Fide, sed cui fidas, vide.

      «Нападения на членов Храброй Полиции продолжались в весьма странной последовательности — каждую неделю один человек. Сценарий был весьма прост: под покровом ночи, неизвестный совершал нападения именно на патрулирующих улицы брейвов. После первого нападения прошло несколько недель. Списки пострадавших от рук предполагаемого нападавшего пополнились парой имен: Пауэр Джо и Дампсон.» — Декард раз за разом перечитывал свой отчет по поводу случившегося, чувствуя, как холодный пот стекает вниз по спине. В голове никак не укладывалось, что в этом деле был замешан Ганмакс, но все факты налицо. Каждый из пострадавших узнавал знакомые очертания, голос, даже манеру поведения. По идее этого было вполне достаточно, чтобы усадить парня за решётку, если бы не одно «Но» — все как один твердили, что не замечали на лице байкера следов побоев. Что-то в этом деле явно было не так… Пропустив нервный смешок, Декард всё же отодвинул папку с отчётом на другой конец стола, устремив неясный взгляд в окно, наблюдая за городской суетой. Началась новая неделя, а следовательно будет и новая жертва… Из раздумий Декарда вывел дружественный хлопок по плечу. Пауэр Джо, не смотря на полученное недавно ранение, а именно лёгкое сотрясение мозга, пребывал в хорошем расположении духа, да и вообще отказался от дальнейшего лечения, на котором так упорно настаивал комиссар. (хотя в будущем это вполне могло ему аукнуться.) — Чего не весел, дружище? — присаживаясь на кресло с другой стороны стола, поинтересовался брейв. — Новых нападений пока не совершалось? — Декард решил не размениваться на долгие приветствия, решая пойти в лобовую, параллельно замечая, как собеседник изменяется в лице. Пауэр Джо долго медлил с ответом, явно пытаясь подобрать нужные слова. С каждой секундой его некогда приподнятое настроение постепенно сходило на нет, а лицо приобрело выражение крайней серьёзности. — Округу всколыхнула череда загадочных смертей среди городского населения… Странно, что ты до сих пор не в курсе. Декард не нашёл в себе сил на ответ. Губы предательски дрогнули, и вскоре послышался едва различимый шепот — «Зачем?.. Чего он хочет этим добиться?» Брейв тактично молчал, дожидаясь, когда Декард придёт в себя после услышанного, дабы продолжить разговор, но так и не дождавшись ответной реакции, решил не мешать. — Тебе надо всё осмыслить, взвесить, так что, я пожалуй пойду. — вновь одобрительно похлопав брейва по плечу, Пауэр Джо решил спешно удалиться. Декард сопроводил друга лишь молчаливым кивком. Ситуация вышла из-под контроля, что было весьма неудивительно. Похоже, всё-таки придётся перейти к решительным мерам, а именно посадить Ганмакса за решётку до выяснения обстоятельств.

***

"За что все так ненавидят меня? Обвиняют в том, чего я не делал. И даже ничего не спросили. И главное, они все. После неприязни одного всколыхнулся весь отряд. Они слепо пошли за ним, ничего даже не разузнав. Почему так происходит?" - Ганмакс раз за разом повторял про себя эту фразу, лелея надежду получить ответ. Байкер и представить себе не мог, что когда-нибудь окажется за решёткой, да не абы как, а за умышленное нападение и убийство нескольких мирных граждан, по крайней мере, так гласил его приговор. Брейв решил выместить свою ярость на стену камеры, о чём вскоре сильно пожалел. Адская боль пронзила ногу чуть ниже колена, а после волнами разошлась по всему телу. Сев на пол, он прислонился спиной к стене, согнув ногу в колене. Глубоко вздохнув, попытался унять бешено колотящееся в груди сердце, которое будто отмеряло последние часы его жизни, а после попытался снять и нервное напряжение, комом стоявшее в горле. Дальше проследовала попытка забыться сном хотя бы на несколько часов, а там уже и на свежую голову думать легче.

***

      Ночь мягко окутала город. Одеяло сна укрывало каждый дом, каждую улочку, каждую зверушку и каждого человека. И только один не услышал колыбельную ночи… «Проклятые копы, — рассуждал какой-то мужчина, сидя возле железнодорожной насыпи, — еще увидим, кто тут талант! К вам прибыл гений, а вы даже не поняли этого! Тупицы… Ничего, ничего, должны будут сообразить, что не я бездарь, а они! Попляшут еще!» Тут он перевел взгляд на чистое небо и задумался. Золотые и белые крупицы звезд рассыпались по черноте, будто соль и песок по столу. И все они будто бы с укором смотрели на него. «А если бы я поступил не так? Что если бы я не стал служить, а завел бы семью? Эх, чего уж думать… Не бывать этому, — мужчина вздохнул и сжал кулак. Дунул прохладный ветер. Казалось, ночь разделяла его тоску. — Назад пути нет. Теперь только месть. А все-таки хорошо бы было, если б порочный круг внезапно порвался… Если бы что-то можно было изменить… Нет. Не думать об этом, не смотреть назад. Только месть существует для меня, единственная это цель. Ничего больше…»