Мелодия сердца

      Четверо друзей уехали спустя два дня после того, как Шона и Кристина родили. У них ещё было несколько занятий, а также нужно было готовиться к выступлениям. Трис и Тобиас поговорили с родителями. Эвелин всё ещё планировала свадьбу, но Тобиас наотрез отказался. Он взрослый человек и даже не думал о том, что Трис готова на такие серьёзные обязательства. У них ещё было время. В основном Трис говорила то, что они хотели знать о Нью-Йорке и школе. Трис знала, что они все могут обидеться, когда узнают о «Дивергенте», но она надеялась, что объяснит, почему она и её друзья так поступили, и их родители поймут. Она пообещала поддерживать контакт с мамой и папой, чтобы избежать таких стычек в будущем.       В выходные перед юбилеем «Фракций» Тобиас вылетел в Нью-Йорк, чтобы обсудить детали концерта и открытия того, кто действительно является участниками группы. Они сошлись на том, что только их семьи узнают правду, потому что они ещё хотят иметь возможность спокойно пройтись по улице без охоты на них папарацци.       Мэтту пришла в голову блестящая идея. Концерт состоится до субботы. Самый лучший повод для них, чтобы сказать родителям — в пятницу, в ходе небольшой встречи, где будет присутствовать избранный круг людей. Они решили использовать один из крупнейших конференц-залов во «Фракциях», и во время песни будет поставлен занавес, чтобы спрятать группу, в то время будут показываться фотографии с предыдущих концертов. Пока музыка будет продолжать играть, участники группы избавятся от макияжа, париков и нарядов, а когда песня закончится, четырьмя кадрами покажут, как их сценические персонажи превращаются в обычных людей, раскрывая, кто они есть на самом деле. Занавес поднимается, и вместо того, чтобы увидеть Шейлин, Кейнана, Сьюки и Розу, все увидят Трис, Юрая, Марлен и Линн. Им предстояло отработать некоторые моменты и попрактиковаться на месте, но они сошлись, что это будет лучший способ рассказать своим родителям.       — Нервничаешь? — спросил Тобиас Трис, когда они сидели на кровати. У Трис лежал планшет на коленях, и она сделала вид, что играет, но Тобиас заметил, что она даже не смотрит на экран.       — Что? Нет. Почему ты спрашиваешь? — растерянно спросила она.       — Ты пялишься на одеяло пять минут, пока на твоего персонажа в игре нападают гоблины, — насмешливо ответил он.       — Людоеды, — исправила она.       — Всё, Прайор. О чём ты думаешь? — настаивал он. Трис повернула голову, чтобы посмотреть на него. У него было заинтересованное выражение лица, но он пытался это скрыть. Она знала, что он будет ходить на цыпочках вокруг неё, если она внезапно закроется от мира, и не могла винить его. Она всегда старалась всё рассказывать ему, но иногда её переполняло мыслями или эмоциями. Но в этот вечер у неё было две вещи на уме — предстоящий концерт для «Фракций» и её мысль об их близости. Она любит его, и он любит её, и она была готова, но как-то не было подходящего времени. Тобиас никогда не подталкивал её и не требовал, чтобы они это сделали, но Трис не была слепой. Он часто ходил в ванную в её комнате, первым делом утром, когда он оставался на ночь, и принимал душ, вероятно, холодный, так как плитка не нагревалась после использования. Ей было жаль его, и она хотела сделать что-то, но, в то же время, она знала его достаточно хорошо, чтобы понимать, что он не позволит себе получить удовольствие, если не сделает то же самое для неё. В отличие от других парней, Тобиас поставил её интересы выше собственных, что она нашла восхитительным, и это заставило её доверять ему ещё больше.       — О концерте, — сказала она, но не упомянула второй причины.       — Всё будет хорошо, малыш, вот увидишь, — они говорили об этом много раз, и не только они, но и вся группа, в том числе и Мэтт с Кэмероном. Они знали, что все будут злиться, но, в конце концов, примут всё. Четверо молодых людей были удивительными и построили карьеру самостоятельно. Конечно, Кэмерон помогал им, но в итоге их талант, упорство и дисциплина привели их на вершину Олимпа.       — Я знаю, но всё ещё нервничаю по поводу того, что все скажут. Я обещала маме и папе не лгать, — произнесла Трис и положила планшет на тумбочку. Она свернулась калачиком на одеяле, и Тобиас обнял её, прижимая к себе.       — Что бы ни случилось, я буду там. И я уверен, они будут в восторге, когда шок пройдёт. Все они. Знаешь, несколько месяцев назад, до того как мы начали встречаться, я слушал по радиостанции одну из ваших песен. Мне понравилась музыка, и я включил громче. Папа зачем-то зашёл в мой кабинет и ждал, пока закончится песня. Она действительно понравилась ему, что говорит о многом, учитывая, что он, как и все наши родители, поклонник «Abba» и «Queen», — сказала он со смешком, и Трис рассмеялась.       — То есть, ты говоришь, что, если твоему отцу понравилась одна песня, то, значит, ему понравится то, что его маленькая девочка лгала ему? — спросила Трис, на что Тобиас фыркнул. Он поцеловал её в шею и незаметно для себя разжёг огонь внутри неё. Трис почувствовала прилив тепла, казалось, каждый нерв воспламенился. Она почувствовала, будто вспотела, а дыхание участилось. Тобиас продолжал говорить что-то, но Трис не слышала. Её сердце билось настолько громко, что затмевало все остальные звуки. Девушка с трудом сглотнула. Она хотела, чтобы их первый раз был совершенным, но когда эти двое были совершенны и делали всё по плану? Она резко обернулась и прижалась к его губам так, что Тобиас замер не в состоянии понять, что произошло с ней. Но когда она прижалась своим маленьким телом к нему, Тобиас издал низкий рык и притянул её ещё ближе к себе. Если бы она хотела остановиться в этот момент, то Тобиас был не уверен, что смог бы. Он никогда бы не причинил ей вреда, но парень был так одержим ей, что не мог перестать касаться её сейчас.       Тобиас толкнул её на матрас и накрыл своим телом. Он поцеловал её в губы и исследовал рот языком. Его правая рука удерживала его вес, в то время как левая гладила её бок, массировала грудь и щекотала кожу. Трис так давно была последний раз с мужчиной, но, несмотря на это и на то, что у неё ещё ничего не было с Тобиасом, она, казалось, понимала, что делает и что ему нравится. Она решила взять всё под контроль и оттолкнула его от себя. Растерянный, он посмотрел на неё, чтобы понять, что сделал неправильно, но вместо этого его зрачки расширились, когда девушка послала ему взгляд, значивший, что он не совершил ничего из того, чего она не хотела. Тобиас лёг на спину, и Трис оседлала его бёдра. Она наклонилась и начала целовать его шею и всё, что было открыто до ключиц. Но этого было недостаточно. Она отклонилась назад и жестом попросила следовать за ней. Когда он сел, она снова яростно примкнула к его губам, а он обвил руки вокруг неё. Конечно, у него были женщины ранее, но ни одна не была похожа на Трис. Страсть, с которой девушка создавала музыку, была такой же и здесь. Она отдалась полностью, без сопротивления и угрызений совести. Ему было так трудно, что он думал, что может взорваться. Если они так продолжат и дальше, то им придётся пойти в больницу, потому что Тобиас был уверен, что без надлежащего «освобождения» ему понадобится врач.       — Трис, — произнёс он, задыхаясь. Трис прекратила поцелуй и посмотрела на него, в его глаза, наполненные желанием и любовью.       — Что? — спросила она, так же задыхаясь.       — Если ты не готова к большему, мы должны остановиться. Я не… — он не успел закончить, потому что Трис толкнула его на спину и поползла вниз по его телу, чтобы снять с его ног спальные штаны и трусы вместе с ними.       Она бросила одеяло на пол, кинула штаны и нижнее бельё через плечо, а затем любовалась им. Она рассеянно облизнула губы в предвкушении. Девушка никогда не была большим фанатом орального секса, но увидев его член, она не могла совладать с собой и хотела попробовать. Она наклонилась и поцеловала его кончик, затем провела языком до основания. Трис внимательно наблюдала за Тобиасом. Его глаза были закрыты, а голова слегка откинута назад. Он тяжело дышал и крепко сжимал простыни. Трис улыбнулась, а затем широко открыла рот. Она задалась вопросом, поместится ли его член в нём. Она медленно опустила голову к его члену и обхватила его, как могла. Он ахнул из-за соприкосновения и открыл глаза. Трис опустила взгляд вниз, концентрируясь на том, что делала, но Тобиас пристально смотрел на неё. Он едва сдерживал себя при виде того, как она орально ублажает его. Парень всегда задавался вопросом, как он будет чувствовать себя, но то, что она делала с ним в этот момент, было лучше любой фантазии, которая у него была.       Трис скользила сверху вниз по его длине, но так как он был слишком большой, и она не могла полностью обхватить его, она пристроила свою маленькую ладонь на оставшуюся часть. Она нашла единый темп своей головы и руки и увеличивала его, пока не почувствовала, как он набухает, и, прежде чем он издал звук, Тобиас глубоко излился в неё. Трис не были чужды мужские соки, но его был неплох на вкус: сладкий, но мужественный, она не могла описать его. Она жадно сглотнула всё, что было во рту, и вытерла лицо и руку. Он «пришёл» быстро, но ей было совершенно наплевать в этот момент, и она не сомневалась, что они смогут повторить в любое другое время.       — Вау, — сказал он после того, как отдышался. Он улыбнулся, как школьник, который только что увидел женское нижнее бельё в раздевалке. Ему стало неловко, но, в то же время, чувствовал себя так, будто это должно было произойти именно так. Робость, он предположил, наверное, от того, что она взяла руководство на себя, но он не мог найти причину, чтобы расстраиваться по этому поводу. Другие его девушки либо позволяли ему сделать всё, либо слишком переусердствовали и просто делали акт грязнее, чем он был или должен быть. Чтобы было понятно, Тобиас Итон не был против грязных вещей в спальне, но он считал, что женщина должна оставаться женщиной, а не становиться уличной проституткой. Если бы он хотел секс на одну ночь, он бы мог снять девушку.       — Если бы я не была так впечатлена, то ответила тебе каким-нибудь туповатым комментарием, но, блин, ты везучий чувак, — сказала она и широко улыбнулась. Тобиас рассмеялся. Он любил то, как она говорила и действовала, так беззаботно и по-настоящему. Трис никогда не чувствовала необходимость скрывать что-то, ну, с очевидным исключением. Но она так стремилась исследовать и изучать, никогда не боялась выражать свою сексуальность, но всегда убеждалась, что не переусердствовала. Парень так восхищался ей. Она может быть адски сексуальной, надев простые пижамные штаны, футболку со Снупи и с размазанным томатным соусом из-под пиццы по щекам. Она была сексуальна, что бы ни надевала, хотя, возможно, он был немного пристрастен (всё время).       — Ты не должна была этого делать, — произнёс он, глядя ей в глаза.       — Знаю, но я хотела.       — Я не хочу, чтобы ты что-то делала, если не готова. Я сказал тебе, что могу подождать, — успокаивающе продолжил Тобиас.       — Очень плохо, потому что я не могу. Теперь возьми меня, — с ухмылкой ответила Трис. Тобиасу потребовалось мгновение, чтобы понять смысл того, что она сказала, но когда понял, что его девушка готова сделать шаг вперёд в их отношениях, он потянулся к ней и прижал к себе. Он упал обратно на матрас, а она легла поверх него. Они целовались страстно и самозабвенно, но тепло между ними медленно переросло в пылающий огонь, и двое молодых людей избавились от остальной одежды.       Пылкий поцелуй заставил их обоих затаить дыхание и начать задыхаться. Трис лежала на кровати, в то время как Тобиас нависал над ней, любуясь её красотой. Она чувствовала себя неловко, несмотря на то, что слышала только комплименты в прошлом. Но это было другое. Это был он. Это был Тобиас. Его мнение действительно было значимым для неё. Она попыталась прикрыть свою обнажённую грудь, но парень нежно схватил её за запястье и поднёс руку ко рту. Тобиас поцеловал её ладонь, потом запястье, поцеловал вниз к локтю, а затем согнул, чтобы захватить её припухшие губы. В отличие от предыдущего, этот поцелуй был нежным и наполненным любовью, и когда они отстранились, то смотрели друг другу в глаза с обожанием и уважением.       — Ты уверена? — спросил Тобиас её, ему нужно было услышать её в последний раз.       — Да, Тобиас, уверена. Я хочу этого, я хочу тебя, — тихо прошептала она, задыхаясь от эмоций, которые испытывала сейчас, что было отражено в его жестах и касаниях. Он улыбнулся, прежде чем снова накрыть её губы.       Трис мысленно готовилась в течение нескольких недель к этому моменту. Она говорила с Джоанной, она представляла все это в голове. Она думала о прошлом опыте, что могло спровоцировать негативную реакцию, и в итоге девушка сворачивалась в клубок в углу своей комнаты, всхлипывающая, потерянная и находящаяся в апатии.       Но это был не рядовой любовник. Это был Тобиас, её истинная любовь, она была уверена в этом. Он никогда не подталкивал её, терпел и поддерживал. Он пошёл с ней к Джоанне просто, чтобы убедиться, что она в порядке. Трис ценила это, но она знала, что ему не нужны наставления. Тобиас рассказал ей о серии изнасилований на территории кампуса, когда был студентом, и она знала, что он посещал семинары. То, что случилось с ней — другое, да, изнасилование, но другое. Трис не могла вспомнить само деяние и анализировала ситуацию с двумя парнями и Дрю только по видео.       Когда она начала посещать сеансы, Трис многое узнала и самое главное, по её мнению, — полюбила себя. Но, когда у неё чуть не случился секс с одним парнем, она не смогла, потому что если бы это случилось, она бы снова попала в старую яму, из которой так отчаянно пыталась выбраться.       Но с Тобиасом всё было по-другому. Он был больше, чем просто парень — он был её лучшим другом, пожалуй, единственным человеком, кто по-настоящему узнал её без макияжа, фальшивой маски или какого-то шоу, чтобы угодить остальным. Нет, он видел её такой, какая она на самом деле, со всеми недостатками и достоинствами, и это не волновало его. Он любил её. Они оба знали, что она была «повреждена», но глубоко в душе она понимала, что не за исцеление, не за то, что он залатал её раны, нет, он будет с ней, несмотря ни на что.       Тобиас наклонился и поцеловал её в месте, где бился пульс, вызывая её тихие стоны. Его губы проследили очертания её ключицы, осыпая кожу лёгкими поцелуями, пока не достиг её округлой груди. Он поцеловал ложбинку, вдыхая её запах, прежде чем нежно взять один сосок в рот и слегка прикусить. Трис выгнулась, пытаясь быть ещё ближе к его рту, а её пальцы прорисовывали мышцы его пресса. Она обхватила его руками, насколько могла обнять, и он прижался ближе к ней. Парень продолжил двигаться вниз, потом добрался до пупка, он проследил его языком, прежде чем аккуратно погрузиться внутрь, что заставило её стонать громче, чем прежде. Его язык переместился к её влажной женственности, и он почувствовал ещё большее возбуждение, и простая мысль о том, что он, наконец-то, с любимой женщиной, заставила его сжать зубы. Он никогда не чувствовал такого прежде и был уверен, что никогда не переживёт те же чувства вновь.       Он достиг того места, где Трис больше всего нуждалась в нём, и слегка отстранился, чтобы полюбоваться ею во всём великолепии. Тобиас ласково улыбнулся ей, он никогда не видел её прекраснее, чем в этот момент. Её щёки пылали, глаза блестели, зрачки расширены, губы распухли и слегка приоткрыты, как будто она не могла вдохнуть достаточно воздуха в лёгкие, грудь поднималась и опускалась, и он мог сказать, что она нервничала, как и он, но улыбка, которая была на её лице, заверила его, что они оба этого хотели. Её кожа была немного потной, и он мог видеть мурашки на ней, что вызвало его ухмылку.       Тобиас обосновался в нижней части кровати, расставив её ноги, чтобы было достаточно места для движений. Он лизнул её складки впервые и задался вопросом, может ли быть кто-то слаще, чем она. Он погрузил язык внутрь её, и Трис начала извиваться. Звуки, которые она издавала, были чем-то средним между стонами и всхлипами, проклятьями и мольбой. Она не была уверена, что шептала, но как-то Тобиас понимал неизвестный язык, который она, казалось, придумала.       — Быстрее, — умоляла она, её голос натянулся, и слово вышло растянутым. Тобиас сменил язык двумя пальцами, надеясь, что не причинит ей боль, но то, как её лицо исказилось в сладкой агонии, заставило его понять, как сильно она наслаждалась тем, что он делал. Парень увеличил темп. Трис приподнялась с матраса, и Тобиас надавил на неё. Он легко покусывал чувствительный комок нервов, и этого было достаточно, чтобы узел внутри неё развязался.       Трис тяжело выдохнула, а Тобиас лёг рядом с ней, лаская её живот и наблюдая, как она достигает оргазма. Он всегда любил смотреть на неё, он как будто не мог насытиться. Но видеть её такой было ново и захватывающе, и он не мог дождаться, чтобы увидеть её после того, как они займутся любовью.       Она посмотрела на него и улыбнулась, на её лице проявлялось удовлетворение, когда Трис потянулась, чтобы приласкать его щёку. Он наклонился и кротко поцеловал её губы, избегая глубоких поцелуев, пока она восстанавливала дыхание.       — Вау, — произнесла она, копируя его предыдущее заявление. Он ухмыльнулся. На него никогда не жаловались подруги, но это было другое. Он хотел, чтобы Трис чувствовала себя прекрасно. Он доверял ей и знал, что она не будет искать другого любовника, к тому же, он был уверен в своих навыках в постели; однако, он хотел, чтобы для неё всё было идеально.       — Я рад, что тебе понравилось, — честно сказал он ей.       — Понравилось? Ты шутишь? — спросила, приподнявшись на локтях. — Это было потрясающе. Мне кажется, я никогда не кончала от орального секса, — призналась она и покраснела. Тобиас улыбнулся. Он нашёл милым то, что она краснела, когда говорила о таких вещах. Парень знал, что она не ханжа, но и не была одной из тех девушек, что выставляют своё тело напоказ и говорят о грязных вещах за пределами спальни.       — Я могу спросить кое-что? — спросил Тобиас, и она кивнула. — Что изменилось? Я имею в виду, почему ты решилась на такой шаг, не то, чтобы я жаловался, — быстро пояснил он. Трис улыбнулась на его бормотание.       — Думаю, я была готова, просто ждала подходящего момента. Я доверяю тебе, Тобиас, и знаю, что ты никогда не обидишь меня. Совершить этот шаг, скорее всего, был больше вопросом смелости, — сказала она с нервным смешком.       — Трис, ты одна из самых сильных людей, которых я знаю. Все, что я знаю о тебе, поражает меня. Независимо от того, какие трудные наступают времена, ты продолжаешь бороться. Конечно, были моменты, когда ты хотела сдаться, но ты продолжала идти, — произнёс Тобиас мягко, в то же время гладя её по щеке.       — Мне всегда нужна была помощь. Были времена, когда я просто хотела умереть, — сказала она. Трис рассказала, что после того, как узнала о Дрю, часто впадала в депрессию. Они были не слишком значительны. Несколько дней она отсиживалась в своей комнате, часто пила или даже принимала таблетки. Она рассказала ему, как лежала в своей кровати и не заботилась ни о чём. Девушка сказала ему, что любила Дрю, наверное, в нездоровом смысле, даже после того, что он сделал с ней. Она поведала ему о кошмарах, которые не покидали её каждую ночь после того, как правда вышла наружу. Терапия очень помогла ей. Также лекарства, которые назначила Джоанна. Она не стыдилась признать, что ей пришлось принимать их. Трис не хотела, чтобы он думал, что она не в порядке, ей намного лучше. Ей все ещё снились кошмары, часто, когда Тобиаса не было рядом, чтобы обнимать её всю ночь. Но ей стало лучше. Каждый день девушка делала шаг вперёд и исцелялась всё больше с каждым днём, пока в один прекрасный день, она была уверена, она больше не будет жертвой, а станет победителем.       — Трис, я знаю, но я уверен, ты бы продолжала бороться без неё. Ты сильный человек, но позволь мне быть сильным с тобой. Я люблю тебя больше всего на свете, малыш, и я всегда буду с тобой, — поклялся он, обхватив её лицо руками и подарив нежный, многообещающий поцелуй.       Они отстранились и смотрели друг другу в глаза, а затем желание снова накрыло их, и Тобиас устроился между её разведённых бёдер. Он никуда не спешил, он хотел насладиться каждой минутой. Они поцеловались нежно, но потом страсть взяла верх. Тобиас скользнул языком в её рот и соприкоснулся с её, вызывая тихие стоны женщины, лежащей под ним. Его губы оставили её и начали путешествовать вдоль её стройной шеи к ключице, которую он немного прикусил и затем нежно осыпал поцелуями, а после добрался до груди. Он наклонился и поцеловал мягкую кожу между ними. Мужчина проследил контур обеих грудей, а затем сосал и кусал соски, чередуя, пока Трис извивалась под ним. Тобиас ухмыльнулся, но продолжил своё путешествие, опустившись ниже, а затем погрузил свой язык в её пупок, щекоча кожу и заставляя хихикать. Ему нравились звуки, которые издавала Трис, но в этот момент, когда были настолько близки, он в полной мере оценил то, что каждый из них значит.       Когда Тобиас достиг её женской сути, он лизнул её складки несколько раз, но в отличие от предыдущего раза, он едва сдерживал возбуждение. Он не мог больше ждать, напряжение в его члене было болезненным, и он приложил все усилия, чтобы не кончить до того, как он войдёт в неё. Парень знал, что не продержится долго: он ждал слишком долго и хочет её очень сильно, чтобы быть в состоянии сдерживаться. Тобиас посмотрел на девушку: её глаза затуманены похотью, зрачки расширены, дыхание учащённое, а кожа покрылась мурашками. Он поцеловал её плоский живот, прежде чем приподняться вверх и устроиться между её раздвинутыми коленями. Он взял свой член в правую руку и погладил несколько раз. Кончиком потёрся об её влажные складки и медленно совершил первый толчок. Она была более тугой, чем он думал, но, опять же, Трис говорила ему, что у неё не было никого после ужасного инцидента с бывшим. Он поднял взгляд, смотря на неё. Её глаза были закрыты, руки плотно сжали простынь, он мог видеть, как побелели её костяшки. Она закусила губу, сдерживая стоны, и ему пришлось сделать то же самое, когда он толкнулся ещё дальше.       Парень почти чувствовал, будто Трис снова была девственницей. Она предполагал о некоторых трудностях после её последнего раза. Конечно, она играла со своими «игрушками», но это не то же самое. И после того, как она увидела член Тобиаса, она с трудом сглотнула. Девушка приготовилась к боли, но когда он вошёл в неё первый раз, она вдруг почувствовала себя целой, не только физически, но и эмоционально. Он был будто недостающим кусочком головоломки, который она не могла долгое время найти, чтобы завершить удивительно красочную картину, какой стала её жизнь.       Когда он достиг конца, он замер, позволив ей привыкнуть. Тобиас мягко поцеловал её между грудей и когда поднял взгляд, Трис улыбнулась ему. Парень нервничал, но этим простым жестом любимая успокоила его. Трис слегка кивнула головой, и он вышел, затем снова медленно вошёл, повторяя это действие несколько раз, пока девушка не обхватила его талию ногами и не толкнула пятками в зад, чтобы заставить ускориться. Он любезно поддался и увеличил скорость, но совершая глубокие точки. Тобиас завладел её губами в чувственном, но нежном поцелуе, который почти лишил их обоих воздуха. Он не мог больше сдерживаться и ещё больше увеличил скорость.       — Не сдерживайся, детка, — ободряюще сказала ему Трис. Она знала, как он боролся с тех пор, как они стали парой. Любимый никогда не говорил ей, но она знала, что он был немного разочарован. Она была счастлива, что он не настаивал на их близости. Это помогло довериться ему ещё больше.       — Я не собираюсь кончить до тебя, — упрямо ответил он.       — Мы можем сделать это снова, — с улыбкой сказала она, но Тобиас покачал головой.       Тобиас ещё больше увеличил скорость, его толчки стали быстрее и менее глубокими, и парень мог видеть, что Трис близка к оргазму. Он протянул руку между их телами и начал стимулировать комок нервов, в то же время сосать один сосок, чтобы помочь ей достичь пика. Трис накрыла волна блаженства спустя минуту, она громко стонала и выгнула спину с такой силой, что немного приподняла Тобиаса. Его имя слетело с её губ как молитва, когда она почувствовала, будто раскололась на тысячи кусочков, но была счастливее, чем когда-либо раньше. Тобиас последовал за ней спустя пару толчков, выкрикивая её имя и изливаясь внутри её лона.       Не в состоянии выдерживать свой вес, он обрушился на неё, тяжело дыша, его разум находился в тумане блаженства, в ушах звенело, кровь стремительно текла по его перегретому телу.       Он оставался в ней несколько минут. Парень не мог подняться с неё, даже если бы захотел, но Трис не возражала. Её ноги всё ещё были по обе стороны его тела, а руки нежно поглаживали спину. Он был весь в поту, но это было неважно. Тобиас спрятал голову в изгибе её шеи, оставляя мягкие поцелуи на её солёной коже. Но затем он так резко поднялся, что Трис растерялась. Она боялась, что могла сделать что-то не так, но в жизни не могла понять, что.       — Трис, — произнёс он почти шёпотом, его глаза широко раскрыты и полны страха.       — Что? — настороженно спросила она. Что она могла сделать, чтобы вызвать такую реакцию в нём?       — Защита, — сказал он немного панически. Трис несколько раз моргнула и уставилась на него. — Мы забыли о защите. Мне очень жаль. Я должен был подумать об этом. Я был так глуп. Пожалуйста, прости меня. И я достиг пика внутри тебя. Я такой идиот, — бормотал он, вставая. Он расхаживал перед кроватью, а Трис наблюдала за ним. Её осенило, что она забыла сказать ему о том, что принимает таблетки, но, опять же, они не обсуждали тему секса вообще. Девушка закусила губу, чтобы сдержать улыбку. Она не хотела расстраивать его ещё больше. Трис села и скрестила ноги, наблюдая за ним какое-то время, прежде чем заговорить.       — Тобиас, — сказала она, но он продолжал ходить, запустив пальцы в короткие волосы. Она сомневалась, что он даже услышал её. — Тобиас, — сказала немного громче.       Он повернулся, чтобы посмотреть на неё. Выражение его лица было серьёзным, даже тяжёлым. Парень хотел дать себе подзатыльник за то, что поступил так небрежно, но в тот момент он думал о ней и забыл самое главное — защиту. Они только начали встречаться, занимались сексом впервые. Тобиас знал, что хочет от неё больше, чем просто короткие отношения, и был уверен, что она хотела чего-то более продолжительного. Но ребёнок был бы катастрофой. Они были не готовы, она была не готова. Трис всё ещё учится в школе и участвует в группе, и он не хотел, чтобы она отказывалась от всего этого, чтобы стать мамой и женой. Но, в то же время, он не хотел оставлять её в покое, если она забеременела. Это тоже была его ошибка. Но, возможно, она захочет сделать аборт. Тобиас пристально посмотрел на неё. При мысли об аборте его желудок свернулся. Он большой поклонник женщин, имеющих право выбирать, что делать со своим телом, и будет поддерживать и любить её, несмотря ни на что. Однако, думая, что они могли создать какую-то крохотную жизнь, а затем убить её, потому что они не готовы к такой большой ответственности, Тобиасу захотелось ударить себя. Он любит её и будет любить ребёнка, который у них может быть.       — Тобиас, — сказала она мягко и протянула руку. Он продолжил смотреть на неё, и Трис поняла, что он обдумывал в голове, что делать или сказать ей. Ей стало жаль его, и она почувствовала вину из-за того, что заставила пройти через это, потому что не рассказала о таблетках, которые принимала.       — Трис, что бы ни случилось, я люблю тебя и всегда буду любить. Я знаю, что мы вместе не так долго, но, в то же время, нет другого человека в мире, которого я знаю лучше тебя или кто знает меня лучше, чем знаешь ты. Если ты беременна, мы справимся. Я поддержу любое твоё решение, но знай, если ты решишь оставить его, я буду более чем счастлив быть отцом твоего ребёнка, — произнёс он на одном дыхании. Глаза Трис расширились. Она знала, что он такой порядочный, но никогда не думала, что испытает это на себе. — Мы можем пожениться, если хочешь или нет. Что бы ты ни решила, я буду рядом с тобой.       — Тобиас, — снова сказала она его имя с улыбкой на лице. Она протянула руку ещё раз, и Тобиас схватился за неё. Он сел на кровать, уставившись на девушку. — Я люблю тебя, милый, больше, чем когда-либо любила кого-то ранее. Я сомневаюсь, что когда-нибудь полюблю снова. Я согласна, мы встречаемся не так долго, но я не чувствовала такой сильной связи ни с кем. Я ещё не готова быть более чем твоей девушкой, надеюсь, ты понимаешь это, — сказала Трис, внимательно смотря на него. Она всегда боялась, что однажды она надоест ему, и он уйдёт. Трис часто обсуждала этот страх с Джоанной и даже Эриком. Она не совсем понимала, почему выбрала Эрика, но они были честны друг с другом, и на самом деле он дал ей хороший совет. Он неоднократно говорил Трис поговорить с Тобиасом и сказать свои опасения, но она не нашла смелости, чтобы сделать это.       — Трис, если ты решишь быть моей девушкой всю жизнь, ни больше, ни меньше, я согласен с этим, — он лгал. Конечно, он хотел большего, но не хотел давить на неё.       — Ты лжёшь, — сказала она, нахмурившись. — Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь. Я не говорю, что мы всегда будем просто парнем и девушкой, но на сегодняшний день это всё, к чему я готова. Пожалуйста, будь терпелив ко мне и не ври, — произнесла она, подчёркивая свой самый большой страх. Она могла выдержать многие вещи, кроме его лжи. Он кивнул. Тобиас знал, откуда это появилось. — Я знаю, ты любишь меня и будешь продолжать делать это, даже если тебе придётся признать ребёнка как своего и жениться на мне. Даже из-за наших родителей, Эвелин и мамы особенно, — быстро добавила она, и он усмехнулся, — которые распланировали нашу свадьбу и детей, и ещё много чего. Мы сами решим, когда придёт время. Я не хочу выходить за тебя замуж, потому что мы ошиблись, и я забеременела. Даже если мы хотим растить ребёнка вне брака — это наше дело и нас не должно волновать, что скажут остальные, включая наших родителей. Я люблю их, клянусь, но не позволю указывать всю свою жизнь. Мы оба взрослые люди, ну, ты гораздо взрослее меня и не только из-за разницы в возрасте, — сказала Трис, и оба немного рассмеялись. — Когда придёт время, и мы оба почувствуем, что хотим сделать следующий шаг, мы будем делать это вместе, независимо от того, что кто-то думает, ладно? — спросила она, и Тобиас кивнул. Он продолжал смотреть на неё, прокручивая слова в голове. Когда до него кое-что дошло, он улыбнулся. Трис никогда не говорила, что не выйдет за него, она просто сказала, что они должны ждать, что означало, девушка не против.       — Это значит, я могу надеяться когда-нибудь увидеть тебя у алтаря в белом платье? — спросил он, улыбаясь.       — Детка, я могу пойти сейчас в супермаркет или пройтись по каждой улице, одетая в белое, розовое, чёрное, любого цвета платье, — в шутку сказала она, и он закатил глаза. — Да, однажды, — тихо добавила.       — Ты с ума сошла, — сказал он.       — По тебе, — ответила Трис.       — Хорошо, потому что я без ума от тебя, милая.       — Я надеюсь, — сказала Трис, ухмыляясь, перед тем как наклониться и поцеловать его. Тобиас упёрся лбом в её и посмотрел ей в глаза, когда вспомнил, что они совершили кое-что глупое.       — Что насчёт, ну, ты знаешь? — произнёс он и указал на её колени.       Сначала она хотела сказать что-то вроде «конечно, давай займёмся сексом снова», но потом передумала. Он всё ещё беспокоился обо всём, и она хотела успокоить его.       — Я на таблетках. Не волнуйся, детка, — сказала она и обернула одну руку вокруг его шеи, и прижалась губами к его губам.       — Да? — с облегчением спросил он.       — Да. Я начала принимать их около двух месяцев назад. Я не была готова, но хотела быть защищённой, если такое произойдёт, — сказала Трис парню.       — Хорошо, что один из нас думал о защите, — произнёс Тобиас, садясь и потирая затылок от смущения.       — Да, хорошо, — сказала она и поцеловала его в щёку.