Мелодия сердца

      Зима прошла, и весна дала новое начало. Приближалась годовщина Трис и Тобиаса, и оба пытались найти идеальный подарок. Они никогда не превозмогали себя, когда дело доходило до подарков, они обычно удивляли другим образом, который находили более очаровательным, чем купить что-то на определённую дату.       Тобиас хотел купить ей драгоценности, но потом передумал. Трис не та женщина, которая станет носить драгоценности. Но было одно ювелирное изделие, которое он хотел подарить ей. Возможно, это и будет хорошим подарком на годовщину. Ему просто нужно поговорить с человеком, который уже прошёл через это.       Трис искала в интернете в надежде, что найдёт подарок для своего жениха. Но, казалось, вся всемирная паутина против неё, там не было ничего, что смотрелось бы хорошо или, может быть, просто было недостаточно идеально для Тобиаса в её глазах.       — Что ты делаешь? — спросила Марлен, присаживаясь рядом с ней на диван.       — У нас скоро годовщина, и я понятия не имею, что подарить твоему брату, — сказала Трис и положила ноутбук на журнальный столик, прислонившись к своей лучшей подруге.       — Я уверена, ты найдёшь что-нибудь. Вы, ребята, знаете всё друг о друге, — ответила Марлен.       — Да? Это не поможет мне найти идеальный подарок, — надувшись, произнесла Трис, и та усмехнулась.       — Почему он должен быть идеальным? — спросила Линн с любопытством и села в одно из кресел.       — Потому что он замечательный для меня, и я хочу подарить ему что-то, что скажет, насколько я ценю его.       — Почему бы тебе не выйти за него? — предложил Юрай, заходя к девушкам с пивом в руке и становясь рядом с ними.       — Выйти за него замуж? — спросила Трис.       — Да. Почему нет? — Юрай пожал плечами.       — Это не подарок, — с насмешкой сказала Трис.       — А галстук? — произнесла Линн.       — Я бы не купила ему дурацкий галстук, — оскорбленно ответила она. Как они могли подумать, что она захочет подарить ему вшивый галстук?       — Почему бы не подарить ему что-то личное? — спросила Марлен, улыбаясь.       — Как что? Свою «вишенку»? — Юрай ухмыльнулся и получил острые взгляды ото всех девушек. — Чёрт, ребята, вы похожи на кучку горгулий, когда злитесь. Я ухожу, — сказал он, прежде чем положить свою бутылку и покинуть квартиру.       — Идиот, — пробормотала Линн.       — Что ты имела в виду под словом «личное»? — спросила Трис, заинтересовавшись в том, что посоветовала её подруга.       — Ты пишешь песни. Почему бы тебе не написать ему песню? — спросила её Марлен.       — Мар, это совсем другое, — ответила Трис.       — Я знаю. Но это просто что-то для него. Даже не обязательно придумывать мелодию. Это может быть просто стихотворение. Скажи ему, что ты чувствуешь.       — Разве это не банально? — произнесла Линн, сморщив нос.       — Нет. Я думаю, это мило. Подумай об этом, Линн, — сказала Марлен, садясь лицом к своей лучшей. — Обычно они дарят друг другу случайные вещи без причины. Когда ты в последний раз говорила моему брату, почему полюбила его или как сильно?       Трис притихла. Марлен была права. Они все время говорили друг другу «я тебя люблю», но это стало чем-то вроде «здравствуйте» или «до свидания», эти слова не значили то, что означали раньше. Но они были недалеки от истины, потому что Трис любила Тобиаса с каждым днём всё больше.       Возможно, Марлен была права. Не было ещё песни или стихотворения, способных сказать, как сильно она любит его. Запиши её, заверни в красивую обёртку и надейся, что ему понравится. Она сможет купить ему что-нибудь в любой день, если что.       Она решила, что ей нужно немного побыть наедине. Она оставила девочек в гостиной за просмотром фильма и решила прогуляться. Она передумала, когда посмотрела на время. Вскоре позвонит Тобиас, и она хотела поговорить с ним наедине.       Трис присела на кровать с ноутбуком и блокнотом около неё. Каждый раз беря карандаш, она обратно опускала его. Ничего не получалось. После пятой попытки она разозлилась и просто отбросила блокнот подальше. Тобиас позвонил ей по скайпу, и Трис вздохнула, пытаясь успокоиться, прежде чем ответить.       — Привет, милый, — сказала она с улыбкой на лице.       — Привет, малыш. Что не так? — спросил он, видя сквозь фальшивую улыбку, которую она надела.       — Ничего, — солгала она, и Тобиас прищурился. — Хорошо. Я хотела написать песню, но нет вдохновения, — ответила она, опираясь на множество подушек на её кровати.       — Дорогая, оно придёт к тебе. Не нервничай. Итак, давай поговорим о том, что будем делать на выходных, — сказал он, ухмыляясь.       — О чём? Будет что-то особенное? — спросила она, притворяясь, что не знает, о чём он говорит.       — Не знаю. Ты скажи мне, — дразнил он.       — Ну, это не праздник, — произнесла она и приложила указательный палец правой руки к губам. Тобиас позабавлено покачал головой.       — Подумай ещё раз, — сказал он.       — Это не наши дни рождения, — продолжала, всё ещё притворяясь.       — Неа.       — Ах, я знаю, — взволнованно лепетала Трис. Улыбка Тобиаса стала шире. — Марафон «Игры Престолов», который я так ждала, — улыбка Тобиаса померкла, и её заменил хмурый взгляд. — Ох, ты помнишь. Слава Богу, я совершенно забыла об этом. Подожди, я скажу Юри. Наверное, он тоже забыл. Ты можешь себе представить? Два дня «ИП», — Трис внимательно наблюдала за ним всю свою тираду и едва сдерживала смех, когда он нахмурился сильнее.       — Э-э, детка, это не то, о чём я… — начал говорить он, и Трис поняла, что он обиделся, что она не помнит.       — Успокойся, дурачок. Это наша первая годовщина. Как я могла забыть об этом? — спросила она, смеясь, в тот момент он всё понял, блистательно улыбнулся.       — Ты дразнишься, — сказал он ей. — Я хотел бы быть там и защекотать тебя за это, — он смеялся вместе с ней.       — Я бы тоже хотела этого. Не щекотку, а чтобы ты был рядом. Я скучаю по тебе, — произнесла девушка и слегка надулась.       — Я тоже скучаю по тебе, малыш. Но посмотри на это с другой стороны. Уже среда. В пятницу я буду с тобой, — успокаивая, сказал он. Он был взволнован. У него было больше, чем один сюрприз для неё.       — Да. Хотела бы я быть с тобой прямо сейчас. Я очень хочу тебя обнять, — немного плаксиво скулила Трис.       — Скажи мне об этом, когда я буду обнимать тебя все выходные. Звучит хорошо? — спросил он, в восторге от перспективы держать её в своих объятиях.       — Нет, — он нахмурился.       — Почему нет?       — Я хочу действовать, когда ты рядом. Как на счёт того, чтобы снять номер в отеле? Может, «Плаза»? — предложила она взволнованно.       — Конечно. Мы можем сделать это. Но я разберусь сам, хорошо? — сказал он ей, и девушка кивнула. Так будет лучше. Она ненавидела бумажную волокиту и организационные вещи.       В восемь часов вечера они попрощались. Тобиас сразу же начал искать номер для них, но потом подумал немного иначе. Это будет не просто номер. Люкс. Он открыл веб-сайт отеля «Плаза», чтобы посмотреть люксы и свободные номера на выходные. Он знал, было слишком мало времени, но, возможно, было что-то. К его радости, у них был один последний люкс, свободный на выходные.       Пятница стремительно приближалась, а Трис, к сожалению, до сих пор ничего не написала для Тобиаса. Каждый раз, когда она брала блокнот, её разум отключался, и она всё больше и больше разочаровывалась. Её друзья пытались помочь ей, но Трис знала, что у них нет ничего общего с этим. Это было только между ней и Тобиасом. Она решила записать всё, что ему нравилось в нём или то, что она любила.       — его юмор;       — его улыбка;       — его честность;       — его поцелуи;       — как он занимается с ней любовью;       — как он всегда заставляет чувствовать её любимой и желанной;       — как он боготворит её;       — как он борется с ней;       — как он не оставил её после всего того дерьма;       — как он принял её со всеми недостатками;       — как он поддерживал во всём, что она делала;       — как он не ушёл, когда узнал об изнасиловании;       — как он пошёл с ней к Джоанне, а потом и без неё, но для неё, чтобы помочь залечить её раны;       — его верность;       — его храбрость;       — как он встал перед её отцом, чтобы защитить их любовь;       — как он говорит, что любит её каждый раз, когда они лежат в постели после занятий любовью;       — смешные маленькие подарки, которые он дарит;       — сладкие сообщения, которые он отправляет в течение дня;       — как они прижимаются друг к другу, лёжа на диване во время просмотра фильма;       — как он обнимает её всю ночь, когда ей снится кошмар;       — как он относится к её друзьям, как к своим лучшим;       — как он показал ей, что жизнь не заканчивается, если вы помолвлены;       — как он заставил её в общем пересмотреть брак;       — как он заставляет её думать о появлении детей однажды;       — как он дуется, когда она уклоняется от его поцелуев, потому что слишком весело дразнить его;       — как он скулит, когда болеет;       — как он идёт в магазин, чтобы купить ей тампоны в середине ночи;       — какой он безумный в постели, когда хочет того;       — как он позволяет ей исследовать его в спальне и с радостью принимает каждое её желание;       — как он не отступает, когда она ведёт себя неразумно или по-детски;       — как он прощает её;       — как легко можно простить его;       — как сладки его губы на вкус;       — его хриплый голос по утрам;       — как он заводит её одной лишь улыбкой;       — как она может потеряться в его глазах;       — как она забывает о мире в его объятиях;       — как каждый раз, когда она думает о будущем, он всегда есть там;       — как она думает о нём первым делом с утра и засыпает с мыслью о нём;       — как она часто мечтает о нём, а иногда это даже грязные мечты.       Она может затянуть на несколько дней с перечислением всех вещей, которые любит в нём. Конечно, есть вещи, которые ей не нравятся. Например, его патологическая потребность к порядку на рабочем столе, как он всегда оставляет сиденье унитаза, как он не моет посуду или как забывает про её любимые M&M без арахиса внутри. Но все эти недостатки меркнут по сравнению со всеми замечательными вещами, которые он сделал для неё, и качествами, которые делают его таким удивительным человеком.       Трис не могла понять, почему она не может написать для него песню. У неё никогда не было ступора в писательстве. Но, возможно, он прав. Ей не следует переживать. Сделать всё легко. Расслабиться. Вдохновение придёт к ней. Но пока оно шло к Трис, она всё ещё нуждалась в подарке.       Она вспомнила их ранние беседы. Даже когда они были просто друзьями, он всегда разговаривал с ней так легко. Она всегда видела в нём старшего брата Марлен или друга, или сына делового партнёра своего отца. Но когда она начала разговаривать с ним, Трис поняла, как просто было, как скоро она доверилась ему, как хорошо они ладили. Это осталось даже сейчас, когда они были в романтических отношениях.       Слова не могли описать всё, что она испытывала к нему. Она восхищалась им, прислушивалась к его советам, ей нравилось просто зависать с ним, даже если это был киномарафон, она любила его по многим причинам. Он был её судьбой, он был единственным, кто перевернул её жизнь.       В пятницу Тобиас работал только половину дня, желая попасть в Нью-Йорк как можно скорее. Маркус не возражал, зная, что это важный день для его сына и будущей невестки. Он похлопал сына по плечу и улыбнулся, когда дверь лифта закрылась.       Полёт до Большого Яблока длился слишком долго, по мнению Тобиаса. Он хотел добраться туда быстро, но, казалось, весь мир был против него, несмотря на то, что всё было по расписанию. Когда он вышел из аэропорта, он поспешил поймать такси и поехать в квартиру Трис. Ему не нужно было звонить — она дала ему ключ.       Дверь распахнулась, и Трис набросилась с объятиями на своего возлюбленного. Он поднял её на руки, её ноги обвили его талию, его большие ладони держали девушку за бёдра, её руки прижали его сильнее к своему телу, а их губы слились в палящем, наполненном любовью поцелуе. Они стояли так, потерявшись в своём мирке, забывая о том, что Марлен, Юрайя и Линн тоже были там. Последние трое хихикнули и что-то пробормотали, но ни Тобиас, ни его будущая невеста не волновались, что они скажут.       — Я так скучала по тебе, — сказала Трис, отстраняясь от его губ и начав целовать всё лицо.       — Я тоже скучал, — сказал он, улыбнувшись, как школьник.       — Ой, — произнесла Марлен, будучи счастливой за свою лучшую подругу и брата, которые так любили друг друга.       — Вы отвратительны, — заорала Линн из гостиной.       — Вам нужна комната, — смеясь, сказал Юрай.       — У нас есть. В «Плазе», — ответил Тобиас, отступая достаточно, чтобы посмотреть на их друзей, а затем его взгляд снова вернулся к ней.       — Правда? О Боже. Зайди в мою комнату и помоги мне собраться, — сказала она, спрыгивая вниз и таща его за собой в спальню. Тобиас последовал из небольшой прихожей за ней. Когда он зашёл внутрь, то увидел знакомое зрелище: одежда и листы бумаги разбросаны по полу и на кровати. Он усмехнулся про себя. — У нас номер только на вечер или все выходные? — спросила она.       — На все выходные. Мы должны освободить его в воскресенье к полудню, но это не будет проблемой, так как мы можем прийти сюда, — сказал он ей. — Но у меня есть сюрприз для тебя. Мы можем оставить это на потом. Сначала я хочу пригласить тебя на типичное свидание в Центральный парк, — добавил парень с усмешкой. При упоминании свидания она оторвалась от своей сумки, в который уже было несколько вещей до того, как он приехал.       — Свидание? — с любопытством в глазах и улыбкой на губах спросила она.       — Да, моя любимая невеста, свидание. Мы должны отметить, и что может быть лучше, чем романтическая прогулка по Центральному парку? — сказал он, прислонившись к двери ванной.       — Когда ты говоришь романтическая… — начала Трис, и он рассмеялся. Он знал, что она собиралась сказать.       — Да, моя дорогая, романтическая прогулка по парку с хот-догами и пивом, — произнёс он, и она улыбнулась. Она оставила свою сумку и поцеловала каждый дюйм его лица, пока её губы не накрыли его, и Трис счастливо вздохнула. Ему нравилось, как легко она радовалась таким простым вещам. Он мог купить ей всё, что она хотела, но она была счастлива от простого хот-дога или сосиски в тесте, или M&M, даже если она думала, что он забыл, что она ненавидит арахис. Ему нравилось бесить её всякий раз.       Трис закончила с сумкой, и Тобиас отнёс её к своей. Они сказали остальным, что вернутся за ними позже. Трое друзей просто кивнули головами, будучи погружёнными в какой-то научно-фантастический фильм.       Прогулка по парку была простой, как и обещал Тобиас. Они наблюдали, как маленькие уточки плавают вокруг, наслаждаясь послеполуденным солнцем, говорили о простых вещах, держались за руки и иногда целовались, не придавая поцелуям страсти. Тобиас посмотрел вокруг, чтобы найти идеальное место, чтобы подарить ей одно украшение, которое она просто не могла не носить. Мысль о том, что она будет носить его, сделала его легкомысленным, и он отругал себя за то, что ведёт себя как девчонка. Недалеко от места, где они шли, Тобиас заметил беседку. В то время как Трис рассказывала о новых песнях группы, он попробовал осторожно вести её в сторону укромного места, где он мог бы преподнести ей семейную реликвию семьи Итонов.       — Что мы здесь делаем? — спросила она.       — Я думал, что было бы неплохо остановиться здесь на некоторое время, — произнёс парень и обнял её сзади, положив свой подбородок на её плечо.       — Мы всегда можем отдохнуть в нашем гостиничном номере. Не говоря о том, что могли быть менее одеты там, — со смешком ответила она и почувствовала, как сотрясается его грудь от смеха.       — Да, можем. Но неужели тебе не нравится здесь? — задал он вопрос. Они немного поговорили, в основном о пейзаже перед ними. Трис рассказала о возвращении птиц и сделала шаг вперёд, чтобы смотреть, как они играют в тёплом весеннем воздухе. Тобиас осторожно достал изящное кольцо из кармана и посмотрел на него, любуясь им и продолжая улыбаться. Он опустился на колено и ждал, пока его невеста обернётся, чтобы увидеть его. Он представлял этот момент много раз, хоть они уже и были помолвлены, он хотел отдать ей драгоценный перстень. Это была старинная семейная реликвия, которая передавалась каждому мужчине в течение нескольких поколений. Его прадед подарил кольцо его прабабушке, когда просил выйти её за него замуж. Затем она перешла к его сыну, деду Тобиаса, а позже Маркусу, который после передал её своему сыну. Тобиас надеялся, что однажды он передаст его своему сыну, и традиция будет продолжена.       Трис заметила, что её жених притих, и обернулась, чтобы посмотреть, что он задумал. Сказать, что она была в состоянии онемения, когда нашла его на коленях перед собой, было бы преуменьшением года. Она смотрела на него сверху вниз и не могла понять, что он задумал, пока её глаза не оторвались от его улыбающегося лица и не остановились на небольшом кольце, которое он держал зажатым между большим и указательным пальцем правой руки.       — Что это? — спросила она, когда улыбка расцвела на её лице.       — Беатрис Прайор, я люблю тебя всем сердцем. Я знаю, мы многое пережили вместе и это ещё не всё на нашем пути. Но я не могу представить его без тебя. Я не вижу жизни без тебя. Ты мой лучший друг, моё доверенное лицо, мой партнёр, моя любовь, моё всё. Пожалуйста, позволь мне добавить ещё несколько существительных, чтобы описать, кто ты для меня. Трис, ты любовь всей моей жизни, и я могу стать ещё счастливее. Ты выйдешь за меня замуж и станешь моей женой? — спросил он, немного приподнимаясь вверх. Трис уставилась на него в изумлении, в то время как тихие слёзы скатывались по её щекам. Трис перевела взгляд с него на кольцо и почувствовала ошеломление от его поступка. Он не должен был делать этого, но всё же сделал. Она знала, что он любит её, и свадьба — всего лишь формальность для них двоих. Тот факт, что он увёл её в романтическое место, подальше от друзей, согрел её сердце. Он знал, как сильно она не любила показывать свою девчачью сторону перед остальными. Трис поняла, он ждал ответа, хотя уже знал, что она скажет.       — Да, — счастливо произнесла она и опустилась на колени перед ним, крепко обнимая. Тобиас чуть не упал назад, но удержался, близко прижимая её к себе. — Я люблю тебя, — сказала она, поднимая взгляд.       — Я тоже тебя люблю, малыш, — ответил он.       Когда Трис наконец-то отпустила его, они встали, и Тобиас надел прекрасное кольцо из розового золота с бриллиантом на её палец. Дизайн был красивым и особенным, из вида колец для-единственной-женщины-в-мире. Трис особенно нравилось, как переплелись листья и лоза, будто бы образовывая розу. Она никогда не получала ничего столь прекрасного и пообещала хранить его вечно.       — Тебе нравится? — спросил Тобиас, когда она ничего не сказала, надеясь, что всё-таки да.       — Оно чудесно. Где ты нашёл его? Оно, должно быть, стоит целое состояние, — сказала Трис, глядя на него.       — Это семейная реликвия. Оно переходит в моей семье из поколения в поколение. Он передаётся каждому Итону мужского пола, чтобы сделать своей будущей жене предложение, — ответил Тобиас, и улыбка Трис стала шире.       — Это прекрасная традиция, — сказала она, любуясь кольцом. Зная об его истории, она стала ценить его ещё больше. Это означало больше, чем просто помолвка с Тобиасом, это был способ сказать ей, что она действительно принадлежит его семье, а может быть, в один прекрасный день, сможет передать его своему сыну. Она не была готова сказать ему, но могла представить их детей. Она больше не боялась. Она не одинока, никогда не будет одна и всегда сможет на него рассчитывать. Они смотрели друг на друга, а затем Тобиас осторожно прижался своими губами к её. Поцелуй начался сладко и нежно, но вскоре перерос в страстный и требовательный. Скрепя сердцем, Тобиас отстранился, упираясь лбом в её и глядя в глаза.       — Мы должны остановиться, пока я ещё могу себя контролировать, — сказал он, улыбаясь. Она лишь кивнула, понимая, что, он имел в виду.       — Оно прекрасное, Тобиас, — произнесла Трис, глядя на кольцо ещё раз. — Я так тебе благодарна.       — Не стоит, — мягко ответил парень.       Они покинули парк и рука об руку вернулись в квартиру, где трое друзей по-прежнему смотрели телевизор, но, судя по всему, уже начали смотреть второй фильм. Они заметили присутствие пары, когда те взяли свои сумки и попрощались на выходные. Трис усмехнулась про себя, а Тобиас шёл с широкой улыбкой на лице.