Диамант

— Ну, и что у тебя за проблемы? Людмила Ивановна лежала на спине, откинувшись на подушку. Она накрутила на палец прядь волос своего бывшего любовника и несильно дергала его за нее. Она прекрасно помнила, что тому это до невозможности не нравилось, но ничего поделать с собой не могла — ей-то как раз наоборот доставляло удовольствие. А еще она любила теребить его за уши. Виталик не сразу начал отвечать ей — он прекрасно помнил науку мамочки. «Окружающие совершенно не обязаны вам помогать», — повторяла она, прежде чем что-то сделать просто так, то есть даром. Но Виталику не хотелось жить в мире, где никто никому ничего не должен. Именно поэтому он честно, как раньше, отработал и теперь смело мог просить услугу взамен. Понадобится дополнительная плата — отработает еще. «Просить о помощи можно и нужно, но, — подчеркивала госпожа Войцеховская, — важно не ждать от людей лишнего». Виталик встрепенулся, делая вид, что все его проблемы разрешились сами собой, как только он оказался в постели с Людмилой Ивановной. Она неплохая учительница, а он прилежный ученик — научился играть чувствами других людей, не демонстрируя при этом свои. — Не проблемы у меня, так… Он неопределенно помахал рукой. — Хотел, чтобы ты порекомендовала хорошего создателя сайтов или фирму. Мне нравится, как твой сделан, — Виталик походя отпустил комплимент дамочке. — Такой же хочу. И фотографа твоего хочу. — Но он же мужчина! — делано округлила глаза Людмила Ивановна, хотя прекрасно поняла, о чем пойдет речь. Виталик приготовился, что она ему откажет дать фотографа — прекрасно понимала, что у него сейчас нет денег, и тот как бы должен отработать у него бесплатно, то есть за ее счет. Он даже морально приготовился к этому — Людмила Ивановна совершенно не обязана делиться с ним своими сотрудниками и оплачивать их работу. — Для каких целей он тебе нужен? — спросила она. — Каталог продукции фабрики хочу составить, — вздохнул Виталик. — Нужны фотографии моделей в наших изделиях. Он помолчал, позволяя женщине подергать его за волосы, — это тоже была своеобразная плата за просьбу. — Мог бы и нанять фотографа, — продолжил он, так как Людмила Ивановна ничего не говорила в ответ, — но… — Он снова выдержал паузу, делая вид, что подбирает слова. — Хотелось, чтобы все фотографии были выдержаны в одном стиле, сделаны одним специалистом, с одинаковым освещением. — Почему этого нельзя сделать с другим фотографом в другой студии? Она неожиданно сильно дернула Виталика за прядь. Тот недовольно поморщила и зашипел. — Потому что каталог будет пополняться и обновляться, — скривившись, как от зубной боли, ответил Виталик. — Я нацелен на долгое сотрудничество. — На долгое, говоришь? Людмила Ивановна приподнялась на локте и легонько поцеловала Виталика в губы. — Будет тебе фотограф. Что еще? — А вот это уже проблема, — произнес Виталик и потянулся за своим телефоном. Он вкратце рассказал, при каких обстоятельствах столкнулся с теми мужичками. — Какие мерзкие рожи, — передернула плечами Людмила Ивановна, взглянув на снимок, сделанный Оленькой. — И что им нужно было от тебя? — Вот это я и хотел, чтобы ты выяснила, — улыбнулся Виталик. Теперь он приподнялся на локте и поцеловал Людмилу Ивановну в губы. Почему-то он был уверен, что та бросит все на свете и кинется узнавать про тех мужиков. Она в лепешку расшибется, но выяснить про них все для него — когда родится, когда женился, с кем спит сейчас. Она совершенно не обязана этого делать, но будет — просто из любопытства, что тем надо от Виталика и кто их послал. — И последнее? — спросила Людмила Ивановна. — Я хочу знать, в каком роддоме родилась Танечка Печкина, — удивляясь сам себе, произнес Виталик. — И кто в это же самое время, плюс-минус неделя, рожал вместе с ее родителями? Наверное, если бы Людмила Ивановна не предложила задать последний вопрос, он бы не спросил об этом. А так, почему бы и нет? Пусть пороет носом землю, поищет информацию. К тому же ей это совершенно не трудно — она знает все входы и выходы в ЗАГСы, где хранятся подобные сведения. Получилось легко и просто, а главное совершенно естественно, словно лежа читал книжку на диване перед телевизором и попросил любимую: «Принеси мне стакан минералки! И еще яблочко! И ножик, чтобы шкурку с него почистить!» — и точно рассчитал, что та со всех ног кинется исполнять его просьбу. — Быстро сделать не обещаю, — помолчав, произнесла Людмила Ивановна. — А мне не надо быстро, — улыбнулся ей Виталик и потянулся за поцелуем, рад, что не отказала. — Я никуда не тороплюсь. — Сходи в бар за минералкой, — попросила Людмила Ивановна, эффектно потягиваясь и закидывая руки за голову. Виталик чуть не расхохотался — он сам только что об этом подумал. Сдерживая улыбку, поднялся, оделся и покинул каюту: пусть, пока он ходит в бар, позвонит, куда хотела — мешать ей или подслушивать ее разговор он не станет… Весело насвистывая незамысловатую мелодию, предупреждая ту, что за дверью, о своем появлении — не стучаться же к себе, в самом деле, Виталик было потянулся рукой к ручке двери, как увидел нового бойфренда мамочки. Он хотел сделать вид, что не заметил его, но Вадим негромко окликнул Виталика по имени. Пришлось пойти ему навстречу. — Она у тебя? — поинтересовался Вадим. — У меня, — выдохнул Виталик и поджал губы, придумывая на ходу, чтобы такое сказать в свое оправдание. — Это хорошо, — кивнул Вадим. — Минералка для нее? — Для нее, — покачал головой Виталик. К чему эти ничего не значащие расспросы? — Она, как, ничего? — ухмыльнулся Вадим. — Или мучается от морской болезни? — Да вроде нет, с Людмилой Ивановной все нормально, — пожал плечами Виталик. — А что, было уже, страдала? — Еще как! — подмигнул ему Вадим и подтолкнул назад к каюте. — Ну ты иди. Если получится, попридержи ее сколько сможешь, у меня тут небольшое дельце есть. Не хочу, чтобы Мила появилась в самый неподходящий момент и все испортила. — А что за дело? — поинтересовался Виталик. Может, ему тоже надо. А он не знает об этом. — Я супергерой, — хохотнул Вадим, — и желаю спасти мир от очередного конца света. Устроит? Но не хочу, чтобы спасенный мной мир вдруг разом в лице одного единственного человека по имени Людмила напрягся и не оценил моих стараний. Развлеки ее еще, пусть она появится на публике счастливая и довольная, когда мир уже будет спасен. Виталик ничего не понял, кроме одного, что Людмилу Ивановну надо задержать в каюте, как можно дольше. И у него вполне может получиться, так как Вадим не против, а он разжился несколькими презервативами. Он, конечно, совершенно не обязан помогать Вадиму, но это совершенно не шло в разрез с его желаниями… — Вот твоя минералка. Виталик протянул бутылку и стакан Людмиле Ивановне, продолжавшей лежать на его постели. Ему понравилось, что она никуда не торопилась. — Я сейчас, — сказал он ей и снова исчез за дверью. Мог бы и сразу прихватить что-нибудь выпить, а не только воду. Правда, он не был уверен, что в баре окажется любимый коньяк Людмилы Ивановны. Ну и пусть. Не окажется, тогда возьмет первый попавшийся более-менее приличный — не магазин, чтобы выбирать… Вадим легко взбежал на верхнюю палубу — ему необходимо было разыскать Ольгу Шевелеву, чтобы договориться о приятном проведении времени за карточным столом. Разыскать женщину оказалось делом несложным — она отдыхала среди мужчин своей компании. Он сразу понял, что ей нравилось находиться в центре внимания. Они неплохо поиграли с ней в прошлый раз, хотел предложить свою кандидатуру, чтобы и сегодня обирать лохов, которых на яхте было, хоть отбавляй, если она согласится. Выберут себе в партнеры пару-четверку и раскрутят по полной. — Вы же знаете, что у меня сначала преферанс в компании моих тетушек, — улыбнулась она Вадиму, когда они отошли якобы перекурить. — Знаю, — кивнул тот. — А у меня компания моих тетушек и прежний бойфренд госпожи Войцеховской. Мне почему-то кажется, что сегодня она от себя его не отпустит. — Развлеките их, пока я буду занята, а потом я подыщу вам замену за столом, — согласилась Ольга. — Сильно не обыгрывайте Людмилу Ивановну и Жанну Марковну. У них должен сохраниться интерес к игре. А еще лучше, пусть они выиграют. Сможете договориться с Виталием? — Попробую, — поклонился даме Вадим, улыбнувшись, как кот объевшийся сметаной. Ему казалось, что придется женщину уговаривать, а, похоже, что это она его уговаривала сыграть с ним в паре. Все, он договорился и теперь до вечера абсолютно свободен, как ветер. Можно и Виталия подменить, как бы тот не перестарался и не испортил ему всю малину. И он, и Людмила Ивановна на вечер нужны ему, как партнеры по картам… Вадим подошел к каюте своего «соперника», приложив ухо к двери, прислушался. Тихо… Но он был уверен, что счастливая парочка там. Надо их как-то выманить оттуда. Или не надо? Или одного, или одну? Он постучался в дверь и огромными скачками помчался к себе, пока никто не появился в коридоре и не застал его под таким неблаговидным делом. Вадиму почему-то казалось, что на этот раз из каюты должна выйти Людмила Ивановна и, не привлекая к себе внимания, подняться на палубу. Сколько можно? Пора и честь знать? Но ничего не происходило. В коридоре по-прежнему было тихо — не раздавалось ничьих шагов. — Плохо, — пробормотал Вадим. Он вышел в коридор, на цыпочках прокрался к каюте Вадима и снова громко постучался, а потом опять помчался к себе, как шкодливый мальчишка. На этот раз он услышал, как хлопнула дверь, и раздались легкие шаги, заглушаемые ковровой дорожкой. — Только не сюда, только не сюда. Вадим сложил молитвенно руки и взглядом уперся в потолок. Сейчас припрется и будет вещать лапшу на уши, что устала, хочет отдохнуть или жаждет выпить минералки здесь и сейчас. Но шаги затихли где-то в конце коридора, там, где лестница. — Фух, — выдохнул Валим и вытер рукой несуществующий пот со лба. «Фигляр», — сказала бы о нем Людмила Ивановна. Что поделать? При всей его внешней серьезности покривляться он любил. Не без этого. Удостоверившись, что по коридору никто не ходит, Вадим вышел из каюты и решительным шагом направился к Виталию. Ему надо с ним договориться о сегодняшнем вечере. — Бить не будешь? — спросил Виталик, увидев на пороге Вадима. — За что? — скривился тот. — Из-за нее что ли? Фу, — фыркнул он, — не заслужила. Я не за этим пришел. — А зачем тогда, — удивился Виталик. — Повторю свой вопрос. В карты играешь? — спросил Вадим и нервно постучал рукой по косяку. — Есть немного, — неопределенно пожал плечами Виталик. Не будет же он всем и каждому рассказывать о своих скрытых талантах. Играет, и что с того? — Составь мне компанию на вечер, развлеки со мной даму, — попросил Вадим. — А сам никак? — удивленно поднял брови Виталик. Ему казалось, что Людмилу Ивановну он развлек уже вполне достаточно, чтобы занимать ее еще и вечером. — Видишь ли, — пространно начал объяснять Вадим. Виталик улыбнулся — он тоже так говорил, когда сказать было нечего. — Так что я должен увидеть? — спросил он. — Я хочу поиграть в покер в интересной компании, и чтобы Людмила меня отпустила, необходимо, чтобы к этому времени она получила удовольствие от выигрыша в карты. Фух, — выдохнул Вадим. — Доходчиво объяснил? — Вполне, — кивнул Виталик. — Только мне какой интерес от этого? Что я с этого буду иметь? — Отложенная услуга за услугу, — усмехнулся Вадим. — Я готов прийти на помощь тебе, когда понадобится. Только никакого криминала. Должен, отдам, как карточный долг. — Вот как? — не поверил ему Виталик. — Я искренне надеюсь, что… — На что ты можешь надеяться? — усмехнулся Вадим. — Только на мое слово — обещал, значит, отдам. — Слово — тоже неплохо, — согласился в конце концов Виталик. Делать-то все равно особо было нечего. Можно в картишки и без интереса перекинуться, если Вадим хочет, чтобы весь его интерес оказался в кошельке у Людмилы Ивановны. — Во сколько начало? — спросил он. — Людмила сама тебе скажет, не волнуйся, — ответил Вадим. — Я только ей намекну. Хотя… Могу и не намекать. Мне кажется, что она тебя сегодня от себя не отпустит. А начало… Как начнем, так будет начало. Никаких ограничений на этот счет нет. Но думаю, за стол сядем часиков в семь вечера, а там, как масть попрет. — Понятно, — кивнул Виталик. — Вот и отлично, — похлопал его по плечу Вадим и, пятясь, покинул каюту… Играть сели не в семь, а в пять. В баре они оказались вчетвером — к их компании присоединилась Жанна Марковна. Виталик ее терпеть не мог, считал, что эта старая ведьма виновата во всех его теперешних несчастьях. Сдалась бы ему эта Танечка Печкина. Хотя несчастьями назвать то, что произошло с ним за последнее время после расставания с Людмилой Ивановной, вряд ли можно. Так, мелкие недоразумения. Он, конечно, сам не идеальный, но не настолько плох, чтобы выставлять его за дверь. Понятно, что этой предсказательнице нужен был козел отпущения, точнее принц, для поддержания имиджа. Но почему выбор пал на него? Других козлов не нашлось? «Может, оно и к лучшему — раньше начнем, раньше закончим, — вздохнул Виталик, усаживаясь как раз напротив ненавистной ему госпожи Триш. — Теперь придется всю игру пялиться на ее мерзкую рожу». Виталик лгал сам себе — в светском платье, а не в хитоне, и с модной прической, в не в седом парике, без привычной цыганской шали Жанна Марковна выглядела вполне даже ничего. А мейкап вокруг ее необычных миндалевидных глаз зеленого кошачьего цвета придавал ей особое очарование. Так что посмотреть или попялиться, как кому угодно, было на что — стройная фигура с пышной грудью и круглое выразительное лицо притягивали взоры окружающих как мужчин, так и женщин. Было чему позавидовать. Близость столь яркой «соперницы» нисколько не пугала Людмилу Ивановну — из них двоих мужчины всегда выбирали ее. Жанна Марковна отпугивала их своей неординарной внешностью и какой-то внутренней силой. Таких женщин обычно боятся, зато таких, как госпожа Войцеховская, похожих на девочек, стремятся защищать. Так что Людмиле Ивановне можно было совершенно не опасаться соседства с ней Жанны Марковны. Виталик начал играть агрессивно и довольно быстро на радость дамам проиграл довольно приличную по его меркам сумму почти в пятнадцать тысяч рублей. Он обратил внимание, что Вадим ни разу не взял банк, когда он торговался либо с одной, либо с другой женщиной. После того, как Виталий почти полностью опустошил свой кошелек, в игру вступил Вадим. Он то выигрывал, то проигрывал, но в основном последнее, в итоге тоже лишился примерно такой же суммы, как и Виталий. — Мы пас, — подняли руки мужчины, продемонстрировав свои пустые кошельки после двух часов игры. — Давно у меня не было такой непрухи, — покачал головой Вадим, с завистью наблюдая, как женщины убирали свой выигрыш со стола, покрытого зеленым сукном. — Мне простительно, — улыбнулся Виталик, оправдываясь. — А я вообще сел за стол первый раз после большого перерыва. Забыл, как вести игру, как торговаться. Это он мог сказать кому угодно, только не Вадиму, тот сразу понял, что перед ним не новичок, а вполне зрелый игрок, со своей манерой игры, которую даже под маской лоха не спрятать. — Ладно вам, — отмахнулись от них довольные женщины, отправляясь на перекур. — Но мы вас отпустим только при одном условии. Виталик был предупрежден, а Вадим знал, о каком условии идет речь — они должны подтянуть вместо себя других партнеров и желательно мужчин, женщин дамы за своим игровым столом видеть не желали. Оставался открытым вопрос, где их взять? Как и в реальной жизни все порядочные мужчины уже разобраны. Жанна Марковна с Людмилой Ивановной прекрасно понимали, зачем держать возле себя мальчиков, которым хотелось сыграть по-крупному. Этого удовольствия ни одна, ни вторая не могли им доставить — не настолько азартны, да и перекачивание денег из одного кармана в другой можно назвать игрой можно с большой натяжкой. Только поэтому они предпочти им двух небогатых, но очень веселых мужчин из окружения Ольги Шевелевой — Анатолия, специалиста по крепким алкогольным напиткам, который пообещал угостить в следующий раз таких приятных во всех отношениях дам, настоящим самогоном, и Бориса, который особыми талантами не блистал, но анекдоты в тему рассказывал весьма неплохо. Женщины даже пофлиртовали с немолодыми мужчинами во время игры — ради удовольствия и квалификацию подтвердить. В конце концов они завершили игру и с новыми партнерами после того, как их покинули Виталий с Вадимом. Людмила Ивановна и Жанна Марковна с мужчинами вышли на палубу, чтобы подышать свежим воздухом перед сном. Обе были довольны: удалось почти не проиграть, точнее не уменьшить свой предыдущий выигрыш, а двести рублей, которых каждая из них лишилась в процессе игры, проигрышем по большому счету трудно назвать. А если учесть, что им удалось круто «обуть» — и Вадима, и Виталия — то можно считать, что они остались в огромном плюсе. Они ни о чем не говорили, пуская дым от сигарет вверх и всматриваясь в предрассветное небо. Скоро взойдет солнце. — Продай мне его, — вдруг попросила Жанна Марковна, когда они остались одни. — Кого? — опешила Людмила Ивановна. Она не понимала, о ком идет речь. Виталия? Так она может в принципе распоряжаться им, как заблагорассудится — деньги за него от Жанны Марковны получены в полном размере. Но та захотела его не для себя, а чтобы он предстал перед госпожой Печкиной принцем на белом Мерседесе. Ее право. — Вадима, — вздохнула в ответ Жанна Марковна. — Я его как увидела, так сразу и влюбилась без памяти. Никого так сильно не хотела, как этого мужчину. С ума уже неделю схожу от желания. — Любовь — это игра в карты, в которой блефуют оба: один, чтобы выиграть, другой, чтобы не проиграть, — фыркнула Людмила Ивановна, прикидывая в уме, сколько можно содрать за этот пока неогранненый бриллиант. Одно было ей понятно, что просить надо много. Когда еще такое «сокровище» подвернется? — Этот мустанг необъезжен, — на всякий случай предупредила она подругу, чтобы впоследствии проблем и претензий к ней не было. Обычно она передавала в пользование мужчин, готовых на все. А этот… Совершенно непонятно, как мог бы повезти себя Вадим в дальнейшем. Она ничего не могла гарантировать. — Жеребец с норовом. — Не таких объезжали, — Жанна Марковна не собиралась отступать. Но и Людмила Ивановна не хотела прогадать с передачей Вадима в другие руки — на горизонте у нее пока никто не светился, и в базе данных «Синей птицы» подходящей кандидатуры не было, все мелочь какая-то. Для личных целей она, конечно, подберет себе кого-нибудь, но когда еще на принце удастся подзаработать, не известно. — Шестьдесят две штуки баксов, — не моргнув глазом ответила Людмила Ивановна. В уме считала быстро и без ошибок. — Не многовато будет? — удивилась Жанна Марковна, крякнув. Сумма ее несколько удивила — это не был стандартный тариф. И пусть Виталий, которого они вместе пристроили к Танечке Печкиной, обошелся ей совсем дешево, но это был перебор, на ее взгляд. Обычно десятку баксов оставляла себе Людмила Ивановна в качестве возмещения за расходы, а все, что удавалось заполучить сверху, шло на отступные молодому человеку, чтобы тот согласился безропотно поменять одну женщину на другую. Его чувствами, естественно, никто не интересовался — покупали и продавали, как любой другой товар, точнее вкладывали в него деньги, чтобы потом снова перепродать, когда надоедал или появлялась другая покупательница, желавшая дать больше. Пока сохранялась молодость и привлекательность мужчины, в него без потери можно было вкладываться. Это все же не машина из салона, которая сразу теряла в цене, как только на ней выезжал покупатель за двери. В этом случае все наоборот — чем старше и опытнее становился мужчина, тем выгоднее его можно было сдать с рук на руки. Но опять же, пока не начинал лысеть или седеть. Но с сединой можно было еще как-то бороться, а вот с другими недостатками, свойственными возрасту, никак. — Не знаю, — пожала плечами Людмила Ивановна. — И этой суммы будет маловато. Думать сейчас, а не задрала ли она цену, совершенно не хотелось. Да и отдавать Жанне Марковне Вадима не было никакого желания. Вот Ольге — совсем другое дело. Как они спелись с ней! Она второй вечер наблюдала краем глаза за их игрой. Вадим не так прост, как ей показалось вначале, и надо о нем разузнать поподробнее, а потом уже продавать. Если Жанна Марковна захочет ей заплатить означенную сумму, значит, так тому и быть, пусть забирает. Останется прикинуть только, сколько отдать Вадиму из полученных денег за покладистость.