Секундная слабость

Бежать! Бежать! Я едва соображала, куда несут меня ноги. Не помню, как разобралась с замком двери, который внезапно оказался закрыт. Неужели Цуруга-сан всё это спланировал и даже закрыл дверь?! Зачем он так со мной? Я всем телом ощущала, как моё имя вычеркнули из списка достойных и приличных девушек. Отныне и навсегда. Люди вокруг еще не знают, но я знаю. Он знает. Тяжело дыша, остановилась в очередном разветвлении коридоров. Члены съёмочной группы спокойно шли по своим делам, кто туда, кто сюда… Они не замечают моего падения, хотя мне казалось, что изменения во мне должны быть видны абсолютно всем, как проблесковые огни полиции. Краем глаза заметила табличку с указателем и поспешила в туалет, наконец-то хоть какое-то укрытие. Что же мне теперь делать? Прошлого не вернуть, я больше никогда не смогу посмотреть ему в глаза! Он же всё понял. «Я разочарован. Ты такая же, как и любая, что ошивается рядом со мной.» Так он и думает, это точно! Я должна была догадаться. Это было просто очередное испытание, и я его не прошла. С грохотом провалила и полетела в пропасть. Что теперь будет? Как мы будем и дальше сниматься в одном фильме?! О боги, о чем я только думаю… Какой фильм?.. Я же потеряла его доверие навсегда! Он больше никогда не заговорит со мной, никогда! Но, как бы я не проклинала себя, перед глазами снова и снова его лицо, его губы. Память обжигает сердце чередой ярких картинок, медово-тягучих, сладких-сладких. И пусть в конце было так больно и стыдно, пусть моя жизнь снова разрушена, и тайна, которую я оберегала, всплыла наружу… Как бы я не ненавидела себя, я не могу перестать вспоминать снова… И снова… Секунды позора... Секунды блаженства, за которые я заплатила всем, чем дорожила. Вот я присаживаюсь на диванчик в его гримёрке и вынимаю бенто из сумки. Я рассказываю, как много в этом бенто полезных компонентов, которые я подбирала специально, исходя из потребностей его организма. С таким образом жизни, при такой нагрузке и стрессах просто необходимо серьезно подходить к меню! Спустя пару минут моего монолога он присаживается рядом. Дальше я помню смутно. Он что-то говорил, а я что-то отвечала, думая лишь о том, что он сел слишком близко и, хоть и не касается меня, я кожей чувствую его тепло сквозь летнюю школьную форму. Он что-то переспрашивает и я неловко соглашаюсь. Он оборачивается в тот же момент, когда и я вдруг смотрю на него. Какой же он красивый. Конечно же, я ему не подхожу… Не подхожу… Его лицо становится ближе, но я не пугаюсь. Сейчас он снова чмокнет меня в щечку или в носик. Как ребенка. Но его губы касаются моих. И с этого момента я уже — не я. Я расплавляюсь, растворяюсь, не думая больше ни о чём. На секунду мой стыд всплывает из небытия, когда его рука касается моей груди сквозь одежду, но уже в следующий миг я принимаю этот факт так же просто, как и то, что вода льётся, а Солнце всегда греет. Так и должно быть. Для того, чтобы понять такую простую вещь — не обязательно даже уметь думать. И я не думаю. Я наслаждаюсь, тону в реке страсти. Меня не удивляет даже горячая рука, скользящая по моим бёдрам. Я жадно ловлю губами его язык, его тяжелое дыхание, в этом сейчас вся моя жизнь. Волны удовольствия прокатываются по мне, становясь всё сильней и сильней. Никогда мне не было так хорошо, так тепло, и мне хочется, чтобы это никогда не кончалось. И я несусь на гребне взлетая под самые облака! Восторг! Восторг! И тут же я падаю вниз. Я слышу свой стон. Я вдруг чувствую холодящую влагу на своей шее, мягкие губы на своей ключице. Горячие пальцы в своих трусиках. Я вижу потолок. Я слышу гробовую тишину. Впадаю в ужас. И отчаяние. Проходит долгая как вечность секунда, но Тсуруга-сан не говорит ни слова, я лишь чувствую, что губы больше не касаются моей кожи. Избегая смотреть на него, я резко вырываюсь и бегу. Потому что не знаю, что еще мне делать. Это раньше я могла пожурить его за неподобающее поведение, но теперь я сама поддалась. И попала в западню. Я оглядела себя в зеркале. Надо же, внешне ничего не изменилось. Юбка на месте. Шея немного красная. Трусики мокрые. Я жмурюсь от ужаса. Я отвратительна. Мне нужно срочно домой! Окольными путями я добираюсь до своей гримёрки, чтобы забрать сумку. Стоп. Кёко, возьми себя в руки! У тебя съемки через полчаса! Я должна пережить это. Работа прежде всего! Я должна снова засунуть это чертово сердце себе в пятку, там ему самое место. И пусть я навсегда останусь в ЛавМи, мне всё равно! Я стану самой крутой актрисой, даже если Тсуруга Рен не станет больше со мной общаться! В конце концов, он тоже запрещает себе это чувство - и ничего! Э... Э-э-э-э-э?!!! Да он! Да его!!! Он тоже должен состоять в нашем отделе! Я начинаю истерически ржать, представляя его в розовой униформе, и тут, как назло, в приоткрытую дверь входит он. Я застываю статуей и гримаса смеха постепенно сползает с моего лица. Я чуть было не падаю ниц, просить прощения за то, что представляла его одетым в розовый комбинезон, но, к счастью, вовремя вспоминаю, что он этого во-первых не знает, во-вторых... Во-вторых есть проблемки посерьезнее. Так уж получилось, что я уже смотрю на него, и прятать глаза уже поздно. Что он тут делает? Разве он не должен теперь меня презирать?