В
8 июня 2016 г., 14:33
— Всё! Всё, я сказал! Хватит с меня этого дерьма! — Тони швыряет кружку с недопитым кофе в стену. На ней тут же проявляется мокрое пятно, похожее на осьминога, и он морщится, отворачиваясь от Стива.
— Тони… — зовёт Стив, смотря на него во все глаза.
— Я сказал, отвали, — отмахивается Тони.
Он знает, что между ними много чего происходит и то, что происходит, не всегда гладкое и хорошее. Да, они часто ругаются, спорят, порой дело доходит до тычков и встрясок за плечи, лишь бы успокоить бунт, но сегодня… всё по-другому.
— Пожалуйста, давай, ты остынешь, и мы обсудим это на спокойную голову?
В голосе Стива звучит едва ли не мольба. Тони старается не думать об этом, но он сейчас и правда взбешён и раздосадован так сильно, что готов рвануть на край света, лишь бы его никто не трогал.
— Ты уехал на миссию и ничего мне не сказал. Неделя, Стив. Тебя не было неделю, — сквозь зубы цедит Тони, сжимая и разжимая пальцы в кулаки. Он бледный, встрёпанный, напряжённый, и его губы ярко-красные, покусанные из-за волнения.
Стиву больно и стыдно, что не имел возможности связаться с ним, и он понимает его чувства, но работа…
— Для тебя работа всегда была важнее, всегда, — тем временем продолжает Тони и вздрагивает, когда Стив бесшумно подходит со спины и обхватывает его под грудь, притягивая к себе.
— Нет… нет, Тони, — шепчет он ему в загривок, чувствуя чужую дрожь.
— Ты мог бы предупредить… — Тони вздыхает и глотает горечь. Неделю. Целую неделю он переживал за чёртова Стива, который даже не удосужился сообщить ему, где пропадает.
— Прости. Прости меня, пожалуйста, — Стив гладит его по животу, по груди, легко и нежно касаясь реактора, прижимается к нему со спины и сбито дышит в ухо. — Прости, такого больше не повторится.
Тони прикрывает глаза и накрывает его ладони своими. Сердце бьётся в рёбра, гонит кровь по венам, а он вновь живой и может дышать свободно, потому что рядом живой Стив.
