Одна такая на Слизерине

      Алый поезд Хогвартс—экспресс мчался прочь от большого замка, находящегося в смоге от холода. Всё бы ничего, но я так не хотела уезжать из Хогвартса. Впервые за пять лет меня просто не отпускало это место. Дикая тоска, которая окутывала меня уже вот на протяжении трёх часов, оставалась со мной ещё очень долго.       Почему?       Отмотав часы обратно, до того момента, когда я спускалась со своей комнаты, я вспомнила всё до мелочей: лестница, которая плавно вела в гостиную, гостиная. Сама гостиная выглядела совсем иначе, не такой «голой», как в начале года. На полках раскиданные мною книги, которые я готова была перечитать ещё пару раз, и конспекты Малфоя, хаотично валявшиеся не только на полках, но и на полу. Я обратила внимание на его почерк.       Такой ровный, острый, красивый.        Всё чётко и без всяких закорючек. Диван был немного продавлен - то ли от тела Паркинсон, то ли от него лично. Ведь сколько раз я выходила из комнаты, а он просто сидел на диване и смотрел в огонь камина, либо читая какое-то письмо, которое быстро прятал, когда слышал мои шаги; наколдованный ковёр возле столика, придавал некое представление о доме. А под столом, как и за камином, таились открытые, но недопитые, бутылки от огненного виски. Странно, что я ещё не накричала на своего соседа за этот «бардак». Хотя иногда, когда мне было очень хреново, я могла себе позволить пару глотков этой дряни.       Да, Гермиона Грейнджер, не такая уж и святая.       Облокотившись лбом к окну купе, я вздрогнула. Оно было слишком холодным. Я расслабилась и задремала. В дверь тихонько постучались.       Какого хрена именно сейчас?!       Открыв глаза, я увидела невысокую, стройную, красивую девушку с яркими светло-карими глазами и рыжими прямыми волосами.       «Определённо Уизли». — Извини, мои друзья рассорились в купе, можно я посижу с тобой? — уверенным голосом произнесла младшая из Уизли. — До Лондона всё равно осталось недалеко. — Ладно, — лишь бросила я.       Оставшееся время, мы ехали молча. Спасибо, Мерлин, что эта девчонка из Гриффиндора оказалась умной. — Пока, — попрощавшись со мной, Уизли вышла из купе, мимо которого уже проходили её дружочки. — Джинни, ты что сидела с Гермионой, которая из Слизерина?! — её братец Рон был просто в ауте. Он так выделил название моего факультета, будто не я недавно им помогала в их дельце. — Рон, замолчи, она же всё слышит! — шикнула на него сестра, притулив палец ко рту.       Злость закипела. Грусть прошла, и я вылетела прямо на них. — Да, Рон, я всё слышу! — спародировала я эту мелкую Джинни. — Идиот, — плюнула этим словом ему в лицо.       Уизли все тупые или только прикидываются?       Вроде чистокровные, а ведут себя как невоспитанные грязнокровки и предатели крови. Как они не ценят того, что входят в список двадцати восьми семей чистокровных волшебников? То ли дело Малфои, Забини, Гринграссы и прочие с моего факультета.       Быстро прошла сквозь платформу Девять и три четверти, которая разделяла волшебный мир и магловский, я, как можно быстрее, побежала в сторону такси, чтобы добраться до Аэропорта.

***

      И вот я уже сижу в первом классе на самолёте "Лондон — Сидней (Австралия)".       Оказывается я не люблю перелёты на самолётах так же, как и на мётлах. Вспомнились занятия на первом курсе у мадам Трюк. Метла меня тогда не слушалась, и это была моя самая большая неудача за всё обучение. Зато у Поттера и Малфоя мётлы только так, идеально с первого раза, ложились в руку. Буря зависти и злости бушевала во мне.       Родители меня встретили теплыми объятиями. Сев в их машину, мы ехали по каким-то парковым зонам и примерно через два часа добрались до дома. Говоря в машине о будущем ребёнке, я узнала, что мама уже на чётвертом месяце, и у меня будет сестрёнка.       Через пару дней, после того, как я привыкла к местному времени, решила прогуляться. Дойдя до ближайшего парка, где гуляли молодые парочки со своими собаками, я задумалась над тем, какой у меня будет семья.       Муж, дети. Если у меня будут дети, они не будут уже грязнокровками.       Полукровки — звучит посолиднее.       Впереди шёл высокий блондин, в чёрной рубашке и джинсах. Он был очень похож на Малфоя. Я подбежала к нему, и развернула к себе лицом. Это был не он. Я извинилась, а он лишь улыбнулся мне вот так просто, словно старому другу, которого давно не видел.       Вот дура.       Ты не найдёшь его здесь. Он в своём грёбанном Малфой-Мэноре. Почему-то я была в этом уверена на девяносто процентов из ста.       Неужели я настолько его «знаю», что могу предугадать место, где он находится? А кто вообще знает хорошо самого Малфоя? Забини? Нет. Наверное, нет. Он никогда не подпускает к себе близко человека, лишь делает вид, что это его друг. Жаль, что не пошлёшь отсюда сову с письмом.       Я таяла от жары. Всё потому что, когда в Лондоне зима, в Австралии жарит по-летнему. Блузка с короткими рукавами и вырезом на шее, который казался мне слишком огромным, но мама сказала, что это самый писк моды, прилипала к спине и груди. Волосы запутались в узлы, меня это ничуть не бесило. За свои восемнадцать лет я привыкла к своим волосам. Я быстро сделала из них косу, вот так было определённо удобнее. Медленным шагом я отправилась домой. Хочется поговорить с мамой. Сейчас мне нужен её совет.       Из окна нашего дома горел тёплый жёлтый свет. Выглядело это волшебно. Хоть я и жила большую часть времени в мире, где есть волшебство, такого света из окна не веяло ни у кого. Тюль колыхалась от слабого ветерка, который дул временами.       Я зашла в дом. Картины, конечно, не «живые», как в Хогвартсе, улыбались мне. В рамке, на комоде, стояла одна фотография: на ней была изображена наша семья. Мне, наверное, было здесь лет восемь. Я взяла фотографию в руки и рассмотрела все мелкие детали. Сзади столик для пикника и корзинка с фруктами, которая стоит на пледе. Папа обнимает меня и маму.        Мы счастливы. — А мы тогда и не подозревали, что ты родилась волшебницей, — мама так тихо подошла ко мне, что я и не заметила её. Приобняла меня за плечи.       Я аккуратно вернула фотографию на место и повернулась к матери лицом. Её улыбка излучала тепло, как и весь дом в целом. — Мама, — ни с того, ни с чего я её обняла, будто в последний раз. — Мамочка, мне нужно с тобой поговорить, это очень важно для меня сейчас, — таким тоскливым голосом сказала я ей в плечо. — Пойдём, дорогая, пойдём, — мама усадила меня на диван и принесла чашку чая и моё любимое овсяное печенье.       Сделав глоток, приятное чувство раскатилось в горле, а далее - по всему телу. Такое тёплое, родное и домашнее. Похожее чувство было, когда я впервые попробовала горячий шоколад в кафе. — Мам, понимаешь, в этом году всё изменилось, — поднося печенье ко рту, произнесла я. — Ты меня выслушаешь и дашь совет? Ладно? — Конечно, рассказывай, доченька. — В этом году меня поселили с ещё одним старостой моего факультета. Он... В общем, он родился в семье, где всегда рождались волшебники. Это тот, который всегда меня задевал, вместе со своей компанией на протяжении прошлых лет. Драко Малфой. А в этом году, он стал проявлять ко мне внимание. Какую-то заботу что ли, — тяжело вздохнув, я продолжила. — И я, мама, тоже стала проявлять к нему интерес. Я не понимаю, что со мной происходит. Везде вижу его. Даже сегодня на улице обозналась... — Ты просто влюбилась, дорогая моя, — улыбнувшись и посмотрев на меня своими карими глазами, произнесла она. — Я... Он... Мама, но ведь это абсурд! Он подлый человек, каких ещё свет не видел! — вскрикнула я, ставя чашку на столик около дивана так, что оставшийся чай расплескался на блюдце. — Гермиона, любовь приходит тогда, когда её не ждёшь, — сзади к маме подошёл отец, кладя свою руку ей на плечо, на что она, посмотрев на него, улыбнулась. — И приходит это чувство к тому человеку, который просто готов к этому, — папа одобрительно на слова мамы кивнул головой, и посмотрел на меня своими пронзительными серыми глазами. — Между вами всегда было что-то, ты просто этого не замечала. — Спокойной ночи, ма, — вставая и подходя к ней, обнимая, пробормотала я. — Па, — поцеловав его в щеку я поплелась к себе в комнату, где быстро уснула.       Погостив у родителей ещё недельку, я начала собирать свой чемодан с эмблемой змеи. Вот и всё. Каникулы подошли к концу. Родители отвезли меня в аэропорт, где обнявшись с ними на прощание, я отправилась в самолёт. Надо пережить перелёт снова.       Пора возвращаться домой.       Домой в Хогвартс.       Как же быстро пролетели каникулы. А я ведь только начала привыкать, что живу с родителями, как в былые времена. Сердце сжалось. И не понятно почему. То ли от того, что я не увижу родителей еще полгода, то ли от осознания того, что мне пришло на утро в голову. Скорее всего второе. И это не давало мне спокойно сесть в самолёт и улететь. Внутри смятение. Не хочу признаваться даже в этом самой себе. Всё кричало во мне о том, что я, всё-таки, влюблена в Драко Малфоя.