Fides

После того,как состояние пришло в норму, Женю выписали из больницы,но врач все же порекомендовал пока не оставлять парня без присмотра, и Лиза решила, что на съемной квартире вместе с ней Цареву будет гораздо лучше,чем где-то еще. Сам парень против такого решения не возражал. По пути к дому, брюнета не покидало ощущение дежавю. Так уже было, но теперь они с Лизой поменялись ролями. Он смотрел на все вокруг восторженно и с улыбкой, а она наблюдала за ним не без тревоги в душе. Словно прочитав мысли шатенки,хоккеист крепко,но бережно обнял ее, мимолетно коснувшись губами кончика носа. -Все хорошо, Лиз,-фраза была беззаботной и искренней. Краснова легко улыбнулась, то ли от нежного касания, то ли от того, что Женя действительно выглядел вполне довольным жизнью, и ей нравилось видеть его таким. Шли молча,но молчание не было напряженно-тягостным,а несло с собой особую, понятную только им двоим значимость. Что мы чувствуем, вновь вернувшись туда,где были счастливы? Туда,где прошло немало дорогих сердцу мгновений? Не важно, как долго длилось отсутствие – попав в ту самую реальность, мы вновь переживаем всю феерию владевших нами эмоций,вновь окунаемся в волнующую атмосферу. Каждый звук,запах – все будит наши чувства, до этого мирно дремавшие в глубине. Переступив порог съемной квартиры,Евгений почувствовал затопившее душу спокойствие и облегчение,словно после долгих странствий и лишений, пристал к надежному причалу. Здесь даже дышалось по-другому: вольно и глубоко,полной грудью, во всю силу. В воздухе невесомо витали тепло и забота, излучаемые голубоглазой шатенкой. Пространство заполнила ее неповторимая аура,дополняя общее ощущение уюта. -Соскучился? –с улыбкой спросила Елизаета. -Да,-честно сознался Женя. – И по тебе тоже. Он приблизился вплотную,обласкивая взглядом ее родные черты, ее красивое лицо с розовым румянцем на щеках. Она в свою очередь тоже изучала его, словно впервые, с горечью отмечая едва уловимую бледность после болезни и залегшие под глазами тени. Затаив дыхание,брюнет осторожно тронул пальцем манящие его губы, слегка очертив их контур. -Жень,-Краснова вздохнула и отпрянула. –Приводи себя в порядок и приходи на кухню,-она попыталась придать голосу прежнюю бодрость, и прежде, чем Царев смог что-то возразить,скрылась. Приняв душ и переодевшись, Женя пришел на кухню. Лиза стояла у плиты,спиной к нему. Волосы, обычно свободно ниспадающие на плечи,были подняты вверх и забраны заколкой,открывая взору нежную изящную шею. Брюнет сделал пару шагов,и коснулся губами незащищенного участка кожи. Краснова чуть дрогнула, почувствовав, как тело осыпали мурашки. -Женя,-произнесла она на выдохе. Отголоски разума еще пытались сопротивляться физическим желаниям, возвращая женщину к реальности. -Лиз,- в тон ей отозвался парень, отстранившись лишь на мгновение, а затем снова неистово целуя кожу. -Обед… почти готов… -с трудом вымолвила Краснова,невольно прижавшись плотнее и открывшись для настойчивых ласк. -К черту все… Я тебя хочу,-Царев развернул Лизу к себе и с жадностью впился страстным поцелуем в ее губы. Оторопев лишь на долю секунды,она продолжила поцелуй,еще страстнее и жаднее терзая губы Царева своими. Не отрываясь, парень с легкостью поднял шатенку на руки и шагнул к выходу. Как сумасшедшие, не нарушая сплетения губ,они на ходу освобождали друг друга от одежды, которая мешала им еще острее почувствовать бурлящее внутри вожделение. Подойдя к дивану,Женя бережно опустил на него свою возлюбленную. Нависнув сверху, и оценив беглым взглядом совершенство ее тела, припал губами к восхитительному шелку кожи, спускаясь по шее и обжигая едва заметные голубые венки пылкими касаниями. Женщина не то охнула,не то всхлипнула, изогнувшись и хватнув воздух ртом. Действия парня снова вскружили ей голову,заставив поплыть пространство перед глазами. Внутри все вспыхнуло,растекшись по клеточкам расплавленным оловом и сосредоточившись горячим комком внизу живота. Разум сдал позиции,уступая место телесной химии,и не отдавая себе отчет ни в чем,шатенка еще крепче прижимала молодого парня к себе, вдыхая его дразняще-терпкий запах и растворяясь под умелыми действиями его рук и губ. Он чувствовал ее,и каждое движение было уверенным, точным, сводящим с ума. Каждое касание распаляло и без того сгорающее в любовном огне тело. Забились друг в друге, став единым целым. Слились, стремясь утолить мучившую обоих жажду, с упоением принимая каждый живительный глоток, который остужал пыл лишь ненадолго, и вскоре неистово припадали за новым. Зависшая в воздухе страсть оплетала тела, обостряя наслаждение, струящееся раскаленными потоками по коже,и находившее выход в громких, безумных стонах, время от времени рвущих тишину по кускам. Происходящее соединилось в жгуче-томительную пытку, которая прекратилась лишь тогда, когда двое были больше не в силах ее вынести,насытившись. В эйфории от отступившей жажды, влюбленные прижались друг к другу,тяжело дыша и все еще чувствуя бродившее по коже электрическое напряжение,которое медленно угасало. Повернувшись к Лизе, Царев теперь неторопливо любовался ее телом, позволяя себе задержать взгляд,запомнить каждую черточку. Шатенка смутилась под изучающим взглядом, залившись краской, и чуть сжалась, словно пытаясь закрыться. Уловив маневр, Женя перехватил ее руки, и поднеся нежные ладони к губам, по одному расцеловал пальцы. От необычайной нежности этого жеста Красновой захотелось заплакать. Облегченно. Счастливо. Сглотнув слезы, она подняла на парня глаза, в которых все же мелькали невыплаканные хрустальные капельки. -Ты у меня самая лучшая, Лиз,-прошептал Евгений тихо,но этого было достаточно.