Yours

Я не знаю, сколько времени уже прошло, но скажу одно — почти всё пиво в доме было успешно выпито нами и оставался лишь алкоголь покрепче. Брендон всё ещё оставался трезвым, а вот я буквально валился с ног. Мозг пока работал хорошо, но само состояние было немного странным. Хорошо, что язык ещё не начал заплетаться. — Даллон, с тобой всё хорошо? — с ноткой волнения в голосе спросил Бри. — Да, просто я привыкаю к новым ощущения, — улыбнулся я. — Ох, это ещё не то. Сейчас мы выпьем кое-чего покрепче, — с этими словами он потянулся за коньяком, который стоял на столе. — Издеваешься? — Проявляю заботу. — Проявляешь заботу, спаивая меня. — Я учу тебя пить! Он взял с верхней полки два прозрачных стеклянных стакана и принялся наливать туда коньяк. — Всё что было в бухиче, остаётся в бухиче, так что не переживай. — Я и не переживаю, - 10-секундное молчание. - Ладно, вру, переживаю. Как я до дома доеду? — Доедешь как-нибудь, ну или же у меня останешься. — Ладно, продолжаем. — Чувак, мне нравится твой настрой! — после этих слов первый стакан коньяка был опустошён мной. Алкоголь слабо начал ударять в голову и вводить меня в ещё более расслабленное состояние, а вот Брендону всё ещё было фиолетово. Он оставался трезвым даже сейчас.

***

Через несколько часов от бутылки коньяка и вина ничего не осталось. Ури медленно, но верно начал пьянеть, а вот я уже был, грубо говоря, не очень. Мозг отказывался меня слушаться, поэтому руки делали всё раньше, чем я успевал соображать. Именно так я сделал около 4 глотков виски из горла. — Даллон, рано. С тобой точно всё в порядке? — Угу, — кивнул ему я. — Ой, а у Брени тут гитара. — Эм, да. Хочешь сыграть? — Хочу! — радостно крикнул я и побежал в сторону инструмента. Моя дурная пьяная бошка совершенно не соображала, именно это и стало причиной моего классного падения. Я приложился головой о диван, а это было очень больно, скажу я вам. — Боже, Уикс! — Брендон подбежал ко мне и протянул руку. — Сильно ушибся? — До свадьбы заживёт. — Хих, верю.

***

Водка. Лучше бы мы её вообще не вспоминали. Дело зашло о России и различных историй о ней, когда я сыграл первую пришедшую в голову мелодию, а она оказалась очень похожей на мотивы различных русских народных песен. Брендон рассказывал, как в детстве с родителями был в Москве. Ему очень сильно понравилось. Надо бы и мне как-нибудь туда съездить. Мы начали бурно обсуждать различные странные русские традиции, как вдруг Ури вспомнил про водку, которая лежала у него в холодильнике. — Мне плохо. — Потому что надо пить акуатно, — язык Ури заплетался. — Акратно? Аккуратно, вот! Следующим нашим решением являлся просмотр ужастика. Я ненавижу ужастики. Сказать, что я их боюсь — соврать. Я не знаю, какие слова можно подобрать насчёт этого. Сейчас я подвергал сам себя инфаркту, потому что выбор Брендона пал на фильм, который бил признан самым страшным, на данный момент, ужастиком 21 века. Чёрт, уже не внушает мне ничего хорошего. — Ты что, боишься? — блять, он мысли мои что ли читает? — С чего ты взял? — Ты дрожишь, Даллон. — Да? Я просто, эмм, замёрз. — Почему ты сразу мне не сказал? — с этими словами Ури снял с себя свою толстовку и накинул мне на плечи. — Не стоит, забери. — Но это ведь тебе холодно, а не мне, так что сиди и не выпендривайся, — парень подмигнул мне. У него такие красивые карие глаза, чёрт. Не о том думаешь, Уикс, опять.

***

Не зря этот фильм называют самым страшным фильмом 21 века в настоящий момент, потому что это действительно, блять, страшно! Да ещё и этому полудурку пришла в голову такая блестящая идея, как выключить весь свет в квартире, чтобы создать правильную атмосферу! Эта атмосфера меня сейчас до гроба доведёт. Я дрожал весь просмотр этого фильма, сильно прижавшись к Брендону, а в какой-то момент я крепко взял его за руку и при каждом страшном моменте сжимал её ещё сильнее. Он же в свою очередь иногда поглаживал меня по голове, шепча: «Не бойся, я рядом». Удача вновь оказалась не на моей стороне. Даже фильмы, даже они против меня! Из-за сильного прилива страха, я даже не успел запомнить, что за момент был в фильме, но это заставило меня уткнуться головой в бок Ури и заплакать. Серьёзно?! Вы когда-нибудь видели 20-летнего парня, который плачет из-за фильма ужасов? Нет, я уверен. А вот Брендон увидел, из-за чего мне стало ужасно неловко. Теперь он будет думать, что я нюня какая-нибудь и будет вечно стебать меня. Все всегда так делали. Это, кстати, одна из причин, по которой я никогда ни с кем не дружил. Но тут парень резко поднялся со своего места, выключил телевизор, включил свет и подбежал ко мне, сев рядом. — Тише, всё хорошо, — крепко обнял меня Ури, успокаивающе поглаживая по спине. — Прости, я не знал что это будет так страшно для тебя. Я рядом, не плачь пожалуйста. Но его слова лишь заставили плакать меня ещё сильнее. Господи, да что со мной такое происходит? Неужели алкоголь так погубно влияет на мою голову? — Успокойся, Ди, тебя никто не тронет, — сказал Брендон, заглянув ко мне в глаза. В следующую секунду мною полностью завладел алкоголь, ибо как объяснить то, что я медленно поддался вперёд и поцеловал парня? Просто сам взял и поцеловал. Ури сразу включился в происходящее и медленно начал отвечать на мой поцелуй. Его руки медленно переместились с моей спины на шею, а мои же мирно покоились на его талии. Целовались мы долго, томно. А самым интересным было то, что это — мой первый поцелуй. Я бы никогда не подумал, что мой первый поцелуй будет с парнем, да ещё и я проявлю инициативу. Хотя, я пьяный, а пьяным совершать необдуманные и глупые поступки совершенно нормально. Его пухлые губы были безумно мягкими и сладкими на вкус, хотя на них всё ещё чувствовалась горечь недавно выпитого алкоголя. Парень нежно кусал мои губы, проводя своим языком по ним. Я приоткрыл рот, после чего он ловко принялся исследовать мой рот. Наши языки сплетались, а мы только крепче друг друга придерживали. Поцелуй пришлось прервать, ведь воздуха стало катастрофически не хватать. Я аккуратно прижался к Брендону, устроив свою голову на его плече, а он лишь обвил мою талию одной рукой и поцеловал в щёку. — Останешься? — Останусь, — ответил ему я, после чего отправился в царство Морфея.