Нежный возраст

POV Шизуо Солнце слишком сильно било в глаза, пробивая своими лучами лобовое стекло небольшой легковушки. Оставалось всего несколько метров до прибытия к нужному зданию, и волнение одолевало меня. В свои двадцать четыре года я успел сменить достаточное количество работ, но каждый раз робел, приходя впервые на новое место. Зелёные пышные деревья на территории детского дома выглядели весьма аккуратно, и, судя по всему, за ними тут неплохо ухаживали. Кустарники и цветы украшали и перебивали массивный вид стальной черной ограды с причудливыми узорами. Как только я припарковал свой автомобиль и покинул его душное сидение, в нос ударил запах свежести, и здание, в которое я направлялся, уже не казалось таким мрачным и жутким, как обычно это бывает в страшилках с издевательствами над сиротами. Поглубже вдохнув в легкие воздуха, я прошел сквозь радующие глаз зеленые вихры и пробрался к несколько громоздким и потому несуразным деревянным дверям. Вдох. Выдох. Оказавшись в кабинете владельца этого приюта, я заметно торопился, даже руки не поддавались, а посему документы так и норовили упасть, рассыпавшись по полу. Человек, сидящий за чересчур увесистым столом, выполненным из дорогого красного дерева, говорил со мной спокойно, не спеша, и на миг мне показалось, что он специально растягивает минуты моего волнения. Это был мужчина средних лет в деловом костюме с флегматичным взглядом и медленными, кроткими движениями. Я даже начал подумывать, что он собирается вот-вот выставить меня за дверь, а весь этот разговор даётся ему через большие усилия. Как позже оказалось, зовут этого мужчину Харуя Шики, а возраст его всего тридцать лет, хотя по морщинистому уставшему лицу я бы так не сказал. Внимательно изучив моё резюме, над которым я сидел всю ночь, боясь упустить что-то важное, Шики наконец-то огласил свой вердикт. Эти минуты тянулись как никогда долго, ведь, не получи работу здесь, я бы вряд ли быстро нашел новое место. — Что ж… — Харуя передал мне в руки мои документы, и я даже поёрзал на стуле, как нетерпеливый ребенок, ожидая, что же скажет Шики. — Я думаю, вы мне подходите, Хейваджима Шизуо. Однако работа с детьми это очень ответственно, и пока мы ограничимся испытательным сроком. Не поймите меня неправильно, но безопасность детей превыше всего. Я передам вам правила, которые следует изучить, а пока можете осмотреть приют. Моё сердце успело пропустить пару ударов, пока я выслушивал наставления нового начальника, и скрыть улыбки, что тронула уголки губ, мне не удалось. Быстро поднявшись с места и чуть поклонившись в знак прощания, я покинул кабинет Харуи и поспешил пройтись по новому месту работы. С самого детства я мечтал стать учителем, который был бы другом для каждого своего ученика, был бы понимающим и добрым и непременно завышал бы оценки. Так как из предметов лучше всего у меня выходила биология, на неё и пал мой выбор профессии, и всё бы ничего, вот только мечты мальчишки потерпели крушение о жестокую реальность. Дети не слишком-то жалуют учителей по юности и глупости и часто даже могут счесть за врага, а вот другом стать для них гораздо сложнее, надо соблюдать тонкую грань, не давая вывести себя на конфликт. Примером сдержанности меня не назовешь точно, напротив, к несчастью, я обладаю вспыльчивым нравом, хоть и стараюсь побороть в себе это. В детский дом я отправился в надежде всё же осуществить свою мечту, ведь детям сиротам как никому другому нужна поддержка и внимание. Детей, к слову, тут оказалось довольно много, и были они самых различных возрастов. Выглядели все очень ухожено, и у многих была модная одежда с дорогими телефонами. Я даже удивился, мне стало приятно осознавать, что тут о детях действительно заботятся и следят за ними. Бросилось в глаза и то, что почти на всех были какие-то длинные браслеты и напульсники, скрывающие запястья. Что это за мода такая, что даже мальчики на себя натягивают подобные штуки? Никогда не понимал стремление повторять один и тот же стиль, ведь это прячет индивидуальность каждого. Детский дом выглядел очень уютно, почти всё было выполнено с деревянной отделкой, а диваны кремового оттенка придавали комнатам домашний вид. Услышав громкий звонок, что неприятно бил по ушным перепонкам, ребятня рванула в противоположное от меня направление, и, судя по суете, далеко не на уроки, а скорее всего на обед. Улыбнувшись тому, что есть такие добродетели, как Шики, дающие детям настоящий дом, я уже собирался покидать это здание, как вдруг чьи-то цепкие пальчики потянули меня за рукав, заставляя ошеломленно вздрогнуть от неожиданности. С милой, доверчивой улыбкой, на меня смотрела темноволосая девочка лет десяти, одетая в аккуратный пиджачок и черную юбку. — Папочка! — до меня не сразу дошел смысл этого выкрика, а когда же я наконец-то осознал, почему-то стало немного не по себе и приятное ощущение от получения работы сошло на нет перед этими большими глазами, полными одиночества. Я просто не знал, что ответить, не знал, как поступить, и еле выдавил из себя теплую улыбку, чтобы не пугать малышку. Присев перед ней на корточки, дабы быть приблизительно одного уровня роста, я решил как можно более безболезненно объяснить девочке ситуацию. — Прости… Ты, наверное, ошиблась. Я новый учитель, очень рад познакомиться, — её глаза округлились в явном удивлении, которое быстро сменилось расстройством и… негодованием? Кажется, радость от знакомства у нас взаимной не была. — Папочка, ты меня не узнал? Это же я, твоя Акане! Папочка, почему ты меня бросил? — Акане потеребила мой рукав с новой силой, будто пытаясь донести до меня самую простейшую истину и дивясь тому, что я не понимаю. Наверное, мне стало страшно. Я с детства жил с братом и родителями, и хоть у нас не всегда всё было гладко, но мою юность вполне можно было назвать счастливой, и, видя что-то подобное, мною невольно овладело осознание собственной ничтожности. Ничтожности от того, что я не могу помочь даже такому маленькому человеку. А ведь здесь таких, как Акане, сотни… Прервал мои новые открытия никто иной как Шики, что быстро подхватил воспитанницу на руки, несмотря на её слабые попытки вырваться и потянуться ко мне. — Прошу прощения, Хейваджима. Акане тут совсем недавно и еще не привыкла. Не обращай внимания, — с этими словами Харуя с девочкой на руках удалился по тому же направлению, куда несколько минут назад умчались дети. Детский дом вдруг стал таким опустошенным и одиноким, что захотелось поскорее вернуться в душный салон машины и забыть маленькую девочку, голос которой так отчетливо дрожал.