Сделка с Дьяволом

Сделка на крови издревле является самой ценной валютой в Междумирье. Первые Духи, населяющие молодые земли Ската, при помощи сделок заключали самые крепкие магические контракты, сделавшие мир таким, каким его знают сейчас. На сделках держатся титулы глав государств, мирные договора, клятвы, законы мира и даже связь духа с телом. Узы сделки крепче божественных сил. Суть в том, что сделку нельзя нарушить. Жертвуя собственную кровь древнему ритуалу, стороны обязуются исполнять все поставленные условия, иначе же они жестоко поплатятся. Чаще всего — своей жизнью и душой. Закон сделки работает безотказно, его сложно обмануть, ведь расплата приходит всегда. Исполняющие стороны получают средства, облегчающие выполнение задачи. Едва одна из сторон нарушает условие, как из его тела безвозвратно выходит душа и вручается его контрактеру, который может распорядиться ею на свое усмотрение. На что им эти души? Мало кто знает. Но, видимо, демону, что так легко согласился на сделку с первым встречным, они для чего-то нужны. А те, кто так легко отдают души в сделках, редко догадываются, что лишенные души, они не умирают, а заточаются в вечный лимб, не способные упокоиться в чреве Ската. И каждый сам для себя находит ответ, что ему ценнее: завершенная жизнь или вечное посмертие.

***

Рей распахнул двери небольшого, но людного паба с таким видом, будто бы владел этим местом. У дверей он ненадолго остановился, оценивая ситуацию в помещении. На крохотной, ярко освещенной сценке фальшиво пела одну популярную песню огненно-рыжая дама. Акцент не столько был сделан на исполнение, сколько на то, как бы хорошо выглядеть. Ее лицо уже знакомо постояльцам, но это не мешало им толпиться у сцены с обожанием, подпевая и выкрикивая названия песен, которые она должна исполнить. В углу, ближе к бару, громко выясняли отношения двое мужчин, грозясь вот-вот пустить кулаки в дело. Столики почти все заняты, бармена же не видно за густой толпой выпивающих. В общем, идеальное место для разговоров с королем демонов. Войдя в помещение, Мидори слегка поморщился от яркого света со сцены и убийственного запаха пота и перегара. — Мило, — сказал он, пытаясь протиснуться следом за Реем между двумя фанатами рыжей леди. Рей каким-то чудом нашел в этом месте свободный столик в тени, который удобно прикрывало странное засохшее растение в горшке. Сцена была прямо напротив, а значит, основная часть толпы была повернута к ним спиной. — Пить будешь? Вино? Пиво? Водка? — Просто воды. — Ты скучный, — нахмурился Рей, исчезая в толпе рядом с баром. Мидори подметил, что он довольно ловко проскальзывает между людьми, даже со стаканом пива в одной руке. — Ну так что? — спросил Рей, усаживаясь напротив него. — Выкладывай, что у тебя есть. Как так получилось, что я встретил самого короля демонов на нижнем этаже, а теперь он сидит передо мной в дешевом баре на окраине и пьет водичку? — Во-первых, ты мне даже воды не принес, — начал Мидори, немного раздраженно. — А во-вторых, я исполняю миссию, о которой не должны знать вышестоящие личности. О моем уходе не знает никто, кроме одного доверенного демона. И кроме тебя, пожалуй. — Прямо-таки уходе? Или побеге? Надоело карать души грешные, и ты решил сбежать? — Не перебивай, — раздраженно нахмурился Мидори. — Веришь или нет, но моя миссия направлена на улучшение жизни не только моих подданных, но и всех людей на Скате. К сожалению, некоторые личности не разделяют этой затеи… — О! Интересно окажется, если я сел на хвост религиозному фанатику… — Если собрался так продолжать — мы можем легко вернуться к прошлой затее, — устало прикрыл глаза демон. Рей поднял руки, показывая поражение. — Полагаю, тебе известно о божественном происхождении правителей Хазамы и Элгрина. Так вот, это не выдумки. — Знаю, — заявил Рей. Мидори удивленно приподнял брови. — По воле судьбы пришлось узнать. А также об этих… как их там? Люциене и Серафиме? О Тени и Свете, на которых держится все сущее в нашем мире. Удивленный, Мидори некоторое время на него смотрел, будто изучая или сканируя его разум на наличие подвохов. Рей знал об удивительной способности демонов: они могут чувствовать и улавливать ауру и эмоции других существ благодаря своему шестому чувству, которое даруют их рога. Поговаривают, что они даже могут читать мысли. Но Рей смело отвечал на этот изучающий взгляд с легкой ехидцей, но все равно внутри что-то боязливо сжималось под пристальным взглядом бирюзовых глаз с острыми зрачками, под которым чувствуешь, как видят даже твои органы. Наконец демон отвел взгляд на сцену, видимо, сам осознавая, насколько неприятный процесс сканирования. — Ты интереснее, чем можешь показаться с первого взгляда. — Ох, благодарю! — польщенно просиял парень. — Мне такое уже доводилось слышать, но чтобы от самого Владыки Ночи?.. — Это не комплимент. И все равно Рей выглядел довольным, как собака. — Ты прав. Как король, я являюсь хранителем духа Люциена, или же Тени. И мне также доступны его силы. Как и король Элгрина является хранителем Света, — объяснил Мидори, перебирая пальцами сухую веточку от странного растения. — Многим людям эта дуальность представляется, как вечная борьба добра со злом, темного со светлым, из которого Свет всегда обязан выходить победителем… Мало же кто понимает, что обе стороны этого спектра в равной степени важны, и сохранение баланса меж двумя — это первостепенная обязанность обоих хранителей элементов. Тень — как материя, жизнедеятельность и состав всего, Свет — как душа и энергия. Одно не может существовать без другого, и ни один не должен перевешивать. Лишь в подобном балансе возможна жизнь самого Ската. — Понял, — уверенно заявил Рей. — Ну, то есть, я и так подозревал об этом. Но ты все еще не ответил, чего ради ты здесь гуляешь. — Я подхожу к этому, — терпеливо произнес демон. — Без знания основ, ты не сможешь понять цель моего путешествия. — Ох, ты звучишь как мой историк из школки! — скривился Рей и отхлебнул пива. — Так вот. Пять тысяч лет тому назад Люциен пал в битве с Серафимом, тогдашним хранителем Света, и позорно спрятался в тени, затаив злобу и обиду на весь свет. На протяжении пяти тысяч лет проращивал в себе эти ростки ненависти, чтобы они родились в план мести столь разрушительный, что давно почивший Серафим на том свете будет способен ощутить всю его ярость, да пережить те же страдания, что испытал на себе Люциен за все эти долгие годы. Другими словами: Люциен намерен уничтожить Ската. Он намерен поглотить в Тени все сущее, обратить Свет во Тьму, сломать весы, и в конце концов унести следом за собой все, что создал Серафим при жизни. Совсем скоро наступит Полночь Бездны — ночь, предсказанная за века до наших дней, как закономерный конец всего и вся, как точка в предложении и последняя страница книги, а матери, рассказывавшие сказки о ней своим детям, убедятся, что то вовсе не сказки, но наша реальность, с которой мы столкнемся совсем скоро. Мидори после своего рассказа замолк, чтобы немного перевести дыхание, и дать Рею осознать сказанное. Последний же смотрел на демона перед собой с глубоким шоком, хлопая широко распахнутыми глазами. — Как… поэтично, — он нервно прокашлялся. — То есть, ты сейчас отправился исполнять его… — Нет, конечно, — оскорбленно оборвал его демон, гордо выпрямившись. — Я же не одержимый местью безумец. — Что-ж, мы знакомы всего час. Кто знает… — Меня не прельщает идея погибели всего и вся, — он фыркнул. — Тем не менее, Люциен живет во мне. Нет, он мной не управляет — мы две совершенно разные личности, и в моей жизни он существует лишь как назойливый голос в голове, который я за годы служения научился игнорировать, и как источник моей силы. И именно поэтому я, как единственный, кто имеет хоть какую-то связь с Люциеном, кто знает о его планах и действиях, и кто располагает хоть какими-то силами, обязан помешать ему в выполнении его плана. — Но почему тогда никто не должен знать, что ты отправился его останавливать? — непонимающе нахмурился Рей. — Это… издержки прошлого, — сухо ответил Мидори. — Не все считают, что нарушение баланса повлечет за собой смерть Ската. Многие мои приближенные еще вспоминают добрые времена, когда мой Отец покорил две трети мира, исполняя наставления Люциена, и бредят величием Хазамы перед остальным миром. Мол, тогда же все хорошо было, почему это сейчас мы должны беспокоиться о каком-то балансе? Они до сих пор не все простили меня за утрату достижений моих предков после того, как я вернул отобранные земли пострадавшим государствам. Эти же демоны считают, что покорение Ската Люциеном необратимо. И пока шли оживленные переговоры между противниками и сторонниками моего плана, я просто решил не ждать, — он пожал плечами. — Плевать, если это посчитают изменой. Сохранение Ската ценнее каких-либо кар. К тому же, ни одна сила в мире не способна отобрать у меня власть — как бы я того ни хотел. Рей фыркнул. Ему ли не знать о том, как много фанатиков Великой Хазамы их окружают до сих пор. — Интересный расклад. Значит, на твоей стороне вообще никто не выступает? — Рей фыркнул, когда Мидори промолчал на этот вопрос. — И ты в одиночку намерен остановить разгневанного Бога? Ты, конечно, прости меня за скептицизм… — Именно поэтому я собираюсь попросить помощи у Света. Рей прыснул, стукнув ладонью по столу, и рассмеялся, как с удавшейся шутки. Мидори терпеливо дождался, пока пройдет его приступ веселья. — Ну ты даешь! — воскликнул Рей, пытаясь отдышаться. — Ну конечно, конечно. Серафим с радостью примет на своих землях демона, который веками пытался их же у него отобрать, и будет на руках носить избавителя человечества от гибели страшной. А еще кроты летают и курс золотого не упал. — Балор Солеон является союзником Хазамы уже как двадцать лет, с тех же пор как он взошел на трон, а тебе следовало бы слушать своего школьного историка, — ядовито прошипел демон. — И он не настолько злопамятен, как некоторые его и мои предки. Поэтому у меня есть немалый шанс заручиться его поддержкой в решении стоящей перед всеми нами проблеме. В конце концов, до Полуночи Бездны еще не меньше года — за это время возможно наладить союз с королем Элгрина. — Звучит восхитительно, — заулыбался Рей, заинтересованно подперев голову рукой. — Знаешь, мне даже немного плевать на то, преуспеешь ты в своей задаче или нет. Мне как будто есть ради чего жить, а те, кто населяет Хазаму, и подавно жизни не заслуживают. Но я с радостью понаблюдаю за тем, как ты, махровый аристократишка, будешь выживать в условиях внешнего мира, без слуг, свиты и собственной власти. Демон уже собирался ему ответить, но вдруг вновь ощетинился и оглянулся. Спины мужчин по-прежнему закрывали им обзор сцены, а другим — вид на них. Но что-то неладное тут происходило. Рей не обратил на это внимания. Дуновение ветерка — и перед демоном сидит крупный ворон с красивым блестящим черным опереньем и отливающими кровавым цветом глазами-бусинами. «Ты меня даже замечать не будешь», — проговорил он прямо ему в мысли. Мидори от удивления даже посмотрел на него. «Видишь? Стану частью твоего окружения, естественным, как насекомое. Что ты теряешь?» — На самом деле — ничего, — согласился он. Мидори снова задумался о сделке, почему-то находя ее совсем непростой, но тут — проходящая мимо женщина изящно обогнула его стул, ласково проведя длинными ногтями по шее и перекидывая длинные волосы демона через плечо. Он отчего-то похолодел, будто мимо прошла не женщина легкого поведения, а призрак. — Не угостишь даму напитком? — промурлыкала демоница, изящно опустившись на место, где только что сидел Рей, и поставив перед собой бокал мохито. Ее кожа была аристократически белой, в коротких фиолетовых волосах проглядывались небольшие рожки, а глаза — кроваво-красные, с острыми зрачками. И с каких это пор в пригороде стало так легко встретить демона? — Джейд, — обреченно выдохнул Мидори, с усталостью глядя на девушку, — Что ты здесь делаешь? — Будешь осуждать свою любимую за ее времяпровождение? И вообще, это я должна была у тебя спросить, дорогой, — ее приторно-сладкий голос был пропитан ядом. Рей с интересом наблюдал за происходящим. — Значит, я третий день убиваюсь, пытаюсь найти своего мужа в замке, расспрашиваю всех слуг… а ты, оказывается, по барам шляешься, да с птицами болтаешь, — она с насмешкой поглядела на ворона. — Тебя совершенно не касаются мои дела вне Дворца. — Твои дела? — расхохоталась Джейд, обводя взглядом дешевый бар. — Хотя, знаешь, я даже не так разочарована. Может, в таком месте тебя и мужиком наконец сделают, — ее взгляд вдруг упал на почти допитую чашку пива, и ее брови взметнулись вверх. — Ты пьешь? Мидори опустил уши. — У меня нет на это времени, — раздраженно выдохнул он, вставая с места и шаря по карманам в поисках денег. Но в этот же миг Джейд поднялась следом за ним и, ненароком приобнимая его за плечи, заставила его наклониться так, чтобы она могла шепнуть на ухо: — Я знаю, что ты задумал. И я знаю, как далеко ты пытаешься от меня сбежать, — с улыбкой произнесла она, с силой сжимая ладонью его плечо. Мидори нервно дернул хвостом. — О, нет, не тревожься, милый… Мне-то какая выгода, если я сдам тебя герцогам? Придется снова видеть твою рожу каждый день, — отстранившись, она повисла на его шее. — Но я умею портить жизнь и другими способами, и помяни мое слово, ты заплатишь за каждый день всех семидесяти лет, что ты забрал от моей молодости… Внезапно бок Мидори обожгло болью, и Джейд отпрянула от него, прижимая окровавленную руку к своему животу. Прежде, чем демон успел понять, что произошло, девушка закричала на весь бар: — О, Дьявол! Прошу, не бей меня! Мидори растерянно поморгал. — Я не… — Не подходи ко мне! — рявкнула она, нарочито споткнувшись и упав в руки какому-то мужчине, который как раз обернулся на шум. Почувствовав поддержку, девушка жалобно заскулила, показывая кровь на своей руке. — Помогите, он меня избивает! — Э, что здесь происходит? — толпа, что слушала рыжую даму, замолкла, обернувшись на шум. Даже дама петь перестала, испуганно отступив вглубь сцены. — Это ты ее так? Поняв наконец, что его в очередной раз нагло обвели вокруг пальца, Мидори тяжело вздохнул. Ворон, весело каркнув, вспорхнул под потолок в безопасность, ожидая веселую потасовку целого бара агрессивно настроенных пьяниц с одним тощим Владыкой Ночи… Однако в тот момент, когда самый злобный и крупный мужчина из первого ряда ступил в сторону демона, все внезапно замерли. Будто бы разом решив сыграть в статуи, каждый человек в баре окаменел — Джейд замерла в руках спасителя, тот, с гримасой негодования, намеревался выкрикнуть в сторону демона несколько крепких слов, крупный мужчина занес ногу в шаге, вцепившись взглядом в точку, где только что был демон, и даже летящий в воздухе ворон так и замер посреди комнаты. Единственная подвижная фигура в этом балагане продолжила шарить по многочисленным внутренним карманам серого плаща. Наконец, выудив небольшой кошелек с монетами, демон наугад оставил плату за мартини и пиво, что стояли на этом столе. Неторопливо поправив одежду и накинув капюшон на рога, он движением руки подозвал к себе ворона с воздуха, вместе с ним протиснулся через толпу по направлению к выходу и покинул помещение бара. Когда они отошли от бара на приличное расстояние, Мидори наконец рассеял свою магию. Ворон в его руках рванул вперед и врезался в стену дома, а за спиной поднялся гвалт. Демон шустро свернул за угол. — Эй! Какого хрена! Рей, обернувшись человеком, поднимался с земли, потирая пришибленную голову. Он оглянулся на бар, затем на удаляющегося демона с глубоким разочарованием на лице. — Что там было? — Рей догнал Мидори. — Ты им всем навалял? Сделал это так быстро, что даже я не заметил? В мгновение ока всех перерезал, а меня спас? Почему ты не дал мне посмотреть?! — Все они живы, — нехотя отделался демон. — Не на что смотреть было. — Но как же так! Ведь была такая возможность отыграться на них! — Как я уже говорил: не все проблемы решаются насилием, — напомнил демон. — Мне не стоит привлекать лишнее внимание. Они уже отошли довольно далеко от бара, поэтому Мидори смог остановиться у скамейки и поставить на нее рюкзак. Только сейчас Рей заметил, что, оказывается, весь правый бок демона был пропитан свежей кровью, но тот совершенно не подавал вида, что его ранили. Он лишь брезгливо оттянул кофту, взмахнул рукой, и вся кровь с ткани собралась в каплю в воздухе, размером чуть больше кулака, оставляя абсолютно чистую и сухую серую кофту. Затем он проверил рану, и там, где всего несколько минут назад его пырнули ножом, рана уже затянулась розоватой кожей. Рей наблюдал за этим с открытым ртом. — Ох, демоны… — присвистнул парень с завистью. С одной стороны — для него честь быть свидетелем настолько искусной теневой магии, которой он не видел ни разу в жизни, и они без потерь ушли от трудной ситуации. С другой же стало очевидно, что этот демон предпочитает действовать тихо и осторожно, и отчаянных действий от него не дождешься… — Но ты бы лучше не злоупотреблял своими силами. Не случайно ведь я тебя нашел: заметил неладное и проследил. Не все, может, и знают, что Тенью могут пользоваться только представители королевской семьи — но кому-то же это известно… Мидори задумчиво помолчал, кажется, впервые прислушавшись к ворону. Тем не менее, он предпочел не докладывать, что преподнес это к сведению. Закончив приводить себя в порядок, он подобрал свой рюкзак, и они пошли дальше. — К слову. Эта демоница, которая к тебе прицепилась в баре… — Моя супруга, — ответил Мидори с таким видом, будто бы его заставили съесть лягушку. Брови Рея поползли на лоб. — Хо-хо, да кому-то повезло! — Еще чего. Ты ее вообще слышал? — проворчал демон. — Она меня не выносит, и это взаимно. Мы поженились по расчету лишь потому, что мне было выгодно задобрить партнеров и получить от них финансовую поддержку для реализации некоторых моих планов. Ни дня за все семьдесят лет брака мы не испытывали друг к другу хоть каплю теплых чувств. — Интересно. Но если так, ты не считаешь, что она может доложить страже, и весь твой план пойдет демону под хвост? — Ей это будет не интересно, — Мидори оглянулся. — К тому же, когда она доберется до Дворца, я уже буду далеко отсюда… — Да? И куда ты первым подашься? — В безвременье.