Утренний рассвет

- Хинамори, передай мне, пожалуйста, дайфуку. - Конечно, Кира-кун. Вот, возьми. - Хинамори, передай мне тайяки, которые стоят рядом со шкатулкой. - Угу, Хисаги-семпай. Каждый из гостей, в том числе и сама хозяйка чаепития, понемногу набирали кондитерские сладости, чтобы потом приступить к завариванию чая. Хинамори сегодня была за главную, поэтому всякие просьбы со стороны её друзей она выполняла без всяких препирательств и возражений. Уж очень ей хотелось быть полезной для тех, с кем она сидит за одним столом в беседке, окружённой деревьями и цветами. - Я так рада, что мы все вместе взяли и собрались сегодня, - улыбалась Момо, поправляя локон волос и с румянцем на лице разливая кипяток в керамические чашки. – Честно говоря, я думала, вы не придёте. - Неправда, Хинамори, – возразил Изуру, придвигая пиалу ближе к чайнику. – Мы с Хисаги-саном очень рады, что ты позвала нас на чаепитие. - Согласен с Кирой, - когда девушка наполнила чашку с чаем горячей водой, блондин быстро её взял, давая Шухею возможность поставить свою пиалу. – К тому же, когда чаепитием руковожу не я, а кто-то другой, побыть в качестве гостя и отдохнуть от чайных обязанностей я всегда за. Кира и Хинамори усмехнулись этому замечанию. Действительно, до того как они временно исполняли обязанности капитанов, Хисаги в субботу частенько приглашал к себе в казармы кого угодно, лишь бы скрасить одиночество и однотонный день чем-нибудь весёлым. - Особенно понаблюдать за неумёхами, что проливают кипяток мимо чашки, у которых руки трясутся от волнения? – Момо наполнила пиалу Шухея. Тот быстро забрал её себе, и девушка под конец принялась заниматься своей посудой. - Что ж так жестоко, Хинамори? Если кто-то чего-то не умеет, то в этом ничего страшного нет. Что-то даётся человеку плохо, что-то даётся человеку хорошо. Нет чего-то такого, что человек просто не умел делать. - О… звучит ободряюще, Хисаги-семпай, - девушка наполнила свою чашку и поставила чайник на прежнее место. Она заварила себе белый чай, бросив туда дольку лимона. – Ну что, начнём? - Начинай, – сказал блондин, беря в руки пиалу. - Пора, - брюнет тоже взял чашку. Собираясь с мыслями, Момо с мягкой улыбкой на лице ещё раз посмотрела на Изуру и Шухея. Её друзья, её опора и поддержка в трудные минуты жизни прямо сейчас сидят и молча смотрят ей в лицо. Они знают, что её гложет, что её заставляет скрывать свою боль за этой улыбкой, но не упоминают при ней о случившемся. Не хотят напоминать ей о прошлом, что оставило после себя тяжёлые воспоминания. За это она им благодарна. По крайней мере они не причиняют ей душевную боль и терзания. - Се... сегодняшняя встреча в этой беседке неспроста, – начала Хинамори, понемногу чувствуя себя увереннее с каждым сказанным словом. – Как вы знаете, сегодня на собрании лейтенантов были объявлены имена и фамилии новых капитанов, которые теперь будут руководить всем отрядом, а мы… будем им в этом помогать. Честно говоря, у меня только догадки да предположения, какая у них сила и как они раньше справлялись со своими обязанностями… но дело не в этом. Это небольшое чаепитие подразумевает из себя маленький праздник в их честь. В честь тех, кто будет разделять с нами тяжёлое время. В честь тех, с кем мы будем тренироваться и совершенствовать свои навыки и умения. В честь тех, кто будет направлять нас вперёд, а мы будем следовать этому новому пути, что открывается именно перед нами. За новых капитанов. Речь пускай и не произвела впечатление на слушателей, но они одобряюще закивали головами, соглашаясь с её словами: - Правильно говоришь, Хинамори. - То что надо, Хинамори. Троица дружно чокнулась пиалами, после чего принялась пить, пробуя на вкус купленные в Сейретее сладости и хваля инициатора за предоставление разных сортов чая и множеств ароматных трав. В беседке пятого отряда до конца вечера будет идти маленькое, а всё же веселье, которое им так сейчас необходимо. Небо поменяло свою тёмно-синюю окраску на сапфировую. Правда, и этот цвет неба в скором времени обретёт более тёмные тона, но это случится нескоро. Точнее, за час до полуночи. Пока первые звёзды появляются на «небесном покрывале» и луна начинает сиять всё ярче, в пятом отряде оранжевый свет бумажного фонаря крошечной искрой светит с высоты птичьего полёта. Слышно пение цикад на кипарисе и азалии. Слабый ветер приводит в движение ветки, цветы, фонарь и даже травинку. Лето… именно это время года подходит для вечернего чаепития. Шухей сидел напротив Момо и справа от Изуру. Слушая, как лейтенант пятого отряда описывал свою недавнюю вылазку в Каракуру с целью запечатлеть лесные пейзажи и показать свои фотографии Женской Ассоциации Шинигами, он попивал свой зелёный чай с жасмином, поедая свой десерт, и советовал подруге другие, более красивые, места для фотографий. - Аллея или обычный бульвар – самое оно, – пояснял лейтенант девятого отряда, кушая тайяки и запивая их чаем. – Можно попытать счастье и в ландшафтном парке, только смотри не испорти другому любителю фотографировать природу кадр. - Мне хотя бы хоть что-то запечатлеть на фотоаппарат, Хисаги-семпай. Не зря же ты мне его принёс из Каракуры, – ответила девушка, отхлебнув немного белого чаю. – Научусь фотографировать, и у меня будет свой первый альбом. - Это то, о чём ты мечтаешь? - Скорее всего, это не мечта, а просто цель, которую я поставила себе и обязательно выполню… - Ты справишься, - сказал Изуру, глядя на Момо. – Я даже не сомневаюсь, что у тебя это получится. - К-Кира-сан… Блондин немного выпил своего красного чая. Себе он решил не добавлять ни ягод, ни мяты, ни даже лимона. - Если есть цель, которую ты себе поставила, и ты к ней осознанно движешься, то рано или поздно ты её достигнешь. Главное, чтобы было желание; без него - никуда. - Серьёзно, Кира? – брюнет повернул голову налево, заинтересовавшись высказыванием друга. – Тогда куда же делось твоё желание касательно твоего скромного увлечения? - Время и занятия по душе никогда не идут бок о бок, Хисаги-сан, - произнёс парень, кусая дайфуку и запивая его чаем. – Либо ты посвящаешь себя чему-то одному, либо чему-то другому. - Правда? А как же составление маленького, но всё же плана на вечер? Например, сегодня успеть сделать два дела, а на завтра оставить другие. - Надо этот план ещё правильно составить, чтобы успевать два дела за один день. - Неужели Кира-сан чем-то тоже увлекается? – вмешалась Хинамори, приятно удивляясь такому заявлению. - Да, Хинамори. Кира у нас хоть и выглядит молчуном, а увлекается… Изуру посчитал информацию о своём занятии никому не интересной и скучной, поэтому сильно наступил Шухею на ногу. Почувствовав давление на стопу, брюнет резко замолчал и злобно посмотрел на друга. Лейтенант третьего отряда, переставая причинять боль Кире, пожал плечами и продолжил пить свой чай, будто ничего серьёзного сейчас не произошло. - Пусть тебе он сам всё расскажет, - сказал Хисаги, отводя взгляд в сторону. Кохай оторвался от пиалы, косо посмотрел на семпая, строившего из себя невинного человека. «Вот хитрюга», - подумал про себя парень. - Я рисую натюрморты, – сказал Изуру, кусая дайфуку второй раз. - Угу, только вместо вазы с фруктами стопки незаполненных отчётов, чернильницу с кисточкой и свой письменный стол со стулом. Шухей второй раз почувствовал давление на свою левую ногу со стороны Изуру. Парню такая шутка далеко не пришлась по душе, особенно весёлый характер друга. Брюнету это не понравилось, и он решил в стороне не оставаться. Откашлявшись, он шутливо стукнул кулаком по правому боку блондина. Не подавая виду, тот поправил свои волосы, терпя секундную боль в области бедра. - Хисаги-сан шутит, Хинамори, - бодрым голосом отозвался лейтенант третьего отряда, посмотрев на девушку. - Раньше я очень хорошо рисовал, а сейчас я это занятие забросил. Момо эта новость только огорчила, и она печально вздохнула. - Жаль… - она снова попила чаю. – Но ведь… натюрморты у тебя, наверное, остались? - Нет. Я их все уничтожил. - Почему? - В тот момент мне было очень тяжело на душе, и я в гневе взял всё и… просто-напросто избавился. С тех пор я ничем не занимаюсь. - О… это печально, Кира-кун… но я надеюсь, ты найдёшь себе увлечение по душе и тогда снова будешь счастливым, - ободряюще улыбнулась Хинамори. - Да, - кивнул головой Изуру, слабо улыбаясь в ответ. – Обязательно найду. Поглядывая со стороны на это фееричное шоу, Хисаги продолжил наслаждаться вкусом тайяки и зелёного чая, сменив тему на что-нибудь другое. «Лихо ты обвёл Хинамори вокруг пальца», - подумал про себя парень, краем глаза посмотрев на неунывающего и разговорчивого друга. Одной порции чая шинигами было недостаточно. Вечер так хорошо и весело проходит, что обрывать его совсем не хочется. Поэтому, как только чашки опустели, оставляя на дне перемолотые листки чая, гости попросили наполнить их пиалы водой. Пока Хинамори выполняла просьбы друзей, Кира и Хисаги решили запастись сладостями. Под конец девушка и себе наполнила чашку, после чего поставила чайник на прежнее место и выбрала из предложенных изделий мандзю. - Кстати, вы видели сегодня новых капитанов? – Момо вспомнила сегодняшний повод и решила оставшееся время посвятить трём новым шинигами в Готее-13. Парни, услышав вопрос, отложили в сторону сладости и отхлебнули немного чаю, чтобы быстрее прожевать пищу и проглотить её. - Видел, – сглотнув, ответил Шухей. - Я тоже видел, – Изуру облизнул губы. – А ты, Хинамори? - Да… да, я тоже сегодня видела Хирако-тайчо в отряде. - А как капитан он хорош? – полюбопытствовал блондин, глядя на лейтенанта пятого отряда. - Хм… ну, пока за один день вряд ли что-то можно сказать о человеке. Особенно за тот промежуток времени, что он был в отряде. Что-то перебирал на столе, отдавал приказы офицерам и другим шинигами, просил меня вкратце описать все события до его возвращения на пост. - То есть… он хотел ознакомиться с тем, что здесь происходило в его отсутствие? - Угу, - кивнула девушка, попив своего чаю. – А ещё я помню его приветствие. Оно было… таким дерзким и немного грубым. Особенно его слова про Айзена-тайчо: «Если вы думаете, что я характером и поступками буду походить на всеми любимого Айзена, то вас ждёт облом по этому поводу. Его отправили туда, куда вам, детки, лучше не совать свой любопытный длинный нос. Поэтому, чтобы лишних вопросов у вас не возникало, говорю как есть – халява кончилась». Дальше он стал говорить о предстоящих буднях, занятиях, изнурительных тренировках и о всем том, чем мы занимались до его прихода. - Эм… смело, - выкрутился Кира, откусив ракуган и попивая чай. – У меня всё гораздо проще получилось. Наш капитан, Оторибаши-тайчо… В отличие от своих друзей, которые делились своими первым впечатлениями между собой, Шухей с серьёзным выражением лица и сложенными руками на груди пытался утихомирить своё внутреннее чувство, именуемое радостью. Держать себя в руках будет трудновато, когда до него дойдёт очередь рассказать о Мугуруме-тайчо. Сказать, что новый капитан ничего особенного из себя не представлял, значит оскорбить его не только перед друзьями, но и перед самим собой тоже. Эх, если бы было так легко выразить всё то, что накопилось за один день, проведённый рядом с капитаном. Рассказать свои ощущения, когда Сасакибе Чоуджиро произнёс вслух имя и фамилию нового капитана девятого отряда. Рассказать про встречу в казарме, когда все шинигами собрались поприветствовать Мугуруму-тайчо, а он, войдя внутрь комнаты, при встрече с ним встал в ступор и широко открыл глаза, не веря тому, что он перед собой видел. Рассказать про волнение и смятение, из-за которого он вёл себя сегодня рассеянно. Лишь под конец рабочего дня у него на душе стало спокойнее. Шухею вдруг захотелось взять и перебить слова Изуру, только чтобы поведать всё то, что он пережил за сегодня. Но воздержался от поспешных действий. Личное и дорогое его сердцу будет прослеживаться в его словах. Восхищение, глубочайшая преданность и вера в капитана – вот что находится в душе Шухея по отношению к Кенсею. Кто-то толкнул брюнета в бок, из-за чего шинигами резко открыл глаза, медленно повертел головой направо и налево, растерянно смотря на своих друзей. Поняв, что слишком долго блуждал в мечтах, парень потёр глаза. - Хисаги-семпай, - Хинамори беспокойно посмотрела на брюнета. – Всё… в порядке? - Тебе не плохо, Хисаги-сан? – Кира коснулся рукой плеча друга, внимательно вглядываясь в его лицо. – Не заболел? - Нет, - вздохнул лейтенант, - я не болен. Со мной всё хорошо. - Уверен? Может, тебе сходить в четвёртый отряд к Ханатаро за помощью? - Спасибо, Кира, но мне действительно хорошо. Просто… задумался. Кивнув головой, Изуру убрал руку с Шухея и сел на свою лавочку, попив чаю со сладостями. - А о чём Вы задумались, Хисаги-семпай? - Я?.. Эм… о своём капитане. - С ним что-то случилось? - Нет, Хинамори, с ним ничего не случилось. Я же ведь… не рассказал ещё про своего капитана. - Кстати, да, - напомнил Изуру, доедая ракуган. – Каков он – твой капитан? - Да, мне тоже стало интересно узнать про Вашего капитана, – поддержала Момо, откусив мандзю и запив своим чаем. Шухей нахмурился и посмотрел на того, кто предложил ему эту идею. Блондин второй раз пожал плечами, не понимая такого недовольства в свою сторону. Шинигами ничего другого не оставалось, кроме как исполнить желание друзей, немного импровизируя на ходу и скрывая своё отношение к Мугуруме-тайчо. - После собрания лейтенантов я отправился к себе в отряд, где как раз выступал Мугурума-тайчо со вступительной речью…