, висел поперёк лошади словно туша животного. Ещё ни одна грёбаная вылазка разведотряда не пошла так, как они с главнокомандующим планировали. Каждый сучий раз, когда они не спали ночами и корпели над планами, всё шло не так, как они расписывали. И при всём этом сам Смит выглядел непробиваемо, ровно держал спину и подставлял лицо косому дождю, который, казалось, и не думал останавливаться.       Остальные участники их маленького отряда устало плелись сзади. Лошади устали, их копыта тонули в раскисшей земле, да и есть они тоже наверняка хотели. Им давно пора было устроить привал, остановиться хотя бы, разведать местность. Но вместо этого они просто брели вдоль стены Мария, огибая редкие деревья и избегая встреч с титанами, которые, в основном, сидели на земле и смотрели пустыми глазами перед собой.       Раненое плечо капрала жгло - он не сразу заметил, что в него отлетел осколок лезвия, пока он пытался вытащить Эрена из руки Бронированного. Пятно крови, растёкшееся по белоснежной рубашке, тоже бесило его.       Неожиданно с ним поравнялся Жан Кирштайн. Парень прочистил горло.       — Капрал Леви, — обратился он к нему. — Мы уже близко от того места, где я оставил Микасу.       — И что, — без интонации сказал Леви, даже не глядя на парня. Он бы многое отдал сейчас за сухую одежду, и думал он сейчас именно об этом.       — Могу я поискать её, сэр?       — Вполне возможно, она сама нас найдёт, — вступил в диалог Эрвин Смит. — Мы оставляем следы на мокрой земле. Если она их увидит, то без проблем сможет нас догнать.       — Сэр, я обещал за ней вернуться.       Капрал Леви раздражённо цыкнул:       — Ты только дал ей ложную надежду. Что за детский лепет, солдат?       — Если я сказал ей это, значит я так и сделаю, — твёрдо парировал юноша.       — Валяй, храбрец. Она наверняка оценит твои потуги, особенно когда вы вдвоём встретите титана.       — Я постараюсь успеть до окончания ливня, — продолжал настаивать Кирштайн. Где-то в глубине души он очень хотел остаться с отрядом, надеясь на то, что ситуация разрешится сама собой.       Капрал Леви громко выдохнул и взглянул на солдата, от которого у него внутри клокотало раздражение.       — Тебе сказали "нет", солдат. Чего в этом тебе непонятно?       — Микаса Аккерман - ценный солдат, — снова начал о своём Жан, ища поддержки у остальных. — Вы же сами знаете, как она расправляется с титанами! А что скажет Эрен, когда узнает, что мы её бросили?!       — М-мда, — протянул задумчиво Эрвин. — А ведь ты прав, мальчик.       — Хоть ты не поддавайся на его речи, Смит, — раздражённо выдал капрал.       — Нам нельзя терять больше людей. Тем более - первую на курсе. Жан, ты можешь поискать её. Но ты должен помнить о безопасности...       — Да, сэр! — оживлённо выдал Жан Кирштайн. Он натянул уздцы, останавливая лошадь.       — Да стой ты, — капрал Леви неожиданно остановил свою лошадь. — Ты уйдёшь не дальше первого титана, держу пари. Тебе не хватит никакого ума их тихо обойти.       Жан удивлённо взглянул на капрала.       — Но...       — Я сам пойду за ней, — капрал сказал это вслух, и тут же пожалел. Ему только не хватало спасать глупых девчонок из пасти титанов. И плевать на то, что она - действительно - ценный и сильный солдат в его отряде. Но если выбирать из двух проблем - крики Эрена о пропаже его драгоценной сестры, или же бесполезные поиски девушки - он бы предпочёл всё-таки второе, как самое рациональное. Так у них будет шанс сохранить психическое состояние надежды человечества, да еще и в придачу оставить в своих рядах небесполезного солдата.       Хотя, говоря откровенно, капрал не мог вспомнить случая, когда бы Микаса Аккерман действительно восхитила бы его своими способностями.       — У меня достаточно опыта и ума, чтобы найти её. И у нас с ней куда больше шансов выжить, если мы столкнёмся с титаном, нежели у тебя, солдат. Жану от этих слов стало легче. Он просто кивнул и согласно отступил.