Люби меня всерьёз! 2

На часах было примерно десять вечера, когда Учиха никем незамеченным вошёл в здание с разукрашенными граффити стенами. По знакомой дороге он шёл к подвалу, постоянно облегчённо вздыхая, мол, не придётся возвращаться сюда никогда, но на душе всё равно было как-то неспокойно. И молил, чтобы на этот раз интуиция его подвела. С этим тревожным чувством Саске открыл знакомые ему двери и увидел в подвале трёх человек: Дейдару, Сасори и Кисаме. Они сидели на кровати и были настороже, словно ждали кого-то. А может, ждали его?.. - О, какие люди, - с ухмылкой произнёс Дейдара, но Сасори старался незаметно пнуть его локтём в бок. У всех них были серьёзные лица, и Саске с осторожностью вглядываясь в их глаза, застыл в дверях. - Где был? – стараясь сымитировать непринуждённость, спросил Сасори, хотя устремлённые на Саске взгляды говорили о напряженности атмосферы. Учиха всегда сохранял спокойствие, поэтому решил взять себя в руки и спокойно ответил: - Не важно. Я хотел сказать, что покину Акацки. Кисаме подавился смехом, Дейдара закатил глаза и ухмыльнулся, Сасори же сохранил спокойствие. Учиха понимал, что что-то не так, но не знал, что именно. - Никуда ты от нас не денешься, - с самодовольной улыбкой на лице произнёс Кисаме, потирая дуло пистолета. – У нас твоя подружка. Вот тут-то Саске запаниковал и больше не смог сохранять спокойное лицо. В мгновение ока он понял: они всё просчитали! - Что… - хотел спросить Саске, хотя и понимал всё без лишних объяснений, но Сасори перебил его: - Сакура Харуно. Попытаешься сдать нас полиции – мы убьём её. Учиха бросал взгляд на их самоуверенные и довольные рожи, а его мозг преследовала безумная идея: бежать к чёртовой матери. Искать Сакуру, где бы они её не спрятали. Но он стоял на месте, соображая, что делать. У него было три варианта: либо он спасается сам и бросает Сакуру на произвол судьбы, либо спасает Сакуру, и они убегают, что маловероятно, ведь он не обладает способностями супермена и вряд ли узнает, где она находится, либо ему придётся кориться Акацки, чтоб они её отпустили. Но ни один из вариантов ему не подходил. Нужен был план. План… План!

****

Ночные улицы Токио всегда светились самыми разными огнями, но опытные туристы и местные жители всегда находили те переулочки, на которых не было ни единого фонаря и очень редко ступали прохожие. По такой улице шли сейчас два путника в капюшонах: Кабуто и Карин. Девушка всячески скрывала, что у неё вспотели ладони и иногда дрожали руки. Всё-таки, убить Саске не такая уж и лёгкая задача, ни сколько меткости, сколько смелости. Ведь однажды она самоотверженно любила его. Но одна мысль, что если бы Саске не пропал, ничего им не сообщив, то они с Суйгетсу не поехали бы искать его неизвестно куда, и Хозуки остался бы жив. Кабуто говорил верно – всё из-за эгоизма Учихи. Правда, он ещё говорил о таком варианте расклада, при котором им не придётся убивать Саске. Но она почему-то не верила, что Учиха согласится на условия Кабуто. А может, всё из-за того, что ей, всё-таки, не очень хочется мстить?.. - Мы пришли, - тихо оповестил её Кабуто, когда они подошли к дому с граффити на стенах. Карин перевела дух, сжимая в кармане оружие, и последовала за ним. Ручка от двери в подвал легко поддалась. Когда Карин и Кабуто вошли в подвал, то невольно удивились, ведь не ожидали встретить здесь аж троих членов Акацки. - К-карин? – с какой-то ноткой радости и изумления в голосе окликнул её Саске. Сердце красноволосой сжалось. Она уже была готова отступить, но боролась с этой мыслью. Акацки переглянулись между собой и опешили, мол, кто эти люди? А вдруг полиция? - Здравствуйте, - дипломатично поздоровался Кабуто, окинув всех равнодушным взглядом, кроме Саске, который ему был интересен. – Мне нужно поговорить с Саске. - Только в нашем присутствии, - сухо ответил Сасори; он знал, что если что-то пойдёт не так, то этим двоим незнакомцам несдобровать. – Кто ты такой? - Я? Я, можно сказать, переговорщик, - Кабуто попытался улыбнуться дружелюбной улыбкой, хотя все поняли, что она фальшивая. Карин стояла за его спиной и разглядывала взволнованного Саске, который смотрел то на неё, то на Кабуто взглядом спрашивая: «Что это значит?!» - Учиха Саске, - Якуши внимательно посмотрел на брюнета, - я предлагаю вам служить у Орочимару. - Что? – поинтересовался Учиха. – У какого такого «Орочимару»? - Известный хирург-экспериментатор, - пояснил Сасори, в то время как Кисаме и Дейдара уже горели желанием прибить кого-нибудь в этой комнате. – Я думал он сидит в тюрьме из-за своих зверских опытов. - Он оттуда сбежал, - неприкрыто заявил Кабуто. – Впрочем, неважно. Лишь я знаю, где он находится. Саске, - и он перевёл свой взгляд с Сасори на Учиху, который был повален исходом событий и потоком новостей, - желаете ли вы присоединиться к господину Орочимару? Карин, которая до этого момента хотела убить Саске, стала мысленно просить его не отказываться. - Зачем я ему? – хмыкнул Учиха. - Ему требуются жертвы для экспериментов, а вы будете их поставщиком, - спокойно объяснил Якуши. Учиха усмехнулся, а затем истерически хохотнул. За кого они его считают? Что он киллер или наёмный убийца?! Он всего лишь хотел отомстить брату за его грехи и жить в спокойствии… А теперь… - За кого вы меня принимаете? – продолжая улыбаться улыбкой безумца, спросил Саске. Кабуто нахмурился, понимая, что разговор идёт не так, как бы ему хотелось. - За убийцу, - спокойно ответил он. – Если вы, Саске, останетесь в Акацки, то вас вскоре поймают. Орочимару же гарантирует вам более надёжное убежище. Кисаме вполголоса обратился к Дейдаре так, чтобы остальные не услышали: - Я сейчас свяжусь с Пейном, разузнаю побольше об этом Орочимару и спрошу заодно, что делать с этими чудаками, - и Кисаме, зацепив Кабуто и Карин плечом, вышел из подвала. Карин отошла от дверей, потирая плечо, а Якуши продолжил стоять на прежнем месте, заслоняя собой проход. Учиха нервно сглотнул. Его мозг буквально кипел от внезапно нахлынувшей на него информации. Акацки не дадут ему спокойно уйти отсюда… И что за бред: его принимают за киллера! Но он предусмотрел, что и этот переговорщик так просто отсюда не уйдёт. Единственное, чего он не понимал, почему Карин пришла вместе с этим типом? Очевидно, но невероятно, что она с ним заодно… И тут неожиданно для всех прозвучал хлопок-выстрел, и Кабуто со скрежетом зубов, ухватился за левое плечо, кряхтя от боли. Дейдара и Сасори поднялись на ноги, глядя, как Кабуто, жмуря левый глаз, медленно приседает на пол. - Кисаме? – окликнул Дейдара, но нет, стрелял никак не Кисаме. Сасори прикусил губу и чертыхнулся, Дейдара широко распахнул глаза, но больше всех был удивлён Саске. Учиха не сводил глаз с того, у кого в правой руке был пистолет, а левой держал за воротник Кисаме, который уже был в наручниках и без сознания. - Наруто… - обескуражено произнёс Учиха. Саске не был уверен: Наруто пришёл его спасать или наоборот… Потому как Узумаки смотрел на него таким взглядом, каким Учиха одарил Итачи перед его смертью. Таким взглядом ненависти смотрят на предателя. - Не стрелять в меня! – грозно скомандовал Узумаки, приставляя пистолет к виску испуганного Кисаме, который только что очнулся. – Иначе он падёт первым! - Да срал я на него! – выругался Дейдара и уже нацелил пистолет на Наруто, но Сасори скомандовал жестом опустить оружие. - Саске, - Наруто обратился к нему тоном, каким зовут брата, но затем резко сощурил глаза, - как же я тебя ненавижу. Учиха нахмурился. – Ты ведь был моим лучшим другом. А ведь в школе я и подумать не мог, что жизнь тебя так поменяет. Хотя нет. Ты всегда был таким негодяем, - и он опустил глаза, но затем резко их поднял, – Но зачем ты Сакуру трогаешь? Зачем ты вообще вернулся в Токио? Мы ведь так хорошо жили до тебя! Она так мечтала о свадьбе! Ты… - и он посмотрел на Учиху из подлобья, - ты делаешь её только несчастной. Саске не знал, что и сказать. Он и не ожидал от Узумаки ласковых слов. Честно говоря, мысленно он даже соглашался со словами Наруто, но отступать не мог. - Не тебе за неё решать. И тут Кабуто, который до этого сидел и судорожно сжимался, держался за плечо, из которого текла кровь, пропитывая его одежду, тихо шепнул Карин: - Стреляй… в него. Девушка, заслушавшись разговором Саске и Наруто, совсем была не готова, что сейчас ей отдадут такую команду. Она дрожащими руками попыталась прицелиться в Саске, но упустила пистолет, который с грохотом упал на пол, и Учиха проворно поднял его и выстрелил в Узумаки. Наруто упал на пол, болезненно сжимая ногу. Неужели он промахнулся и выстрелил всего-то в ногу?.. Нет, промахнуться он не мог. Ему просто не хватило духу убить Узумаки. Он не смог. Сасори и Дейдара переглядывались, пытаясь без слов быстро принять какое-то общее решение, но они не успели ничего предпринять, как в подвал забежало десяток людей в полицейской форме и проворно схватили за руки сначала Карин, которая, не понимая, что происходит, не сопротивлялась, затем Кабуто, которому уже было всё равно кто его доставит к больнице, затем Сасори и Дейдару – они попытались вырваться, но им пригрозили электрошоком, и самым ловким оказался Саске – он отбился от одного из полицейских и почти прорвался к выходу, как его тут же схватили двое, пытаясь всячески усмирить его. Всем, кроме Кабуто одели наручники. И тут Учиха увидал, что Наруто держит за руку девушка в полицейской форме, которая судорожно набирала чей-то номер, видимо, скорой. Эту девушку он быстро узнал – это была Хината Хьюга. Это она!.. Она вызвала группу захвата! Из-за этой дуры он повержен! Тогда полицейские стали живо выводить всех из комнаты: сначала Карин и Кабуто, затем Дейдару и Сасори и потом уже Учиху. Когда мимо Хинаты проводили Сасори, то она сначала задержала на нём свой взгляд, потом широко распахнула глаза и ахнула, прикрыв рот ладонью. Тогда-то она и вспомнила, где раньше могла его видеть!.. Неужели она доверила свои тайны и душу члену Акацки! Так вот о чём он не хотел рассказывать… Сасори провёл Хинату каким-то печальным взглядом. Наверное, ему впервые за длительное время не удалось скрыть истинные эмоции. Когда Саске вывели на улицу, то он увидел, что Сакура уже целая и невредимая стоит и о чём-то разговаривает с полицейским. Увидев, как сначала выводят Кабуто, Харуно никак не отреагировала, когда увидела Карин, сначала обрадовалась, что она всё-таки вернулась в Японию, а затем огорчилась, что теперь с ней не увидится долгое время, когда увидела Сасори и Дейдару, то ухмыльнулась, ведь это были те самые типы, которые схватили её и теперь получили по заслугам, но её ударило током, когда она увидела перед собой Саске, которого вели к полицейской машине. Как?! Она молилась и верила, что он сбежал! Это же тот самый Учиха, которого сам дьявол поймать не может!.. Но как?! Тревога охватила ей сердце. Какую-то секунду она не могла пошевелиться, застыв в оцепенении, но затем кинулась к нему на встречу. - Саске! – вскрикнула она. Учиха не мог смотреть ей в глаза. Он ведь обещал, что они спасутся. Что уедут далеко-далеко отсюда. Что жизнь наконец-то наладится. Полицейский вежливо оттолкнул Харуно в сторону. - Саске… ты… - Харуно смотрела ему вслед, и слёзы полились из её глаз ручьём. Она ничего не смогла сделать, когда его усадили в машину. Лишь молила о том, чтоб он поднял глаза хотя бы для того, чтоб попрощаться. Когда он уже сидел в машине, и водитель нажал на педаль, Саске посмотрел на неё таким же взглядом, когда он в первый раз сказал, что любит её. А теперь они прощаются навсегда… взглядом. Но в этом взгляде было даже больше, чем в объятии. Когда машины одна за другой удалились, Сакура упала голыми коленями на асфальт и зарыдала в голос. Он ведь обещал ей, что он снова купит мотоцикл, и они снова прокатятся на нём так, что ветер будет свистеть в ушах до тех пор, пока на небе не появятся звёзды, а на часах будет ровно полночь. Он обещал, что они снова как-то соберут вечеринку с бывшими одноклассниками, и они вспомнят всё то, что вытворяли ещё совсем юными. Он обещал, что пригласит Карин и Суйгетсу, которые как всегда наведут в квартире бардак, закажут пиццу и врубят рок. А теперь во все эти обещания и мечты следует забить гвоздь? Или сжечь их? Как прискорбно – мысли не горят. Видимо есть такая штука, когда две судьбы переплетаются, то на них перевёрнутым крестом стоит черта «не суждено», которая не позволит влюблённым двигаться дальше, чем «никогда». И пустился ливень. Ливень её души длинною в разлуку и ценною в любовь.