Идём ко дну, малышка.

Прошло три недели. Городская площадь, Мистик Фоллс, Вирджиния.

       Над городом светило послеобеденное солнце. Я прогуливался до бара. Нет. В доме бурбон не кончился. Просто захотелось разнообразия. Возможно подцепить какую-нибудь девушку. И ни пера, ни пуха. Если я кабель, тогда найду себе суку. Я шёл мимо площади. Как и всегда там было не слишком много людей. В основном старички на пенсии, которые решили размять дряхлые кости. Хорошо быть вампиров. Ни склероза, ни других старческих болезней. У тебя есть вечность, и ты можешь её проводить, как тебе угодно.        Мой слух уловил достаточно знакомый голос. Только не это!  — Хоуп, привет! У тебя взрослые дома? — Кася?! Что случилось? Ты где? — спросила Майклсон сонным голосом. Она что ещё спала? — Знаешь, я всегда знала, что невезучая, но это уже слишком! Дядя Джер и Магда заставили меня поехать с этой кучкой придурков в летний лагерь. Мы задержались в Мистик Фоллс и меня забыли! Блять, как можно забыть меня?! — на той стороне послышался смех, который скоро прекратился. — Я даже не знаю в курсе ли здесь люди про вай-фай. Поэтому сижу и жру клубнику. Даже не знаю, что делать. Дядя Джер не отвечает. — я решил подойти к этой несносной особе, которая по воле судьбы моя дочь. Прошло три недели с моего отъезда. — Мистик Фоллс говоришь? Кася, у меня для тебя плохие новости… — я встал перед девочкой, загораживая солнце и взял клубнику. Она оказалась вкусной. — Хэй, не охре… — но тут она перевела на меня взгляд и замолчала. Её глаза округлились. — Хоуп, я тебе перезвоню! — Кася бросила трубку.        Она посмотрела на меня своими голубыми глазами, в которых была только ненависть. Подумаешь. Волосы Каси почти приняли натуральный цвет. Только кончики остались серебристыми. Кожа всё такая же бледная. В шортах с завышенной талией и белой майке без рукавов! Сгорит же дура! Чую, что кремом не намазалась. На руках какие-то бинты. Новая мода, а я не в курсе? — Может хватит пялиться? — спросила Катажина. Манерам явно не учили. Её сердце начало биться чаще. То ли от страха, то ли ещё от чего-то. Я учуял запах крови. Её бинты покраснели. Она похоже заметила, что я смотрю на руки и попыталась как-то спрятать их. Нет, детка, со мной это не прокатит. Я взял её руку и убедившись, что никто не смотрит, сорвал бинт. — Что ты… — пыталась возразить она, но увидев мой грозный взгляд — замолчала. На руке было множество порезов, которые начали кровоточить. Предполагаю на другой тоже самое. Отлично. Неудавшейся самоубийца на мою голову. Я почувствовал страх. Животный страх. Она боится меня. — Отпусти… — пискнула Кася. Я снова грозно посмотрел на неё. Выпендривается она ещё тут. — Ладно, можешь держать дальше. Просто мне больно и у меня низкий болевой порог. Я хочу тебе донести это. Но учитывая твои наклонности убийцы и то, что ты вампир. — начала тараторить она. Господи, она же насмерть меня уболтает. — Деймон, ну отпусти и я смоюсь, пожалуйста. Мне реально больно. И у тебя пальцы уже в моей крови. Это выглядит жутко. — я действительно чувствовал, как мои пальцы становятся липкими. Просто решил не обращать внимания. Когда вены резала больно не было? — Ты идёшь со мной. Никуда ты от меня не смоешься. — Я протестую. Никуда я с тобой не пойду. — Сейчас ты затыкаешься, идёшь со мной и не говоришь, пока я тебе не разрешу. — я посмотрел ей прямо в глаза. Её зрачки расширились и сузились. Она замолчала и встала с недовольным лицом, отставив мешочек с клубникой и прихватив свой рюкзак. — Вот и ладушки, красавица. Теперь держись крепче. — после своих слов, я оглянулся. Мало ли кто смотрит. Убедившись, что ни чей взгляд к нам не прикован, я рванул с места на вампирской скорости. Спустя считаные секунды мы стояли около особняка.        Моя футболка оказалась в крови. Ёпта. Взглянув на Касю, я понял, что она перепугана, но сказать ничего не может. Ах, да я же ей внушил. О, можно и поиздеваться. — Ты долго будишь молчать? — и тут, я думал, что меня испепелят. — Точняк! Ты же не можешь! А мне так ты больше нравишься. Нотаций не читаешь, истерик не устраиваешь — идеально! — весело сказал я. Катажина ударила меня в бок. Не сильно, конечно. — Ауч. Ладно, ладно. Ты можешь говорить. — как ни в чём не бывало, я перешагнул порог дома. Кася молча пошла за мной. Я думал, что будет, как в прошлый раз закатит истерику или что-то в этом духе. Но нет! — У тебя есть бинты или такие большие пластыри? А то я так кровью истеку. — Только не на мой персидский ковёр, юная леди. — я налил себе бурбон и залпом осушил стакан. Приятное тепло прошлось по горлу. Девчонка внимательно смотрела на меня. В её взгляде не было ничего. Ни боли, ни страха, ни ненависти. Как будто ей стало совсем пофиг.        Я прокусил запястье. — Это значит — бинтов нет? — я закатил глаза. Кася не уверенно взяла мою руку и уже было поднесла к своим губам. Всё она делала очень медленно, а в конце концов вообще отскочила от меня, как ошпаренная. — Я так не могу. — Зато я могу. — не ну почему у всех дети, как дети, а у меня — суицидно-брезгливо-неизвестное чудо, а? Я серьёзно. Жизнь ей спасаешь, а она потом вены режет. Вот где её мозги были на тот момент? Или где были все взрослые? Как они могли такое допустить? Она же ещё совсем ребёнок. Не знает, что творит. Глупышка.        Раны на руках начали затягиваться. Осталась только засохшая кровь. Я насильно держал свою ладонь, около её рта пока она пила. А что мне ещё оставалось делать, если она иначе не может? — Ладно. Хватит с тебя. — я убрал руку. Рана почти сразу затянулась. И что мне делать с этой особой. Вот стоит она и смотри на меня своими глазками, как на чупокабру. — Слушай, давай я позвоню Джереми, а он тебя заберёт. Одну я тебя точно не отпущу. Сейчас у тебя в организме моя кровь и если умрёшь — обратишься. Так что будь добра просто посиди. — объяснил я как для маленькой девочки. Катажина театрально закатила глаза. Интересно, мозг ещё не видно?        Я нашёл номер мелкого Гилберта и позвонил. Абонент временно не доступен. Он что издевается? Похоже кто-то у нас задержится.