Осознавая монстра

Чтобы прийти в себя, Кларисса на следующий день отправилась в незапланированный пробег по парку. Через боль в мышцах она успокаивала себя. Мокрая майка липла к телу. Прохладный зимний воздух холодил щёки. Но Кларисса не знала, что бежала она не одна. В девять тридцать пять к парковке, где стояла машина Старлинг, подъехал черный BMW. Из него вышел высокий мужчина, одетый явно не для пробежки. Он взглянул на часы и нервно оглянулся по сторонам, словно выискивая кого-то. Ганнибал убрал бинокль и решил сменить место дислокации. Он вышел на другой склон, откуда можно было видеть беговые дорожки в лесной чаще. Доктор улыбнулся, когда увидел своих хороших знакомых: двух верзил с тупыми рожами. Они следовали за высоким мужчиной в пальто. Ганнибал закрыл глаза и проник в своё сознание в зону краткосрочной памяти, там, где он хранил образы однажды увиденных им людей. Высокий мужчина тотчас возник перед мысленным взором. Точнее его лицо, изображенное на передовице «Нэшенел Тетлер». Пол Крендлер, заместитель генерального инспектора министерства юстиции. Именно он давал газетчикам пояснения об отстранении Старлинг от должности. Эта информация всплыла в мозгу доктора довольно быстро. Ганнибал открыл глаза и принялся отыскивать бегущую Старлинг. Он увидел её через пару минут поиска. Она бежала не по основной дороге, а чуть в стороне от неё, где пролегала небольшая тропинка. Волосы, собранные в высокий хвост, подпрыгивали с каждым новым движением. В ста метрах позади неё бежали два соглядатая, а впереди, прогуливаясь между клёнов, вальяжно расположился представитель юстиции Пол Крендлер. Старлинг бежала как раз ему на встречу. Когда Крендлер увидел её, взмокшую от быстрого бега, без обычной надменной улыбки, то она показалась ему совершенно беззащитной. В его груди даже зашевелилось чувство, чем-то похожее на жалость. — С добрым утром, агент Старлинг, — поприветствовал он её с широкой улыбкой, при этом пряча глаза. — Какая неожиданная встреча? Кларисса на эту улыбку не ответила, лишь быстро оглянулась по сторонам. — Можете не переживать, мы здесь совершенно одни, — сказал Крендлер, глядя на то, как быстро поднимается и опускается грудь Клариссы. — Чем обязана вашему визиту, мистер Крендлер? — Да вот, решил немного прогуляться. — В этих дорогих офисных туфлях? — спросила Старлинг, презрительно кивая на ноги мужчины. Она знала, с какой педантичностью Крендлер относился к своей обуви, поэтому поверить в то, что он случайно оказался в лесу, где бегает она, было бы весьма сомнительно. Крендлер понял свой промах и улыбнулся на этот раз своей фирменной кривой улыбкой. — Да, зачем ломать комедию. Я искал встречи с вами, Старлинг. В неофициальной, так сказать, обстановке. Вас же не вытащить в клуб или ресторан, вот приходится бегать за вами по парку. — Так какое у вас ко мне, дело? — спросила Старлинг довольно громко, игнорируя нелепую шутку Пола. Ей было не по себе от мысли, что она находилась сейчас вдалеке от людей, один на один с человеком, мало ей симпатичным. Она надеялась на то, что Крендлер может испугаться того, что их услышат. — Дело, дело. Вы же сейчас в увольнении, так сказать. — Вашими стараниями, мистер Крендлер, — сказала она, вкладывая в свои слова как можно больше яда. — Это бездоказательно, моя дорогая, — ответил он улыбаясь и стремительно сократил между ними расстояние. — Может мне ещё и смерть Кроуфорда на свой счёт принять? Кларисса не успела сделать шаг в сторону, Пол схватил её за предплечье. Кларисса дернулась в сторону, но Крендлер только больнее сжал пальцы. Кларисса могла бы схватить руку в захват, но ей казалось, что Пол только и ждёт этого. Это была какая-то явно гнусная провокация с его стороны. Вблизи лицо заминспектора смотрелось ещё противнее. Крендлер пользовался все теми же ужасными дорогими и вонючими духами. Старлинг тошнило от их запаха. — Не рыпайся, моя дорогая, — прошипел Крендлер ей в лицо. — Не в том ты положении. Ты что, такая самонадеянная, раз думаешь, что я так просто прощу тебе брошенные в мой адрес обвинения? — Уберите руку, — угрожающе сказала Кларисса. — А не то что? — спросил он, и в его глазах заблестел азарт. — Надерешь мне зад, крутая федералка? Лучше слушай меня, девочка. Не прекратишь показывать свой норов, я тебя с таким дерьмом смешаю… Я на тебя могу столько навешать… Будешь всю жизнь ходить под таким ярлыком, что тебя на пушечный выстрел ни к одному правительственному зданию не подпустят. Ну же, — с этими словами Крендлер попытался провести пальцем другой руки по щеке Клариссы, но она резко отбила его попытку. — Не брыкайся, договоримся по-хорошему и всё будет тип-топ, — другой рукой он по-прежнему крепко сжимал её предплечье. — Отпустите, — прошипела она сквозь зубы, — мне больно. На руке останутся синяки. — И что, ты докажешь всем, что это я, а не кто-либо другой? Не отверчивайся, Старлинг, на Рождество ты вырядилась словно потаскуха. Кто теперь станет утверждать, что ты не трахалась там со всеми? А сиськи-то небось второго размера? — вдруг спросил Пол. — Вату подкладываешь? Клариссе было уже плевать на всё. Этот гад решил её добить? Хрена с два. Кларисса хорошо знала азы рукопашного боя и могла с легкостью кинуть мужика весом и поболее через бедро. Но Крендлер ждал от неё именно подробной реакции. В его руке мгновенно появился шокер. Очнулась Кларисса от боли. В неудобной позе, унизительно поставленная раком, пристегнутая наручниками к дереву, она ощутила, как внутри неё толчётся непомерно большой член. — Любишь наручники? А я люблю, — прошептал Крендлер возбужденно. Кларисса умела сражаться, умела давать отпор. Но нападения она ждала там, на улице, среди воров, убийц и маньяков, а не от собственного начальства. — Я убью тебя, — яростно прошипела она. — Ну, зачем же так грубо, детка, — вальяжно ответил он. — Что-то я так и не понял, какой там у тебя размер. С этими словами он задрал свитер Старлинг и содрал лифчик вниз, обнажая грудь. Кларисса попыталась лягнуть Крендлера, но в ответ получила весьма болезненный тычок. Кора дерева впилась в лицо, сдирая кожу. — Не рыпайся, сучка, а, нет, действительно троечка. А ты и вправду недотрога, такая узенькая там. Пол Крендлер грубо сунул руку между бёдер Клариссы. Последняя решила закричать так громко, как могла, но Крендлер пнул её. — Побереги свой чудный ротик для другого, моя милая. Нас никто здесь не слышит, мои люди огородили всё на километр. От боли и унижения у Старлинг потемнело в глазах. Крендлер запустил всю пятерню в её трусы. Его пальцы пытались как-то ласкать тело женщины, но выходило это судорожно и болезненно для последней. По щекам Клариссы катились слёзы. — Пиздёнка у тебя что надо. Ладно, лапушка, жаль, но мне пора. Придешь домой, приведёшь себя в порядок. Ты меня поняла? Его вопрос звучал как усмешка. Как же в этот момент Кларисса Старлинг ненавидела Пола Крендлера. Её губы, руки, ноги тряслись в бессильной злобе. — Попробуешь хоть пикнуть о том, что здесь произошло, я не только засажу тебя на восемь лет, но и черномазую с которой вы ебётесь вдвоём выкину из бюро. Слушай, а я тут что подумал. Вы резиновым хуем трахаете друг дружку по очереди? Я не знаю, как у вас там у лесбух! Но мне на это положить, если честно. Жду твоего звонка завтра в шесть. И в следующий раз, я надеюсь, ты будешь посговорчивее. А если мне понравится, то может, я докажу твою невиновность в пособничестве Лектеру, — Пол омерзительно улыбнулся. В этот момент Кларисса Старлинг почувствовала себя снова на заднем сидении автомобиля под потным телом Зака Самерли. — Пошел нахуй! — крикнула Кларисса. — Учти, обращаться в полицию тебе нет смысла, ничего не докажешь. Крендлер обогнул дерево к которому была прикована Старлинг. — Захочешь, выберешься, — сказал он, кидая в листву ключ от наручников, который был привязан на длинную леску. Конец лески Пол просунул в наручник. В тот же момент Кларисса изловчилась и цапнула его за палец. — Сука! — вырвалось у Крендлера, и он было дело занес руку, чтобы влепить Старлинг пощечину, но на полпути его рука остановилась. — Ты за это поплатишься. Лектер, наблюдал за всем этим, со странным смешением чувств. С одной стороны он чувствовал невыносимую боль Старлинг. С другой ему было всё равно. Лишь толстый загривок Пола Крендлера вызвал в нём приступ аппетита. Отличный кусок прекрасного дорогого откормленного мяса, в который так не терпелось запустить зубы. Жаль, что сейчас нельзя было действовать. Те двое амбалов были не просто соглядатаями. А этот похотливый самец был тем самым третьим недостающим звеном в этой истории. Вот он, следящий от Мейсона. Наверняка садист Верже и подсказал ему, как нужно ломать жертву. Лектер на секунду высунул кончик языка между губ, словно хотел на вкус ощутить разлившиеся в пространстве отчаяние, похоть и страсть, мерзость и предательство. Парадокс, храбрая девочка, спасшая столько жизней стояла там, сама такая беззащитная. Но страдания Клариссы его не возбуждали, напротив, холодное спокойствие овладело душой. Что ж, он не хотел, но, видимо, всё же придётся появиться в своём истинном обличии. Да, он чуть не уснул в сладком забытьи ароматов. Слишком затянувшийся сон, слишком прекрасный. Крендлер ушёл в сопровождении двух амбалов. Лектер внимательно проследил весь путь Пола Крендлера к машине, запомнил номера, затем вернулся к наблюдению за Старлинг. — Кларисса, ты стоик, — прошептал он, разглядывая то, как она рукою дотронулась до ссадины на лице. Ганнибал проводил взглядом Клариссу до машины, убедившись в том, что с ней всё в порядке. Доктор убрал бинокль и пошёл к своей машине. Сев за руль, он закрыл глаза, вспоминая домашний адрес мистера Крендлера, его телефоны, а также адрес его загородного дома для свиданий с дамами. Эту информацию он предусмотрительно выкопал из архива одной частной компании, встало ему, конечно, это не в один доллар, но результат превзошёл все ожидания. Кларисса вернулась домой. Она открыла кран, набирая воду в ванну. Руки тряслись мелкой дрожью, но слёз не было. Кларисса взяла с полки для гигиенических принадлежностей раритетного вида бритву. Арделия не раз говорила Старлинг, что брить ноги таким станком — прошлый век, что лучше использовать крем для депиляции или воск, но Клариссе не столь был важен способ удаления волос. Дело было в самом станке. Этот, что сейчас она держала, Кларисса приобрела в каком-то занюханном магазине Детройта. Просто он как две капли воды был похож на тот, каким брился её отец. Это был станок со сменными лезвиями, ручка которого была выполнена под кость, но из пластмассы. Кларисса хорошо помнила текстуру, цвет и форму того станка, она любила смотреть по утрам, как бреется папа. Кларисса вообще любила любые вещи, которые напоминали бы ей о её старой жизни, будь то игрушки или предметы быта, поэтому она так часто заглядывала в антикварные магазины и на блошиные рынки. Увидев похожий на бывший отцовский станок в магазине, она не смогла удержаться и купила его. Только теперь же этот станок находился в её руке вовсе не из-за лирических воспоминаний детства. Просто у такого станка вынималось лезвие, которым очень удобно было вскрывать себе вены. О, Господи, какое малодушие! Она, боевой офицер ФБР не смогла справиться с каким-то мужиком с чрезмерно ебучим хуем. Что за подлость и слабость?! Почему она позволила совершить над собою такое надругательство, ведь со времен Зака Самерли она зареклась, что ни один говнюк не сунет в неё свой гребаный стручок против её воли! Почему она внезапно ослабела? Кларисса отложила в сторону станок. От водяного пара зеркало запотело. Старлинг одним резким движением стерла капли со стекла. В голове, ушах стоял гвалт. Все воспоминания навалились разом. Орала Кэтрин Мартин, блеяли ягнята, плакали тётки на похоронах её отца. Нет. Нет! Только не это! Она не ягнёнок! Её нельзя так просто зарезать и сожрать. Захотелось позвонить Полу и спросить его, понравилось ли ему. В голове уже выстроился целый план мести. Прийти к этой гниде на свидание. Она бы перетерпела и его слюнявые поцелуи и везде лезущие пальцы, а когда они бы легли в постель, она бы просто задушила его. Кларисса прямо увидела свои пальцы на длинной и мощной шее Крендлера, которую венчала маленькая голова с мерзкими ушами, похожими на уши гиены. Как он бы судорожно начал глотать воздух, а она сжимать пальцы ещё сильнее. Ох, что за мысли? Доктор Лектер аплодировал бы стоя. Сейчас бы Кларисса не отказалась взять у него пару уроков по мастерству начинающего маньяка. Нет. Так делать нельзя. Прочь из головы подобные планы. Но всё же, как эта мразь могла так с нею поступить? Как только Кларисса вспоминала, как Крендлер пихал в неё свои пальцы, её передергивало и распирало от боли, отвращения и обреченности. — Нет! — крикнула она и швырнула в зеркало первым, что попало под руку. Пойти, надо непременно пойти в полицию, снять побои, созвать репортёров… Но у Крендлера все было схвачено, все суды все каналы СМИ, и Ади… — Блять, иди в жопу, гнида, — подумала Старлинг. — Я не я, если не буду бороться. Пусть тюрьма, пусть меня затаскают по судам. Но ты лишил меня всего. Даже чувства собственного достоинства. Что мне терять, Крендлер? И едва только Кларисса протянула руку, чтобы снять трубку телефона и набрать номер Крендлера, раздался звонок. Кларисса нажала кнопку приёма. — У аппарата, — сказала она. — Добрый вечер, Кларисса, — ответил ей до боли знакомый баритон. — Я надеюсь, вы сейчас не собираетесь совершить какую-нибудь глупость? — Нет, доктор Лектер, — ответила она, почему-то внутренне не удивлённая такому стечению обстоятельств. — Прекрасно, а то я подумал, что вы режете себе вены батюшкиными бритвенными принадлежностями, — Кларисса тотчас посмотрела на свою руку, сжимающую станок. — С чего вдруг? — Ну, хотя бы с того, что с вами произошло сегодня в парке. Кларисса резко замерла, напрягшись и обратившись в слух. — Крендлер ещё жив? — Весьма и даже хорошо себя чувствует. — Где он? Где вы его держите? — А вы что хотите лично убить его? — Где он, доктор! — Ох, Кларисса, где ваши манеры. Мы так долго не общались с вами и начинать беседу таким тоном. Ц, ц, ц. — Где Пол Крендлер? — Кларисса, не думал, что он будет так дорог вам. Предлагаю встречу за городом. Так сказать, Пол будет гарантом того, что вы придете одна. Мы с вами чудно повеселимся. Я знаю, что у вас есть нелегальное оружие. Берите всё, или вы не думали минутой раньше поехать к Крендлеру вооруженной? Я жду. Кларисса взмокшими от волнения руками сжала трубку. — Где и когда?