Разрываясь на куски

       Разрывай на куски. Кричи. Терзай. Убивай. Живи. Такому учили, пытаясь привить. И все же привили. Хотелось вопить, но не было сил, то ли последний протест, то ли новая жизнь… Нельзя же так жить. Нельзя ведь.        Отныне — существовать. Обрекли, не спросив, не поняв, просто убив. Они растоптали, сплясав на костях. Вы разорвали на части, чувства отняв. Вы создали. Вы!        Нет ни спасения, ни капли тепла, ни жалости. Только мгла. Тонна тьмы и дар колдовства. К черту вас, я одна, я смогу. Я убью. Я отомщу. Я заставлю почувствовать отравляющий яд. Я знаю, услышу протяжный вопль. Он будет не мой. Нет. Не мой. Вы будете кричать, горя заживо, вы будете стонать, видя свое сердце в моих руках, вы будете лежать в могиле, не источая тепла… Я знаю. Я обещаю. Я отомщу.        Никто не поймет и не примет. Плевать. Вы дали, чем жить, подарили, не спросив, нуждаюсь ли я. Вы не спросили меня, нет надобности отныне вопрошать о вас мне. Плевать на ваши слова, на слезы родных, есть только страшные муки. И я в них горела. И я стонала, моля о пощаде. Никто не пришел. Погасили последний лучик света. Тьма. Прекрасная, страшная мгла… А она убивает. Ломает. Я знаю.        Вы сами. Сами создали монстра, который ни за что не свернет отныне с пути. Вы настроили меня, показали дорогу, которую освещает кровавая луна. Все верно. Крови не миновать, расплата грядет. И все эти глупые люди так мелочны, жадны, жестоки. Все вы — предатели, немощные, слабые трусы. Твердите о бесконечной светлой любви. О тщетной надежде. О свете в ночи. К черту все, к черту вас! Не ждите, не надейтесь и не любите. Я не позволю. Вы погубили…        Меня погубили. И я ведь любила. Вы забрали, уничтожив все с легкой руки. Вы ненавидите, вы боитесь, вы в голос смеетесь. А мне отдается болью. Но вы продолжайте, давайте! Топчите! Боль питает, злость горит, механизм запущен. Вы сами все сотворили. Не я. Смех разнесется, дым не рассеется, мгла воцарится, я отомщу… Только ждите. И не надейтесь. Не миновать.        А дети смеются. Глупые. Сердце, чернея, сжимается, разрывая прогнившую душу на сотни частей. Я чувствую, я вою, я знаю, но, несмотря ни на что, отомщу… Это мой ход. Мой черед.        Спрошу в пустоту об одном… Почему не спасли?! Видно, нравилось вам, как ломают меня. Видно, вы громко кричали с восторгом тогда. Разрывай на куски! Разорвали… Так теперь, — прошу, пожинайте плоды…