Другой

POV Артура «Призраки, значит?» — задумчиво смотрю на Эмриса. Мальчишка идет на полшага впереди, подставляя лицо уже по-осеннему чуть теплым лучам солнца. Глаза прищурены, а на губах застыла легкая полуулыбка. Кажется, он полностью выкинул из головы мысли о недавнем разговоре, просто наслаждаясь погожим деньком. Я же, наоборот, прокручиваю его у себя в голове раз за разом, стараясь проанализировать. Стоит признать, Эмрис выбрал наиболее правдоподобное объяснение своим видениям из всех возможных. Человек всегда был склонен верить в существование некой потусторонней силы. И даже сегодня, когда значительно продвинувшаяся вперед наука объяснила многое из того, что раньше было не иначе, как «Божьим промыслом» или «происками Нечистого», найдется немало тех, кто искренне верит во всевозможных вампиров, призраков, инопланетян и иже с ними. Так что нет ничего удивительного в том, что парню было проще поверить в свою исключительную связь с потусторонним миром, чем принять тот факт, что у него галлюцинации. И переубедить Эмриса будет очень и очень непросто. Особенно учитывая его стойкое нежелание обсуждать данную тему. На последней мысли раздосадовано поджимаю губы: о чем можно говорить, когда я сам оказался к этому не готов? С радостью воспользовался предложенным мальчишкой поводом, чтобы уйти от скользкого разговора. Ошибка, позволительная новичку, но никак уж не мне. Только вот видеть в глазах Эмриса не просто испуг, а страх, настоящий страх, что разъедает душу, сворачивается в ней холодной змеей, оказалось очень неприятным. «Неприятным», — еще раз повторяю про себя это слово, как бы пробуя его на вкус. На краю сознания тревожно поскреблась мысль о том, что раньше подобное не вызывало у меня проблем. Я всегда умел четко провести грань, не позволяющую эмоциям мешать моей работе. Но сегодня я ее переступил. И осознание того, насколько легко я это сделал, мне совсем не нравится. «А ведь если задуматься, это не в первый раз. Я уже шел на более мелкие уступки в общении с мальчишкой», — новая мысль окончательно испортила и без того паршивое настроение. «Нужно поговорить с Максом», — не то логическое заключение, не то наказ самому себе. — «И чем скорее, тем лучше». POV Эмриса. Уже давно объявили отбой, а я все никак не могу заснуть. Стоит закрыть глаза, и перед внутренним взором как в калейдоскопе начинают мелькать, сменяя друг друга, обрывки воспоминаний о прошедшем дне. Очень насыщенным на события и неоднозначном дне, нужно отметить. Чего только стоило признание, что я вижу призраков? Пожалуй, так паршиво, как во время того короткого, но от этого не менее мучительного разговора, я не чувствовал себя с момента прибытия в Сартрэйдскую лечебницу. И когда уже казалось, что день окончательно испорчен, Артур вдруг каким-то чудом ухитрился превратить его в один из самых светлых за последние четыре года! Уголки губ невольно поползли вверх, стоило вспомнить об этом «чуде». Было приятно. Очень. И даже теперь хочется радостно рассмеяться. Ровно до тех пор, пока мысли не переключаются на последовавшую за поздравлением прогулку. Артур, до этого бывший таким улыбчивым, все то время, пока мы были в парке, с хмурым видом шагал рядом, время от времени бросая на меня задумчивые взгляды, когда ему казалось, что я не увижу. Не стоит быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, о чем он думал. Но я тогда так и не смог заставить себя заговорить первым, что-то объяснить… Побоялся. Предпочел поддержать его игру, сделав вид, что все в порядке, что я ничего не замечаю. «Может, все же стоило попытаться? Он бы ведь понял? Хотя бы попробовал понять…» — протяжный вздох, и я еще крепче обнимаю подушку, еще ближе подтягиваю колени к груди. Вечером Артур заглянул всего на пару минут, и его брови все так же были нахмурены. Как если человек думает о чем-то неприятном. Из-за меня? Из-за того, что я ему рассказал? Очень хочется думать, что нет, даже если чертов здравый смысл убеждает, что больше-то и не из-за чего. И еще сильнее хочется верить, что его отношение ко мне не изменится. После того, как он снова напомнил мне, каково это, нормально общаться с кем-то, чувствовать себя нормальным человеком, хотя бы иногда, это будет просто жестоко с его стороны. Но ведь поздравил же он меня с днем рождения? И даже подарок подарил… Должно же это что-то значить? Тогда к чему эта очередная резкая смена настроения? Или он тогда действовал, еще как следует не обдумав произошедшее, и теперь жалеет об этом? Жалеет, что записал к себе в друзья «психа»? Так не мог же он не осознавать, что не просто так меня сюда определили! «Но что тогда?! Не понимаю!» Не понимаю его поведения! Не понимаю, что творится у него в голове! Ничего не понимаю!