Amanogawa

      Музыкальный фестиваль на третьем году средней школы был довольно сложен для Тсунаёши в моральном плане. Ведь буквально через пару минут ему придётся выйти на сцену и спеть. Он не волновался и не боялся, но всё равно внутри бушевала буря от осознавания того что в зале по мимо всего прочего сидит ещё и Девятый. Который не оставил своих попыток сделать из Тсуны Вонголу Дечимо.       — А теперь в заключении нашего концерта на сцене выступит представитель класса 3-А, Эспозито Тсунаёши-кун! — произносит Курокава-сан и шатену ничего не остаётся кроме как выйти на сцену под аплодисменты. В зале слегка потушили свет и заиграла негромкая музыка. Мельком скользнув взглядом по залу Ёши увидел Нану в первом ряду рядом с Реборном. Там же сидел и Тимотео, и Емитсу с Оземой, хранители Оза, Занзас со своей братией и даже Весь состав Мельфиоре во главе с Бьякураном, Арией и Юни. Вобрав побольше воздуха в грудь мальчик запел:       — Если бы Бог мне дал все пройти заново, Я бы тебя избрал, Жизнь моя странная. И не надо судить меня В том, что я такой. Столько сделал ошибок я, Все они со мной. Много потерь в судьбе Мне в наказание. Выбрал я сам себе Ночь покаяния. Сколько я не открыл дверей, И жалел потом, Сколько я растерял друзей На пути моем. Стонет ночной порой Боль во мне прежняя. Что ж ты грозишь тоской, Жизнь моя грешная? Может, пепел забыл тепло Чьих-то губ и глаз, Может, время любить ушло, И огонь погас? Мама, прости меня, мама, Между нами свечи храма. Это я, блудный сын твой, Это я, блудный сын твой, Отпусти вечный грех мой, Ты всегда со мной. Если бы Бог мне дал Все пройти заново, Я бы тебя избрал, Жизнь моя странная. И когда догорят мосты, На дорогах лет, В искрах тающей темноты Я уйду в рассвет. Мама, прости меня, мама, Между нами свечи храма. Это я, блудный сын твой, Это я, блудный сын твой, Отпусти вечный грех мой, Ты всегда со мной. Мама, прости меня, мама, Мама, прости меня, мама, Это я, блудный сын твой, Это я, блудный сын твой, Отпусти вечный грех мой, Я всегда с тобой. Если бы Бог мне дал Чудо родиться вновь, Вас бы я вновь избрал, Жизнь моя и любовь… — последние слова песни он уже шептал с грустью смотря в зал. А помещение взорвалось от аплодисментов. Ёши поклонился принимая овации, а после когда спустился со сцены был моментально пойман в крепкие обьятья Ноно Ванголы.       — Тсунаёши, это потрясающе, — сказал старик, а после понизив голос до шёпота добавил: — Ты познакомишь меня со своими хранителями?       — Спасибо, — с лёгкой улыбкой произнёс наследник Примо. — Конечно Тимотео-сан, но перед этим вы не против кое-куда зайти со мной по дороге?       — Хорошо, Тсунаеши-кун, — улыбаясь ответил Девятый. — Надеюсь мы сможем потом погулять.       — Да, это не надолго, — кивнул мальчик. — Мы и по делам сходим и погуляем по дороге, — махнув на прощание Реборну, Ёши и Тимотео вышли сначала из спорт зала, а после с территории школы направляясь лишь в одном известном шатену направлении. Шли они достаточно для того чтобы Ноно Вангола расспросил о первом годе обучения в средней школе.       Старенький и обшарпанный магазинчик появляется слишком неожиданно для пожилого человека, но это не помешало ему зайти вслед за своим названным внуком. Внутри обстановка магазина более уютная чем снаружи. На полках стоят многочисленные коробочки с чаем и сладостями. Кое где видны разноцветные заколки и красивые гребешки для волос. В так же целый стелаж с журналами на разную тематику и спорт, и наука, и даже выпуск журнала «Мистика наших дней».       Тсуна шустренько берёт коробочку с зелёным чаем, кидая его в продуктовую корзинку. Следом за чаем в корзину отправляется большой пакет виноградных леденцов, плитка шоколада, пачка сигарет и три журнала на совершенно разные темы. Первый журнал назывался «Бокс сегодня», второй имел название «Бейсбол Японии и мира», а в третьем журнале Тимотео с удивлением узнал журнал с названием «Мистика наших дней». Следом за журналами в корзину опускается симпатичная заколка в виде синей бабочки. Покупку оплачивали молча, но продавец в качестве бонуса подкинул Тсуне ещё и пачку шоколадных шариков. Кивнув с благодарностью Ноно и экс-Дечимо покинули магазин направляясь дальше.       — Это для моей семьи, — сказал Ёши видя любопытство в глазах Тимотео. На это Девятый кивает и они продолжают дальше молча идти. А после они ещё долго идут через город. Тсунаёши улыбаясь рассказывает о тех местах где они проходят. А так же о своей учёбе на втором году и третьем, вплоть до фестиваля. Ноно с удовольствием слушает своего, хоть и не родного, но всё же внука. И спустя почти час они проходят через кованную арку идя куда-то в глубь то ли парка, то ли аллеи, Тимотео не брался точно гадать куда именно. А после они резко остановились.       — Дедушка, я хочу устроить второй конфликт колец, как наследник твоей фракции. А это мои Хранители, знакомится, — хрипло произнёс шатен, а после чуть повернувшись подошёл к шести надгробным камням.       — Ламбо Бовино, Гроза, ему было пять лет. Он умер на первом конфликте. Клан Бовино продал его Емитсу и он выступал за Озему вместо того кого выбрал наследник Емитсу, — погладив первый камень обратился Тсуна к Девятому, а после достав пакет с виноградными леденцами поставил на землю рядом. — Он очень любил виноградные леденцы, а ещё он часто плакал и капризничал. Но для меня он был дорогим младшим братом.       После мальчик подошёл к следующему надгробию и вытащил журнал про бокс открывая на одной ему известной странице и положив так чтобы можно было прочитать.       — Сасагава Рёхей, Солнце, ему было пятнадцать. Он погиб при штурме базы Милоне, там в том далёком будущем… Его сестра Киока-чан частенько приходит сюда. Старший брат был заботливым и очень любил бокс… — сказал Тсу чуть кивнув холодному граниту, и тут же обращая свой взор на следующий камень, на котором было написано уже два имени.       — Рокудо Мукуро, Туман и Ватанабэ Нагиса, она тоже Туман. Ему тогда едва исполнилось шестнадцать, а Наги четырнадцать. Их убили при разборке с остатками Эстранео. Они хотели убить только Мукуро, но Наги… Это милая и добрая девочка пожертвовала собой отдав свою жизнь… А Мукуро… Он стал карающей дланью за свой свет во тьме, — распечатывая плитку шоколада говорил Ёши, рядом со сладостью легла и бабочка заколка игриво переливаясь цветами на солнце. У следующей могилы Тсуна аккуратно положил журнал «Мистика наших дней», а после достав сигарету прикурил, кладя на гранит тлеющую сигарету вместе с вскрытой пачкой и зажигалкой.       — Гокудера Хаято, Ураган, четырнадцать лет. Он был моей правой рукой. Умный, исполнительный, но очень взрывной, — с болью в голосе хмыкнул мальчик. — Его убили люди его отца. Люди семьи Чезаре, просто за то что он послал к чертям приказ отца на присоединение к Саваде Оземе… Он сражался за свою свободу и за то чтобы остаться рядом со мной… — произнеся это Тсуна открыл журнал о бейсболе установил его на следующем надгробии.       — Ямамото Такеши, Дождь, пятнадцать лет… — рвано выдохнул шатен. — Он погиб во время конфликта с семьёй Шимон. Его ошибочно посчитали хранителем Оземы. Он умер в реанимации не приходя в сознание… — Тсунаёши помотал головой прогоняя слёзы, а после опустился на колени перед последним могильным камнем ставя коробочку с чаем.       — Хибари Кёя-сан, Облако, семнадцать лет. Погиб два месяца назад… — еле сдерживая себя от банальной истерики произнёс наследник лиса Виджиланте. — Я не знаю как, но он вышел на людей семьи Инганнаморте… Он как и должно быть защищал меня, своё Небо, как умел, но в итоге и он оставил меня… — Тсунаёши на мгновение замолчал, а после сипящим голосом попросил:       — Пожалуйста пускай будет только бой Небес… Без хранителей…       — Тсунаеши… Прости меня, из-за Вонголы у тебя было столько бед… — глухо проговорил Ноно.       — Нет… Это не из-за Вонголы, — поднявшись на ноги возразил мальчик, а после повернувшись лицом к Тимотео улыбнувшись добавил. — Это наше Наследие, наша Кровь и наше Проклятье. У нас, как у крови Первых есть Обязанность перед Родом. Всё во имя семьи…       — Если ты желаешь, Тсунаёши, то будет конфликт колец, — тихо проговорил Ноно, — Но каков шанс, что после него ты выживешь?       — С чёго вы взяли что умру? — удивлённо хлопая глазами в растерянности спросил мальчик. Такая постановка вопроса его удивила, как и то что возможно он скоро умрёт.       — Опыт помноженный на интуицию, — просто ответил Девятый.       — Ну… Я точно не умру во время конфликта… Скорее позже… Всё же Истинное Небо не может образовать связи если его хранители умирают… — встав рядом с Ноно Тсуна улыбнулся. — Не переживайте, я выживу.       — Когда ты хочешь провести Конфликт? — серьезно спросил Ноно.       — В следующие выходные, — также серьезно ответил Ёши.       — Как тебе будет угодно, — кивнул Девятый направляясь на выход из этой кладбищенской аллеи.       — Дедушка, я надеюсь на это событие вы пригласите Джиглио Неро, Джессо и Варию, вместе с Аркобалено! — донёсся звонкий голос мальчика. — А и ещё я покрашу волосы в чёрный, и у меня на лице будет маска. Надеюсь моего имени не будет произнесено!       — Полагаю это будет интересно, — слабо улыбаясь сказал Девятый.

***

      С самого утра Реборна не покидало странное предчувствие. Интуиция, которая была у него на высоте твердила о том что случится что-то. А вот плохое или хорошее не ясно. Так ещё и Тсунаёши куда-то пропал.       «Нет, он наверное на кладбище…» — тряхнув головой подумал мужчина. Всё же когда один за одним погибали его близкие друзья… Нет, его семья, даже он признавал что все те кто входили и те кто входят в его круг знакомств людей, его подопечный считает СЕМЬЁЙ. Вот так, прям большими буквами.       «Вот бы ещё Тупой Озема был таким же…» — тяжело вздохнул Реборн смотря на то как наследник фракции Внешнего Советника завтракает, что-то недовольно пыхтя. Хотя что недовольно, когда Девятый объявил о новом Конфликте Колец, и о том что бой будет только между Небесами, а так же о наблюдателях, юный недо-Десятый вспылил, а вот реакция Занзаса, что так же присутствовал при этом только загадочно сверкнув глазами спросил:       — Неужели он всё же дозрел?       На это Девятый так же загадочно сверкнул глазами, промолчав. Что значил этот вопрос и реакция Ноно, осталось для Солнечного Аркобалено загадкой, но не кстати проснувшиеся параноя вдруг в раз оскалила клыки вгрызаясь в сознание как оголодавший хищник.       Вытащив подобие на человека, в простонародии именуемое Савадой Оземой, Реборн двинулся за город, где по словам всё того же Девятого обустроена арена для боя Небес. Путь до точки сбора был не очень долог, около двадцати минут быстрым шагом. А вот то что предстало перед глазами очень и очень удивило Реборна. Поле для боя было достаточно большим, где-то Сорок квадратных метров, плюс небольшое место для зрителей где уже занимали места знакомые лица. Тимотео вместе с Койотом и Висконти. Емитсу со своей личной шлюшкой Орегано. Вария полным составом. И вроде бы всё кто должны присутствовать, но нет. Ария в компании остальных Аркобалено оказалась приятным сюрпризом. А Юни в компании с Бьякураном заставило лучшего киллера скрипнуть зубами от злости. Но увы он ничего не мог поделать.       — Приветствую, — чуть склонив голову поприветствовал Реборн Тимотео, как своего непосредственного нанимателя и начальника.       — Здравствуй, Реборн, как у тебя дела? — слабо улыбаясь спросил Ноно.       — Нормально. Позволите ли спросить? — вопросительно сказал Реборн и, после кивка со стороны Девятого, продолжил, — С кем будет драться Савада Озема?       — Кровью Джотто, — прикрывая глаза ответил Девятый. — Этот ребёнок попросил только один бой, один на один, а так же попросил меня пригласить всех кто тут находится.       Сразу после этого Девятый повернулся к Висконти и начал обсуждать с ним финансовые вопросы, тем самым показывая Реборну, что разговор окончен. Репетитор-киллер на это только пожал плечами и пошел на свое место возле Аркобалено.       Поприветствовав Арию, мужчина опустился на своё место и только сейчас заметил стоящего не далеко от него юношу. Мальчик был не очень высоким, а его чёрные волосы были в творческом беспорядке. С виду он был очень хрупким, но сила исходящая от него заставляла невольно восхищаться. Внимательно рассматривая мальчика в маске, Реборну невольно показалось что он его уже где-то видел, и не просто видел, а деже хорошо знаком. Но где они успели познакомится киллер не брался угадывать.       — У его ребёнка так же как и у Тсунаёши не видно будущего, — негромко произнесла Ария сидящая рядом.       — Что ты имеешь ввиду? — оторвавшись от изучения противника его бестолкового ученика спросил киллер.       — Я никогда не могла увидеть будущее Тсунаёши, ровно до тех пор пока он не сделает очередной выбор. Правильней будет сказать что я просто вижу последствия его решений. И многие из них хороши для других, но идут во вред ему самому. Но у этого мальчика даже невидно последствий его действий. И почему так я не знаю, — сказала провидится предотвращая немой вопрос Аркобалено Солнца. Реборн хотел спросить у неё что-то ещё, но со своего место поднялся Девятый рукой прося всех на время замолчать.       — Всем добрый день, — начал Ноно. — Сегодня состоится второй Конфликт Колец, между наследником Внешнего Советника и моим наследником. По просьбе моего подопечного будет проведёт только один бой между Небесами, а так же полное кольцо Вонголы на время боя будет у Савады Оземы чтобы хоть как-то уровнять шансы. Что же, прошу наследников выйти на арену.       Савада что-то пробурчал нелицеприятное про Девятого, про то что его недооценивают и про своего противника, а после с видом недовольного жизнью человека вышел на поле боя, попутно доставая кинжал и зажигая на нём своё бледно рыжее пламя. В то время как Кровь Джотто, как окрестил его Тимотео неспешно вышел на арену. И когда Койот дал отмашку к началу боя началось что-то странное.       Реборну было немного не по себе. Даже он так не издевался над своими учениками. Это было планомерное избиение и избивали именно Озему. Наследник Девятого так и не зажигая пламя избивал сына Емитсу и из раза в раз вымораживающим голосом повторяя лишь одну фразу: «Поднимайся, зажигай пламя и сражайся.»       — Боже… Да такими темпами он его убьёт… — прохрипела Орегано борясь с порывами опустошить свой желудок.       — Не убьёт, — вставил свои пять ен Занзас, что было крайне удивительно. — Если этот парень смиренно молил меня не убивать этот мусор и его мусорных хранителей то он точно его не грохнет.       На это заявление на босса Варии посмотрели как на восьмое чудо света. А избиение продолжалось, на Оземе не было ни одного живого места, им так качественно протирали пол что арена имела тонкий слой состоявший из крови Савады. И вот парень снова отлетел то Крови Примо и вроде как не подавал признаков жизни.       — Поднимайся, — тон юного брюнета заставил поёжится даже Реборна. — Ты ведь кричал о том что хочешь стать Боссом, ты хвалился что очень сильный раз смог победить Босса Варии и Бьякурана, — словно заколачивая гвозди всё продолжал юноша что не получил ни единого ранения и так не зажёг пламени посмертной воли.       — Ну я проиграл потому что крылья мне обломали ещё до начала финального боя, — пробормотал Джессо едва слышно, но умудрённые опытом Аркобалено всё услышали. Эта вскользь брошенная наследником колец Маре фраза заставило сильнейшую семёрку удивлённо взглянуть на белобрысика. В ответ на их взгляд Джессо только недовольно передёрнул плечами оставляя невысказанный вопрос без комментариев.       Не получив реакцию на слова наследника Девятого, этот самый юноша решил подойти чтобы снять свой трофей. Забрать кольцо Неба, что обозначало бы конец боя. И вот когда брюнет в маске нагнулся чтобы снять перстень с пальца проигравшего Оземы, сын Внешнего Советника провёл стремительную атаку намериваясь убить своего противника. Зрители невольно подались вперёд, но тут произошло что-то странное.       Кровь Джотто резко отскочил назад прикрываясь левой рукой и вот тут Реборн был готов поклясться что видел как едва-едва вспыхнуло пламя Неба и в тот же момент из ниоткуда появился чёрный плащ, защищая своего владельца. Клинок Оземы напитанный его пламенем треснул, а после осыпался осколками. Плащ же исчез и через мгновение на правой руке появилось массивная металлическая перчатка с римской единицей на её тыльной стороне, и Савада был отправлен в полёт с такой скоростью что все сидящие подумали об одном: «А Озема вообще выживет после такого?».       — Ну вот, можешь же когда захочешь, — произнёс наследник фракции Девятого смахнув с плеча несуществующую пыль.       — Э-это что… Это сейчас был плащ Примо Вонголы и перчатки? — хрипло произнёс Верде, как и все остальные ошарашено смотря на то что сейчас произошло. Ему так никто и не ответил, так как все не могли поверить в то что сейчас предстало перед ними. Сейчас слова Тимотео о том что это Кровь Джотто стали для Реборна ясными и понятными как никогда. Этот брюнет что в данный момент возвышался над сыном Емитсу был словно живым воплощением Первого Вонголы.       — Бой выиграл претендент Девятого, — объявил немного пришедший в себя Койот. Сначала минуты две стояла оглушительная тишина, а после Занзас поднялся со своего места и начал хлопать, после к нему присоединился Ноно и Ария.       А вот у Реборна засосало под ложечкой, о какого-то плохого предчувствия. Он наблюдал как мальчик подходит к лежачему и вроде как подающему признаки жизни, присаживается на корточки и что-то шепча снимает кольцо с руки Оземы. А после встаёт и отходит, но так и не надевая перстня. Занзас первым перестав хлопать направился к юному брюнету и вот тут-то появился барьер из пламени тумана, очень мощного тумана. Послышались сдержанные хлопки.       — Браво, браво, — произнёс прохладный, но в тоже время звучный голос. Этот голос Реборн узнает где угодно. Все собравшиеся Аркобалено посмотрели туда от куда звучали хлопки и голос.       — Чего тебе нужно Шахматноголовый? — прорычал Реборн.       — Нельзя же так со старыми знакомыми, Реборн-кун, — притворно возмутился древний шаман. Все находящиеся на поле среагировали по разному. Девятый как и его люди оставались на месте, но оружие всё же достали. Вария же не только достали оружие, но и были готовы в любой момент напасть. В то время как Аркобалено не скрывали своей враждебности и в прямом смысле этого слова держали создателя Три-Ни-Сет под прицелом. Даже Бьякуран расправил свои крылья готовясь напасть.       — Я думал вы не собираетесь вмешиваться Кавахиро-сан? — холодно произнёс молчавший до этого наследник Примо. — Если вы пришли засвидетельствовать, то прошу предоставить мне контрольный пункт главной системы.       — Конечно-конечно, — не обращая на враждебно настроенных людей вокруг ответил Кавахира и взмахнул рукой. Реборн как-то запоздало заметил перед Кровью Джотто небольшую колонну, доходящему тому, чуть ниже грудной клетки. В ней было три отверстия разных форм. Какая у них была форма Аркобалено не брался определить точно. А мальчик тем временем ловко вставил перстень Вонголы и одна треть колонны в миг стала больше походить на пульт управления, нежели на столб.       — Приветствую Босс… — механический голос разнёсся над округой. — Система Вонголы функционирует нормально… Какие будут приказы… — всё продолжал голос. В всех кто был на поле охватил шок, кроме Оземы, который все ещё был без сознания, Кавахиры и Реборна.       — Эй… Мелкий, что это? — заинтересованно спросил Занзас не много отойдя от шока. Примерно такой же вопрос был на лицах и всех остальных, наделённых разумом существах находящихся поблизости. Но ответ на этот вопрос Скарини так и не получил, в место этого мальчик положил руки на панель и громким голосом произнёс:       — Запретить доступ к кольцу для того кого называют Савадой Емитсу, его сыну Саваде Озему и его потомкам вплоть до девятого колена. Открыть временный административный доступ для Занзаса Скарини. В случаи моей смерти кольцо и управление системой переходит к нему даже если система будет не открыта по правилам.       — Есть, Босс… Произвожу передачу информации и произвожу загрузку основных файлов… — произнёс голос и панель начала испускать неяркое сияние пламенем Неба. Юноше же ловко перешёл в право доставая то чего лучший Киллер столетия ну ни как не ожидал увидеть.       — Откуда у него пустышка Неба?! — воскликнул кто-то.       — Какого хрена моим потомкам запретил доступ к кольцу какой-то непонятный претендент который даже имя и лицо свое скрывает?! — заорал Емитсу, который ещё не обратил внимание на пустышку. Рука в которой была пустышка дрогнула, мальчик развернувшись на сто восемьдесят чуть ли не зарычал.       — Захлопни свою пасть! Ты сам в этом виноват Савада Емитсу, или мне лучше назвать тебя Фердинанд Гастелло! Ты нарушел контракт, все три пункта, и после этого что-то кричишь о закрытом доступе?! — закричал мальчик, пустышка в его руке чуть завибрировала и замигала, словно стараясь успокоить Кровь Примо. — Ты подставил моего отца! Вынудил его отказаться от права претендовать на наследие НАШЕЙ семьи! Сделал мою мать заложницей, чтобы она присматривала за ТВОИМ отпрыском! А меня отправил своим коллегам в Италию! Да-да, это я сейчас про Эстернаро и Инганоморте! Ты не имеешь права что либо требовать!       Внезапно в сознании Реборна что-то щёлкнуло. Мужчина как-то сразу понял кто сейчас стоит перед ним и кого именно Ноно хотел увидеть в качестве босса.       — Тсунаёши? — одними гудами спросил он. Реборн не мог поверить, все же он думал что его воспитанник беспламенный. Но после мини рассказа Крови Джотто, все становилось на свои места: и то что Тсуна странно себя вел рядом с Наной, и то что отца Ёши посадили ни за что…       — В прочем это уже неважно, — глубоко вздохнув сказал Тсуна поворачиваясь к той части столба что ещё оставалась без изменений. Пустышка снова вспыхнула и опустилась в углубление и мгновение спустя появилась вторая панель.       — Приветствую временного администратора системы Аркобалено… Жду ваших указаний Гость… — разнеслось по полю. И если голос системы Вонголы больше походил на мужской, то система Аркобалено определённо была женщиной.       — Просканировать проклятье Аркобалено, а после передать права пользования системе Вонгола, — произнёс мальчик отбрасывая маску и зажигая пламя. Краска с волос слезла показывая цвет волос Тсуны. Экс-Дечимо понял что прятаться было уже бесполезно.       — Ошибка! Если вы продолжите то вас ждёт наказание от системы Три-Ни-Сет! Вы уверены что хотите продолжить?! — взревела система.       — Продолжай, — ответил шатен и встал у последней трети колонны и достал ещё одно кольцо вставляя в предназначенное для него углубление. Вновь вспышка и появилась ещё одна панель управления.       — Система Маре приветствует наследника Вонголы с минимальным доступом к системе Маре… Чем могу помочь? — вновь раздался механический голос, этот голос был похож на детский или скорей мальчишечий, голос который ещё не ломался.       — Открыть доступ к резервным файлам и передать права полного пользования системе Вонгола. Все риски беру на себя, — быстро протараторил Ёши, а после достал кинжал и порезав себе окропил кровию все панели по очереди.       — Принято… Загружаю резервные сервера и провожу слияние с системой Вонгола, — произнёс голос, а после все три панели засветились так ярко что все кто находились на арене Небес отвернулись зажмуривая глаза. Реборн не хотел признаваться самому себе, но то что происходит сейчас ему не нравилось, очень не нравилось. Он хотел бросится к своему подопечному, но что-то удерживало его на месте, какая-то неведомая сила держала его не давая сдвинутся даже на миллиметр.       Свет исчез так же резко как и появился, Реборн вновь посмотрел на Тсунаёши и те три панели, то немного оторопел. Вместо обычного и привычного ему мальчика стоял молодой человек в рыжей рубашке и классических брюках. Это был тот же Тсуна, только старше лет на десять. А ещё вместо трёх разных, но в тоже время похожих панель была одна.       — Система Три-Ни-Сет приветствует Тсунаёши Саваду Ди Вонголу Дечимо… Жду твоих указаний… — раздался голос. Реборн оторопело глядел на всё это.       — Э-эй, мелкий… — протянул Занзас, а из глаз стоящей рядом Арии потекли слёзы.       — Тсунаёши! — крикнул Реборн делая неуверенный шаг в сторону своего подопечного. На его крик уже молодой человек лишь улыбнулся уголками губ и повернувшись лицом к панели.       — Снять проклятие Аркобалено и замкнуть его на пламени Мрака. Оставить права Главного Администратора Системы Аркобалено за семьёй Джиглио Неро, в частности за потомками Арии Джиглио Неро и Юни Джиглио Неро. Подключить систему Маре для лучшей синхронизации при снятии. Сохранить права Главного Администратора Системы Мара за семьёй Джессо, в частности за потомками Рейнольдса Джессо и Бьякурана Джессо, — произнёс Кровь Примо.       — Принято, начинаю процес снятия проклятия, — произнёс голос системы. — Данное действие будет стоить вам Административного наказания в сроком в один цикл активации Системы Вонголы. Подтверждаете ли вы данное действие?       — Да, — произнёс Тсуна и положил руку на панель зажигая пламя посмертной воли. Пламя было столь сильно что даже барьер поставленный бессмертным шаманом начал трещать, грозясь разлетятся на отколки.       — Что такое цикл активации системы Вонголы? — взволнованно спросил Девятый. — И чём грозит это административное наказание?       Но его вопрос потонул в треске ломающегося барьера и новой яркой вспышке пламени Неба.

***

      Первое что увидел сильнейший киллер когда проморгался Тсунаёши который вернул свой прежний вид, был неестественно бледен.       — ТСУНА!!! — воскликнул Реборн и всё-таки смог сорваться с места дабы как можно побыстрее добраться до своего подопечного. Ноги Ёши подкосились и он словно молодое и подрубленное деревцо начал падать на землю. Аркобалено успел в последнюю секунду.       — Ре… Реборн… — просипел мальчик хрипло вздохнув, а после закашлялся, окропив своей кровью не только свою одежду, но и одежду киллера.       — Эх, что же ты за чудо да такое? — еле сдерживая эмоции, Аркобалено Солнца начал вливать в Ёши свое пламя.       — А Клаудия её знает… — прохрипел шатен чуть улыбнувшись.       — Кто это? — недоуменно спросил Реборн, не отвлекаясь от своего занятия.       — Мать Рикардо-сана… И мачеха Джотто-сана… — ответил мальчик стараясь не мешать наставнику и другу, хоть его таковым и не считали. Тсуна знал что всё, это конец, жить осталось совсем немного, минут десять, не больше. — Эй… Реборн…       — Да малыш, — ответил, киллер продолжая вливать пламя в Ёши, не обращая внимания, что ничего не получается.       — Я… Я… Я, так много… Много-много… Хочу сказать… Столько слов… — севшим шепотом затараторил мальчик. Дыхания сбилось, а из глаз тонкой ниточкой потекла слеза. — Но… Времени… Как же мало времени… Поэтому… Реборн… Спасибо… За всё… — произнёс шатен прикрывая глаза. Грудь поднялась ещё в одном вздохе, и опустилась при выдохе, но следующего вздоха так и не последовало.       — Не за что, — шепотом ответил Реборн, сняв шляпу и положив ее на голову Ёши.