Сияние

На лбу проступает испарина, а все тело мелко подрагивает от накатившего ужаса. Дыхание сбито, а руки и ноги покрыты мурашками. Чимин тяжело дышит, держась за голову и присаживаясь на расстеленной кровати. Простынь смята и скомкана, одеяло не нужно – все естество Пака охватил безумный жар. Перед глазами ужасные картинки, которые вовсе не вымышленные, как хотелось бы верить, а картинки-вырезки из воспоминаний. Чимину не стоило подходить к дому в тот вечер, потому что уже несколько дней его мучают ужасные кошмары. Каждый раз омега просыпается посреди ночи, вскрикивая и пронзая тишину сдавленными стонами. Яркие картины непристойных сцен лезут в голову, снова и снова заставляя юное тело дрожать от страха. В главных ролях - Чимин и его сводный брат, и омега никогда бы не захотел смотреть дальше титров, но воспоминания ударяют в голову, раздрабливая черепную коробку пополам. Таблетки от головной боли и снотворное исчезают из аптечки с поражающей периодичностью, и Чим очень рад, что Джин этого пока что не замечает. В комнате душно до такой степени, что, кажется, легкие сворачиваются внутри, болезненно задевая внутренние органы, под ребрами неприятно колет. Чимин не собирается поведать Джину о своих ночных кошмарах. У Кима последние выходные дни, которые он рассчитывал провести спокойно, высыпаясь и занимаясь домашними делами. Старшему омеге через пару дней нужно будет вернуться к работе в клинике, и Чим не может позволить себе рассказать Джину о своих проблемах, когда тот наслаждается свободным временем. Пак все свои неполные восемнадцать лет убеждал себя в том, что нагружать окружающих своими проблемами – плохо, что и делает по сей день. На прикроватной тумбочке горит настольная лампа, за окном – рассвет. Омега запускает пухлые пальчики во взмокшие черные волосы и тяжело выдыхает, прикрывая глаза. Он сидит так до утра, прислушиваясь к биению сердца, ритм которого становится все спокойнее, пока в итоге не приходит в норму. Чим слышит, как входная дверь хлопает, но понять, пришел кто-то или, наоборот, вышел, он не может. Стрелка часов мерно двигается к отметке, показывающей шесть часов утра, и омега не совсем понимает, кто еще, кроме него, не спит в такую рань. Пак встает с кровати и приоткрывает дверь, выглядывая в коридор. Джина видеть ему сейчас не нужно – будет слишком много вопросов. Оглядевшись и не заприметив нигде дядю, он тихонько крадется в сторону ванной комнаты, после быстро забегая внутрь и захлопывая дверь. В отражении омега видит уставшего и запутавшегося во всем паренька с тусклыми глазами, которые обрамляют синяки, появившиеся от недосыпа и постоянной тревоги. Чим облокачивается ладонями о мраморную раковину и включает воду, несколько минут просто потихоньку приходя в себя. Он умывается холодной водой, недовольно морщась от столь яркого контраста температуры, и чувствует, как жар с тела постепенно начинает спадать. Пак еще несколько минут стоит у зеркала и умывается еще пару раз, насухо вытирая лицо полотенцем, пока не начинает чувствовать, что что-то не так. По спине бегут неприятные мурашки, будто спичку с горящим пламенем подносят к лопаткам, прожигая сначала ткань голубой футболки, а затем и кожу. Чим оборачивается, натыкаясь не на горящее пламя, и не на спичку, а на глубокие карие глаза. Чонгук стоит, обернув вокруг крепких бедер махровое белоснежное полотенце, напоминающее снег, и пристально смотрит на испуганного омегу. - Тебя не учили стучаться? – недовольно хмыкает альфа, закрывая двери душевой кабинки и снова всматриваясь в покрасневшие глаза Чимина. - А тебя не учили закрывать двери? – Чим пытается съязвить в ответ, но выходит довольно плохо и глупо. - Так и будешь смотреть? – изгибает бровь Чон, случайно задевая полотенце на бедрах рукой. Чим дергается и прикрывает глаза пухлыми ладошками, хотя полотенце все еще прикрывает тело альфы. - Так и будешь отвечать вопросами на вопросы? – бубнит Чимин, закрывая ладонями по случайности еще и рот. - Только когда ты прекратишь так делать, - усмехается альфа, проходя мимо Чимина, и выходит из ванной, прикрывая дверь. У Чимина немного кружится голова, и подкашиваются ноги, отчего он вновь хватается за раковину, пытаясь прогнать минутное помутнение в глазах. Выпрямившись и выдохнув, он выходит из ванной вслед за Чонгуком и направляется на кухню. - Оденься, - тихо произносит Чим, замечая Чонгука, сидящего за столом в том же полотенце. Чонгук игнорирует просьбу младшего, наблюдая за неловкими движениями омеги. Чимин пытается налить воды в стакан, но выходит дурно: руки дрожат, ноги не держат, а в животе неприятные ощущения, и Чон это прекрасно видит. Омега упорно делает вид, что все хорошо, но, в конце концов, поворачивается к альфе спиной, закрывая глаза на несколько секунд. Состояние ухудшается, и Пак не понимает, почему так происходит. Гук внимательно смотрит на Чимина, невольно напрягаясь, ведь по омеге видно, что чувствует он себя из рук вон плохо. Голова начинает кружиться сильнее, и Чим не может удержать себя на ногах, хватаясь за столешницу и падая на колени. Стакан разбивается об пол, разлетаясь прозрачными кусочками по всей кухне. На стекле капли воды, но Чим смотрит на них сквозь мутную пелену и видит собственные слезы. Одна прозрачная жемчужная капля воды стекает на пол, разбиваясь о твердую поверхность, и Чимину кажется, что это он разбивается вдребезги, подобно Титанику. Чонгук реагирует мгновенно, что удивительно даже для него, сразу же поднимаясь из-за стола, и в мгновение ока оказывается рядом с омегой. Альфа обхватывает его одной рукой за плечи, а другой слегка шлепает по щекам, чтобы Чим не терял сознание. - Чимин, что с тобой? - холодно произносит альфа, пытаясь заглянуть в глаза Чимина и привести его в чувства. – Посмотри на меня. Низкий и тягучий голос альфы доносится до слуха Пака, словно тихие звуки из-под толщи воды. Чим пытается сфокусировать взгляд на Чонгуке, но удается плохо. Чон покрывается мурашками и не знает, что делать, но, несмотря на это, сохраняет завидную холодность и спокойствие, все еще удерживая Чимина в своих руках. Он аккуратно подхватывает омегу на руки и несет его в комнату, обходя острые осколки стеклянного стакана. Альфа бережно укладывает Чимина на кровать, не представляя, что нужно делать дальше. С Чима градом катится пот, брови нахмурены, а дыхание прерывистое и тяжелое. Чонгук даже не знает, где находится аптечка и какое лекарство может помочь Чимину, а Джин как назло ушел с утра пораньше, чтобы разобраться с документами в клинике. Номера старшего омеги у Чона не было, что бесило альфу еще больше. - Дж-жебом, - стонет омега, и Чонгук вдруг чувствует, как по телу электрическим разрядом проходится ток. Он чувствует, что Чимину больно. – Н-не-е-ет... - Чимин? – альфа наклоняется к Паку и замечает отсутствующий взгляд. – Блять... Омега цепляется пальцами за полотенце на бедрах Чонгука, а тот непонимающе смотрит. Чим тянет Чона на себя, и альфа подается вперед, не желая иначе остаться нагим. Чон испуганно всматривается в нахмуренный лоб и зажмуренные в страхе глаза, а потом чувствует, как омега жмется к обнаженному телу альфы. Чонгук не понимает, что происходит, но на уровне инстинктов чувствует, что Чимин просит защиты. Он, поддаваясь природному влиянию, прижимает Чимина к себе обеими руками, крепко сжимая в объятиях. Омега принимает сидячее положение и льнет к альфе, а Чонгук чувствует, как его кожу обжигают горячие слезы. Чим рыдает в голос, прикусывая губу, а альфа чувствует, что начинает паниковать, не зная, что ожидать от Чимина и что делать дальше. Он слегка пытается отстранить Пака от себя, но Чим отчаянно цепляется за крепкие обнаженные плечи, заходясь в новом приступе рыданий. Чонгук прижимает к себе содрогающееся в истерике тельце младшего, пока не чувствует, что Чимин утих. Он аккуратно отстраняется от омеги и с удивлением замечает, что тот уже уснул. Чон укладывает его на влажную подушку и накрывает пледом, сразу же удаляясь из комнаты и прижимаясь к стене спиной. Он быстро накидывает на себя футболку и серые спортивные штаны, после направляясь в комнату Чимина. Альфа хватает со стола смартфон омеги и судорожно ищет в списке контактов номер Джина. Гудки тянутся мучительно долго, и Чонгук снова чувствует, как начинает паниковать. Что делать, если сейчас Чимин снова проснется? Альфа вздрагивает, когда в телефонной трубке слышит голос Джина. - Тут это... – мямлит Чонгук, не зная, как объяснить все происходящее. – Чимину плохо, в общем. Трясется весь, плачет и вообще, жар у него. Чуть в обморок не завалился... Повисает минутное молчание, после чего Чонгук слышит взволнованное «Сейчас буду, присмотри за ним», а затем долгие и монотонные гудки.

***

Чимин вновь недоволен собой и в том, что Джин тоже весь, как на иголках, винит себя. Он думает о том, что поступил опрометчиво, поднявшись с постели в то утро в таком состоянии, потому что тогда его бы не заметил Чонгук, а там информация не дошла бы и до старшего омеги. Сейчас Пак лежит в постели, а Джин кружит над ним, ухаживая и оберегая. Когда омеге выдается спокойная минутка, он тянется к ноутбуку, удобнее устраивается в ворохе одеял и открывает браузер. Он принимает решение найти причину своего состояния в интернете, ссылаясь на то, что «Всемирная сеть поможет во всем». Омега несколько минут мнется, не зная, как задать интересующий вопрос, но потом все же резво бьет пальчиками по клавиатуре, прикусывая губу от интереса. Советчики в интернете пишут о том, что такое часто бывает из-за психических травм в детстве и на почве стрессов. Еще там написано, что такое вполне возможно перед течкой у омег, и Чимину немного страшно, потому что он еще не знает на практике, что такое течка и как она проходит. Пак понимает, что возраст у него такой, когда у остальных уже все даже успевает прийти в норму, цикл выстраивается, а природный запах приобретает более выраженную форму. Но у Чимина ничего из этого еще нет. Чуть легче становилось от того, что рядом с ним незаменимый и мудрый Джин, который всегда поможет, если Паку будет трудно справиться в одиночку. Дверь в комнату открывается, отчего Чим резко захлопывает крышку ноутбука и смотрит на вошедшего альфу. Чонгук смотрит пристально, скользя взглядом к пальцам, сжимающим ноутбук, и Чимину кажется, что альфа видит Пака насквозь, заранее зная обо всем, что творится у него в голове. - Тебе ничего не надо? – серьезно интересуется Чонгук, прикрывая дверь. В комнате пахнет так, будто кто-то съел тонну мятной жвачки, поэтому альфа аккуратно вдыхает воздух, проходя вглубь помещения. - Ничего, - шепчет Чим, чувствуя себя неловко. Именно Гук помог ему тогда и оставался рядом, помогая прийти в чувство. – А что? - Это Джин спросил, - усмехается альфа и краем глаза улавливает красные пятна на щеках омеги. – Снова плакал? - Тебя не касается, - грубо отрезает Чимин и откладывает ноутбук на прикроватную тумбочку, стараясь не смотреть на альфу. - Перестань агриться, бля, - Чонгук смотрит недовольно, а Чим поджимает губы. – Мне тут жить еще хуй знает сколько, и меня немного бесит, что ты постоянно портишь мне настроение. Мне и без тебя врагов хватает. - Почему ты здесь живешь? – спрашивает Чим тише, переводя тему и чуть усмиряя пыл. - Тебе Джин рассказывал, так что не спрашивай, - отвечает Гук, присаживаясь на край кровати. - Я хочу услышать от тебя, - омега пытается поправить одеяло в ногах, но у него ничего не получается. Он ворочается, пока Чонгук не вздыхает и не укладывает одеяло так, чтобы омеге было удобно. – Спасибо... - Расскажу как-нибудь потом, - усмехается альфа. – Ты и так выглядишь не очень. - Ты не похож на человека, который готов помочь, - мямлит Чимин, прикусывая губу. – Почему ты тогда помог мне? - Не каждому хочется получить нагоняй от Джина, - смеется Чонгук. – А я не бессмертный. - Ясно... – шепчет Пак, глядя на противоположную стену. - Не реви больше, у тебя лицо опухает, - кривится Чонгук и встает с кровати, поправляя домашнюю футболку. В нос снова бьет запах перечной мяты. – И проветри, дышать невозможно. Все мятой провоняло. Чонгук удаляется из комнаты, закрывая дверь, а Чимин сидит и удивленно озирается по сторонам, пытаясь понять, почему альфа учуял в его комнате мяту. Ноги и руки неприятно тянет, а голова вновь кружится, поэтому омега укладывается на подушки и закрывает глаза, пытаясь заснуть. Чонгук проходит на кухню, замечая там Джина. Старший сидит и пьет чай с видом глубокой задумчивости. - Нормально себя чувствует? – отвлекается от мыслей омега и переводит взгляд на Чонгука, в ответ получая утвердительный кивок. – Ну и хорошо. - Выглядит немного помято, - сообщает альфа и присаживается на стул напротив Джина. - Его бы к врачу отвести, - вздыхает тот. – Но он не согласится, я знаю. - Лучше бы на прогулку его отвел, - усмехается альфа, смотря на старшего. – Он вялый какой-то, ему бы развлечься. Джин ничего не отвечает, мысленно соглашаясь с Чонгуком. Чимину и правда нужно почувствовать себя непринужденно и хоть немного развеяться, а в последнее время поводов для веселья не было совсем. Чонгук тоже погружается в тишину, возникающую в кухне. Молчание не давит, но дает шанс подумать и покопаться в себе. Чону чужды порывы защищать кого-то и помогать. Он всегда готов прийти на выручку Юнги или Хосоку, но не малознакомому парню, который так и норовит съязвить. Более пугает тот факт, что на жалкую миллисекунду Чонгук почувствовал состояние Чимина в тот день, и альфа не может понять, как так произошло. Чимин выглядит загнанным ребенком, а Джин лишь говорит о том, что в детстве ему пришлось несладко, и Чону почему-то хочется узнать, что именно там было. Альфа лишь хотел на некоторое время скрыться от проблем, но в итоге нашел себе новую: сложную, запутанную, но интересную. Размышления прерывает рингтон мобильного телефона, и Чонгук прислушивается к взволнованному голосу Хосока. Кажется, что-то пошло не так.