Сны

Я вижу твою улыбку, я вижу твои карие глаза, я вижу это в последний раз. Перед этим сном ты жаловался на плохое самочувствие, и мы запихнули тебя в больницу на обследования. И вот вечером мы сидели у меня, смотрели очередной ужастик, над которыми всегда смеемся. Этот вечер, не знаю чем, но он отличался от других. Было что-то такое отчаянное, но никто этого не захотел заметить. И в ту ночь, когда я уже засыпала, мне отчаянно захотелось услышать твой смех, увидеть как ты морщишься и сдуваешь чулку с глаз. А потом, не я показала твое будущее. Твой диагноз, именно от него все и брало начало. Твоя слабость, апатия, кратковременные обмороки. Но ты продолжал смеяться и убеждать нас, что все нормально, что тебе лучше. Мы знали, что это ложь, но делали вид, что поверили. Ты знал, мы знали, но продолжали врать друг другу. А потом обмороки стали все чаще, кровь из носа, головные боли, полное отсутствие аппетита. А потом ты лег в больницу, но все было напрасно. Нет, ты не запустил болезнь, просто патология и аллергия на столь эффективные препараты. Поэтому ты и ушёл из больницы, ты мне жаловался на то, как бесят эти лживо-участливые взгляды, перешептывания, да и сама атмосфера. А потом ты слёг. Почти ничего не ел, мало разговаривал, но сильно страдал от болей. Лекарства, обезболивающие, даже наркотики вызывали лишь кратковременное облегчение. А потом ты начал бредить, впадал в забытье. Ты умирал, умирал в мучениях, страдал от невыносимых болей. Твоя смерть стала облегчением для тебя, грустью для нас. И я проснулась. Сколько раз звонила, никто не брал трубку. Твоя квартира была закрыта. Но через несколько дней ты позвонил и сказал: — Приходи... Мы пришли, твоя дверь была открыта. А ты висел в зале. Повесился, ушёл из бытия. А в записке написал, что болен ликимией. И я знаю, что ты поступил правильно, но... Я помню твою боль, твой бред, но мне не хватает твоих глаз, твоего смеха и твоей улыбки.