Давай начнём всё с начала?

Игривые утренние лучики солнца, проникшие через прозрачное окно, заставили парня раздражённо перевернуться на другой бок, натянув одеяло до самой макушки. Однако, долго находиться в плену Морфея ему не удалось, так как через минуту в комнату сына забежала мать. — Бэкхён~ни, вставай, завтрак готов! — протараторила женщина, стягивая с мальчишки тёплый кусок ткани. — Ещё пять минуточек, — сказал грозно Бэк своим нежным голоском. — Бён Бэкхён, никаких “пять минут”! — повысила голос мама, удивляя ещё не проснувшегося сына своим переменчивым настроением. — И он ещё хочет жить отдельно — смешно! — Встаааю, — протянул Бэк, подтягиваясь и уже сидя на кровати, в которой минуту назад видел десятый сон. — И только попробуй лечь обратно — без завтрака останешься! — послышалось позже с первого этажа. Лениво передвигая конечностями и мило причмокивая, парень направился сначала в душ, а затем, надев свои любимые чёрные узкие джинсы и футболку с принтом, спустился вниз, прихватив напоследок портфель. Дом был двухэтажным, как вы уже поняли. Мама Бэкхёна просто обожала яркие и насыщенные цвета, из-за чего в каждой комнате будто царило своё собственное настроение — где-то игривое, где-то спокойное. И это касалось абсолютно всего: от плинтусов до потолка. На кухне преобладали приятные тона, способствующие пробуждению аппетита. Когда Бэк зашёл туда, он сразу же облизнулся, вспомнив, что вчера остался без ужина. Как только в его руках оказалась ложка, он с жадностью начал уплетать мамины приготовления за обе щёки. Женщина была невысокого роста. Длинные волосы, собранные в пучок, и фартук поверх домашней одежды придавали ей особое очарование. Каждый раз, когда они с сыном куда-нибудь выходили, окружающие путались и говорили, что они словно близнецы — как брат и сестра. Даже для своего возраста она выглядела довольно молодой. Все звали её миссис Джун. Бён Джуни — мама самого Бён Бэкхёна. «Светлая личность и грозный наставник» — так её знали все в округе. Посмотрев на сына, женщина уставилась на него большими глазами, удивлённо подмечая про себя, что раньше такого за ним не замечала. Хотя еда и правда получилась вкусной. — Очень интересное явление, — подумала она и пожала плечами. К тому времени, как женщина сама приступила к трапезе, Бэкхён уже успел всё съесть, взял портфель, поцеловал маму в щёчку и, наспех попрощавшись, выбежал из дома. «День обещает быть прекрасным, ведь я увижусь с ним вновь…»— подумал Бэк, глупо улыбаясь при этой мысли. Так ведь всегда бывает, когда думаешь о любимом человеке… Они с Чанёлем познакомились пару недель назад. Став лучшими друзьями, Бэк осознал, что в Паке он видит не друга, а возлюбенного. Любимого парня. Он был на седьмом небе от счастья, когда Чанёль согласился встретиться пораньше. Ведь сегодня знаменательный день — он признается ему в своих чувствах. Его немного пугала мысль о том, что чувства могут быть не взаимны, но даже это не могло его остановить. Примерно через двадцать минут он уже был на месте встречи. А позже, заметив знакомые и такие любимые ушки, парень смутился и улыбнулся, как пятнадцатилетняя школьница. — Привет. — И снова этот жест «мира» с его сногсшибательной улыбкой во все тридцать два… Таю… — Привет, — попытался спокойно ответить Бён, избегая взгляда на обладателя эльфийских ушек. — Так о чём пойдёт разговор, Бэкки? — сразу спросил Пак. — Чан, я… Точнее, ты… — Бэк медленно поднял взгляд на Чана и, краснея до кончиков ушей, промямлил, нервно теребя край футболки в руках. «Чёрт! Только не это…» — Что я? — переспросил тот. — Ты… ты мне нравишься! — почти выкрикнул Бэк, зажмурив глаза, сжав кулачки и прикусив нижнюю губу. Он опустил голову и замер. Прошла, казалось, вечность — нереально долгих пять минут. Наконец, Бэкхён набрался храбрости и поднял взгляд… только чтобы увидеть удаляющуюся вдаль спину Пака. Тот не сказал ни слова. Просто ушёл. Бэкхён стоял, как вкопанный, глядя на удаляющийся до боли любимый, но теперь такой чужой силуэт. Развернувшись, он со всей силы побежал в противоположную сторону — прочь от уже бывшего лучшего друга, крича и зажмуривая глаза от слёз, что теперь текли без остановки. Он ничего не хотел. Он хотел лишь одного — остаться один. Боль была невыносима. И дело было даже не в том, что его отвергли. Боль была в том, как это произошло. Просто ушёл. Молча. Как будто ничего и не было. Внутри него творился хаос. Всё перемешалось: жалость к себе, тоненькая ниточка надежды, безответная любовь… Он рыдал. Рыдал, как в последний раз. Как никогда в жизни. Добежав до ближайшей лавочки, он сел, задыхаясь, откашливаясь, начал себя ругать за всё: за признание, за наивность, за веру. Он срывал голос, дёргал себя за волосы, выл от боли в груди. К счастью, на улице не было ни души. Обида. Предательство. Злость. Жгучая смесь, разъедающая изнутри. Она не дала ему дойти до пар — он просто не мог. Вместо этого парень решил немного пройтись. Освежиться. Продумать, как жить дальше. Хотя бы за чашкой успокаивающего латте с карамелью. Чанёль направлялся в университет, погружённый в свои мысли, мысленно снова и снова прося прощения у Бэка. «Бэкки, прости…» Он не мог ответить взаимностью на чувства того, кто был ему по-настоящему дорог. И хуже всего было то, что он сам не до конца понимал, что творилось у него внутри. Всё было слишком запутанно. Слишком сложно. Уйти молча казалось единственным решением. Пусть даже это причинит боль тому, кого он хотел бы только беречь. Задумавшись, Чан не заметил, как дошёл до университета. Зайдя внутрь, он огляделся в надежде увидеть Бэка — вдруг он пришёл раньше?.. Кто знает. Но — нет. Его Бэкки так и не появился. Прошла одна пара. Чанёль и сам не понимал, чего он ждёт. Но ждал. Ждал, что сейчас откроется дверь, и Бэк войдёт — немного смущённый, с той самой нежной улыбкой, помашет рукой, как всегда… Но этого не случилось. После занятия к нему подошёл его старый друг — Сухо. — Привет. Что-то не видно нашего Бэкки, где он? — спросил тот. На что услышал резкое, почти отрывистое: — Не знаю. Не дожидаясь ответа, Чанёль практически выбежал в коридор, а затем — на улицу. — Что это с ним?.. — пробормотал себе под нос Чунмён, удивлённо проводив его взглядом. Чанёль сел на лавочку и поднял взгляд к небу. День выдался на удивление хорошим — яркое солнце, лёгкий ветерок. Всё будто бы дразнило его своей лёгкостью и спокойствием, зная, что вечером всё равно хлынет дождь. Неизбежный, как собственное раскаяние. Он пил холодный чай, рассеянно наблюдая за облаками, а мысли его были только об одном человеке. О том, кого он оставил. О том, кому дал повод ненавидеть себя. О том, кого ему больше всего на свете хотелось сейчас увидеть. «Какой же ты придурок, Пак Чанёль.» Он поставил стакан с напитком рядом, тяжело вздохнул, откинулся на спинку лавочки и закрыл глаза. Перед внутренним взором пронеслись воспоминания о Бэке — такие тёплые, живые, почти осязаемые. Всё в них было прекрасно. Но вот перерыв подошёл к концу, пора было идти на следующую пару. Только вот Чанёль не спешил. Он продолжал утопать в этой сладкой эйфории воспоминаний… до тех пор, пока не задремал. Его обнаружил Сухо. Увидев друга спящим, он поспешил разбудить его. — Эй, ты чего тут спишь? Сейчас физкультура! — тряхнул его за плечо. — И между прочим, пришёл Бэк! Пак подскочил как ошпаренный и, не дослушав, бросился к раздевалке. Но, вбежав внутрь, увидел лишь пустоту. — Наверное, уже ушёл… — пробормотал он и начал переодеваться. На занятии он всё же увидел Бэка. Тот демонстративно игнорировал его, мило болтая с Чунмёном. Но даже через эту показную холодность Чанёль ощутил тёплую волну — он был рад видеть его. Эту родную, любимую мордашку. Он уже собрался подойти к своему… или уже не своему Бэкки, но его перехватила одна из однокурсниц: — Пак Чанёль, принеси, пожалуйста, корзины с мячами! — сказала она своим противным голоском. В ответ она услышала лишь сдержанный рык и видела, как Пак, не оборачиваясь, быстро удалился. Бэк всё это заметил. Но, чтобы не выдать себя, быстро отвернулся, будто ничего не происходило. Он хотел, чтобы всё это оказалось страшным сном. Чтобы он просто проснулся. Проснулся — и увидел Чанёля. Своего любимого. Он хотел снова чувствовать его прикосновения. Поцелуи. И даже больше… «И о чём ты только думаешь?» — подумал Бён. Однако, хорошо понимал: его просто кинули. Больно и молча. Он ждал, пока принесут мячи. Наконец, Чан вернулся, молча отдал корзины учителю и занял место в ряду. Каждому выдали по мячу и дали задание. Бэку хотелось остаться наедине с собой. Воплощая удары в импровизированную хореографию, он начал двигаться — ногами, руками, всем телом. Он успокаивался через движение. Через танец. Он всегда танцевал. Всегда.

POV Бэкхён:

Все пары, что я провёл с Чунмёном, я отчётливо чувствовал на себе чей-то взгляд. И, кажется, я знаю, кому он принадлежит. Я делал вид, что не замечаю. Игнорировал. Не потому, что хотел — просто… иначе было никак. Мне и так больно. Слишком больно даже просто смотреть на него. Каким же дураком надо быть, чтобы вот так — влюбиться. Привязаться. До дрожи. Нужно ещё немного потерпеть. Совсем чуть-чуть… Но та сцена снова и снова прокручивается в голове. Не сама ситуация, нет. А именно его реакция. Он даже не сказал ни слова. Просто развернулся. И ушёл. Почему?.. Что случилось? Стало ли ему противно? Или… может, он просто не был готов? Не знал, что сказать? Господи, что с ним такое?! Я пытаюсь понять, правда, пытаюсь — но не могу. После университета мы с Сухо решили пойти в студию. Прорепетировать танец. Последняя тренировка, которую я смогу провести с ним. Всего лишь одна. И всё. А потом… я подам заявку — скажу, что уезжаю. На время. Меня не будет ни в университете, ни в городе. Мне нужно уйти. Исчезнуть. Хоть на какое-то время. Сменить обстановку, развеяться. Посмотреть на мир, что ли. Иначе — я просто сойду с ума от этих чувств. Я хочу забыть. Забыть Чанёля. Забыть эту нежность, эту любовь, что сидит во мне с самого момента, как я увидел его в первый раз. Пак Чанёль. Эльф-переросток. Чанни~. Ушастик. Шпала. Знак мира. Человек-улыбка… Как же я люблю все эти прозвища. Каждое из них дарило мне его — пусть на мгновение, но настоящего. Улыбающегося во все 32 зуба. И только моего. Зайдя в зал, я окинул взглядом всех ребят… и, конечно же, первым делом заметил его. Мою любимую шпалу. Как бы я ни пытался не смотреть в его сторону, пара взглядов всё-таки ускользнула — и я с неожиданным трепетом ловил ответный. Он тоже смотрел. И пусть это, возможно, приносило мне какое-то неземное, почти болезненное удовольствие… Я не могу. Я не должен. Я не хочу, чтобы он смотрел на меня. Потому что мне и так тяжело. Каждый его взгляд — будто игла в грудную клетку. Сердце сжимается до предела, и от этой боли не остаётся ничего, кроме как выть. Беззвучно. Внутри. Наконец началась тренировка. Все работали как слаженный механизм, будто растворяясь в ритме и движении. И, к счастью, мой любимый перестал испепелять меня своим вниманием. После долгой и изматывающей, но по-настоящему прекрасной тренировки я почти бегом отправился в душ. Всё — быстро. Помылся. Одевшись наспех, направился подать заявку. Закончив с документами и пообещав, что буду время от времени заглядывать на тренировки, я пошёл домой. А заявку о временном отсутствии в университете — отнесу завтра. Завтра всё изменится. Я уеду. И, может быть… наконец-то начну забывать его. Решив не медлить, я быстро поплёлся домой, заранее зная, что меня там ждёт вкусный ужин и любимая мама. Быстро расправившись с одеждой, я сел за стол и, поблагодарив маму, приступил к долгожданной трапезе. — Мам, — решил начать разговор я. — Да? — удивлённое выражение лица родительницы всегда поднимало мне настроение. Она выглядела словно маленький ребёнок, впервые увидевший бабочку. — Я решил переехать в ту квартиру. Завтра, — прокашлявшись и расслабившись, проговорил я. — О! Так ты решил переехать? — спросила она. — Да. Решил, — ответ прозвучал уверенно. У мамы расплылась улыбка, словно у чеширского кота. Определённо, она знала, что это моё желание, и не собиралась возражать. — Это очень хорошо, ведь мой сынок должен стать самостоятельным. Но квартира на другом конце Сеула, так? Учёба? Танцы? Как с деньгами? — Она всё продумала, но рано уезжать я не планировал. — Насчёт танцев не волнуйся, — сказал я, обходя стол и садясь рядом, приобнимая маму за плечи. — Я уже отдал заявку, что буду отсутствовать. В университет понесу её завтра. Временная работа не отменялась — деньги зарабатываются. Так что не переживай, мам. — Хорошо, только звонить не забывай старушке, — улыбнулась она во все 32 зуба. Мама любит меня и всячески это доказывает. Ей сейчас одиноко: отец поздно приходит домой, а меня теперь здесь не будет. Я уже начинаю переживать из-за этого. Поэтому не тормозя, я пообещал навещать её как можно чаще, видеть её улыбку — вот что для меня важно, несмотря ни на время, ни на обстоятельства. Я пошёл в комнату, взял чемодан и спортивную сумку, сложил всё необходимое. Потом отправился в душ и лёг спать.

END POV Бэкхён.

Утром была ужасная погода, и еле подняв свою тушку с кровати, Бэк начал собираться. Уложившись в короткие сроки — всего за пару минут — он быстро перекусил и поцеловал маму в щёчку, после чего отправился в университет. Там, дождавшись Чунмёна, попросил его передать ректору заявку. — Что случилось? Что за заявка? — прямо спросил Сухо, немного начавший волноваться за друга. — Я временно буду отсутствовать, — ответил Бэк с нежностью в голосе, — поэтому вчера подал заявку в студию, остался только университет. Уже с завтрашнего дня меня не будет в городе. Буду стараться звонить почаще, окей? — Хорошо, только обязательно сообщи, где будешь находиться! Обещаю, к Паку эта информация не попадёт, — уловив мольбу в взгляде друга, предупредил Сухо и поддержал его за плечо. — Договорились, но прошу, не произноси его имени… — произнёс Бэк тихо. Сухо, поняв с полуслова, лишь утвердительно кивнул. Когда Бэкхён расправился со всеми делами, он попрощался с Сухо до того, как Пак Чанёль зашёл внутрь, и, не теряя времени, отправился домой. Собрав всё необходимое, он попрощался с мамой и сел в такси. Ему хотелось побыстрее добраться до новой квартиры и забыть всё, абсолютно всё. Пока ехал, парень внимательно наблюдал за дорогой, запоминал каждую улицу — теряться он не хотел. Наконец, доехав до места, перед ним предстала 24-этажная высотка. Рассчитавшись с таксистом, он забрал из багажника вещи и направился внутрь, где получил ключи от новой квартиры, очень надеясь, что новая квартира — это новая жизнь. Как оказалось, его квартира находилась на 14 этаже. После того, как он открыл дверь, кроме удивлённого «ах» ничего не слышалось. Там всё было настолько прекрасно, что он не мог описать эту красоту. Коридор, ведущий на кухню, гостиную и две двери, был сделан со вкусом и стилем. Барная стойка с тремя большими стульями, плазменный телевизор, большой диван, два кресла и столик по центру — все эти предметы идеально украшали гостиную. Решив не задерживаться долго, он подошёл к одной из дверей и распахнул её. Там стояла большая кровать, стол, шкаф, стульчик и диван. Он принялся за разборку вещей и, покончив с ними за два часа, любовался идеально ровными стопками в шкафу. Еды в квартире не было вовсе, поэтому Бэкхён направился прямиком в супермаркет. Идя по улице, он внимательно осматривал дорогу, деревья, машины, которые часто проезжали мимо, и, погрузившись в эти наблюдения, не заметил, как дошёл до нужного места. — Добрый день, — вежливо начал парень, ведь вежливость была у него с рождения. — Добрый день, — ответил кассир так же вежливо, улыбаясь. Парень взял тележку и начал складывать туда продукты. К тому моменту, когда он решил пойти на кассу, в тележке уже лежали все основные необходимые продукты: овощи, фрукты, вода, приправы, сахар, соль, яйца и прочее. Подойдя к кассе и выгружая продукты, он услышал: — Я вас тут раньше не видел, — протараторил кассир, пробивая покупки парня. — Я новенький, только сегодня переехал, — с улыбкой ответил тот. — Да? А откуда, если не секрет? — приподнял одну бровь от удивления кассир. — С другого конца города. Кстати, как вас зовут? — Бэкхён не сразу заметил табличку с именем на форме. Однако, работник оказался очень общительной личностью. — О Сехун. А тебя? — уже пробив все товары, поднял взгляд мальчишка. — Бэкхён… Бён Бэкхён. Очень рад знакомству, правда, — всё с той же улыбкой, укладывая продукты в пакет, ответил Бэк. — И я рад. Тебе, наверное, будет тяжело самому таскать все эти пакеты. У меня смена заканчивается через 15 минут, может, подождёшь? — получив утвердительный кивок, Сехун улыбнулся и поспешил обслужить следующих покупателей. Тем временем Бэкхён сообщил новому знакомому, что будет ждать его на улице. Через каких-то 20 минут, которые пролетели просто незаметно, Сехун наконец вышел из магазина, завершив смену, и подошёл к Бэку, забрав половину пакетов с продуктами. Они болтали о разном, не замечая, как быстро дошли до нужного дома. Как оказалось в конце, Сехун живёт в том же здании, что и Бэк — только на седьмом этаже. Для Бэка это было настоящим плюсом: новый знакомый не только помогал ориентироваться в районе, но и помог с работой. Позже выяснилось, что Сехун работает не только в супермаркете, но и официантом в одном из заведений неподалёку. Как раз в этом месте не хватало персонала, и устроиться туда Бэку оказалось проще простого. Всё складывалось как нельзя лучше. Парень тепло поблагодарил Сехуна и пожал ему руку: — Спасибо тебе, Сех. Я бы без тебя точно не справился, ты очень помог. — улыбаясь, сказал Бён. — Бэкки, я всегда рад помочь. Не нужно благодарностей, но если что-то понадобится — обращайся без стеснения, — ответил блондин, улыбнувшись и слегка поклонившись. Затем он отправился к себе домой. Закрыв за Сехуном дверь, Бэк услышал, как его желудок громко напомнил о себе — он очень хотел есть. Разложив продукты по полкам и отложив необходимые для ужина ингредиенты, парень начал готовить. Однако всё закончилось нервным криком, обожжёнными пальцами и пригоревшей сковородой. Быстро убрав и отмыв всё, Бэк решил — лучше сходить в душ и потом поужинать в ресторане. Он только сделал первый шаг за пределы квартиры, как неожиданно столкнулся с кем-то и больно упал. — Айщ… — нежно потирая больное место, пробормотал Бэк. — Простите… — растерянно сказал парень, очень похожий на оленёнка. — Ты здесь живёшь? — немного приходя в себя, спросил Бэк. — А? Я? Да, я твой сосед. — ответил тот, глупо, но очень мило улыбаясь и уже привыкая к обществу нового знакомого. — Я Бён Бэкхён, новенький у вас. А… — начал брюнет, но его перебил сосед. — Я Лухан! Очень приятно познакомиться! Прости, но мне уже надо бежать, ещё раз извини! — быстро пробежав мимо всё ещё сидящего на полу Бэка, он спрятался в своей квартире, а затем — в комнате. «Он какой-то странный, но милый,»— подумал Бэкхён и направился в ресторан, что был недалеко от дома. Там как раз шла смена Сехуна, и встретив Бэка у входа, тот предложил присесть за столик у окна. Бэк охотно согласился. Сехун вручил ему меню и сказал подождать немного. Через пару минут к нему подошёл Сехун уже не один, а с администратором. Бэкхён сглотнул и спросил: — Я что-то нарушил? — Хахаха, Бэкки, ты такой смешной, — рассмеялся Сехун. — Он будет принимать тебя на работу. — Ааа, блин… — смутившись, ответил Бэк. — Итак, приступим… — сев напротив, начал администратор. — Сехун, принеси мне кофе. А вам, молодой человек? — Мне, пожалуй, чай, — заказал Бэк. — Как вас зовут? — Бён Бэкхён, — выпрямившись, ответил он. — Сколько вам лет? — 20. — Хорошо. Вы где учитесь? — В университете. — Где живёте? — продолжил администратор. — Временно в доме, недалеко от ресторана. Где Сехун. — Вот как! Отлично! — Где раньше жили? — В другом конце города. — Животные есть? — Вопрос показался лишним, и это были на виду у обоих, но администратору нужно было знать всё о будущем сотруднике. — На данный момент нет. — Ответил Бэк, надеясь, что это последний вопрос. Однако ожидания были обмануты. — Вы сможете ходить и запоминать заказы клиентов? — Могу попробовать. — Тогда как насчёт начать с утра? — Хорошо. — Вот и отлично! Завтра в 7:30 сможете прийти? — наконец взяв кофе, которое принес Сехун, тихо спросил администратор. — Да, как вам угодно! — взял свой чай и уверенно ответил Бэк. Бэкхён с трудом растягивал моменты прощания с Сехуном, чувствуя, как немного тянет сердце от мысли, что завтра начнётся что-то новое и непривычное. Но вместе с этим была и радость — первый шаг к самостоятельности, работа, новые знакомства. Зайдя в квартиру, он быстро оставил вещи, снял верхнюю одежду и потянулся, чувствуя усталость. В душе тихо вспоминались слова администраторы и взгляд Сехуна — поддержка, которую так важно иметь в новом этапе жизни. «Завтра всё начнётся заново, — думал он, — и я справлюсь.» Он выключил свет, лёг на кровать и почти сразу погрузился в сон, мечтая о том, что принесёт ему следующий день.