Тени в доме Кучики

В помещении было темно и душно, и на фоне последнего отчетливо чувствовался металлических запах крови и приторный - разложившейся плоти. Факела, развешанные по обеим сторонам узкой комнаты едва ли могли разогнать плотную тьму, и лишь некоторая часть света достигала стоящего в центре стола. Лицо лежащего на нем человека исказила гримасса страха: бегающие, широко раскрытые глаза, удерживаемые ржавым расширителем, ровно зашитые губы и стекающая к шее слюна вперемешку с кровью. Стандартная форма синигами была изрезана и изорвана, а по всему телу были вырваны куски мяса. Сначала парень подумал, что его просто пытают, но зачем тогда снова и снова залечивать его раны? Какой смысл каждый день разрывать его, а потом возвращать к жизни? Он умолял отпустить, умолял убить, в конце концов, но его молитв никто не слышал. В ответ на крики ему просто зашили рот, и вот сегодня вставили эту железную штуку в глаза. Интуиция говорила, что ничего хорошего из этого не выйдет. Хотя, самое лучшее, что может произойти в этом месте - смерть. С привичным скрипом открылась дверь, глухо ударившись о каменную стену и впустив немного воздуха. Эхом снова разнеслись голоса - два мужских и один женский. - Иоко-сан, неужели это действительно необходимо? - краем глаза паренек разглядел высокого мужчину. Тот устало прикрыл глаза, и его профиль жутко кого-то напоминал, но никак не получалось вспомнить, кого именно. - Мы слишком далеко зашли, ритуал необходимо закончить. Или вы боитесь? - обладательницей шипящего голоса была ухоженная молодая женщина. Через плечо она взглянула на пленника, и ее взгляд был не по-человечески холоден. Она будто собиралась разделать курицу, а не издеваться над человеком. - Никогда не думала, что в вашей семье есть трусы. - Не путай страх с отвращением, женщина. - Как невежливо. - Как вы думаете, человек, готовящийся в очередной раз поглотить другого человека заботится о своих манерах? - пока они вели этот диалог, к столу подошел третий и принялся срывать нитки с загноившихся губ. Синигами хотел было снова молить о пощаде, но захлебнулся сочащейся зеленой жижей. Зловоние тут же ударило в нос, на воспаленных глазах навернулись слезы, и он закашлялся, привлекая к себе всеобщее внимание. - Ну-ну, потерпи еще немного. Скоро все закончится. Нам правда жаль, что все так вышло, но другого выбора у нас нет. - Хватит болтать. Начинаем. - Как скажете, Иоко-сан, - все трое подошли вплотную к столу, и прежде чем молодому человеку вырвали язык, он успел разглядеть показавшееся знакомым лицо и в ужасе прошептать: - Тайчо?... Существо, в которое обратился первый говорящий, рвало хрипящего беднягу, не обращая внимания ни на что другое. Будто его главной целью было пожрать живое дергающееся тело. Кровь и гной хлынули в горло, поэтому кроме булькающих звуков ничего выдавить из себя не получалось. Жилистые руки вспороли живот, сжимали и разжимали теплые, скользкие органы, прежде чем вырвать их. Местами отдирались огромные куски кожи, острые ногти снимали остатки жировой прослойки, а морда в этот момент прогрызала грудную клетку. В животном порыве монстр приблизил к нему свое уродливое лицо, из его огромного рта капала слюна, разъедающая кожу на щеках. Скрюченные пальцы приблизились к глазам, и с неописуемым восторгом чудовище принялось выковыривать их и отправлять прямиком в свою кровавую пасть. По необъяснимой причине синигами не умирал, кто-то насильно удерживал в нем жизнь, и в последнюю секунду он понял, что все это время был окружен водой, которая постоянно возвращала к нему энергию и чувствительность. Этот Ад длился несколько минут, но ему они казались вечностью. Когда все закончилось и вырванное в финале сердце пропустило последний удар, зрители разъединили руки, сложенные в печати, отпуская освободившуюся душу. - Нужен еще один. Этого недостаточно. Кто-то, кто будет сильнее жалкого рядового. Удерживать их слабые души слишком трудно. - Вы хотите заполучить капитана или лейтенанта? И как вы собираетесь это сделать, если не секрет? - Скоро свадьба моей дочери, там мы все и сделаем. Проще будет действовать в неформальной обстановке, когда они хоть немного ослабят свою бдительность. - Придется постараться, Иоко-сан. Вы ведь понимаете, что если Готей узнает обо всем до того, как мы закончим, то мы ничего не сможем им противопоставить. - Да, поэтому нужно торопиться. Приведи его в чувства, он опять потерял сознание после перевоплощения, - почти голое тело в углу издало мучительный стон. - Как скажете, Иоко-сан.