Одна такая на Слизерине

      Я не могла ему отказать. Хлопая ресницами, я просто не верила всему происходящему. Сейчас в голове происходил анализ всего того дерьма, что случалось со мной на протяжении пяти лет.       Первый год ты ненавидишь всех, лишь потому что тебе кажется, что Шляпа ошиблась с твоим распределением. Ты терпишь все колкости в свой адрес от "соседок" по комнате и его унижение; они не могли жить спокойной жизнью. А ночью ты плачешь в подушку.       На второй год ты отвечаешь ему в ответ и начинаешь так же язвить. Иногда сама удивляясь, как у тебя при этом сверкают глаза. Ты к этому начинаешь потихоньку привыкать.       На третьем году обучения тебя замечает всё его окружение, хотя они и раньше знали о твоём существовании, но предпочитали оставаться в стороне от тебя, а теперь подливают масла в огонь. Понятное дело почему. Пытаются самоутвердится за его счет.       На четвертый год ты начинаешь окончательно ставить всех на место, показывая тем самым, что ты тоже Слизеринка и ничем не хуже их. Это любимый год. Тебе не могут сказать ни слова, потому что начинают бояться. Изредка прилетают всё те же колкости, конечно.        А на пятый год ты стоишь и завязываешь галстук своему самому злейшему, ненавистному и, Мерлин бы тебя побрал, такому охренительно-сексуальному в этом смокинге врагу.       У меня трясутся пальцы.       Петля.       Я завязываю ему петлю на шее; будь бы это другой случай — была бы рада его убить за все издевательства, брошенные в мою сторону за всю жизнь.        За все обиды, боль и слезы.        А потом я бы посмотрела на свое творение. Это было изящно: такое мраморное, холодное, бледное тело Драко аккуратно лежит на полу в комнате парней...       Я закусила нижнюю губу и приподняла глаза. Мысленно поблагодарила маму, что научила меня завязывать галстук, самым сложным способом — Элдридж. Втянув в себя воздух, я осмелилась провести по своему творению пальцами. Драко наблюдал за мной своими холодными глазами. Сам он, по всей видимости, тоже не ожидал такого результата. Мои щеки залились легким румянцем, до ужаса не хотелось чтобы Малфой увидел меня такой. — Готово, — произнесла я куда-то на уровне его шее и сжала свои ладони в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.       В ответ — ничего.       Тишина.       Он сделал шаг назад и развернулся в сторону окна. Никаких слов благодарности. В этом весь Малфой. — Иди переодевайся, встретимся в Большом Зале, — Драко показал свой идеальный профиль лица.       Солнце садилось за горизонт. Становилось отчего-то не комфортно на душе. Плохое предчувствие приближалось все ближе. Слабо улыбнувшись Драко, я уже была одной ногой в гостиной Слизерина, когда чуть не налетела на Дафну. — Привет! О, Гермиона! Я только что тебя искала, представляешь... — девушка снова начинала быстро говорить. Ее манера общения меня немного раздражала. — Мы решили повеселиться на танцах. Ты же не будешь против? Ты же смотрящая, да? Мы пронесем всего пару бутылок... — Так, Дафна, стоп. Пару бутылок? — я уткнулась руками в ее грудь, когда спускалась с лестницы. — Да шучу я, шучу! — она залилась мелодичным смехом. — Дафна, я серьезно, не подставляйте меня перед Снеггом. Он меня убьет. — Нет, отмечать мы будем, здесь. Ну, если быть конкретнее, то в комнате, где...       Я вскинула одну бровь. До меня сразу дошло где. В комнате, где когда-то жил Драко. Четыре года, если быть точным. Они могли, конечно, закатить вечеринку в «нашей» комнате, но парням туда не зайти. Дурацкие школьные правила. Интересно, так на всех факультетах? — ..жил Малфой... — Именно! — Дафна широко улыбнулась мне, а потом удивленно уставилась на мой вид. — А почему ты еще не переоделась?! — Да, я... Заходила к... — Я поняла! — она лишь ухмыльнулась, а потом, — что было для меня неожиданностью — обняла меня и поцеловала в щеку. — Беги и удачи тебе! И не опаздывай.

***

      Я стояла перед зеркалом в своем красном платье и не могла налюбоваться собой. Слегка собрав волосы сзади, я была уверена, что это выглядит неплохо. Самое страшное было впереди.        Макияж.        Как мне краситься, если я этого совершенно не умею делать? Нанести тушь и подкрасить брови — это еще ладно, но что делать с тенями, подводкой и прочей ерундой? Я начинала психовать. В отражении в зеркале засветилась изумрудная коробка. Внутри меня все затрепетало. Плюнув на макияж, я решила, что естественная красота всегда в моде. Пойду так.       Коробка.       Я развернулась и подошла к кровати, на которой она так и лежала. Мерлин, я ждала этого целую вечность. Ну, хорошо, не вечность, а всего лишь сутки. Осторожно касаясь руками банта, я все еще боялась, что подарок может испортится. Потянув за край серебренной ленты, послышался легкий шепот чьих-то голосов. Положив атласную ленту справа от себя, я замерла. Теперь осталось лишь поднять крышку.       Задерживаю дыхание, отворачиваю лицо, зажмуриваясь, и открываю изумрудную коробку. Интерес сильнее страха, и я перевожу взгляд на содержимое подарка. На изумрудной подушке лежит самое странное, что я когда-либо видела, но мне это нравится.        Колье.       Худенькая серебряная змея, которая кусает свой собственный хвост. У этой змеи сапфировые глаза. Я провела по ней рукой, словно зачарованная какой-то магией. Слишком красивое и дорогое колье. Сапфировые глаза змеи загорелись и она ловко скользнула на мою руку, обвивая ее вокруг. Я улыбнулась ей. Змея начала ползти дальше и мне стало не до шуток, когда она оказалась на плече; я хотела закричать, но змея уже «сидела», как и подобает колье, на шее. Мои пальцы моментально схватились за, так называемое, «колье». Подбежав к зеркалу, я увидела, что змея была в том же положение, что и в подарочной коробке. Попытавшись её снять, у меня ничего не вышло. Я взглянула на свое отражение: вся взвинчена, лоб вспотел, щеки красные. Чуть ли не плача, решила взглянуть на часы и ужаснулась: я опаздывала уже на пять минут. — Блять, декан меня точно не простит! — сломя голову, я обула туфли на небольшом каблуке и помчалась в Большой Зал.

***

— Мисс Грейнджер, вы опоздали, — Снегг растягивал слова, теперь уже без уважения смотря мне в глаза. — Извините, профессор, — мне никогда еще не было так стыдно. — Встаньте у входа и следите за своими однокурсниками, — это были последние слова за этот вечер от профессора Снегга. В остальное время он лишь кидал на меня презрительные взгляды.       В Большом Зале было все слишком идеально для меня. Много светлых тонов: белый, розовый, голубой, персиковый. Раздражало и резало глаза. Эти пышные и утонченные платья у девушек, которые наверняка обошлись им невероятных денег. Парни в смокингах... А я стою в сторонке и смотрю, как все веселятся и танцуют. Этот бал не для меня. Какой-то парень из Гриффиндора, что ведет программу, объявляет медленный танец.       Отлично!       Я поджимаю губы, когда вижу, что все парни с Слизерина приглашают галантно аристократок с моего курса.       «Ничего, Гермиона, и на твоей улице будет праздник!» — проносится отдаленно у меня в голове.       Отвернув голову от всех этих танцующих пар, я начинаю поглаживать змею на шее. Меня передергивает от этого еще больше. Недовольно повернув голову в сторону танцпола, я вижу что Драко не танцует тоже. В его сторону направляются Блейз и Дафна. Я лишь улыбнулась тому, как Дафна вытянула Драко на танец. А Блейз направился в мою сторону.       О, Мерлин, бы тебя побрал. — Привет! Эй, Гермиона, пойдем потанцуем, пока музыка не закончилась? — он подал мне руку, немного наклонившись.       Ну, как такому можно отказать? Впервые за вечер я почувствовала, что нахожусь в своей лодке. Блейз умел находить подход ко всем. Хороший друг. Я приняла предложение, взяв его руку.       Блейз вел в танце.        Аристократ.        С самого детства их приучают к роскошным приемам гостей из Министерства, и развивают в них самые разные способности. Не успела я оглянутся, как моим партнером стал Драко. В нос ударил знакомый запах, который уже долгое время обитал в ванной и нашей гостиной. Оглянувшись, я увидела, что Дафна уже целует Блейза в щеку. Похоже их план удался. Я ей улыбнулась и губами прошептала: с п а с и б о.       Драко продолжал вести танец. И меня это устраивало. — Кто подарил? — он кивнул на змею. — Я... Я думала, что это был твой подарок, — сердце замерло. То есть подарок не его? Дура, действительно. Почерк ведь был не его. Корявые буквы. — Нет, я бы не выбрал такое. Оно не слишком изящное и утонченное.       Неловкое молчание. Я уставилась на его галстук. — Ты мне должна, — на его лице появилась ухмылка.       Я взглянула ему в лицо, ничего не понимая. Должна что? — Ну, однажды я спас тебя, помнишь? И ты кинула, что за тобой должок. Так пора вернуть этот долг.       Мои руки поползли с его плеч на грудь. Хотелось его оттолкнуть. Он не мог найти другого места, чтобы сказать это? Портить все, что было, есть и будет — это так в его стиле. Я сжала его черную рубашку. — И в чем заключается мой долг? — сквозь зубы, чтобы не дрогнул голос.       Музыка почти заканчивалась. Играли последние строчки куплета. Малфой наклонился к самому уху и прошептал так тихо, что от его слов пошли мурашки по всему телу: — Выясни все про крестного Поттера. Сблизься с ним, и мне плевать как, — ровно слово в слово, когда слова музыки закончились.       В горле застрял комок. Зачем ему это? А зачем мне это? Это же убийственно для... Меня итак все ненавидят. Нет, меня только начали все принимать, а если я сейчас начну общаться со Святым Поттером, то что будет?       Позор.       Сама эта мысль была еще больше неприятна, чем сама профессор Амбридж, которая преподавала Защиту от Темных искусств.       Хмуря брови, я лишь толкнула его и пошла к профессору Снеггу оповестить его, что моя работа закончена. Благо действительно Весенний бал подошел к концу.       Со слезами на глазах, я бежала по всему Хогвартсу к Башне Старост. В голове эхом отдавались последние слова Драко:       «Мне не важно как».       Закрывшись в своей комнате, я была готова не выходить отсюда целую вечность. Самое страшное, что нельзя было не выполнить этот долг. Все может обернуться еще хуже, чем если выполнить указания этого высокомерного упыря Малфоя. — Драко Малфой, я тебя ненавижу! — кидая какую-то книгу в дверь ванной комнаты, заорала я со слезами на глазах.

***

      Я проснулась посреди ночи на кровати в платье и обуви. Глаза болели. Сознание затуманенное, но мыслить я все же могла. Когда эмоции отпустили, до меня только потом дошло — зачем ему это. Я села ровно на кровати от озарения:       Малфой.       Чёрт.       Я вляпалась по самое «не хочу».       Я сделаю это. — Привет, Святой Поттер, — с этими словами я упала обратно на подушку, накрыв лицо ладонями. — Мерлин, как это убого звучит из моего рта.