Деревенские страсти

Душный тесный автобус, потряхиваясь, двигался к месту назначения. Пассажиры напряженно ждали остановки, устав от пыли и духоты. Кто-то спал, кто-то читал газету, кто-то беседовал с попутчиками, чтобы хоть как-то скоротать время. Темноволосая женщина прильнула к окну, наблюдая за проносящимися мимо пейзажами. Так было легче и спокойнее,тревожные мысли покинули ее. Ненадолго, но все же. Автобус дернулся и вздрогнул, как живое существо, а потом замер. Люди встали со своих мест,подхватив поклажу, и заспешили к выходу. Лиза вышла вместе со всеми, и освободившись от своих пассажиров, транспорт двинулся дальше. Попутчики Красновой разошлись, а она еще долго стояла, изучая указатель со смешным названием Хахилево. Теперь ей придется здесь жить. Взяв свой небольшой багаж, шатенка медленно пошла по пыльной дороге, раздумывая обо всем, что случилось с ней в последнее время. После развода муж женщины потребовал освободить принадлежавшую ему по праву квартиру, на которую Лиза впрочем претендовать и не собиралась. Одно пугало: идти ей было некуда, да еще и уволили с работы,так что даже снять комнату возможности не было. В городе Краснову ничего больше не держало, потому и отправилась она на постоянное место жительства к своей одинокой тетке Марии Павловне, в забытую всеми деревушку. Раньше шатенка приезжала сюда достаточно часто, потому с деревенской жизнью была косвенно знакома, и надеялась, что справится, ведь других вариантов не было. Идти предстояло еще долго, а солнце входило в свою наивысшую точку, яростно припекая, и Лизе приходилось часто останавливаться, чтобы немного отдохнуть. Примостив сумку в траве у обочины, молодая женщина восстанавливала дыхание, щуря голубые глаза от ярких лучей. Дорога была пустынной,и по ней вряд ли проезжал кто-то чаще, чем раз в несколько часов, поэтому все надежды добраться до дома тети на попутном транспорте,Краснова давно оставила, и отдышавшись, неспеша продолжила путь. Вскоре трасса закончилась, уступив место сельским улицам,утопающим в яркой зелени. Мелькали шаткие заборчики, пестрые фасады домов, отовсюду разносилось блеяние,мычание, кукареканье и громкий хриплый лай цепных собак. Разбивая привычную для деревни симфонию звуков, протарахтел мотор, и,обдав Лизу облаком дорожной пыли, рядом с ней остановился мотоцикл. Краснова закашлялась, пронзая мотоциклиста сердитым взглядом, а тот снял шлем и без стеснения предложил: - Садитесь, подвезу. Женщина задумалась, оглядывая своего внезапного добродетеля. Жгучий брюнет с правильными дерзкими чертами лица, пронзительными темно-карими глазами и обаятельной улыбкой, лет восемнадцати-двадцати на вид. Для своего возраста он был хорошо сложен и крепок. Молодые упругие мышцы груди гордо вздымались, натягивая ткань простой хлопковой футболки серого цвета, плечи плавно переходили в сильные жилистые руки, лежащие на рукоятках руля мотоцикла, казалось, невесомо, но надежно и твердо. Мужские стройные бедра прикрывали от посторонних глаз короткие синие шорты, но сквозь жесткую ткань все же проступали соблазнительные контуры юного тела. -Садитесь, - повторил парень настойчивей, чем вывел шатенку из легкого ступора. Еще раз оценив незнакомца взглядом, она отбросила ложную скромность и села на мотоцикл. -Вам куда? – спросил парень. -На Комарова, - ответила Лиза, разглядывая оказавшуюся перед глазами мускулистую спину. -По пути,- хмыкнул мотоциклист. –Ну тогда держитесь крепче. Краснова сглотнула, чувствуя подступивший страх и сжала пальцами подвернувшиеся под руку металлические выступы. Мотор заревел, и мотоцикл мгновенно рванул с места, оставив лишь пыль позади. Лиза сидела, затаив дыхание и боясь шелохнуться. Незнакомец, напротив, был свободен и даже весел. -Вы неправильно держитесь,- подтрунил он, словно спинным мозгом чувствуя страх пассажирки. – Чуть ближе и обнимите меня. -Что? – оторопела побледневшая как мел женщина. -Обнимайте,говорю, а то свалитесь. Да не бойтесь, я не кусаюсь. От слова «свалитесь», стало еще страшнее, и Лиза послушно прильнула ближе к парню,обхватив руками его крепкий торс. -Гораздо лучше,- удовлетворенно усмехнулся брюнет и увеличил скорость. В близости от мужского тела страх понемногу улетучился, и Краснова даже стала получать удовольствие от езды. Легкий ветер дул ей в лицо и трепал волосы, а она улыбалась, чувствуя внутреннюю свободу. Улочки мелькали мимо с молниеносной быстротой, но шатенка ни на что не обращала внимания, видя перед собой лишь могучую спину мотоциклиста. -Вы к кому в гости-то? – спросил он,не отвлекаясь от дороги. -К Самохиной,- ответила голубоглазая, с трудом разобрав слова сквозь гул мотора. -Ааа, к бабе Маше,- протянул незнакомец. – Знаю. Приехали почти. Несколько минут спустя мотоцикл остановился перед деревянными воротами, покрытыми зеленой краской, которая выцвела и облупилась от разных погодных напастей. Посреди черными цифрами значилось «44», ярким пятном выделяясь на блеклых досках. - Ну вот, на месте,- сообщил брюнет, и Лиза осторожно сошла на землю, осматриваясь. После быстрой езды голова слегка плыла. Незнакомец лихо спрыгнул с мотоцикла,и видя состояние женщины, забрал болтающуюся на ее плече дорожную сумку, зычно крикнув: - Баб Маш! В ответ раздался громкий ожесточенный лай пса. -Цыц,зараза! – последовал за ним не менее громкий старушечий голос, и мгновение спустя, ворота с царапающим скрипом распахнулись. Мария Павловна Самохина для своих шестидесяти с лишним лет выглядела достаточно свежо. На загорелом широкоскулом лице почти не было морщин. Небольшие карие глаза под навесом густых выгоревших на солнце бровей, искрились задором, а тонкие темно-вишневые губы будто всегда слегка улыбались. Заметив гостя, хозяйка поправила белый платок на седых волосах и приветливо произнесла: -Заходи, милый. Я блинов напекла, горяченькие, пообедаем. -Спасибо, баб Маш, я не голодный,- отрицательно махнул головой тот. – Я вот гостью Вам привез,- кивнул он в сторону Лизы. Мария Павловна прищурила глаза от солнечных лучей, вглядываясь, а после кинулась к стоящей в оцепенении Красновой, сжимая ее в объятиях. -Лизонька! – охнула пожилая женщина, торопливо целуя шатенку в обе щеки. –Лизонька моя приехала! Наблюдающий за этой сценой парень заулыбался, и поставив на лавку сумку, пробормотал: -Ну,я пошел, а то мамка ждет. -Может все-таки в дом зайдешь, перекусишь? - спросила Самохина, наконец оторвавшись от племянницы. -Не, спасибо, - снова отказался брюнет и сел на мотоцикл. – В другой раз. Тишину резко прервал рев мотора, и улицу снова заволокло пылью, в пелене которой и исчез парень. -Кто это? – наконец решилась спросить Лиза. -Это Женька Царев, - ответила ей тетка. – Сын соседей наших. Хороший мальчик,- добавила она с восхищением. – Ну пойдем, что на улице-то стоять,- увлекла хозяйка за собой свою гостью. Небольшой,но уютный домик Марии Павловны состоял из двух комнат и кухни. Первую комнату занимала сама Самохина, а вторая,отделенная от любопытных глаз цветастой занавеской, предназначалась для гостей. Со времен последнего визита Красновой, здесь ничего особо не изменилось, словно время в этом месте замедлило свой ход, отказываясь вносить новые веяния. Та же пружинная кровать, со сложенными на ней подушками, закрытыми кружевной накидкой, старый потрескавшийся шкаф, петли дверей которого натужно скрипели, как бы вздыхая о тяжести прошедших мгновений, небольшой деревянный столик с блеклой стеклянной вазой и пышным букетом сирени в ней. Пол из крашенных досок прикрывал выцветший вязаный коврик, и на нем лениво развалился толстый рыжий кот,щурясь от солнечного света, проникавшего сквозь маленькое оконце. Лиза поставила свою сумку возле кровати, и скользила взглядом по стенам, вдыхая запах старых книг, нафталина и пыли. Эта симфония словно возвращала ее в детство, и в груди разлилось тепло от нахлынувших воспоминаний. -Лизонька,пойдем, - раздался ласковый голос над ухом, перебивая поток мыслей. –Остынет все. -Иду, - кивнула шатенка, и проследовала за теткой. В тесноватой, но чистой и светлой кухне аппетитно пахло блинами. Они ровной стопкой лежали на плоской тарелке, и от румяной поверхности поднимался душистый пар, дразня обоняние, и увеличивая чувство голода. Рядом в вазочке красовалось густое темное варенье, по виду клубничное, а на плите кипел чайник. -Ну рассказывай, голубушка, каким ветром тебя сюда? – поинтересовалась Мария Павловна, раскладывая сушеную траву по чашкам. – Надолго в гости-то? - Насовсем,-тихо отозвалась ее племянница, выкладывая на стол привезенные с собой гостинцы. -Вот те раз,- удивилась Самохина. – А как же любезный твой? -Развелись мы, теть Маш. И теперь у меня ни мужа, ни жилья,- вздохнула Елизавета, задумчиво разглядывая узор на скатерти. -Тю, там муж-то такой был, - нахмурилась пожилая женщина. – Одно название. Не горюй, найдем мы тебе тут жениха, хорошего, работящего. От этой мысли голубоглазая тихонько рассмеялась. -Кому я нужна-то? – не то спросила, не то утвердила. -Так уж и никому? Ты у нас вон красавица какая, вся в мать,упокой Господь ее душу,-торопливо перекрестилась тетка, и поставила чашки с чаем на стол. – Ничего, все наладится,- добавила она, заметив погрустневшее лицо родственницы. – Ешь, пока блины горячие. Лиза придвинула к себе поближе чашку с чаем, и отломала кусочек от горячего пышного блина. Уже давно она не ела теткиной стряпни, а потому аппетит разыгрался не на шутку. -Чай свежий, липовый. Как ты любишь, - с улыбкой произнесла хозяйка. - И варенье вот,клубничное. В прошлом году ягод столько уродилось, ууу. Только и успевай собирать. Мария Павловна продолжила разговор, рассказывая о жизни в деревне,а голубоглазая шатенка прислушивалась к ее речи, попивая ароматный чай, и думая о том, что же ей теперь делать.