Часть 39. Игра
13 мая 2017 г., 07:55
Everyone knows I’m in Over my head Over my head. With eight seconds left in overtime She’s on your mind She’s on your mind. Все знают, что я Прыгнул выше своей головы, Выше своей головы. За восемь секунд до конца Ты думаешь лишь о ней, Ты думаешь лишь о ней. The Fray — Over My Head (Cable Car)
Я выбежал в коридор. В мыслях была единственная, весьма конкретная цель: схватить Эбису за воротник и выбить из него всё дерьмо, а вместе с ним то, что он знал о Тоби. Это чувство гнева поглотило меня, затянуло под воду, напирая со всех сторон, мотивируя к действиям. Рядом со мной, перекрикивая в телефонную трубку громкую музыку, бежал Ли. Я не сомневался, что сейчас к нам присоединятся другие члены команды Хатаке, но это пока не имело никакого отношения к моим личным мотивам. Мой мозг зациклился на одном: Эбису специально отправил Сакуру в женский туалет. И он расскажет мне всё, даже если придётся выбить ему зубы на глазах у его подчинённых. Пристально изучив банкетный зал, рассматривая каждую черноволосую макушку, я очень быстро заметил выпятившего, подобно петуху, грудь Эбису, который, размахивая фужером, что-то рассказывал группе людей. Он явно важничал, поправляя сползающие с переносицы очки. Вид этого отморозка вызвал во мне новую волну ненависти, которая будто что-то переключила во мне. Расстегнув пуговицы пиджака, я преодолел расстояние и оказался за спиной у Эбису. Похлопав того по плечу, я привлёк его внимание и без лишних объяснений схватил за воротник, притягивая к себе, чуть подняв его над землёй. На пол с характерным звуком пролилось шампанское, фужер с которым через секунду от неожиданности обронил Эбису. — Ч-что такое?! — запинаясь, промямлил он, часто моргая за круглыми стекляшками своих очков. — Чего вам надо?! — Куда он увёз Сакуру? Отвечай! — процедил сквозь зубы я. — Кто?! Я не п-понимаю, что происходит? — сглотнув, Эбису в панике осмотрел притихших сотрудников. — В последний раз я видел её вместе с тобой, тут, на танцполе… Вот значит как, решил поиграть в идиота. Сжимая зубы до боли в челюсти, я поднял Эбису ещё на пару сантиметров выше, попутно встряхнув его, как чучело, отчего перекосились его очки. Он зажмурился от страха, кривясь, словно от яркого света, и покрываясь от нервов потом с неимоверной скоростью. Я сделал несколько шагов в сторону колонны, что была прямо за спиной Эбису, и вдавил его в мрамор. Люди, с которыми он до моего вмешательства разговаривал, быстро покинули эту часть зала, тихо перешёптываясь. В этот момент весь антураж вокруг нас будто скрылся в тени. Всё, что я видел, — это лицо ненавистного мне человека, который в этой истории только и делал, что усложнял жизнь Сакуре с самого начала. Безмозглый, жадный до денег, самовлюблённый придурок, которого не волновало ничего, кроме удобств и достатка в его личной жизни. Сжимая воротник одной рукой, точно поддавшись дёргающему за нити гнева желанию, я поднял вторую руку и уже хотел было хорошенько врезать Эбису, как моё запястье обхватили холодные и сильные пальцы. Покосившись, я увидел стоящего рядом Ли. Его густые брови были сдвинуты вместе, а лицо стало будто каменным от всей серьёзности, которую он излучал. — Саске, держи себя в руках. А ты, — одарив Эбису недовольным взглядом, промолвил Ли. — Хватит притворяться, что ничего не знаешь. Ты сказал ей зайти в женский туалет. — Д-да, но откуда мне было знать, что он её похитит? Я просто думал, что вы с Тоби соперничаете за её сердце, мало ли, Харуно у нас весьма привлекательная девушка-а-а! Последнее слово он протянул вместе с испуганным криком. Я повернул голову влево, чтобы изучить то, что так напугало Эбису, и увидел приближающегося к нам Хатаке. Он держал руки в карманах брюк, спокойно осматривая нас беспристрастным взглядом, в котором я заметил тень понимания сложившейся ситуации. Вслед за ним шли Неджи и Тен-Тен, попутно выпроваживая из банкетного зала недоумевающих людей. Я медленно повернул голову в исходную позицию, чтобы не спускать глаз с Эбису. Его зрачки расширились за стёклышками очков, когда он увидел Какаши, точно боялся его, но сейчас определённо не было времени выяснять причину этого страха. Я резко отпустил воротник Эбису, вовремя осознав, что Тоби всего лишь воспользовался им, как пешкой. Ничего он не знал, но Рок Ли на всякий случай положил на плечо шатающегося Эбису свою мускулистую руку, удерживая того на месте. Сжав пальцы в кулак, я приложил его к губам, размышляя над ситуацией, пока всё моё нутро твердило лишь одно: бросить к чёрту всё и всех и незамедлительно отправиться за Сакурой. — Их нигде нет, — доложил Неджи. — Наверное, они воспользовались проходом, что на кухне. Он ведёт к задней части здания. — Вряд ли Тоби работает этим вечером один, — сказала Тен-Тен, скрестив руки на груди. — Я видела девушку, официантку по имени Кин. Она мне не понравилась, и я хотела проследить за ней, но она скрылась так же неожиданно, как появилась в помещении. Никто из сотрудников с ней не знаком. — Почему вы его не схватили? — спросил я, стараясь соблюдать спокойствие. — Он ведь клюнул на приманку, он должен был отправиться чистить костюм или что там, мать его! — Саске, не кричи, — вздохнул Хатаке. — Видимо, он знал, что все мы здесь, и спланировал ответный план похищения Сакуры. Полагаю, он узнал Тен-Тен, ведь не исключено, что у него есть досье на каждого из нас. — И что теперь? — спросил Ли. — Он забрал Сакуру… От одного упоминания её имени у меня в груди что-то болезненно выкрутилось. Чёрт, как я мог так облажаться, как мог отвлечься на эту пару секунд; как я мог в присутствии Харуно забыть обо всём на свете и потакать её капризам? Она может заплатить своей жизнью за мои ошибки. От подобных мыслей тело кидало то в жар, то в холод. Я оттянул пальцами галстук, ощущая, как руки и ноги начали наливаться свинцом. Мы бездействовали, а в это время Тоби увозил Сакуру в неизвестное нам место. У меня не было ни малейшего представления о том, что он планировал с ней делать. Потребует выкуп? Вряд ли, у него под носом целое состояние Учих, которое он может успешного заграбастать, убив меня. Тогда он предложит обмен: Сакуру взамен на меня, что будет вполне логичным ходом в сложившейся ситуации. Даже Сасори на допросе говорил, что их шеф нашёл на меня метод воздействия, и он был чертовски прав: я скорее добровольно отдам Тоби всё, что он попросит, чем позволю с головы Сакуры упасть хоть одному волоску. — На ней тот браслет с передатчиком, — сказал я, обдумывая наши следующие действия. — Неджи, ты сможешь отследить сигнал? — Да, но мне необходимо вернуться на базу: я не взял с собой ничего полезного. — Отлично, — сжав руки в кулаки, я быстрым шагом поспешил к выходу. — Эм, а что с ним-то делать? — спросил Ли, покосившись на побледневшего Эбису. Я остановился, почти дойдя до выхода, и повернулся, чтобы было удобнее рассматривать сложившуюся позади сцену. Банкетный зал за это время заметно опустел. Сотрудники и гости поспешно покидали помещение, видимо, не желая наблюдать за фееричным завершением вечера — разборками. Возможно, они посчитали, что к Эбису пришли забирать долг члены одной из криминальных группировок города или представители налоговой, ведь происходящее больше напоминало часть какого-то фильма, а не повседневную реальность в этом городе. С нами остались только некоторые напуганные официанты: они носились на заднем фоне, видимо в попытках убрать со столов ценную посуду или нетронутые блюда. Я покосился на Хатаке, мысленно уповая на то, чтобы он как-нибудь разрешил ситуацию с Эбису, ведь тот явно его побаивался, даже не смотрел на него, таращась на пол. — Кстати, добрый вечер, Эбису, — с наигранной вежливостью промолвил Хатаке, поймав мой многозначительный взгляд. — Это ваша корпоративная вечеринка? Простите, что мы пришли без приглашений и всё испортили, мы не хотели. — П-почему бы вам просто не заявить на меня в налоговую инспекцию, а? — заскулил Эбису, обессиленно прислоняясь спиной к колонне. — Это, разумеется, можно осуществить одним звонком нужному человеку, но вы владеете очень важной для нас информацией, — ответил Какаши. — Какой? — дёрнувшись, будто его что-то укололо в бок, спросил Эбису. — Берите всё, что угодно, я на всё отвечу, только оставьте меня в покое! Я правда не думал, что Тоби способен причинить Харуно вред. Они ведь друзья! — Вот о нём мне и нужна информация: всё, что есть в вашей фирме на этого человека, на Тоби. — И всего-то? — вздохнул с облегчением Эбису после недолгой паузы. — Я, конечно, не имею права делиться такими документами с посторонними людьми, но… да, разумеется, — скривившись от боли в плече, которое сжал Ли, Эбису несколько раз кивнул. — Хоть сейчас, пойдёмте в офис, я всё отдам. — Вот и замечательно. Ли, займись этим, — скомандовал Хатаке. — Встретимся на базе. — Хорошо, — ответил тот и решительно потащил Эбису в сторону заднего выхода, попутно приняв из рук Тен-Тен ключи от второй машины, на которой должны были уехать мы с Сакурой. — А мы возвращаемся на базу, чтобы… Слова Какаши прервал грохот, будто за пределами здания что-то упало. Резко обернувшись, я осмотрел толпу у входа в банкетный зал. Кто-то что-то крикнул, но я не смог разобрать ни слова. Сорвавшись с места, мы кинулись к распахнутой двери, проталкиваясь между застывшими на тротуаре людьми. Они наблюдали за происшествием на противоположной стороне улицы, возмущённо перешёптываясь, и я, пробившись к проезжей части, замер. Рядом с чёрным фургоном, в котором нас ждали Рин и Канкуро, стоял какой-то высокий, ширококостый и лысый амбал, с огромной, декорированной острыми шипами битой в руках. Он, судя по вмятинам на капоте и дверке машины, не в первый раз занёс своё орудие над головой и со всей силы ударил по лобовому стеклу.***
Рин прижималась лбом к стеклу, сидя в фургоне, пока мимо по тротуару спешили по делам жители города. Они даже не подозревали, что прямо у них под носом творились дела, достойные сценария Голливудского блокбастера. Но это даже к лучшему, так как подобное незнание держало их в безопасности и подальше от мира мафии. Подняв к губам пластиковый стакан с почти холодным кофе, она отпила немного горькой жидкости, шмыгнув носом, и покривилась: отвратительное питьё. Если бы она не знала, что Канкуро принёс заказ из «Старбакса», то подумала бы, что пьёт помои. Вздохнув, она повернула голову влево, присмотревшись к запертой двери банкетного зала на другой стороне улицы. Ожидание заставляло её нервничать и переживать за всех, кто сейчас находился внутри и рисковал жизнями ради поимки опасного преступника. Рин всё надеялась в любую секунду увидеть Саске и Сакуру, которые должны были уехать в безопасное место до окончания всего действа. Это стало бы хоть каким-нибудь индикатором и подсказало бы, на какой стадии была их миссия, но дверь оставалась запертой, и Рин всё больше напрягалась в угрюмой тишине. Она сдерживалась от желания позвонить Какаши, ведь это могло помешать ему в ответственный момент, поэтому Рин принимала неведение максимально спокойно. Рядом, на сидении водителя, устало вздохнул Канкуро, тарабаня пальцами по рулю. Он так же уставился на противоположную улицу, выжидая малейшего намёка на происходящее внутри, но всё тщетно. — Почему-то слишком долго, — вполголоса сказал он. — Уверен, что Тен-Тен давно справилась со своей задачей, так почему они не выходят? — Может, случилось что-то непредвиденное? — Чёрт, — нахмурился Канкуро. — Там моя сестра, знаешь ли, совершенно не подозревающая обо всей этой миссии. Если что-нибудь случится с Темари… — Не должно, — уверенно промолвила Рин. Она отвернулась, решив продолжить своё невесёлое занятие в виде наблюдения за прохожими, и увидела в зеркале человека, стоящего рядом с задним колесом их фургона. Рин нахмурила брови, присматриваясь. На нём была кожаная куртка и порванные на коленях джинсы. Его волосы в свете уличных фонарей казались грязно-белыми и черкали кончиками плечи. Он засунул руку в карман и достал какой-то небольшой предмет, который в мгновение ока сверкнул в лучах ламп отблеском металла. Это был раскладной нож: длинный и широкий, будто охотничий. Рин прижалась к дверке, пристально наблюдая за действиями мужчины. Тот присел рядом с колесом и вонзил острое лезвие в шину, а затем ловко поднялся на ноги и поспешил обойти фургон, видимо, чтобы проколоть и второе колесо. — Канкуро! — вскрикнула она. — Нам прокололи задние шины! Тот, вздрогнув от неожиданности, кинулся открывать дверь фургона, которую в этот же миг заблокировала и вдавила обратно огромная рука второго подошедшего к ним человека. Этот был сильным, рослым и грузным мужчиной — одним словом, громилой, у которого во второй руке виднелась опасная, покрытая острыми шипами бита. Он громко хмыкнул, занося мускулистую руку назад, чтобы сделать очевидное. Рин подавила испуганный визг, ухватив Канкуро за воротник, и потянула его на себя, подальше от окна. Амбал резко ударил своей дубинкой по водительской дверке, чем погнул раму, фактически блокируя этот выход. На сидение посыпались осколки стекла, но Рин, жмурясь, ещё успела рассмотреть, как первый незнакомец обошёл своего товарища и присел рядом с передним колесом, проделывая в нём дырки. Машина начала ощутимо терять баланс со спущенными колёсами, еле заметно склонившись набок. Рин не понимала, кто эти люди и почему они без каких-либо предупреждений начали громить фургон, хотя остатки трезво мыслящего ума подбрасывали ей некоторые идеи: они, наверное, подручные Тоби. В этот момент Канкуро протянул руку назад и открыл пассажирскую дверь, из-за чего они чуть не упали на тротуар, прямо в небольшой полукруг, созданный замершими в замешательстве прохожими. Как мило с их стороны не помочь явно попавшим в беду людям! Вот было бы справедливо, если бы она, как медик, проигнорировала раненого прохожего только потому, что никто другой к нему не бросился. Рин кое-как поднялась на ноги, прижимая руку к правому боку, и осмотрела напавших на них незнакомцев. Громила хмурился и, прищурив глаза, нетерпеливо вертел битой, точно присматривался к новой цели для своей любимой игрушки. Стоящий рядом с ним парень в куртке выпрямился во весь рост, ехидно ухмыляясь, очевидно, довольствуясь разгромом. Рин чуть попятилась, чтобы рассмотреть дверь банкетного зала, которая, к удивлению, была открыта настежь. Оттуда единым потоком выходили люди, и Рин не могла различить ни одного знакомого лица. Значило ли это, что Саске и Сакура уже уехали? И что им делать, если Какаши и ребята с минуты на минуту выйдут к ним вместе с Тоби, чтобы как можно быстрее доставить того в АНБУ? Эти двое сделали достаточно, чтобы повредить их единственный транспорт, и, кажется, на этом они не собиралась останавливаться. Амбал в очередной раз поднял биту над головой, целясь прямо в лобовое стекло, и нанёс удар: гладкая поверхность покрылась паутиной, что едва удерживала все осколки вместе. В толпе испуганно закричала какая-то женщина, пока другие прямо за спиной Рин гневно обсуждали хулиганов, переспрашивая друг у друга, вызвал ли кто полицию. Внезапно парень с ножом как-то странно пошатнулся, будто ему в спину что-то попало. Она увидела, как его футболка на уровне груди стала пропитываться кровью, и он повалился на капот фургона, будто сломанная игрушка, сползая на землю. Рин увидела на другой стороне улицы Неджи. В его правой руке был пистолет, который он поспешно опустил, чтобы никто из гражданских не стал паниковать. Наверное, он воспользовался грохотом, чтобы выстрелить. Рядом с Хьюгой стояла Тен-Тен, с каменным лицом осматривая погром и последнего противника, который, увидев своего напарника недееспособным, грозно покосился на Канкуро, стоявшего прямо напротив него, но с другой стороны фургона. Сглотнув страх, Рин приложила руку к грудной клетке, чувствуя, как сердце билось в бешеном ритме чечётки. В этот момент на углу улицы показался несущийся к ним грузовик. Автомобиль резко затормозил недалеко от происшествия, и из его кузова начали выбегать вооружённые мужчины в форме. Одного взгляда на их экипировку хватило, чтобы Рин поняла, кто пришёл утихомирить этого громилу. До её плеча вдруг дотронулись, и Рин, подпрыгнув от испуга, обернулась прямо в объятия Хатаке. Тот окольцевал её сильными руками, прижимая к себе. Его подбородок прижался к её виску; слабо пробиваясь сквозь шум и гул от действий АНБУ, был слышен его успокаивающий голос, и Рин внезапно осознала, что Какаши шептал ей что-то на ухо. — Ты цела? Рин, ответь мне… — Д-да, — промямлила она, зажмурив глаза. — Со мной всё хорошо. В ответ Какаши прижал её к себе ещё крепче, не позволяя обернуться, чтобы посмотреть на укрощение того громилы. Она могла себе представить по звукам и фразам, что именно происходило, но не горела желанием наблюдать за всем воочию. Сердце стало успокаиваться, а сковывающий холод медленно отпускал окаменевшее тело, позволяя Рин делать глубокие вдохи пропахшего ночным городом воздуха. В какой-то момент она осознала, что АНБУ начали разгонять толпу, преграждая улицу новоприбывшими к месту происшествия машинами. Она сглотнула ком, что застрял в горле, впившись дрожащими пальцами в пиджак Хатаке, точно не хотела отпускать его ни под каким предлогом. В её мыслях пролетело одно: после завершения его миссии они уедут из этого чёртового города — в этом не было сомнений.***
Вой сирен прибывших полицейских машин разносился эхом по всему кварталу, который люди Морино перекрыли в считанные минуты. Удачно же Хатаке позвонил ему после того, как Тоби ускользнул от нас. Я стоял в стороне, не желая находиться в компании кого-либо, — это было принципиально. В голове вихрем вертелись бесконечные мысли, что не давали успокоиться и с трезвым рассудком вернуться к делу. Перед глазами всё мелькал облик Сакуры, радостно улыбающейся мне всего час назад. Руки по-прежнему чувствовали её тепло, а губы — вкус поцелуя. Странно, как всего несколько секунд способны изменить чью-либо жизнь, испортить тщательно продуманный план или помочь порешить человека. Все три сценария воплотились в этот вечер, и было сложно поверить в то, что мы в который раз позволили Тоби уйти. Я не знал, какие чувства испытывали другие, но лично у меня внутри всё оборвалось: пустота, кажется, не имела дна, а гнев, который поглощал меня ранее, остудило осознание собственной, казалось бы, мизерной ошибки. Почему-то я не мог найти для себя оправдания, в отличие от поступка Неджи. Он без лишних колебаний пристрелил того парня, потому что понимал, что Канкуро и Рин стояли перед врагом безоружные. Хьюга сделал то, что должен был, в отличие от меня. Всё, что требовалось, — это вывести Сакуру из здания, и я не смог. Теперь наша задача стократно усложнилась, причём неизвестно, потребует ли Тоби взамен на Харуно что-либо или нет. Но, в любом случае, я решил, что выполню все условия, чтобы освободить Сакуру, даже если это будет последнее, что мне доведётся сделать в жизни. — Саске, — позвал чей-то голос, но я не отреагировал. — Пойдём, Морино отвезёт нас домой. Я чуть повернул голову и увидел Рин. Она была бледной от испуга, но довольно уверенно держалась на ногах, не говоря уже о том, что осмелилась подойти ко мне и начать разговор. Но, видимо, из всех оставшихся Рин единственная отличалась бесстрашием и своим состраданием к людям. Она видела, что я не хотел ни с кем общаться, и взяла на себя непосильный поступок, потому что рядом не было Харуно, с мыслями о которой Рин и проявляла эту заботу. Она делала это для Сакуры, потому что верила, что всё разрешится лучшим способом. Чуть скривив губы, я промолвил: — Мне кажется, сегодня я попытался прыгнуть выше своей головы. — Не вини себя в том, что позволил ей улизнуть, — вполголоса ответила Рин. — Сакура упрямая, как и ты, поэтому не стоит упрекать её в том, что ты сделал бы сам не задумываясь. Лучше перенаправь энергию и эмоции в другое русло и спаси её… ты ведь любишь её, Саске. — Моя любовь тут ни при чём, — отчеканил я. — Как по мне, так при всём, — усмехаясь, хмыкнула Рин. — Если ты её любишь так же сильно, как ненавидишь Тоби, то ты пойдёшь и заберёшь её домой. Протянув мне руку, она замерла в ожидании, будто обращалась не с двадцатичетырёхлетним мужчиной, а с ребёнком. Прикрыв веки, я задумался над её словами. Я любил Сакуру, сомнений в этом не было, и я хотел вырвать её из лап того отморозка, вернуть ей нормальную и спокойную жизнь. Другой стороной медали была ненависть к Тоби за всё, что он причинил моей семье, за родителей и за Итачи. Я не мог просто так отпустить это, позволить ему уйти вместе с империей, в которую мой отец и дядя вложили свои мечты и надежды. Подобный исход будет как минимум унизительным, особенно если последний из рода Учих добровольно склонит голову перед врагом. Итачи в гробу перевернётся, если узнает, что я сдался, что не завершил дело, за которое он отдал свою жизнь. Эти два понятия больше не боролись внутри меня, напротив, они соединялись воедино, словно одно не могло существовать без другого. Да, невозможно всегда бежать по небу, успешно добиваться цели и властвовать над теми, кто в силу своего характера этого не позволит. Это я и собирался доказать Тоби: в этот раз он своего не получит. Встретив взор устало улыбающейся Рин, я подошёл к ней, приобняв левой рукой за плечи, и направился в сторону нашего транспорта.
