Биение жизни

Как-то незаметно пролетели три месяца. За это время ребята сильно сблизились, много разговаривая, играя в шахматы, читая в библиотеке, собираясь компанией с Гарриными друзьями, с которыми сдружился и Блейз... Ходили в Мунго к Сметвику и Льюису, расспрашивая о том, как будут проходить роды и почему нет никаких симптомов, кроме усталости. Целители отвечали, что рожать он будет как и женщины, только анально, а симптомы... Скорее всего из-за ритуала. Ведь сама Магия благословила их ребенком, он явно будет особенным. Не обходилось и без ссор. Одна из них касалась выбора имени ребенка. Поттер настаивал на имени Джеймс Сириус, на что Блейз, поддавшись гормонам, запустил в него каким-то толстенным фолиантом и категорично отрезал: – Если хочешь иметь сына с таким именем, то рожай его сам. А этого малыша так звать не будут. Если не можешь подобрать нормальное имя, тогда я выберу сам. А следующего нашего ребенка, так и быть, назовешь ты... Он осекся и, осознав, ЧТО он сказал, побагровел и отвернулся, не заметив, как ошарашенно посмотревший на него Гарри хитро прищурился и лукаво улыбнулся. "Ну что ж, ты сам так сказал, так что потом не жалуйся", – подумал он. Надо сказать, их отношения сдвинулись с мертвой точки. После той невольной дрочки они еще месяц ходили кругами вокруг друг друга, но однажды Блейз, постоянно мучимый мордредовыми гормонами и повышенной возбудимостью, невовремя зашел в спальню Гарри, чтобы что-то спросить у него, и услышал шум воды за приоткрытой дверью в ванной комнате. Не устояв, он тихо подошел к двери, уверяя себя, что глянет одним глазком и уйдет. Но при виде обнаженного гибкого, но крепкого тела Поттера, стоявшего под душем, по которому стекали струйки воды, Забини громко сглотнул и, не в силах оторвать взгляд от соблазнительного зрелища, как в трансе подошел почти вплотную к гриффиндорцу. Гарри из-за шума воды не слышал, как кто-то вошел, поэтому увидел Блейза, только когда тот приблизился прямо к нему, зачарованно пожирая его глазами. От этого жадного, голодного взгляда он моментально возбудился, продемонстрировав каменную эрекцию. Они постояли так немного, и, не выдержав, Гарри прошептал: – Блейз... иди сюда... Придя в себя, мулат сдался на милость гормонам и Гарри, эти гормоны стимулирующему. Быстро содрав с себя одежду, он твердо шагнул под тугие струи воды, отогнав непрошеную мысль, что смазку он так и не купил. Гриффиндорец протянул ему гель, но, передумав, вылил немного в ладонь и вопросительно посмотрел на него. Забини, не раздумывая, кивнул, осознавая, что дает разрешение на все. Растерев гель между ладонями, Гарри начал водить ими по телу Блейза, растирая, поглаживая. Не выдержав, они синхронно шагнули вперед и слились в поцелуе. Их языки боролись за главенство, зубы прикусывали губы партнера... В этой схватке победил Блейз. Рыкнув, он толкнул Гарри к стене и, нависнув над ним, снова впился поцелуем в соблазнительно припухшие губы. Его язык буквально трахал рот любовника, руки скользили по мокрой коже, пока не остановились на округлой попке, которую тут же сжали. Гарри застонал, и это окончательно сорвало крышу Забини. Рывком выдернув ничего не соображавшего Поттера из-под душа, он потащил его в спальню. Опрокинув Гарри на кровать, Блейз навис над ним и принялся покрывать извивающееся тело поцелуями, облизывая и покусывая чувствительные местечки – шею, соски, поиграл языком во впадинке пупка. Достиг члена и, лизнув головку и пощекотав кончиком языка щелочку на ней, плавно насадился на него ртом. Гарри выгнулся и, зашипев, вцепился мулату в волосы, машинально толкнувшись вперед. Забини расслабил горло и принял довольно большой член на всю длину. Почувствовав это, Гарри, уже не сдерживаясь, начал двигаться в гостеприимном рту. Ощутив, как закаменел от подступавшего оргазма член партнера, Блейз выпустил его изо рта и пережал у основания. Не получив ожидаемой разрядки, Поттер, жалобно застонав, сфокусировал взгляд на лице мулата. Тот прохрипел: – Смазка?.. Кое-как собрав мысли в кучку, гриффиндорец протянул руку к тумбочке, выдвинул полочку, и достал тюбик смазки. Забрав тюбик, Блейз вернулся к облизыванию Гарриного члена. Придержав любовника за бедра, он принялся скользить губами по стволу, одновременно с этим открывая тюбик и выдавливая смазку на пальцы. Не прерывая отвлекающих ласк, он медленно ввел один палец в тесную глубину и принялся двигать им, разрабатывая тугое отверстие. Перевозбужденный Гарри этого даже не заметил, но второй палец уже почувствовал. Сперва пальцы приносили легкий дискомфорт, но после того как Блейз потер ими уплотнение в анусе, его подбросило на кровати, перед глазами вспыхнули искры, и, застонав, он принялся на них насаживаться. Блейза уже трясло от едва сдерживаемого возбудения, но он терпеливо подготавливал Поттера. Вот уже три пальца скользнули глубоко в дырочку и раздвинулись там, пытаясь посильнее растянуть. – Хватит уже! Давай же, ну! – вскрикнул Гарри. Не выдержав, Блейз рывком выдернул пальцы, обильно смазал свой член и, приставив головку к анусу, решительно толкнулся вперед, входя сразу на всю длину. Гарри застонал от короткой вспышки боли, но она сразу же была сметена вернувшейся волной удовольствия, стоило только члену в нем ударить по простате. Первые движения были осторожными, а потом мулат принялся вколачиваться в распростертое под ним тело. Гарри непрерывно стонал, подаваясь навстречу и хаотично шаря ладонями по влажной от пота спине Блейза. Его член, зажатый между их телами, постоянно терся о выпуклость живота, и это доставляло еще больше удовольствия. Почувствовав приближавшийся оргазм, Блейз задвигался быстрее, резко врываясь в любовника и тараня его простату. У Гарри в глазах потемнело, по телу прокатилась волна блаженства, и он закричал, выгибаясь и кончая. От того, как сжала его член задница Гарри, Блейз зарычал и, сделав пару финальных движений, излился в жаркой глубине. Покачиваясь на волнах оргазма, он распростерся на партнере, тяжело дыша. Гарри обнял его дрожавшими руками и, не сдержавшись, прошептал: – Люблю тебя... Услышав тихое признание, Блейз приподнялся на одной руке и, мягко улыбнувшись, ответил: – Думаю, я тоже тебя люблю. За то время, что они уже жили вместе, Забини внимательно присматривался к Гарри, запоминал привычки, подмечал любое проявление чувств, которые тот даже практически не скрывал... Гриффиндорец и раньше ему нравился, а сейчас это переросло в гораздо большее – в любовь. И услышав признание из уст Гарри, не сдержался и признался в ответ. *** Первый секс и взаимная любовь стали переломным моментом. После него парни перестали смущаться, исподтишка разглядывая друг друга, и проводили теперь не только дни вместе, но и ночи, восполняя потерю времени жарким сексом и откровенными разговорами. Гермиона, разглядывая сияющие лица, лишь понимающе улыбалась и, оставляя их наедине, уходила к Джорджу, с которым у них стремительно развивались отношения. Когда до родов осталось недели три, они, расположившись на любимом диванчике в гостиной, выбирали имя для ребенка. Гарри сидел, гладя лежавшего на спине и положившего голову ему на колени Блейза по волосам, и слушал варианты, зачитываемые мулатом из толстенного фолианта из библиотеки Блэков. Они все-таки сошлись на мнении о том, что имя лучше выбрать "звездное", традиция ведь, пусть и Блэковская, да и леди Вальбурга просила. – Кастор... – Нет. – Таразед. – Нет. – Кабдилинан? Гарри поморщился. – Слушай, начни с самого начала. Что ты по разным буквам прыгаешь? Давай с "А" начинай. – Акамар. – Нет уж. – Ахернар. – Чего? – подпрыгнул Поттер. – Нашего сына не будут звать Ахеро... Ахе... Хером, короче. Блейз прыснул. – Ладно, ладно... Конечно, не будут, успокойся, – и расхохотался, до того комичный вид был у гриффиндорца. Тот подулся и, не выдержав, тоже рассмеялся. – Ахирд... – все еще улыбаясь, продолжил перечисление Забини. – Акраб... Акрукс, Акубенс? – Нет, это все не то, – покачал головой Гарри. – Там есть нормальные имена? Без всех этих извращений типа Ахера или Барана? – Ахерона или Альдебарана, – поправил его мулат и снова засмеялся. Гриффиндорец залюбовался им, нежно улыбаясь. Смех Блейза замер, как только он заметил взгляд любовника. Итогом стал жаркий секс прямо на диване. Закончив с таким приятным делом, они снова устроились поудобнее и продолжили выбирать. Большинство имен – женских и плохо звучавших – ребята откинули. Осталось не так уж и много. – Альтаир? Гарри задумался. – Ну-у... ничего так. Что еще есть? – Авиор, Алькор, Альфард, Антарес, Арктур, Менкар, Менкент, Поллукс, Процион, Расалас, Регулус, Саргас, Сарир, Сегинус... – перечислял Блейз, тактично обойдя имя Сириуса. – Толиман, Эльнат... – Даже не знаю, – тяжело вздохнул Поттер. – Тебе какое из них больше нравится? Слизеринец задумался. – Почти все, – наконец ответил он. – Но не помешало бы еще посмотреть, что они означают, а то я, честно говоря, из астрономии мало что помню. – А я вообще ничего не помню, – признался Гарри. – Только... давай без Регулуса, ладно? Блейз понял его без слов. Это имя автоматически тянуло за собой воспоминания о Сириусе. – Конечно. Так... Кричер. – Кричер слушает, – прокряхтел появившийся домовик. – Принеси, пожалуйста, книгу по астрономии с наименованиями звезд и их обозначением. Эльф кивнул и аппарировал, буквально через минуту появляясь вновь уже с книгой. Он передал ее и спросил, нужен ли еще. Парни покачали головами. Домовик исчез. – Посмотрим... – Блейз открыл книгу и принялся листать в поисках нужных наименований. – Так... Из этих имен подходят только... Альтаир, Альфард, Антарес... – он снова зашуршал страницами. – Арктур, Поллукс, Расалас, Рег... Прости, Гарри, – виновато посмотрел на Поттера. Тот слабо улыбнулся и махнул рукой, прося продолжать. – Что еще? Хм... У Саргаса нет определения, но звучит неплохо. Значит, Саргас; еще Толиман и... все. – Как все? – встрепенулся Гарри. – Ну да, всего восемь имен. По-моему, вполне достаточно, если учесть, что и из них мы еще долго выбирать будем. Поттер задумался. – Исключи Поллукса и Толимана. – Не нравится? – поднял брови Забини. – Должен сказать, мне тоже. – Осталось шесть... Ну и как тут выбрать? Кстати... Альфард... Где-то я уже слышал это имя. Подожди немного. Поднявшись с дивана, Гарри быстро прошел в холл и остановился напротив портрета леди Блэк. Та внимательно посмотрела на него. – Кричер сказал мне, что вы выбираете имя для малыша... – Да, леди Вальбурга, и в связи с этим у меня вопрос: вам имя Альфард что-нибудь говорит? – Предатель! – завопила она, но тут же успокоилась. – Это мой брат, он приютил Сириуса, когда тот сбежал из дома в шестнадцать лет. Я бы не хотела больше слышать данное имя в этом доме. Сердце Гарри кольнуло. Вот, значит, откуда он знал это имя – Сириус упоминал его. Нет, он тоже не хочет его слышать. Поблагодарив леди Блэк, он вернулся в гостиную и, усаживаясь на прежнее место, произнес: – Альфарда тоже откидываем. Это дядя... Сириуса, которого он любил больше всех из своей семьи. – Ясно. Осталось пять: Альтаир, Антарес, Арктур, Расалас, Саргас. – Эти имена нравятся мне все, даже не знаю, что выбрать, – пожаловался Поттер. – А тебе? – Мне тоже, – вздохнул Блейз. – А еще нужно, чтобы сочеталось с твоим именем, оно будет вторым. – Но ведь вторым идет имя отца? – Ну да. А ты кто, по-твоему? Как раз и есть отец; раз рожаю я, то, так и быть, буду за мамочку, – слизеринец ехидно усмехнулся. Но Гарри повел себя неожиданно. Аккуратно приподняв голову партнера с коленей, он вскочил и унесся куда-то наверх. Через пару минут вернулся все так же бегом и, тяжело дыша, опустился перед севшим на диване Блейзом на колени, протягивая массивное золотое кольцо с изумрудом. – Блейз... я давно хотел спросить, окажешь ли ты мне честь стать моим партнером? У ошарашенного Забини отвалилась челюсть. Такого он не ожидал... Но ответ однозначно будет... – Да. Облегченно выдохнувший Гарри надел кольцо на безымянный палец левой руки любимого и тут же стиснул в объятиях, пряча заблестевшие глаза. – Только фамилия будет двойная – Поттер-Забини... Поттер предпочел заткнуть ему рот поцелуем. Какое-то время они страстно целовались и, не выдержав, начали лихорадочно раздеваться. Скользя руками по телам друг друга, они растянулись на диване. Блейз оказался сверху, но так ему было неудобно из-за круглого живота, и он поставил Гарри на четвереньки. Потерся членом между половинок попки и, взяв валявшуюся рядом смазку, принялся подготавливать любовника. Как только тот стал нетерпеливо насаживаться на ласкавшие его изнутри пальцы, Забини моментально заменил руку на член и, ворвавшись в податливое тело, неистово задвигался. Гортанно застонав, Гарри начал подмахивать. По комнате разносились совершенно неприличные стоны, вскрики и шлепки кожи о кожу. Хорошо хоть они заблокировали камин после ухода Герми к Джорджу на ночь. После очередного сильного удара по простате Гарри вскрикнул особенно громко и, напрягшись всем телом, излился, утягивая в крышесносный оргазм и Блейза. Развалившись на диване, они лениво целовались, пока не появился Кричер. – Хозяева изволят ужинать? Переглянувшись, парни кивнули и принялись одеваться. После ужина они опять вернулись к теме имен. – Надо уже выбрать и все, – категорично заявил Блейз. – А то так можно и до родов дотянуть. Помолчав, они посмотрели друг на друга и хором произнесли: – Саргас... И рассмеялись. Внезапно огонь в камине замерцал зеленым, показывая что кто-то хочет прийти в гости. Гарри тут же разблокировал его, гадая, кто же из друзей, для которых был свободный пропуск, решил навестить их на ночь глядя. Это оказалась Гермиона. Гарри удивленно посмотрел на нее и нахмурился. – Привет, сестренка. Ты поссорилась с Джорджем? – Привет, братишка, привет, Блейз, – поздоровалась она. Забини кивнул. – Нет, не ссорилась. С чего ты взял? – Ты еще никогда не приходила так поздно, – пояснил Гарри. – Просто у меня такое чувство, что я должна тут быть, что-то узнать. Вот и приперлась. Она хохотнула. – Ты права, как всегда. Мы выбрали имя для малыша. – О! – округлила глаза девушка. – Ну же, говорите! – Саргас Гарольд Поттер-Забини, – гордо произнес Блейз. Гарри расплылся в дурацкой улыбке. Грейнджер задумчиво повторила имя. – Хорошо звучит. Но ведь есть же что-то еще, верно? – проницательно заметила она. Забини выставил вперед левую руку. Увидев кольцо, Герми ахнула и, восторженно завизжав, кинулась им на шею, обнимая сразу обоих. – Поздравляю! Когда же вы успели? Почему не сказали?! Но все равно поздравляю! – тараторила она. Слегка успокоив подругу, ребята принялись расспрашивать ее о том, как она проводит время с Джорджем, и рассказывать о себе. *** На следующий день они отправили в Министерство, в отдел Семьи и Брака, сову с просьбой прислать распорядителя церемоний для заключения брака. Потом отправили Кричера и Эмме к друзьям с приглашениями на свадьбу и в магазин за парадной одеждой. К вечеру все было готово. Лучшие друзья, скромная церемония на заднем дворе Блэк-хауса, праздничный ужин... Что еще для счастья надо? К тому же они и сами не хотели пышную свадьбу. Наконец все приглашенные и мистер Спенсер собрались на лужайке, украшенной красивыми полевыми цветами. – Произнесите клятвы, – начал распорядитель. – Клянусь любить тебя, оберегать, делить с тобой магию и жизнь, быть вместе в посмертии. Да будет Магия мне свидетелем! – звонко проговорил Гарри. – Клянусь любить тебя, оберегать, делить с тобой магию и жизнь, быть вместе в посмертии. Да будет Магия мне свидетелем! – повторил твердым голосом Блейз. – Свидетельствуем! – хором произнесли их друзья. Распорядитель поднял палочку. – Магией своей я скрепляю союз Гарольда Джеймса Поттера и Блейза Адриана Забини. Из палочки полились золотые ленты и обвили запястья брачующихся. На миг их обожгло, а через секунду ленты взорвались искорками, впитавшимися в запястья, превратившись в брачные татуировки. – Магия благословила этот брак. Он закреплен. Пространство взорвалось аплодисментами. Посмотрев друг на друга сияющими глазами, молодожены страстно поцеловались. Ребята засвистели, посмеиваясь. Нацеловавшись, Гарри и Блейз подписали новыми фамилиями – Поттер-Забини – свидетельство о браке, тут же отправившееся в Министерство, поблагодарили мистера Спенсера и пригласили на ужин. Тот согласился, и вся компания отправилась в парадную столовую, отдраенную домовиками по такому случаю. Ужин проходил весело, все шутили, смеялись, разговаривали. Еда тоже не была обделена вниманием. Так продолжалось до тех пор, пока в воцарившейся на какое-то мгновенье тишине не раздался шепот Блейза: – Гарри... Его услышали все и одновременно повернули в его сторону головы. Гарри обеспокоенно спросил: – Что случилось, Блейз? Тебе нехорошо? Поерзав на стуле и громко сглотнув, мулат хрипло ответил: – У меня отошли воды... Кажется, я рожаю... Ответом ему были круглые, как у сов, глаза и отпавшие челюсти присутствующих...