Flash

Сакура провожала взглядом своего спутника, неожиданно для самой себя, приподняв ручку вверх и махнув Учихе на прощание. Непонятное чувство лёгкой грусти омрачило ещё недавнюю хрупкую радость. Девушка поправила выбившуюся из общей копны прядку розовых волос, заведя её за аккуратное ушко и, опустив голову, направилась домой. Говорят, дом – место, куда всегда хочется вернуться. Дома мы чувствуем некую защищённость и уют. Но всего этого не ощущала Сакура. Какой бы приятный день не был, мысли о том, что ей надо будет вернуться домой, угнетали девушку. Этим вечером, в дорогом ресторане, в прекрасном дизайнерском платье, да ещё и под руку с обаятельным спутником, Сакура почувствовала себя по-новому. И наверняка никто из присутствующих в зале ресторана не мог подозревать, что эта чарующая юная особа каждый день возвращается в столь пожухлое жилище. Легонько приподняв шлейф нежного платья, чтобы ни в коем случае его не испачкать, девушка медленно поплелась в необлагороженный дворик, огибая застоявшиеся в рытвинах асфальта лужи после утреннего дождя. Опустив голову, словно стыдясь саму себя за своё жильё, девушка тихо выдохнула и открыла тяжёлую железную дверь подъезда, из которого моментально потянуло сыростью. Одна несчастная лампочка подсвечивала проход от двери до лестницы, будто борясь со всепоглощающей темнотой. В тишине лёгкий стук каблуков по кафельному полу приятно отдавал эхом, разносясь по всему подъезду. Миновав третий этаж, Сакура остановилась, чтобы восстановить дыхание и подошла к двери своей квартиры. Она стала рыться в маленьком клатче, ища ключи. -«Наконец…» - пронеслось у неё в голове, когда тоненькие пальчики вынули желаемое. Дверь скрипнула и распахнулась. В темноте виднелся только холодный лунный свет из кухонного окна. Она не заметит его. Она слишком сильно устала. Просто пройдёт в ванную комнату, не включая свет в коридоре. У неё очень болит голова, и снова появляются мысли о том, что она поела. Она съела слишком много. Она может поправиться и лишиться работы. Мысли о еде резко сменились ненавистью к себе. Как она позволила себе наслаждаться едой?... Изумрудные глаза наполнились слезами, которые мгновенно заструились по фарфоровой коже, смешиваясь с тушью, превращаясь в угольно-чёрные ручейки. Включив свет в комнате, Сакура почувствовала резкую боль в голове. Девушка подошла к зеркалу на трясущихся ножках и ухватилась за раковину под ним, тяжело задышав. Вскинув голову, она стала рассматривать своё лицо: синяки под глазами проявлялись сквозь слой тонального крема, который она наносила в ту зону бесчисленное количество. Грустно улыбнувшись, девушка провела кончиками пальцев по ручейкам туши, нарочно доводя мазки до линий нижней челюсти. Она видела в этом некую эстетику. Довольно: пора отдыхать и набираться сил перед завтрашней съёмкой. Сакура сняла макияж и умылась, почистив зубы. Девушка направилась в свою небольшую комнатку, выключая за собой свет. В её комнате не было ни дорогой мебели, ни простора, ни уюта. Одноместная кровать, тумбочка рядом с ней, маленький ночник, стул для одежды, комод с небольшим количеством склянок и расчёской и зеркало над ним – всё было скромно. Девушка аккуратно сняла с себя платье, бережно повесив его на спинку стула, и одела привычную для себя футболку, в которой спала. Расчесав шелковистые волосы, Сакура заплела их в свободную косу, чтобы не запутались за ночь. Потом, встрепенувшись, девушка побежала в коридор, где оставила клатч и начала панически капаться в нём, словно перемешивала лотерейные билетики в коробке. Достав заветную упаковку с таблетками, она выпила сразу две, даже не собираясь запивать и уже потом, с лёгким спокойствием в душе девушка легла в кровать – они помогут ей заснуть на несколько часов. Около пяти часов утра Сакура присела на краю кровати и свесила ножки на мягкий прикроватный коврик, осторожно вставая. Резко подниматься ей было нельзя – голова закружилась бы и Сакура могла упасть. Постояв минут семь, держась за спинку кровати, девушка заправила постель и пошла в ванную комнату, прихватив из нижнего ящика комода весы. Через несколько минут Сакура уже стояла у подножья весов, тихо выдыхая и зажмуривая глаза. Она сделала шаг и медленно опустила голову вниз, на табло. Глаза наполнились слезами: -«Плюс один…» - пронеслось у неё в голове, и девушка нервно прикусила губу. – «Если Мэг заметит, она меня вышвырнет». – С ужасом подумала Сакура, сходя с весов. Этим утром завтрак девушки составил стаканчик воды и таблетка. Нужно прогуляться и не спеша идти на работу. Ничего нового. Вот только платье надо было аккуратно завернуть и отнести в студию.

***

-Вы как раз вовремя, мисс. – Секретарша Учихи подхватила Сакуру подруку и повела к визажисту. – Вы ведь Сакура? Я не ошиблась? – осведомилась девушка и, получив утвердительный кивок, продолжила. – У вас сегодня фотосессия в нижнем белье… и! Максимально естественный макияж. Модель обомлела. Один набранный ею килограмм и без того постоянно проявлялся в подсознании, мешая спокойно жить и работать, так тут ещё и весьма откровенная фотосессия. -Как в белье? – чуть не плача проскулила девушка. – Сегодня планировалась верхняя одежда… Секретарша на секунду остановилась, отпуская руку девушки, которая уже готова была убежать отсюда. Сакура так не хотела опозориться перед Учихой. Она себе этого не простит. Он относится к ней благосклонно, а она возьмёт и подставит его с портфолио. Оди начала копаться в куче буклетов, которые держала в другой руке и, судя по маленьким влажным пятнышкам от ладони на верхних бумагах, она с ними почти не расстаётся. Наконец, найдя нужный ей лист, девушка просмотрела список фотосессий, а потом, будто она раскрыла главную загадку человечества, подхватила Сакуру и снова, ещё быстрее, повела в гримёрку. - Ну конечно! Учиха Саске сам перенёс фотосессию в белье на сегодняшний день. А верхняя одежда будет позже, когда поступит новая коллекция. - Ну, кто его просил… - потихоньку огрызнулась девушка, нехотя волочась рядом с Оди. -Я хотела вернуть вам платье, которое мне одолжили вчера стилисты из студии. Вот… - прибавила Сакура, набегу протягивая пакет с вечерним одеянием секретарше. - Не стооооит, мисс Сакура! – Почти пропела Оди. – Учиха сам распорядился отдать это платье вам. Видимо, оно вам безумно идёт!

***

- У вас такое красивое тело, мисс. Просто идеально для фотомодели. – Улыбнувшись, заверила Сакуру стилист, по очереди прикладывая к обнажённому телу девушки комплекты нижнего белья. -Спасибо… - покраснела Сакура, сразу вспомнив про набранный килограмм. - Вот этот. – Уверенно сказала девушка, остановив свой выбор на чёрном атласном комплекте с кружевом. – И сюда ещё подойдёт тонкий шёлковый халатик. – Добавила она и вручила всё необходимое Сакуре. Девушку как-будто лихорадка била, когда она смотрела на себя в зеркало. Ей казалось, что она очень сильно прибавила в объёмах. Она готова была хоть из окна, но убежать отсюда, да побыстрее. Ей крайне не хотелось раздеваться. - Мне нездоровится… можно я уйду? – Умоляюще спросила она стилиста. -Да у вас серьёзная болезнь! – Наигранно воскликнула стилист, широко распахнув глаза. – «Страх сцены» называется. Первый раз в нижнем белье снимаетесь? Не переживайте. У вас отличный фотограф, сам Учиха. -«Этого я и боюсь». – Заключила девушка, чувствуя, как по телу отчего-то пробежала лёгкая дрожь. Она решила не спорить со стилистом, а поговорить сразу с фотографом, надеясь на понимание. Девушка сняла каблуки и прямо в лёгком шёлковом халатике направилась на площадку, где её должен был ждать Учиха. Остановившись у самой двери, Сакура никак не могла решиться войти. Вдруг он будет злиться или, чего хуже, расскажет о её некомпетентности Мэг. Уж она с ней церемониться не будет – просто вышвырнет и всё. Наконец, набравшись смелости, девушка тихо постучала и кротко открыла дверь. Полумрак фотостудии, запах сигарет, порядок и небрежность в одно и то же время – всё в этой комнате настораживало и даже пугало Сакуру. Он стоял к ней спиной и что-то крутил на панели фотоаппарата. Девушка не знала как себя вести и поэтому просто смущённо проводила взглядом по его широким плечам, ниже, по мощной спине, добираясь до поясницы, сразу же покраснев. И она не могла понять, почему её кожа, которая оставалась бледной уже несколько месяцев, мгновенно наливалась краской, стоило девушке начать рассматривать своего фотографа. И Сакура не собиралась отрицать, что он ей весьма приятен, даже нравится. Ей нравится его запах, его общество, его манера общения – непринуждённая, свободная, ни к чему не обязывающая. Сакура улыбнулась своим мыслям, прикрыв за собой дверь. - Доброе утро. – Мужчина повернулся к ней лицом. И от Сакуры не могла укрыться его лёгкая полуулыбка, которую он хотел скрыть, взъерошив чёлку. Учиха ожидал увидеть её уже полностью готовой к фотосету. Он готовился увидеть её в нижнем белье и в этом халатике. Он обещал себе не позволять ничего лишнего, но увидев это хрупкое тело перед собой, в пеньюаре из тончайшего шёлка, эти большие живые зелёные глаза, инкрустированные чёрными длинными ресничками, словно их украшали самые искусные ювелиры мира, как он забыл обо всех мыслимых барьерах, чему-то хищно ухмыльнувшись. Сакура ещё больше покраснела, понимая, что Учиха просто нагло рассматривает и оценивает её, даже не пытаясь скрыть своего взгляда. - Сэр, я хотела… попросить… можно перенести фотосессию? Я себя плохо чувствую… - Сакура опустила глаза, уставившись в пол, и пару раз ударила кончики указательных пальчиков друг о друга. - «Глупая. Неужели думает, что я лишу себя такого удовольствия, как созерцать это тельце в объективе фотоаппарата. А может и не только созерцать…» - А в чём дело? – Мужчина медленно, но уверенно направился в её сторону. - Я… понимаете… мне просто… - Внятнее и короче. – Почти приказал он. И девушка не могла его ослушаться. - Я поправилась… понимаю, как модель, я не имею права так подводить фотографа, но уже завтра, надеюсь, всё придёт в норму, и… - она не успела договорить, потому что почувствовала его запах совсем близко. И, казалось, дыхание участилось и нечто внутри резко опустилось, а потом подступило к самому горлу. - Сними накидку. – Требовательный голос зазвенел в ушках девушки, и она не знала, что теперь делать. - Учиха, пожалуйста, можно... - Сними. – Мужчина не дал ей договорить. Девушка медленно выдохнула, взяв тоненькими пальчиками длинный тканевый ремешок, и начала его осторожно развязывать, всё также, не поднимая глаз на Учиху. Когда с ремешком было покончено, мужчина наблюдал за тем, как чёрный пеньюар заструился шёлком по её хрупким острым плечам, спустился ниже, обнажая грудь в красивом кружевном бюстгальтере, открывая взор на узкую талию, чёрный шёлк плавно очертил выпирающие тазобедренные косточки и упал на холодный пол, окончательно оставив девушку «беззащитной» перед Учихой. Мельчайшие невесомые лучи солнца, проникающие сквозь плохо закрытое тёмной шторой окно, упали на её кожу живительными тёплыми пятнами. Казалось, что они вот-вот просветят её тонкий стан насквозь. Сакура совсем растерялась и раскраснелась, стыдливо стараясь прикрыть грудь. Она не могла сосредоточиться на мысли, что она модель, и это её стандартная работа – показывать тело. Именно перед ним, перед этим чёртовым Учихой, она не могла оставаться бесстрастной и равнодушной. Девушка не могла даже посмотреть в его глубокие глаза, цвета безлунной ночи. Внезапно Сакура почувствовала, как он неспешно обошёл её сзади, наклонился к её ушку и вдохнул запах свежести, источаемый её и только её кожей: - Ты неуверенная в себе. У тебя прекрасное тело. Хочешь, я тебе докажу? – его губы коснулись бархата кожи мочки её ушка. Девушка вытаращила глаза от неожиданности, напрягаясь всем телом, и вздрогнула. Он осторожно покрывал её ушко лёгкими поцелуями, стараясь не напугать. Аккуратно, неспешно мужчина коснулся кончиком горячего языка хрящика, принявшись его вылизывать, выдыхая. Сакура закусила губу, закрыв глаза от удовольствия и от того, что горячее дыхание Учихи приятно щекотало нежную кожу. Мужчина плавно перекинул длинные волосы цвета вешней сакуры на левое плечо девушки, а затем потёрся кончиком прямого носа за ушком, жадно вдыхая свежесть и запах кофейного шампуня. Он вдруг отклонил голову девушки в сторону, проводя по линии чёткой острой скулы подушечками длинных пальцев. Сакура лишь шумно выдыхала, боясь издавать непрошенные стоны, которые буквально рвались наружу, стоило Учихе неспешно опуститься на плавный изгиб тонкой шейки и прикусить его ровными зубами, чуть оттянув фарфоровую кожу. И она даже не думала сопротивляться, когда его руки стремительно поползли змеями по её плоскому животику и плечам, заставляя кожу покрываться мелкими мурашками. Не выдержав, девушка тихонько застонала, когда его язык скользнул по синеватой часто-часто бьющейся жилке на её шейке. Её стон – гарант полного подчинения и покорности перед ним. Теперь Учиха мог действовать настойчивей и быть уверенным, что эта девчонка не будет против. Можно добавить долю грубости, к которой Сакура мысленно готовилась – оттянуть её голову за мягкие волосы, заставляя посмотреть на него вполуоборот и начать покусывать нижнюю губу, резко прижав её хрупкое тело ближе к своему. На секунду отстраниться, наблюдая за тем, как девушка сама тянется к нему, приоткрывая бледно-алые губы, покрытые прозрачным ванильным блеском – Учиху это даже больше раззадорило. Во мраке комнаты его глаза сливались с темнотой, пугая Сакуру, но в то же время ей хотелось поцеловать мужчину, точно также покусывать его губы, зарываться пальчиками в его густые чёрные, как смоль, волосы и оттягивать их в сладкой истоме. Его запах дурманил и действовал гипнотически, не давая ни единого шанса на то, чтобы жертва вырвалась, его лёгкие, но в то же время настойчивые укусы полностью лишали воли, его мощное стройное тело, сильные руки полностью подчиняли себе – истинный хищник. Не выдержав, Учиха жадно впился в желанные губы, которые, казалось, сами просили поцелуя. Он хотел сделать это ещё тем вечером, провожая Сакуру до дома, но решил растянуть удовольствие. Его горячий язык блуждал по ротику девушки, проникая в каждый «потаённый уголок», проскальзывая по нёбу, задевая зубки, переплетаясь с маленьким язычком девушки. Она только и могла, что выдыхать и постанывать сквозь поцелуй, неумело повторяя все действия за мужчиной. Она целовалась и раньше, но те, кто её целовали, не были так хороши, как Учиха. Мужчина отстранился на несколько миллиметров, наблюдая за тем, как с её припухших губ, ещё недавно покрытых блеском, теперь тянется прозрачная слюна, как её недавно размеренное дыхание участилось в несколько раз. Ему казалось, Сакура всё ещё сомневалась в себе, поэтому мужчина решил окончательно развеять её сомнения – руки осторожно поднялись по плоскому животику вверх, начиная приподнимать чёрное кружево бюстгальтера. Девушка испуганно распахнула глаза, ещё сильнее вжимаясь в сильную грудь Учихи, словно стараясь отстраниться. - Не надо… я… ммм… - протяжный стон, сорвавшийся с её губ, разлетевшийся по всей комнате, означал одно – отпираться бессмысленно. - Закрой рот… - мужчина почти прошипел на аккуратное покрасневшее от укусов ушко Сакуры. Его широкие тёплые ладони накрыли маленькую грудь девушки, заставив её шумно выдохнуть и застонать громче. Руки начали медленно массировать грудь, чувствуя, как её соски напрягаются и твердеют, мужчина ощущал дрожь по всему телу девушки, и ему это нравилось. Нравилось, как она постанывает, реагируя хрупким тельцем на его прикосновения, нравилось, как она кусает свои губы, стараясь сдержать громкий стон, когда Учиха снова принялся покусывать её шею, оставляя на ней пару засосов, тут же зализывая их. Его руки сильно сжали грудь девушки, он принялся прокручивать уже набухшие соски между большим и указательным пальцами. Сакура не понимала, что происходило с её телом. Её переполняли странные, до боли приятные ощущения, сосредотачивающиеся внизу плоского животика. Она ощущала приятный прилив тепла, разливающийся по всему телу, заставляющий трепетать всё внутри. Его учащённое дыхание, руки, доставляющие невообразимое удовольствие, запах, заполняющий её лёгкие так плотно, что, казалось, кислорода и не нужно. Ей хотелось, чтобы он касался её вечно, дарил удовольствие с каждым новым движением. Ей нравилось, что его тёплые руки блуждают по её холодному телу, заставляя оживать давно оледеневшие клетки кожи, словно зажигая их. Одна рука мужчины осторожно спускалась вниз по тонкой талии её худенького тельца, огибая выпирающую тазобедренную косточку. Сакура затаила дыхание, чувствуя, куда направилась его ладонь, следуя чётко заданному курсу хозяина. Кончики пальцев достигли кружевного пояса трусиков, служившего последней границей дозволенного. Пальцы осторожно проникли под атласную ткань так, что Сакура вытянулась как тонкая струнка, боясь даже выдохнуть. Подушечки пальцев ощутили нежную кожу лобка, и Учиха удовлетворённо выдохнул прямо на шейку девушки, опустив голову. Пальцы коснулись чувствительного клитора, сразу же начиная его массировать кончиком среднего пальца. Сакура громко застонала, откинув голову, и сразу же встретилась затылком с его грудью. Она закрыла глаза, прокусив свою нижнюю губу до крови, на щеках появился болезненный румянец стеснения и стыда, на плотно сомкнутых ресничках повисли росой выступившие слезинки удовольствия, а худенькие ножки подкосились от действий мужчины. - Ты вся мокрая… - Усмехнулся Учиха, а девушка ещё сильнее раскраснелась, вздрагивая каждый раз, когда он ускорял темп этакой сладкой теоремы, которую, как считал мужчина, даже доказывать не стоило, но если Сакура так хочет... Её стоны наполнили комнату студии, отдаваясь в самых далёких её уголках. Тело словно накапливало в себе какой-то сок, зрея спелым плодом в умелых руках Учихи. Он тоже тяжело дышал, из последних сил сдерживая головокружительное желание этого хрупкого тельца. Ему казалось, что ещё никого он так не хотел, как эту юную хрупкую девчонку. Однако мужчина не хотел всё слишком быстро закончить. Впервые ему захотелось подольше «поиграть» со своей молоденькой жертвой. Он не станет лишать себя такого интересного опыта. Его язык принялся вырисовывать на плавном изгибе тонкой шеи далёкие от понимания кого бы то ни было иероглифы. Левая рука продолжала сжимать грудь, периодически надавливая на затвердевший сосок, от чего Сакура почти вскрикивала, тяжело дыша. Кончики пальцев правой руки ускоряли темп, заставляя девушку извиваться чуть ли не всем телом. Вскрик, который Сакура поспешила унять, прикусив указательный пальчик, отразился пульсацией в его висках. Девушка дёрнулась всем телом, задрожав, и Учиха почувствовал, как пальцы под её трусиками совсем намокли. Оба они тяжело дышали, посматривая друг на друга. - Можешь идти… - хриплым голосом разрешил Учиха. - Завтра не опаздывай. Девушка рассеяно начала поправлять на себе одежду, краснея. Накинув чёрный пеньюар, Сакура уже хотела уйти, ссутулившись от смущения, как вдруг её за локоть поймал Учиха, притягивая к себе ближе. - Надеюсь, теперь ты не будешь нести всякую херню про своё тело? – Немного грубо поинтересовался фотограф, глядя на Сакуру в упор. Модель лишь быстро замотала головой в знак подтверждения, не отрывая напуганного взгляда от бездонных глаз напротив. Учиха осторожно подался вперёд, легко коснувшись своими губами её похолодевшего от испарины лба. Мужчина и сам не знал, чем был мотивирован такой «жест милосердия», но он отметил про себя, что Сакуру это немного расслабило морально.