Деревенские страсти

Подавив тяжелый вздох, Елизавета Андреевна Краснова открыла дверь кабинета главы хахилевской администрации, и неуверенно поинтересовалась: -Сергей Петрович, можно? Мужчина оторвался от своего занятия, и теплой улыбкой одарив посетительницу, произнес: -Конечно можно, Елизавета Андреевна. Проходите. Лиза проследовала в кабинет, и села на стул, потупившись как нашкодивший ребенок, и пряча взгляд от Макеева. А Сергей,напротив, пристально смотрел на женщину. -Как работа продвигается? –нарушил тишину Макеев. –Может, помощь какая нужна? С медикаментами,оборудованием? -Сергей Петрович, вот об этом я и пришла поговорить,-Краснова наконец подняла взгляд, и дрожащей рукой положила на стол перед начальником бумажный лист, исписанный синими чернилами. –Это заявление об уходе. Подпишите, пожалуйста. В кабинете снова ненадолго стихло. -Что произошло, Елизавета Андреевна? –поинтересовался Сергей. –Может мы как-то уладим вопрос без таких радикальных мер? Вы только скажите, что Вас не устраивает. Примем к сведению, все исправим. Зачем же сразу рубить с плеча? Елизавета вздохнула, чувствуя, как самообладание постепенно ее покидает. Каждое слово и без того давалось ей с трудом. -Я понимаю, что не имею права так Вас подводить, -виновато отозвалась фельдшер. –Но, к сожалению, другого выхода у меня нет. Я возвращаюсь в город, и при всем своем желании уже никак не смогу работать здесь. -Может, передумаете еще? –предпринял попытку повлиять на женщину глава администрации. –Вспомните, Елизавета Андреевна, сколько сил на восстановление медпункта положено было. Мы его, можно сказать, из пепла возродили, разве Вам не жаль это все в расцвете бросать? -Сергей Петрович, я Вас очень прошу, подпишите заявление,-дрогнувшим голосом перебила собеседника Краснова, понимая, что он упорно давит ей на больные места. Еще чуть-чуть, и она расплачется, выплеснув все свои эмоции перед Макеевым. -Нет, Елизавета Андреевна,-прозвучало в ответ. –Я Вам две недели отпуска дам. Отдохнете, подумаете. Если своего решения за это время не измените, тогда заявление подпишу. -Спасибо, -еле слышно произнесла Елизавета, поднявшись и направившись к выходу. –Всего хорошего, Сергей Петрович. Выйдя из кабинета, шатенка быстрым шагом двинулась прямо по коридору,почти ничего не видя от застилающих глаза слез. Вдох-выдох. Попытка успокоиться и провал. Дрожь. Холодная дрожь, бьющая все тело. Как во сне добравшись до помещения с вывеской «Почта», Краснова вошла,и поприветствовав начальника почтового отделения, спросила, можно ли воспользоваться телефоном, а после утвердительного ответа набрала знакомый номер. Пока шли гудки, сердце в груди женщины неистово и беспокойно билось, словно протестуя ее скоропалительному решению. -Здравствуй, Максим,-с трудом выговорила Краснова,услышав мужской голос на том конце провода. –Твое предложение еще в силе? –спросила она, и получив ответ, добавила: -Тогда жди. Буду к вечеру, -закончив фразу, Лиза отрешенно положила телефонную трубку,расплатилась за звонок и поспешила покинуть здание местной администрации. По дороге к дому тети, Краснову одолевали смешанные мысли. Нет, она не передумает. Она все решила. Но воспоминания тяжелым грузом сдавливали грудь, причиняя боль. Дорога в Хахилево… Первая встреча с Женей…. Тогда он показался Елизавете грубоватым и самоуверенным, а стал для нее лучшим человеком в жизни. И тем, с кем придется проститься,а Лиза терпеть не могла прощаний, и при мысли о предстоящей разлуке, слезы сами подступали к глазам, а сквозь их горькую пелену мерещился родной и любимый образ. Женя… Женечка… Ее Женька. И как бы не сложилось, он всегда останется только ее. Продолжая путь, женщина поймала себя на мысли, что наверное следовало бы все рассказать Цареву, но тут же осеклась. Нет! Он никогда об этом не узнает. Так будет лучше. Смахнув слезы и спрятав эмоции, Лиза вошла во двор, поднялась на крыльцо и прошла в дом. Мария Павловна хозяйничала на кухне – по помещению носился запах свежих блинов и мятного чая. Так пахнет любовь и забота, но от этих ароматов еще сильнее сжалось сердце и захотелось завыть. Зажав рот рукой, чтобы сдержать рвущиеся наружу рыдания, Елизавета прошмыгнула в свою комнату и принялась собирать вещи, вновь погрузившись в воспоминания. Платье, в котором ходила в первый раз с Женей на пруд… Майка и шорты, испачканные глиной во время их детской возни…. Еще одно платье – в нем она танцевала с Женей на сельском празднике, а потом Царев провожал Лизу до дома, невзначай касаясь ладонями ее озябших плеч… Тяжело вздохнув, женщина наспех бросала вещи в сумку, не заботясь о том, идеально ли они будут сложены, и взгляд ее внезапно наткнулся на Женину футболку, которую она выстирала, но не успела отдать. Потянувшись, шатенка сняла вещь со спинки стула, и упав на кровать, разрыдалась, уткнувшись лицом в ткань. -Лизонька,-Самохина прошла в комнату, и увидев заходящуюся в рыданиях племянницу, вздохнула, присев на край кровати, и осторожно погладила Лизу по волосам теплой мозолистой ладонью. –Ну что ж ты так, милая, что ты…-шептала пожилая женщина, сдерживая собственные слезы. –По покойникам так не плачут, что ты в самом деле… Наладится все, образуется. Жизнь-то не закончилась. -А жить-то мне как,теть Маш? – с трудом выговорила сквозь рыдания Краснова. –Не смогу я без него, без деревни… -Так оставайся, я же тебя не гоню. Ты же кровиночка моя единственная,-всхлипнула Мария Павловна. -И остаться я не могу, теть Маш… Не могу, нельзя,-продолжала заливаться слезами Елизавета. -Да что случилось-то такого? – не могла понять причину внезапного решения племянницы Самохина. –Может ты ребеночка ждешь, да боишься, что в деревне на тебя пальцем показывать станут? –вдруг осенило ее. - Так ведь не грех это, Лизонька. Не грех, а человек новый. Радость. Не бойся, я тебе помогу. Хоть и старая, да силы-то еще есть. Вдвоем справимся, поднимем на ноги вашего ребеночка. От этих слов у Лизы разом высохли слезы. Она подняла свое заплаканное лицо на тетку, и отрицательно помотала головой. -Нет, теть Маш,-произнесла тихо шатенка. –Нет,-повторила она, всхлипнув и тут же безрассудно подумав, что их с Женей ребенок дал бы ей силы все пережить. -Лизонька, ну не убивайся так. Может передумаешь еще? -Нет. У меня автобус через два часа. Максима я уже предупредила. -Ох, Максим твой – голова садовая,-вздохнула Самохина. –Ну пойдем, хоть перекусишь на дорожку. Придя на кухню, женщины сели за стол, как в первую встречу после долгой разлуки, с той разницей, что сегодня обедали в полном молчании, да и к обеду почти не притронулись – кусок в горло не лез. -Спасибо, теть Маш,-Елизавета поднялась из-за стола,понимая, что оттягивать момент разлуки – только делать себе больнее. -И не съела ведь ничего,-покачала головой хозяйка. Проверив, все ли вещи собраны, и зачем-то уложив в сумку Женину футболку, Лиза напоследок прижала к себе пушистого рыжего кота, а потом, отпустив его на пол, покинула дом. Самохина вышла следом – проводить племянницу. За воротами обе женщины тепло обнялись на прощание, и Мария Павловна не сдержала слез, дрожащей рукой прижимая скомканный платок к глазам. -Лизонька,ты как доберешься,дай знать,-всхлипнула пожилая женщина. – И не забывай меня старую. -Никогда не забуду, теть Маш. Приеду обязательно. Спасибо за все,-снова крепко обняла Елизавета старушку. -А Жене что сказать? –поинтересовалась Самохина. –Спросит ведь. Краснова вздохнула. -Скажи, что разлюбила. И пусть меня не ищет,- с трудом выговорила она. –До свидания, теть Маш,-забрав сумку, шатенка двинулась к дороге, провожаемая взглядом тетки. Путь до автобусной остановки предстоял неблизкий, и Лиза ускорила шаг. Слезы по-прежнему душили ее, но когда деревенские дома скрылись из вида, стало немного легче. Что сделано, то сделано. По дороге как назло не проезжало никакого транспорта, и надежды добраться до места назначения побыстрее, таяли на глазах. С небольшими перерывами Краснова все-таки пришла к автобусной остановке, и пока ждала свой автобус, погрузилась в воспоминания. Хахилево. Двумя днями ранее. Лиза кормила кур во дворе, когда залаял пес и раздался скрип ворот. -Женька,-вырвалось у нее невольно. -Нет,это я,-раздался голос Царева-старшего. –Доброго дня, Елизавета Андреевна. Краснова смутилась. -Здравствуйте, Андрей Николаевич,-вполголоса поприветствовала она. –Вы к тете Маше? Так она на почту ушла минут десять назад. -Я знаю. Я к Вам,-ответил Андрей. -Чем я могу Вам помочь? –поинтересовалась Елизавета. -Я поговорить пришел,-мужчина сел на крыльцо и закурил. –По поводу Вас и моего сына. -Слушаю Вас, Андрей Николаевич,-фельдшер убрала миску с зерном в сторону и повернулась к собеседнику. -Женя на Вас давно как на женщину смотрит, а не просто соседку,-начал Царев, и сердце голубоглазой женщины ухнуло вниз. - Вы меня не поймите неправильно, Елизавета Андреевна, я против Вас ничего не имею. Но парню учиться надо, а он в свою влюбленность нырнет с головой и ни о чем другом думать не будет, я ведь его знаю. Вы хороший человек, Лиза,так сделайте доброе дело – не ломайте моему сыну жизнь. -Но, Андрей Николаевич,-попыталась слабо возразить Лиза,-я ведь ни к чему Женю не принуждаю. Да и пока мы живем в одной деревне, у меня никак не получится не попадаться ему на глаза. -Так уезжайте, - безэмоционально выдал Андрей. –Хотя бы на время, пока он Вас не забудет. Денег я дам, в городе устроиться помогу – об этом не волнуйтесь. -Не надо,Андрей Николаевич,-потускневшим голосом отозвалась Краснова, чувствуя, как слезы подступили к глазам. –Денег мне Ваших не надо, я сама справлюсь. А Женю не побеспокою больше,обещаю. -Я знал, что Вы меня поймете,-с облегчением произнес отец Жени. –Всего доброго, Елизавета Андреевна,-гость выкинул окурок, встал с крыльца и покинул двор, оставив соседку заходиться в рыданиях. *** Из невеселых мыслей Лизу выдернул рев остановившегося перед ней мотоцикла. Мотоциклист ловко спрыгнул на землю и снял шлем. -Женя? –удивилась шатенка, не отрывая взгляда от парня. –Как ты меня нашел? -Лиз, не уезжай,- Царев схватил женщину за запястье. –Не уезжай, пожалуйста. -Отпусти меня, Жень,-попыталась освободить руку Елизавета, заметив прибывший автобус. -Я никуда тебя не отпущу! –последовал твердый ответ. Краснова почувствовала, что сдерживать слезы все труднее, но все же придала строгости голосу и произнесла: -Царев, если ты сейчас меня не отпустишь,я…- слова внезапно стихли, перекрытые жадным поцелуем. Женя прижал свою женщину к себе, неистово терзая ее губы,и не в силах сопротивляться, она отвечала ему, позабыв про свой автобус и все на свете. На остановке суетились люди, а Лизе было все равно. Женька и его ненасытные губы – вот что вышло на первый план. -Я все знаю, Лиз,-отстранившись, выдохнул Евгений. –Даша рассказала. Я прошу тебя, не уезжай. Давай поборемся чуть-чуть, Лиз… Пожалуйста,-выжидающе посмотрел он на возлюбленную, и ответом стал ее полный нежности поцелуй.