Панацея

Кровь. Она была на его руках, на шторах, на полу, везде. Она капала с его одежды, образуя громадные лужи. Она была составляющим этого места. Все вокруг было сплошь темно-красного цвета. И он среди этого с чувством, будто и его в том числе выпотрошили здесь наизнанку. Будто органы и кости вокруг и его тоже. Он закрывал глаза и открывал их снова. Он пытался убежать от этого места, раз за разом возвращаясь сюда же. Невозможно. Немыслимо. Все это - кровь на его руках. Все это сделал он. Сам. И, будто какой-то решающий штрих посреди этого хаоса, прямо перед ним, кинувшимся снова прочь, возник его отец. Такой же, как и все здесь, безжизненный, но каким-то волшебным образом еще стоявший на ногах. На его губах была улыбка. На тело же было невозможно и взглянуть без дрожи... оно все было изрезанным. Чудом, наверное, все составляющие его организма не оказались уже на полу. А потом - шепот. Тихий шепот. Настолько, что невозможно даже было разобрать, что именно он прошептал. Он даже, казалось, не закончил. Выстрел был первее. Он же пресек все попытки, все хоть сколько-нибудь стоящие надежды. Плюс один. Плюс один в этом месиве из крови, органов и трупов. Чонгук, закрывшись руками, рухнул на пол, чувствуя этот металлический привкус во рту. Вздрогнув всем телом, Чонгук резким движением осел на кровати. Его грудь вздымалась быстрыми, ужасно быстрыми темпами. Дышать стало непомерно тяжело. Было ощущение, будто несколькими секундами ранее ему кто-то перекрыл кислород и дал вздохнуть только сейчас. Кошмары. Они не оставляли его ни на одну ночь, каждый раз отражаясь в сознании до одури яркими красками. Дрожа всем телом, парень, закрыв глаза, сжал с силой плед. Пот стекал с него ручьями. Ему стало жарко. Одно и то же. Ночь за ночью. Никаких изменений. Ни в одном его чертовом кошмаре. Изменялось лишь количество трупов. И стены все более и более окрашивались в темно-красные оттенки. Охотник поднял голову почти что моментально, заставляя себя еще раз убедиться, что все это сон. Ужас, который остался позади. Гука окружал все тот же зал. Все те же родные стены. Тот же ринг в середине помещения, что возводил еще его брат. Казалось бы, ничего не менялось. И в тот же момент стоило Чонгуку лишь взглянуть в сторону Юнги, стоявшего неподалеку, как все оборачивалось вверх ногами. Потому что менялось, на самом-то деле, все. Уж кого-кого, а вампира в этом месте отродясь не бывало. - Спрашивать, как спалось, пожалуй, не буду, - Юнги сел на журнальный столик неподалеку, пристально смотря в расширенные глаза еще не отошедшего от кошмара Чонгука. С виду вампир оставался совершенно спокойным. - Выспался? - Что... ты здесь делаешь? Чонгук даже не помнил, как здесь оказался. Не мог припомнить, был ли рядом с ним Юнги на тот момент, что он ввалился в помещение. Похоже, что был. Как же иначе. - Как видишь, сижу. В чем суть вопроса, Чонгук? Где мне еще нужно находиться? Унимая сердцебиение, Чонгук облокотился о спинку дивана, устало обшаривая взглядом окрестности. Теперь и его отца не было. Теперь он лишился даже его. И на душе от этого оставался не то, что осадок. Скорее какое-то окаменение. Действительно, плюс один. Плюс один в его миниатюрном морге в подсознании. Рука скользнула в карман, вытаскивая синий камень. Такой же безжизненный, каким ощущал себя сам Гук. - Злишься? - тихо спросил охотник следом, не отводя взгляда от синего нечто. Панацея. Сейчас было действительно непомерно жаль, что этот камень исцелял далеко не душевные раны. Гук готов был ощутить сейчас, как его кости, все до единой, ломаются. Но парень был не готов к той пустоте, что образовалась внутри. Не готов к тем дерьмовым картинкам в своем же подсознании. - Нет, что ты, ликую. А ведь сказал бы он ему сразу, доверился бы, и все бы могло повернуться иначе. И выбирать бы между двумя дорогими ему существами даже бы не пришлось. Чонгук поднял взгляд на Юнги, так и замирая. Чувствуя досаду лишь на самого себя. Это он виноват. Не вампир. Он сам. - Тогда, может, вернемся к моему первоначальному вопросу? - спокойным тоном спросил он снова, неотрывно смотря в горящие глаза Юнги. - Что ты здесь делаешь до сих пор? Почему ты до сих пор находишься рядом со мной, Юнги? - Ты действительно настолько слеп в этом вопросе, что нужно озвучивать очевидные вещи? - вампир буквально шипел. Встав, он, подойдя и расположив руки справа и слева от головы Чонгука, навис над ним. Да, он все еще был зол. Ужасно зол. - Мне жаль твоего отца. И я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь. Но знаешь... я бы помог ему. И тебе я бы помог. Если бы ты доверял мне хоть на один ебанный грамм. Если бы ты хоть иногда посвящал меня в то, что творишь... - Юнги... Вампир резко отстранился, все еще зло сверкая глазами. Чонгук сразу же замолчал. Одно накладывалось на другое. Он знал, что виноват был во всем этом он один. Знал, что смерть отца теперь мертвым грузом лежала на нем же. Это чувство разъедало изнутри. Разъедало даже похлеще ощущения, что он же виноват был и в еще нескольких смертях. - Что?! - прошипел Юнги снова, борясь с желанием перейти от слов к действию. Разбитый вдребезги Чонгук и на него, по всей видимости, производил неизгладимое впечатление. - Я хоть раз давал тебе повод для сомнений?! Предавал тебя? Лгал? Ответь мне, Гукки, хоть единожды я сделал что-то подобное? - Нет. - Тогда какого хрена то, что я вампир, является причиной твоего ко мне недоверия? Ты, блядский охотник, можешь так же нанести удар мне в спину. Твои сородичи убивали моих соклановцев. Я сражался с твоей, черт подери, семьей. Это я не должен доверять тебе. Это у меня до жопы причин это делать, а не у тебя... Нет, Чонгук, на отца ты все-таки похож. Пиздец, как похож. Гука передернуло. Это было выше его сил. Отбросив плед в сторону, парень встал на ноги, оказавшись теперь на одном уровне с Юнги. Разъяренный, можно даже сказать взбешенный. Тот хотел его задеть. Бесспорно. И даже нашел вполне подходящую для этого причину. Чонгук, который просто мечтал сейчас остаться наедине с собой, в одно мгновение стал буквально на грани срыва. - Ну же... скажи, в чем я не прав? - прошептал вампир, скалясь. Все так. Он был прав. Только легче от этого Гуку не становилось. Судорожно выдохнув, он с силой отбросил от себя вампира, ударив того прямиком в грудь. Может, Юнги и ожидал этого удара. Может, даже не был удивлен тому, что сделал охотник. Но помогло ему это все равно не так чтобы слишком. Получив удар, он с грохотом упал, сбив по пути парочку небольших тумб, наполненных не пойми чем. И это падение удачным назвать было сложно. Юнги приземлился прямиком на спину, сильно ударившись при этом еще и затылком. И тотчас, извернувшись, оказался на ногах. - Да потому что я не верю в это! - почти что прорычал Гук, вновь оказываясь рядом. Второй удар был ожидаем еще посильнее предыдущего. Юнги поймал его руку без проблем, сильно сжав запястье. - Не может все быть так хорошо! Вот именно, Юнги, у нас с тобой просто уйма причин ненавидеть друг друга. Особенно, как ты выразился, у тебя. Какого вообще хрена тогда?.. Резко вывернув руку охотника, Юнги повалил его теперь сам, ловко прижав к полу. И даже удар, нанесенный Чонгуком, не дал тому никакого преимущества. Вампир был очень стойким к любым его действиям. И Гук теперь явно ощущал его преимущество над собой. Юнги был куда сильнее его. Между ними по многим параметрам имелась пропасть. - Просто ты ищешь проблемы там, где их нет. Какого хрена?.. Да я этот вопрос себе задаю уже который блядский день! Уж извини, пожалуйста, что среди всех этих студентов в том гребанном институте, рядом с которым мне пришлось околачиваться, мне приглянулся именно ты... Вкус вот у меня такой, дерьмовый. Он позволил Чонгуку вывернуться. Позволил даже ударить себя и только потом, перехватив его руку снова, откинул на несколько метров. И хоть Чонгук приземлился крайне удачно, обернувшись, после этого он промедлил. Волшебным образом охотник оказался на ринге. И Юнги, перемахнув через гибкие веревки, которые тот окружали, очутился там же, разминая шею. Давно Гук не бился именно здесь. И никогда - с таким противником. - Да, вкус у тебя действительно дерьмовый, дорогой, - пробасил Чонгук, заняв наиболее выгодную позицию. Юнги остановился, не понимая, кажется, к чему тот вел. - Уж если ты спал с Тэхёном... - С кем?! Кто это вообще такой? Чонгук кинулся первым, опрокидывая своего противника. Удар пришелся теперь тому точно в челюсть. И был достаточной силы даже для того, чтобы у вампира разом полилась кровь из носа, задетого в том числе. Темная кровь. Юнги угрожающе зашипел. - Брат Чимина, - зло прошептал Чонгук, схватив противника за воротник его далеко уже даже не серой рубашки. Этим своим действием он чуть приподнял парня, снова приложив его после этого об пол. В любом случае ринг был покрыт куда более мягким покрытием. - Тот самый Тэ, которого мы с тобой тогда пытались прикончить. Не делай вид, что ты не понимаешь, о чем, черт дери, речь!.. - Думаешь, я запоминаю всех, с кем сплю? Юнги улыбнулся кровавой улыбкой, стоило ему увидеть реакцию Чонгука. Охотник был вне себя от накатившей злости. И вампир лишь раз за разом подкидывал дров в все более и более разгоравшийся костер. Казалось, он добивался пожара. - Что это было за послание, Юнги? - Чонгук даже на его улыбку нормально смотреть не мог. Замахнувшись, он хотел было продолжить, как вампир резко опрокинул его на спину одним метким ударом. И сразу же оказался сверху, держа обе его руки своими. - То, что передал тебе этот самый Тэхён. Что это значило? - Тогда, когда ты это передавал... тебя это вроде не особо интересовало, разве нет? Посильнее сжав запястья охотника, Юнги резко отпустил, сразу же следом заводя одну из его рук наверх. Сначала раздался хруст. Только потом Чонгук ощутил ужасную боль где-то в плече, морщась. Пришлось стерпеть и это. Следующим же движением охотник, выгнувшись, смел Юнги с себя, поднимаясь на ноги. - А теперь, блять, интересует! - прокричал он, уворачиваясь от нового удара вампира. Первый раз получилось. Второй - нет. Третим тот смог сбить охотника с ног. Давненько Чонгук не ощущал на спине те самые упругие веревки, которые окружали ринг со всех сторон. Давненько не чувствовал этой саднящей боли. - Да неужели? - вампир без труда избежал следующего же удара охотника, сделав мнимый выпад вперед. - Тебя интересует она? - Кто эта она? Юнги ухмыльнулся, ловя в воздухе кулак Чонгука. Он будто наперед знал, что тот соберется делать. Наперед знал, что охотник предпримет. И, выбрав момент, вывернул ему руку, заставляя обернуться к себе спиной. - Девушка, которую я когда-то любил, Гукки, - прошептал он ему на ухо, отпуская. Охотник сразу за этим развернулся, снова сжимая руки в кулаки. - И это "когда-то" измеряется даже не десятками... скорее сотнями лет. - И что же случилось? Разлюбил? Прикрыв глаза, Юнги хмыкнул. В этом во всем чувствовалась какая-то горечь. Чонгук скорее даже автоматически разжал кулаки, смотря сейчас на вампира. Биться и говорить... это было сложнее, чем даже казалось на первый взгляд. У охотника сейчас было сбито дыхание. И это учитывая всю его выдержку. - Скорее случился Намджун. Он же и уничтожил ее. Мой некогда лучший друг... иронично, правда? - Но год назад... - ...а год назад он изничтожил еще и всю мою семью. Врагу не пожелаешь такого добросердечного товарища. Ну или коротко о том, какой я везучий в разного рода отношениях, пожалуй. Это ты хотел услышать? Историю моей давней любви? Господи, да она стара как мир... - Нет, не это. Чонгук будто бы ощутил, как его разом покинули все силы. Ноги подкашивались, руки опускались. Ничего общего даже с тем состоянием, что было несколько секунд назад. Он выместил все, что в нем было. Всю досаду, всю злость и ненависть, всю боль. И все это на Юнги. На чертовом ринге. Действительно, схожесть с его семьей была налицо. Нормальный человек бы уж точно не стал опускаться до этого. Хмыкнув, Чонгук грустно улыбнулся, чувствуя горечь во рту. В перемешку с кровью. Как символично. Он проснулся приблизительно с тем же ощущением. С тем же странным привкусом. - Прости, - тихо произнес он, вызывая на лице вампира сплошь одно недоумение. - Прости меня, Юнги. Я знаю, что на сей раз просто обязан извиниться перед тобой. Я... я никогда не хотел, чтобы так получилось... - Наён снова не в настроении? Сана уже в который раз задавалась вопросом, почему. Почему именно Момо, девушка, которая поболее других ее ненавидела, так привлекала ее. Почему именно с ней, если уж так того требовали обстоятельства, хотелось говорить. Единственный вампир среди всего клана, который относился к Сане хуже не придумаешь, и тянуло Сану именно к ней. Наверное, потому, что она единственная была до жути огорчена смертью Чонгука. Может быть и так. Но вряд ли она сама была рада такому к себе отношению, это точно. - Вчера была потасовка между парочкой наших и парочкой вампиров Намджуна, которые плевать теперь хотят даже на границу. Серьезно? - да, уж кто-кто, а Момо была совершенно не в восторге. Лишь одна вещь за все это время смогла поднять ей настроение. Известие о том, что Юнги на месте назначенной встречи так никто и не увидел. - Похоже, ребята из того клана вообще ополоумели... - Ополоумели? Сана буквально вцепилась взглядом в Момо, ухватившись за весть, будто за спасительный круг. - В том клане ситуация похуже нашего будет, - холодно ответила вампирша, даже не смотря в сторону Саны. Та вся обратилась в слух. - У нас хоть лидер свои слабости на обзор всему белому свету не выставляет... Сане пришлось поднапрячься, чтобы не показать свою радость. Девушка еле успела скрыть улыбку за извечно серьезным выражением лица, ликуя лишь про себя. Если уж дошло и до Момо, значит, весть обратилась в слух, который облетал все границы. Кусая губы, Сана обернулась, вновь после этого обращая все свое внимание к вампиру. Та сидела, совершенно безучастная ко всему происходящему. Сама у себя на уме. - Я нужна? То, что ее вечно оставляли на Момо, имело свои плюсы. Например, сейчас, когда той совершенно не было дела до новенькой. Наверное, эта вампирша бы была даже рада, если бы Сана каким-нибудь волшебным образом убилась где-нибудь, как она сама отвернется. - Ой, да иди на все четыре стороны... - Если что, у тебя есть мой номер, - взгляд Момо ясно дал понять, что звонить она не будет. Даже, наверное, в самом крайнем случае. Сана лишь нервно улыбнулась в ответ. - Я пойду. - Если что, я за тобой наблюдаю, - старательно выделяя интонацией слово "наблюдаю", как бы ставя там кавычки, проговорила та. Сана кивнула. Подставлять Момо, учитывая все происходящее, не хотелось, отнюдь. Это мнимое с ней сотрудничество ей нравилось даже больше, чем забота других. Момо давала ей личное пространство, сама того не ведая. Еще одна причина, чтобы относиться к ней несколько иначе. Еще одна причина, чтобы действительно выделять ее среди всех остальных. Сана оставила девушку там же, в каком-то непонятном баре, в котором Момо прозябала все свое свободное время. Наён была приверженцем чистоты и порядка, избегая подобные заведения. Наверное, именно поэтому Момо постоянно бывала только в них. За все свое время присутствия здесь, Сана уже достаточно изучила порядки и повадки вампиров этого клана. И достаточно изучила ту же Момо. Девушка делала лишь то, что от нее требовали. Не больше и не меньше этого. Она будто и не являлась частью клана, в котором состояла. Будто была совершенно чужой. Ветер был достаточной силы, чтобы сгибать деревья и ломать ветки на них. Волосы Саны, еще недавно старательно расчесанные, теперь были взлохмачены. В глаза попадала пыль и вся та грязь, которая вихрем летала вокруг. Остановившись, девушка прислонилась спиной к какой-то более-менее чистой стене, замерев. На той стороне дороги стоял он. Тэхён. Девушка закрыла глаза, зажмурилась, потом открыла их вновь. Он все еще стоял там. Наваждение. Это было всего лишь наваждение. Она повторила это про себя еще раз пятнадцать, но все еще видела его, стоявшего и улыбавшегося ей, будто ничего и не произошло. И только спустя несколько секунд, подняв руку, он ей помахал, сразу же за этим сделав жест обернуться. И Сана, дыша буквально через раз, сделала это. - Привет, - сердце девушки ушло в пятки. Наверное, был бы Чимин ближе еще хотя бы на шаг, и Сана бы выпрыгнула на обочину, лишь бы быть подальше от него. Но сейчас она лишь смотрела. Смотрела глазами, полными ужаса и неподдельного страха. - Извини, сильно напугал? - Никогда, слышишь?! - зашипев, произнесла она, сразу же накинувшись на него. - Никогда так не делай, черт подери! Она быстро опомнилась. Быстро пришла в себя, снова смотря в ту сторону. В сторону Тэхёна, который незаметно переметнулся чуть правее, ближе к какому-то серому невзрачному столбу. - Чим, - ухватившись за его руку, произнесла она, заставляя его посмотреть в ту же сторону. - Ты видишь что-нибудь? Казалось сейчас, что весь мир остановился в ожидании ответа. Парень, посмотрев в ту сторону, столь же резко, как и до этого, оглянулся на Сану. - Там пустая улица. Что я должен видеть? - Сана готова была поспорить, что после этого Тэхён, стоявший там, засмеялся. Она делала все. Не помогало. Вообще. Этот парень вечно преследовал ее повсюду, заставляя злиться, бояться, заставляя сходить с ума. - Сана, у тебя все в порядке? Нет. Ничего не в порядке. Даже Тэхён, мнимый Тэхён, стоявший на той стороне улицы, это знал. Девушка потихоньку съезжала с катушек. Мимоходом сходила с ума. И ничего не могла с этим поделать. - А по мне не видно? - теперь она смотрела на него. Прямо в глаза. Зрительный контакт с Чимином был куда более приятен, абсолютно. И пусть присутствие Тэхёна она чувствовала каким-то шестым чувством, все свое внимание девушка обратила к парню перед ней. - Твой брат сделал из меня параноика. Истеричку, которая теперь боится собственной тени. Да, черт возьми, у меня сейчас все зашибись! - Последствия гипноза? - Все... все хорошо, - вздох. Потом еще один. Злость отошла на второй план. Чимин был не виноват в том, что происходило. И она убеждала себя в этом раз за разом. - Извини. Это пройдет. Обязательно должно пройти. Когда-нибудь. - Отвлекись, - Сана хмыкнула в ответ, покачав головой. Легко сказать. Не у него перед глазами постоянно маячил до жути знакомый образ. - Если ты думаешь о чем-то перед сном, то чего тогда потом удивляться, что именно это тебе и приснилось? Сана, взгляни на меня. Не думай о нем. Ты сама способна вернуть себе спокойную и размеренную жизнь. - Чимин, я вампир. Я давно уже забросила учебу. Скорее всего из института меня уже отчислили, потому что я не заявилась даже на сдачу экзаменов, уже не говоря про лекции и обычные зачеты. Я уже потеряла спокойную и размеренную жизнь. После всего, что я видела, мне совесть не позволит обратно за парту сесть... Он задерживал ее. Не тащить же парня к месту, о котором по сути-то вообще ни один вампир знать был не должен. Не тащить же его к тому подвалу, о котором и без того последнее время знало достаточно людей. Если Момо было совершенно плевать, где находилась Сана, то этот вампир мог пойти за ней. И выйти на Чонгука, конечно. Такой путь был сразу отброшен ко всем чертям. - Я сделал то, о чем ты просила, - отвлекая ее от мыслей, сказал Чим. Сделал. Разрушил собственный клан. Вопрос: "зачем?" все еще оставался открытым. - Междоусобица началась. Ты уверена, что хотела этого? Смертей будет еще больше... - Я тоже слежу за новостями, Чимин. И как бы я ни хотела, помочь каждому я не в состоянии. - Кому же помогаешь тогда ты? Зачем тебе это? Хочешь стать еще большей любимицей в глазах Наён?.. Сомневаюсь. Это не та цель, к которой ты бы стремилась. В ее клане почетным считается убивать. Ты не подходишь под их параметры, таская кровь из клиники неподалеку. Ты вообще не подходишь под параметры той, что смогла хладнокровно прищучить охотника, нанеся ему непоправимый урон. Но господи, дурочка, куда ты полезла?.. Думаешь, тебе под силу справиться с этой стервой, которая помыкает твоим кланом? Ты всего лишь перевоплощенная. Ты до конца даже не умеешь пользоваться своими способностями. Сана, ты губишь себя! Никакого Тэхёна. Ничего. Лишь Чимин. Чимин, который, будто гребанный рентген, видел ее всю насквозь. Тот самый Чимин, что не раз уже спасал ее от всякого рода злоключений. Чимин, который был полностью противоположен своему брату. В его взгляде, словах, в нем самом не было ни грамма фальши или эгоизма. Она била его сковородкой, посылала, обращалась так, будто бы он сам использовал на ней гипноз, принуждая к сексу. И он здесь. Прямо сейчас. Странно? Да, пожалуй, это то самое слово. - Какое тебе до этого дело? - тихо спросила она, чувствуя, как к горлу подошел ком. То, о чем она столько времени хотела поведать Чонгуку, готово было вывалиться на вампира перед ней. - Тебе-то что? Мы с тобой почти незнакомы друг с другом, Чим. - Я вытерпел даже удар сковородкой по щам, - хмыкнув, ответил он, морщась от неприятных воспоминаний. На лице Саны это вызвало усмешку. - Ты серьезно решила, что каждой встречной девушке я позволю себя бить, Сана?.. Пойдем. - Подожди... куда? - Я докажу тебе, что заслуживаю доверия. - Раз, два, три... Звук все еще шел с шипением. Чеён, поморщившись, повернула провод еще больше, придерживая его под таким углом. Этим наушникам даже на вид было несколько лет, хотя она их, казалось, покупала лишь год назад, не более того. В любом случае их состояние оставляло желать лучшего. И, надев их, девушка уселась в кресло, подобрав под себя ноги. Компьютерный стул сломался еще раньше, представляя теперь нечто на трех колесиках. - Надеюсь, ты услышишь меня... - начала она, включая запись. На часах пошел отсчет времени, начиная с нуля. И девушка, собравшись с мыслями, взяла в руки документы, валявшиеся неподалеку. - Я бы пригласила тебя сюда, но так, думаю, будет даже лучше. Так плюс к записи я перешлю еще и вещественные доказательства... ну или по крайней мере их копии. Камера работала с перебоями. Красный огонек около нее на самом компьютере горел постоянно, но видео, и Чеён это знала, шло черти как, с постоянными зависаниями. Главное, чтобы он услышал. - Знаю, что, возможно, тебе сейчас не до этого... но думаю, эта информация вполне сможет тебя заинтересовать. Теперь я, кажется, знаю все. Даже то, что не знал мой отец. У него, в отличие от меня, не доставало, как оказалось, материалов. Он знал лишь о наличии вампиров, но даже не мог представить, что существовал вид в виде... охотников. В его исследованиях не было ни слова сказано про вас, Гук. Я прочла все от корки до корки, несколько раз. Похоже, ему не посчастливилось встретиться с представителем вашего вида, как посчастливилось мне. Может, это его и погубило. Неважно. Вдохнув полные легкие воздуха, девушка замолчала. Нужно было собраться. Ее всю еще саму трясло. Но стоило только начать, как все уходило в какие-то дебри. Девушка даже не знала, нужно ли это все Чонгуку настолько, что он будет тратить свое время на прослушку, хоть информация, как казалось ей, и ценна. У охотника и без того была целая куча заморочек по поводу и без. - Я сделала несколько анализов твоей крови, Гукки, - продолжила она, стараясь перейти ближе к сути. Наверное, видела бы она его лично, и начала бы говорить еще что-то помимо этого, заваливая ненужной информацией и терминами, которые охотник бы даже не понял. - Следом я просмотрела все анализы крови вампира, которые успел сделать отец. И сделала свои, взяв кровь у Тэхёна. Чонгук, это заражение... то, что мой отец назвал вампиризмом... это есть и в твоей крови. В другом виде, конечно. Я даже не знаю, как бы это объяснить более... просто что ли. У того же Тэхёна это заболевание открытой формы. У тебя, как и, похоже, у любого другого охотника, нет. Она взяла в руки бумаги, подтверждавшие слова, показав на камеру. Разрешение бы в любом случае позволило охотнику прочесть все то, что на них написано. Другой вопрос, понял бы он из этого хоть сколько-нибудь? - Это можно объяснить по-другому, - все еще держа бумаги прямо перед камерой, произнесла она, чуть снова не запнувшись. - Ты живешь с той же болезнью. Ты живешь с вампиризмом в своей крови. Но она у тебя никоим образом не проявляется, симптомов нет. Как многие люди могут жить с болезнями и даже не знать о них, так и ты живешь с этим. Ты, твой отец, твоя семья... по сути та же болезнь действует на вас совершенно иначе. Потому что вы, в отличие от Тэхёна или того же Юнги, изначально жили с этим. У вас это не приобретенное. У вас это врожденное. Соответственно, именно из-за этого у вас та же регенерация идет куда медленнее. И кровь... самое главное, кровь... она у вас, охотников, даже приобретает другой оттенок из-за того, что сам вирус в ней ведет себя иначе. Поэтому она, наоборот, светлеет. Наконец, девушка убрала бумаги, взяв какие-то пробирки. В одной была кровь вампира: темная, даже будто бы неестественная, с какими-то буквально черными разводами внутри. Как будто скверна. Чеён очень рассчитывала на то, что камера передаст хорошо не только четкость, но и цвета. - Посмотри, это кровь Тэ, - она крутанула пробирку в руке, положив ее на стол. Следующей она взяла вторую, показав ее снова на камеру. Эта была куда светлее. Обычная, самая обычная кровь, без всяких примесей. - Это моя. Чистая кровь без заражения. И наконец, она взяла третью, последнюю пробирку, взболтав содержимое. Кровь в ней сразу даже было посветлела еще больше, хотя и без того была неестественно красной и очень яркой. В ней крапинками что-то буквально засветилось. - И вот твоя, Чонгук. То, что вызывает темную кровь у людей, у вас вызывает свечение. Причем яркость зависит от разных факторов. Я поставила пару опытов, но так пока и не смогла выявить, каким образом ты можешь управлять этим свечением. Скорее всего все дело в адреналине, которого в крови чем становится больше, тем вирус реагирует... сильнее. От этого он начинает незначительно проявляться, давая тебе, как и любому другому охотнику, достаточно силы, чтобы справиться с угрозой. По сути... в вашем случае возможен контроль над вирусом. В случае людей скорее вирус контролирует нас. Пробирки оказались на столе. Чеён, стерев пот с лица, теперь просто посмотрела в камеру. - Не знаю, понял ли ты, к чему я веду... Но всем этим я хотела сказать, что, вообще-то, носителем вируса являются как раз-таки охотники. Думаю, ваша кровь в больших количествах способна изменить человека, вызвать в нем вирус и видоизменить, заразив. Вы, охотники, те, что по сути убиваете вампиров, и являетесь главной причиной их появления. Вирус вампиризма живет лишь в теле носителя. Он не витает в воздухе, не может быть подцеплен в воде или еще какой-либо среде. Для него среда обитания - живой организм. В любой другой он умирает. И пусть в тебе этот вирус и... дремлет, выражаясь простым языком, он в тебе есть. Просто твой организм приспособлен его подавить. А вот организм человека - отнюдь нет. Она хотела сказать что-то еще, продолжить, как свет стал чуть более приглушенным. Чеён обернулась, взглянув вокруг. Работающие приборы все еще издавали равномерное гудение, вся лаборатория жила своей жизнью. Но потом, спустя каких-то несколько секунд, раздался пронзительный вой сирены. Все вокруг замигало красными красками. - Чонгук, кажется, что-то произошло... - Чеён сняла очки, которые надела еще до трансляции, и потянулась к мышке. - Вместе с файлом приложены те документы, что я показывала и... в общем, посмотри. Надеюсь, у тебя найдется время на это!.. Экран погас, заведомо отправив нужное сообщение. Вой сирены прекратился. Лаборатория погрузилась в темноту.