Глава IV
4 августа 2016 г., 16:52
Всю следующую неделю Кисе был на взводе. Каждый раз, когда он приходил в комнату, ожидая клиента, его порядком измученное сердце вновь начинало биться в бешеном темпе, подступая к горлу. Временами ему казалось, что он заболел. Ведь это было ненормально, совершенно безумно: так волноваться перед встречей с одним из многих мужчин. Но с сердцем не поспоришь: только он возбуждал в груди Кисе такой ураган чувств.
— Таками-сан, прошу вас, умоляю, мне просто жизненно необходима эта информация! — он нервно теребил в пальцах края рубашки, мученически сведя брови.
— Рёта-кун, ты ведь знаешь, мы не имеем права узнавать какую-либо личную информацию о клиентах. Даже при бронировании мы присваиваем им номер, который они впоследствии предъявляют на стойке, — администратор мягко отстранила Кисе, намереваясь продолжить свой путь по коридору.
— Да к чёрту имя! Таками-сан, вы ведь не могли не запомнить его голос? Такой низкий, красивый. Вы точно должны были его узнать!
— Ты правда думаешь, что из десятков постоянных клиентов я сейчас смогу вспомнить его голос и сказать тебе, на какой день он тебя забронировал? У меня достаточно хорошая память, но не настолько идеальная, как ты считаешь, — она немного стушевалась и пожала плечами, как бы говоря: «Прости, не смогу тебе ничем помочь».
— Таками-сан, умоляю! — Кисе склонился всем корпусом. — Я буду вашим должником! Но мне это правда, правда очень нужно!
— Но я… — она переступила с ноги на ногу и со стоном выдохнула. — Ладно, хорошо, я постараюсь. Пошли со мной.
Кисе мягко улыбнулся, выражая ей свою признательность, и прошёл с ней в кабинет. Таками включила компьютер и открыла таблицу с расписанными посещениями.
— На эту неделю тебя забронировали уже несколько раз. И как я должна вспомнить, который из них этот твой фаворит? — она наклонила голову и упёрлась щекой в кулак.
— Не называйте его так, пожалуйста. Он просто… в некотором плане мне интересен, — попытался выкрутиться Кисе, не желая рассказывать слезливую историю о своей первой любви.
— Как, говоришь, он выглядит?
— Ну, смуглый такой, брюнет. Не то чтобы очень красивый, но весьма колоритный мужчина.
— М-м… — она потёрла пальцем по подбородку, пытаясь вспомнить. — Да, точно. В этот раз он бронировал тебя по телефону, но я узнала его голос. Его и правда сложно с кем-то перепутать. Если я не ошибаюсь, он взял тебя на восемь часов вечера в пятницу, — произнесла она, не видящим взглядом смотря в пустоту перед собой, роясь в чертогах своей памяти. Кисе расплылся в сияющей улыбке, произнося слова благодарности.
— Кажется… Наверное… — добавила Таками, но Кисе её уже не услышал.
***
В назначенный день Кисе подбирал одежду из своего гардероба, как девица на первое свидание. Он решил во что бы то ни стало выглядеть безупречно, чтобы у этого придурка дыхание спёрло от восхищения, и он провожал взглядом каждый откинутый предмет одежды. Спустя пару часов, перекопав весь свой шкаф, он наконец удовлетворился выбранным комплектом. Кисе посмотрел в зеркало на стене и печально усмехнулся. В строгом чёрном костюме он выглядел как состоятельный бизнесмен, у которого в жизни всё просто прекрасно. Возможно, он бы и правда мог быть таким, если бы не то, что случилось с ним много лет назад, раз и навсегда закрыв ему путь к приличной работе. — Интересно, ему понравится? — промямлил Кисе себе под нос, совершенно не осознав этого. Признаваться даже самому себе не хотелось в том, что его мысли действительно целиком и полностью были охвачены этим мужчиной, невообразимо похожим на того паренька из параллели. Даже попав в такой грязный и развратный мир, Кисе не очерствел душой. Он всё так же в тайне мечтал о любви, хотел найти себе постоянного партнёра и начать обыкновенные человеческие отношения. Но в нашем мире найти себе парня-гея для долгосрочных отношений не так уж и просто. — Я должен завладеть его сердцем так, чтобы он приходил ко мне ещё и ещё. Даже если я всего лишь один из многих его любовников, даже если на самом деле он женат и у него есть дети… Я хочу заставить его думать обо мне, — Кисе прикоснулся ладонью к зеркалу, будто бы говоря это своему отражению. Насколько бы красивым он ни был, он всё же не женщина. С такими, как он, любят развлекаться до тех пор, пока не надоест и не наступит пора остепениться. — Он запомнит ночь со мной на всю жизнь, обязательно.***
В назначенное время Кисе всё же нервничал. А что, если Таками ошиблась? Он просто не переживёт, если дверь откроется и в комнату войдёт кто-то другой. Кисе уже начинал нервно теребить в пальцах серёжку, оттягивая её до боли. В тот момент, когда он уже собирался ослабить галстук, не в силах терпеть духоту номера, дверная ручка повернулась. — Йо, Рёта. Кисе расслабленно выдохнул, но постарался не показывать того, что он рад. Хотя и раздражал тот факт, что клиент называет его по имени, он не имел права ему этого запрещать. Мужчина прошёл в комнату и лениво плюхнулся на кровать, закидывая руки за голову. От него так и исходила самоуверенность и полное осознание своей офигенности. «Каков нарцисс», — подумал Кисе и фыркнул. Но к нему тянуло. И сопротивляться его феромонам не получалось, как ни старайся. — Давай, я жду, — протянул он своим бархатным басом и приподнял уголок рта в подобии улыбки. Кисе понял, чего он хочет, и потому послушно встал с кровати, подошёл к раритетному магнитофону на прикроватной тумбочке и нажал на кнопку воспроизведения. Комната оказалась сразу же окутана чудеснейшими звуками саксофона и страстного мужского баса. — Вам не кажется, что голос певца очень похож на ваш? — прошептал Кисе, так искренне и нежно улыбаясь, что клиент невольно улыбнулся в ответ. — Тебе виднее. Кисе запустил руку в свои волосы и убрал вверх чёлку. Когда он отпустил, несколько прядей упали обратно на лоб. Выглядел он действительно прекрасно. От него веяло молодостью, здоровьем, жизнью. Он был похож на упрямый росток, пробивающийся даже сквозь камни скалистого склона. Он покрутил в пальцах пуговицу пиджака и медленно расстегнул, соблазнительно прикусывая губу. Затем повернулся и немного спустил пиджак, так, чтобы были видны плечи, обтянутые хлопковой белой рубашкой. Он покончил и со второй пуговицей, и пиджак упал на пол к его ногам. Посетитель проводил его взглядом и ухмыльнулся. Он явно был заинтригован, Кисе это понимал. Поэтому он неторопливо закатал рукава рубашки и провёл рукой по своей груди, всё ещё обтянутой чёрным жилетом. Затем начал медленно опускать ладонь, пальцами пересчитывая каждую из многочисленных маленьких пуговиц. Они бесили клиента, это было видно по его сверкающим глазам. Кисе обвёл подушечкой самую нижнюю и начал было расстёгивать её, но затем улыбнулся и повернулся к нему спиной. Это было просто преступно — лишать клиента такого зрелища, но ему не хотелось делать только то, что заведомо тому понравится. Кисе услышал, как за его спиной мужчина фыркнул в нетерпении, и обернулся, ловкими пальцами расстёгивая уже предпоследнюю пуговицу. Он не удивился, когда заметил, как взгляд клиента практически прикипает к его рукам. «Да, смотри на меня. Смотри туда, куда хочу я, и ни за что не отводи взгляд». Он неторопливо стянул жилет с себя и бросил его клиенту. Пусть потрогает пальцами нагретую его телом ткань. Тот покрутил его в руках, что-то разглядывая, и выкинул на пол. Не интересно. Кисе усмехнулся и ослабил галстук, давно мучавший его. Оттянул в сторону, поворачивая голову, спустил узел до неприличного низко. Теперь он перестал походить на офисного сотрудника. Он расстегнул несколько верхних пуговиц, всё ещё в рамках дозволенного, и вытащил нижний край рубашки из брюк. Затем поднял руки и дотронулся ими до своей же холки. Ткань приподнялась, и стало видно низ его живота: с молочно-белой кожей прекрасно контрастировала чёрная резинка пояса для чулок. Пусть клиент полюбуется. Посмотрит на него с разных ракурсов. Захочет его так, как никогда никого не хотел. Взгляд посетителя помутнел от страсти. Он присел на кровати и попытался протянуть руку. Кисе покачал головой и отошёл на шаг назад. Не сейчас. Сегодня игра по его правилам. Неторопливая музыка сменилась более страстной, в полувздохах-полустонах певца выражалось всё то, что невозможно было описать словами. Желание закончить это мучение, отдаться друг другу и дойти до оргазма под нежную песню и собственные крики наслаждения. Кисе прикрыл глаза и слегка покачивал бёдрами вперёд, расстёгивая пуговицы рубашки. Его член начал напрягаться и выпирать, натягивая молнию ширинки. Под таким пристальным взглядом клиента ему казалось, что не он сам, собственными руками избавляет себя от одежды, а его буквально раздевают глазами, обжигая открытые участки кожи. Кисе издал томный стон и расстегнул ремень, звеня пряжкой, приспустил штаны ниже. Затем полностью стянул галстук и отправил его к прочим предметам одежды. Вновь повернулся и спустил рубашку наполовину, обнажая лопатки. Если клиенту нравится его спина, так пусть не отказывает себе в удовольствии её лицезреть. Мужчина шумно выдохнул и расстегнул собственные штаны, начиная просто бессовестно удовлетворять себя, пока хост тут так старается, отказывая самому себе в удовольствии ради прихоти клиента. Кисе обиженно вскинул бровь и позволил рубашке сползти с себя. Медленно опустил руки, проводя ладонью по паху и немного массируя яички через ткань. Хотелось уже содрать с себя остатки одежды к чертям собачьим и простонать с дрожью в голосе: «Выеби меня, ради всего святого», но Кисе Рёта на то и Кисе Рёта, что не умеет сдаваться без боя. Он сделал шаг вперёд, потирая в пальцах края маленькой пуговицы, медленно подтолкнул её, позволяя ей выскользнуть из петельки, и схватил пальцами язычок молнии. Просто преступно неспешно потянул её вниз, расстёгивая ширинку и освобождая свой ноющий член от давления. Клиент сглотнул, откидывая голову на подушку и продолжая двигать рукой по стволу, на какие-то мгновения сжимая пальцы под головкой. Кисе тем временем успел избавиться от брюк и принялся пальцами потирать свой член через ткань, которая успела уже немного намокнуть. Посетитель поднял голову, и Кисе готов был поклясться, что заметил, как расширились его зрачки. Видимо, ему очень понравились крепкие мужские ноги, обтянутые тонкими чёрными чулками. Кисе ухмыльнулся и поставил ногу на кровать, пальцами почти прикасаясь к его мошонке. Клиент привстал и подтянул его ближе, заставляя коленями встать по обе стороны от его груди, затем оттянул верхний край его плавок вниз, освобождая член, и коснулся губами головки. Поцеловал уздечку, прошёлся по венам на стволе и, наконец, взял его в рот, посасывая и мягко надавливая Кисе на поясницу, призывая его толкнуться в глотку. Кисе вскрикнул от наслаждения, провёл ладонями по смуглым вискам, а затем вцепился пальцами в его волосы, пытаясь оттянуть от себя. Посетитель не выпустил его член изо рта, продолжая щекотать языком чувствительные точки. Руками он принялся оглаживать кружево чулок и слегка подцеплять пальцами резинки, временами то царапая кожу ногтями, то сдавливая бёдра до синяков. В голове Кисе была такая каша, что он был способен только прикрывать глаза и мычать от удовольствия, шёпотом прося перестать. В тот момент, когда клиент на секунду отстранился, чтобы набрать в лёгкие воздуха, Кисе не упустил своего шанса. Он проворно отполз от его рта и сам насадился на член, придерживая его рукой у основания. Посетитель не был к этому готов, и Кисе торжествующе закусил губу, наблюдая за тем, как он свёл брови, пытаясь сдержать гортанный стон. У Кисе были отличные ноги. Каждый раз, когда он приподнимался наверх, мышцы его бёдер напрягались и выглядели особенно эффектно под чёрным капроном чулок. Клиент усмехнулся и отстегнул подтяжку с одной стороны. Залез пальцем под кружево и стянул вниз, обнажая светлую кожу с красноватыми отметинами от тугой резинки. Огладил ягодицу и отстегнул подтяжку сзади. Затем размашистыми движениями принялся мять и пощипывать бедро, следуя за движениями Кисе, когда он поднимался и опускался назад, коротко выдыхая и вздрагивая всем телом. — Тебе хорошо, Рёта? — промурлыкал он, сам расплываясь от неторопливых движений Кисе: он насаживался на член по самое основание и на секунду застывал в таком положении, старательно сжимая мышцы ануса. Кисе не ответил и только издал протяжный стон, увеличивая темп. Затем склонился и упёрся на вытянутых руках в плечи клиента, совершенно не стесняясь того, что капли предсемени с его члена начинали капать тому на рубашку. Посетитель откинул голову, безуспешно пытаясь подавить стон, и вцепился пальцами в ягодицы Кисе, помогая тому сделать последние толчки. Задыхаясь от охватившего его оргазма, Кисе повалился на него безвольным телом, придавливая к постели. Но тот, кажется, и не был против. Даже уронил руку на светлую макушку, то ли ненавязчиво напоминая о том, что пора одеваться, то ли пытаясь погладить волосы. Кисе готов был с ума сойти, не позволяя себе же признаться в том, что в эту минуту был по-настоящему счастлив.
