Компромисс

Еще через пару дней размышлений, Ри принял решение. Обсудив ситуацию и ее перспективы с Далом, который вошел в медитативный транс по настоянию оставленной записки, парни пришли к некому компромиссу, заключавшемуся в том, что бета действовал сам на свой страх и риск, а омега просто не вмешивался. Он, конечно, признал свою заинтересованность в результате, но от вмешательства отказался. На следующий день, выждав до раннего вечера и заранее выгуляв Блейка, Риор взялся за телефон, звоня на знакомый ему, но не подписанный в телефонной книге номер. Два раза звонки уходили в никуда, не находя ответа, на третий раз уже на последних гудках трубку сняли и раздался хрипловатый голос, заставивший внутренности сжаться в комок, мурашек промаршировать по телу, а бабочек в животе радостно затрепетать крылышками. — Алло? — Знаешь, Рик, вот лежу в спальне, смотрю на подтеки на потолке и думаю, а не мстишь ли ты за те десять пропущенных? — Я в душе был после пробежки, извини. — А разве они делаются не утром и вечером? — На том конце помолчали, обдумывая, что ответить. Не говорить же, что таким образом избавлялся от ненужных мыслей и возбуждения? — Захотелось побегать. — Аааа, понятно. А я звоню по делу. Долго не мог решиться, а еще и Дал со своими пессимистично-реалистичными прогнозами. Но, что будет, то будет. В общем, мы с ним поговорили и пришли к некоторым выводам. Различным, конечно, но не суть важно. Ты нам нравишься. Обоим. Но это, в сущности, совсем не проблема, это есть хорошо. Ой, счас бред начну нести, не знаю просто, как к главному подойти. — Вдохнул, выдохнул и продолжил. — Просто хотел сделать это, пока у Дала течка не началась, потому что тогда не знаю что случится. Но, короче, главная новость: … Эм, когда Дал мелким был, его изнасиловал его же пара. И как итог появился я. Я родился. В его сознании. Или отделился от него, не суть важно. Десять лет живем вместе. Вот. Решил сказать, а то реально влюбимся в тебя оба по уши, а потом, как говорят, склеивайте сердца. Так что, пока есть пути назад… Я несу бред. В общем, у Далиэна раздвоение личности, а я его, ну, ты понял. Ииии… Короче… Подумай там. — И резко отключился, вскакивая и стучась головой о стену. — Какой я кретиииин. — Бета с тоской посмотрел в окно, прижавшись к стене щекой. Слезы наворачивались на глазах. Мобильник завибрировал, он включил громкую связь, садясь и обнимая подушку, тонко протянул «Дааа?» — Не реветь! — Гаркнули с динамика. Рику понадобилось удивительно мало времени на осознание, подтверждение своих догадок и принятие. Можно сказать, у него это произошло чуть раньше. Только… он и подумать не мог, что эти двое сделают шаг, позвонят и признаются. Черт возьми, ему понабились все свои силы, чтобы оставаться спокойным. — Агаааа. — Слезы катились градом, не желая останавливаться. — Я сказал, не реви! И слушай сюда. Я давно начал подозревать, что что-то здесь не чисто. Апофеозом стали новости, которые я включил как раз, когда там обсуждали тебя, точнее Далиэна. Вот тут-то и встало все на места. И дурак бы смог связать все воедино: детей у Аланов три — Нэлон, Далиэн и Рафаэль, среднего изнасиловали, после чего он исчез на долгое время из города, а затем не проявлял активности и о нем все забыли. Думаешь, я мог что-то понять не правильно? Ты-то есть, существуешь и от Дала отличаешься. А теперь о главном, что ты там говорил о влюбленности? — Мерно и спокойно проговорил альфа. Хоть кто-то из них должен сохранять видимое хладнокровие чтобы мыслить. — Угу, так что, ничего страшного? — Уточнил Риор. Неверие и наивность, опасение и надежда. Ему понадобилось несколько мгновений чтобы ответить. Промедления здесь недопустимы. — Для меня — нет, это не страшно. Ответь на вопрос. На самом деле его это шокировало. Одно дело знать, другое — принять то, что тот, кто поселился в сердце, такой… необычный. — А, ага. После изнасилования, Дала бесят все запахи альф, они ему противны, а твой понравился. И он мне объяснял, со своими профессиональными терминами, но я ни черта не понял, но суть такая — ты ему очень нравишься, и он медленно пытается убить это в себе, ибо пессимист-фаталист. А яаааа, мне, в общем, тоже нравишься. Очень. Вот. — Угу, а при чем тут течка? — Да, блин, я бы тебе позвонил, кому ж еще? Надоело мучиться, они у нас знаешь, как тяжко проходят? Потому что истинного, что б его, встретили. А Дал альф не любит, всем от ворот поворот дает. А я кого попало тоже не позову, а подходишь только ты. Ну, как-то так. — Путанно объяснил бета и, подумав, добавил. — Раз уж тебя ничего не смущает, может, давай встречаться, а? — А Далиэн что по этому поводу думает? — Знаешь, все время у нас мнения не сходились, а тут сошлись. Нашли компромисс, впервые в жизни. — А тебя самого ничего не смущает? — Например? — Ну не знаю, мое лицо? Или все остальное? Другое минное поле — его личные больные точки, болезненные воспоминания и кровоточащие раны. Но бета отвечает не задумываясь, не медля, просто и метко, отводя тему от его проблем: — Остальное? А сколько сантиметров? — Много, и я не шучу. — Да ладно, думаешь, если бы это что-то решало, я бы стал открывать тебе правду? Я, то есть мы, приняли решение. И твоя внешность… это не то, что нас беспокоит. Доверие! Рик хмыкнул и подавил смешок. Наверное улыбки здесь не уместны, но, в какой-то момент ему действительно стало весело. И в следующих словах сквозило какое-то неверие и толика смеха: — Тогда да, я согласен с вами встречаться. — Ох, прям камень с сердца. — Бета звучно выдохнул, испытывая огромное облегчение. И перевел тему, соскочил на другой вопрос, засмотревшись на желтоватые пятна и разводы. — Это… у меня тут потеки на потолке, в спальне, закрасить надо, соседи сменились, может, эти затапливать не будут. И надо заделать, сам я этого сделать не смогу… В спальне… Вместе… Намек понят? — На том конце линии несдержанно заржали, послышалась возня, похоже, альфа начал одеваться. — Скоро буду. — И он отключился, а бета расплылся в глупой счастливой улыбке. Потом попытался дозваться до Дала, но не смог успокоиться и ничего не вышло. Глаза прошлись по комнате, зацепились за кучу одежды на стуле. И тут на него накатил мандраж. За пять минут, которые понадобились альфе на дорогу к его квартире, парень успел наскоро прибраться, протереть пол и пыль, и даже принять душ. Когда раздалась птичья трель звонка, он как раз убирал расчесанные волосы в хвост. Пока бежал открывать успел удариться о косяк, а открывая, поскользнуться тапочком. В итоге, на мужчину он буквально свалился, айкая из-за болящего мизинчика. Тот, казалось, только рад такому падающему сокровищу, потому что сразу же подхватил на руки, захлопнул дверь ногой, наскоро разулся и опустил ношу уже в кресло в гостиной. — А теперь я хочу услышать все в лицо. И не только от тебя. — Выдвинул условие альфа. Бета кивнул, залезая в кресло с ногами. При том, что одет он только в тоненький халатик и белье, выдержке Рика можно было только позавидовать. Но он очень не хотел, чтобы мальчики пожалели о своем решении, поэтому следовало оговорить все до. Он настроился серьезно, а потому не собирался оставлять ни капли мыслей для дальнейших сожалений или конфликтов. — Ммм, ты нам нравишься. Мне нравишься. Дал сам за себя скажет, только он крепкий орешек, его расколоть надо. И запах твой невероятный. — Ликер? — Усмехнулся Риккардо из соседнего кресла. — Дал считает, то есть, он облекает в слова то, что мы чувствуем, но не понимаем, что важен не сам запах, а то, что у нас с ним ассоциируется. Как если ты пахнешь апельсином, а кто-то, слыша этот запах, вспоминает Новый год или аварию. И вот, я вспоминаю тепло и защиту. Следовательно, этот запах и ты, рождаете во мне чувство защищенности и я, невольно, открываюсь, доверяю тебе. Как будто пахнет домом, таким, каким бы я хотел его видеть. С тем, кто не предаст. Просто, первое время родители не знали обо мне, мы с ним сливались и разбивались. А когда все выяснилось — родители приняли меня, но стоило мне сделать малейшую ошибку, как они очень бурно реагировали. И вечно просили носить опознавательный знак, чтобы знать кто перед ними. Они пытались, как мне казалось, привыкнуть к этому. А затем, когда я забыл повязать красную ленту и меня приняли за Дала, они сказали, что он достаточно вырос, чтобы принять память о случившемся, а от меня нужно побыстрее избавиться. Но он первый же воспротивился, встав на мою защиту. Дело даже не в памяти. Он считает меня отдельной личностью, находит этому доказательства, исследует это расстройство, считает, что лечение — это убийство. А родители думают, что я плохо влияю на их чадо, что это из-за меня он отказался от блестящего будущего. А Дал просто нашел себя в ковырянии механизмов внутри окружающих. Вот так. А ему ты внушаешь спокойствие и веру в будущее. Впрочем, он об этом больше расскажет, все же мы общаемся только записками и во время транса, и то, довольно своеобразно. — Понятно. Так ты помнишь об изнасиловании? — Конечно, хоть и не воспринимаю это как случившееся с собой. На самом деле все не так, чтобы совсем плохо, врачи сказали, что там ничего не нарушено. Могло быть и хуже. Просто для ребенка это стресс и боль. Он воспринимал только болезненные ощущения. Хоть других там быть и не могло. Они тогда словно сорвались: порвали, избили и получали от насилия удовольствие. Просто чудо, что все обошлось. А что касается его пары, тот еще долго не увидит ничего, кроме белых потолка и стен. И Далу больше не нравится его запах, мутить начинает. О, точно, есть еще кое-что, что ты должен знать. — Парень сглотнул и отвел взгляд, хоть до этого смотрел в лицо собеседника. Боялся. — Мы с ним убивали. Еще в первые дни, после зашивания. Мое формирование проходило быстро, но были моменты, когда мы с ним сливались. В эти мгновения мне казалось, что мы сойдем с ума. И сразу даже не понимали, почему все это происходит. Словно выныривали в реальность, а потом снова тонули в беспамятстве. А потом этот охранник с надменным взглядом. Я не могу с полной уверенностью утверждать, что это сделал он или я, но мы его убили. Хватило того, что это по его вине все произошло. Просто в какой-то момент чья-то пушка оказалась рядом, и мы выстрелили, выдернув ее из кобуры. Пуля попала в живот, и мы сделали это снова. Выпустили всю обойму, пока пистолет не начал пусто щелкать. Тогда все зашевелились, привели нас в чувство. И до сих пор иногда накатывает и хочется убить. Дал делает это бесчувственно, просто стреляет, а мне, наверное, даже нравится. Он поэтому и записался на самооборону. Я-то с шокером хожу и умею им пользоваться. — Риор выдохнул тяжело и опустошенно. Такие разговоры выматывали его больше двух смен подряд. — Мы давно не доводили до смертельного исхода, но на нас уже много трупов. — Вы контролируете переключение личностей? — Через непродолжительное время обдумывания и принятия информации, спросил альфа. — Можем тормозить, откладывать, провоцировать. Научились за столько времени. У нас время расписано, хоть и бывают непредвиденные ситуации. Большую часть времени у руля Дал, ему учиться надо. — Понятно. Можешь поменяться, хочу еще с ним поговорить? — Угу. — Вяло согласился Ри, сосредотачиваясь на дыхании и восприятии. Медленно в глазах начало плыть и прыгать, звуки искажаться, голова закружилась, он зажмурился. А открыл глаза уже Далиэн. — Привет. — Кивнул мужчина, вглядываясь в мимику лица напротив. Их так просто отличить. Риор даже хмурится не так, а Дал почти не улыбается. Хотелось увидеть его… посветлевшего, что ли. Без этих туч в глазах. — Вы нас различаете? — Парень обхватил колени руками, устраивая на них подбородок. Нервный и гиперактивный пучок под именем Ри сменился на холодное равнодушие. — Ты хмуришься. Всегда. — То, что вы здесь, говорит о том, что Ри сделал то, что хотел. — Проговорил и улыбнулся от глупости того, как это прозвучало. И исправился. — Он позвонил вам. — Он рассказал. Но только со своей стороны. — Кивнул мужчина, всматриваясь в лицо омеги. — Хм, вы действительно разделяете нас, при этом не отбрасывая правды. Не многие могут так себя вести. Он предложил вам отношения, а вы согласились? -Да, но для начала хочу все выяснить. Рик и сам «потемнел» лицом, заражаясь от парня. Хоть и знал, что из-за шрамов теперь стал совсем страшным. Но они, кажется, и правда этого не замечали. Он успел позабыть каково это, когда на тебя смотрят как на обычного человека. — Тогда вопрос. Наверняка вы уже знаете историю с моей парой, а что касается вашей? Какие есть гарантии, что вы не встретите его через год и не бросите нас? — Гарантия такова — он мертв. Мне дали цель и я слишком поздно понял, что он мой истинный. — Не дрогнув, признался он в своем грехе. В конце концов, он совсем не знал того паренька, не говорил с ним, да и видел всего несколько раз. Только запах его преследовал первое время, но потом и это прошло. — Как печально. Убили своими руками? Представляю, какие кошмары вас мучают. — Без улыбки, полностью серьезно посочувствовал Дал. — Не мучают, хорошие психиатры в армии помогли. — Да? Ну, если что, обращайтесь. Кстати, Ри уже предложил секс, да? — Утвердительно спросил омега, замечая в чем одет. — А почему вы еще не…? У меня там все нормально, нарушений нет. Поэтому предохраняйтесь, я хочу закончить учебу, если что. — Да, об этом он тоже обмолвился. — Слегка смущенно кашлянул альфа. То, как упорно парни склоняли его к интиму, начинало нервировать. Хотелось верить, что на этом открытия на сегодняшний день окончены, но паранойя не отпускала. — Как давно у вас не было мужчин? — Прострелила его догадка. — Давно. Очень давно. — Подтвердил опасения омега. — Никогда с той печальной ситуации, перечеркнувшей всю мою биографию… — Ладно, оставим эту тему. Мнение Риора о ситуации я услышал. Твоя очередь. — Что, признания в любви от него оказалось мало? — Дал ехидно фыркнул. Все происходящее выбивало его из колеи, хотелось залезть в панцирь и повесить табличку об отсутствии хозяина. Он понимал, что сейчас просто старается отрицать все, боится изменений, трусит и хочет сбежать от ответственности, вернуть размеренный и привычный ход жизни, в котором не надо ломать себя, не надо идти против устоявшихся привычек и убеждений. Вернуться туда, где нет никого, кого можно было бы включить в круг близких, кроме Ри. Не привык он доверять кому-то. — Боишься, да? Вот и я боюсь. И Риор, наверняка, очень боялся, когда звонил. — Если подпущу — потом будет больно. — Да, в жизни не без огорчений. — Рик дотронулся до шрама на щеке. — Но убегая и отталкивая, ты обрекаешь себя на пустое существование. И кто из нас психолог? — Рассмеялся альфа. — Дело не в изнасиловании. Родители, они с самого начала были против него. А я подумал, что случилось бы, поменяйся мы местами? — На его глазах блеснули слезы. Он действительно думал о чужих чувствах, о чужом предательстве. Выдержка ему изменила, голос дрогнул, и дальше все прозвучало эмоциональной тарабарщиной, слабеющей к концу. — Господи, просто представьте, что внутри вас живет другая личность, и однажды вы исчезнете, а он останется. А потом поменяйтесь местами. Мы оба этого боимся, исчезнуть навсегда. Поэтому я никогда не позволю ему подумать о том, что хочу его смерти, потому что мне от этого было бы очень больно. Слова оборвались, хоть Дал хотел продолжить. Он заставил себя замолчать, буквально на глазах собрал себя в кучу и затолкал свою боль подальше. Рик решил не потрошить его, принял нежелание продолжать и перевел тему: — Ри говорил что-то о компромиссе. Теперь уже засмеялся омега, утыкаясь лицом в коленки. Риккардо нахмурился, не понимая, что смешного он сказал. — Просто во всех спорах мы либо оставались при своих мнениях, либо кто-то уступал. А тема тебя стала первым нашим компромиссом. Это смешно, ведь впервые за почти десять лет мы пришли к одинаковым выводам, хоть действовать решили по-разному. Хм, а сколько тебе лет-то, дяденька? — Заинтересовался парень. — 38. Если подумать, не так уж и стар я еще. — О, это хорошо. Но, возвращаясь к нашим верблюдам, я полностью поддерживаю Ри, что бы он там не наболтал. Ты мне нравишься и я не против, если моя квартира будет всегда пахнуть полынью и чертополохом. И однажды я найду рецепт того крема. — Очень тихо закончил Дал, не поднимая подбородка с колен, но альфа его услышал. — Просто, на время реабилитации меня отправили к дяде, а там эти пирожные. Он и научил меня медитировать, и помог разобраться с Ри. Мне нравится этот запах. Спокойно и хорошо, не страшно смотреть в будущее. — Да, а ты пахнешь шоколадом и медом, единственными сладостями, которые я могу есть. — Улыбаясь, покачал головой Рик. — О, ты не сладкоежка? Ри тоже, а я напротив, люблю сладости. И, мне просто любопытно, как он намекнул на постель? — Заинтересованно прищурился Далиэн. — У вас подтеки на потолке в спальне. — Улыбнулся Рагед. — Да? Не замечал. Надо глянуть, как-нибудь. Составишь компанию? — Умильно прищурился, из-под ресниц на развеселившегося мужчину. Хохот альфы сотряс всю квартиру, даже пес недовольно гавкнул. — А что, туда можно ходить только на потолок смотреть? — Поинтересовался, успокоившись. — Не знаю, ты альфа, тебе и флаг в руки. Во мне кроме вибраторов с того случая так ничего и не было. — Честно признал Дал. — В красной коробке на шкафу много игрушек. Устроить экскурсию? Там и шарики, и пробки, и лубриканты с разными запахами и даже вкусами. Хочешь глянуть? — Да, не помешало бы. — Серьезно кивнул Рик и последовал за омегой. Тот прошел в спальню, снял со шкафа объемную коробку и, расположившись на кровати, открыл ее. — Я, наверно, лучше с Ри поменяюсь, он этого дольше ждал. — Получив кивок, омега спровоцировал переключение. Через несколько секунд дезориентации, бета пришел в себя и взгляд его уперся в потрошащего коробку альфу. Тот неспешно извлекал на свет и рассматривал игрушки, иногда угукая. Две связки шариков разных размеров, пять вибраторов разных форм, четыре больших резиновых члена, перевитые венками, две пробки, одна имитирующая кошачий хвост, куча тюбиков и коробочек со смазкой, несколько пачек презервативов. Отложив один член среднего размера, тюбик лубриканта и пару презервативов, Рик наконец убрал коробку на пол и обратил внимание на несколько побледневшего бету. — Вы, я так понял, договорились? — Спросил негромко, боязливо отодвинулся. — Да. Конечно, нам с ним еще предстоит хорошо пообщаться, но он передал эстафету тебе. Не передумал? — Нет. — Ри еще и головой помотал, для достоверности. — Я, только, фактически девственник. Так что, это, мало умею. — Научим. — Отрезал Рик, притягивая вкусно пахнущего парня к себе и устраивая того у себя на коленях. — Знаешь, наверно я передумал. — Дал задний ход Риор, но вопреки этому ухватился за чужие плечи. — Ага, так я и послушал. — Фыркнул альфа, склоняясь и целуя нервничающего парня. Тот немного посопротивлялся, но очень скоро ответил. Постепенно поцелуи углублялись, руки, подрагивая от страха и нетерпения, исследовали тело, мяли бока, обнимали. Халат отбросили на пол, туда же отправилась и майка мужчины, снятая в четыре руки. Губы Рика уже не терзали чужой рот, а целовали и оставляли засосы на шее, прикусывали ушко, ласкали соски. Риор вообще оказался очень отзывчивым, выгибаясь и постанывая, запуская пальцы в короткие волосы альфы. И очень чувствительным, бурно реагируя на ласки. А когда тот дошел до маленького и аккуратного члена, он вообще грязно выругался, начиная стонать громче и комкать простынь. Рагед сосал, брал полностью в рот, лизал языком, иногда посасывал яички, чувствуя, что в штанах уже все каменное. Нормального секса у него давненько не было, выдержка сдавала. Поэтому он без промедления, стараясь не отвлекаться от работы ртом, принялся растягивать тугой вход. Поначалу запаниковал, но узкие стенки быстро привыкали к пальцам, принимая новые. Выпустив член, он прошелся языком по дырочке и снова засунул туда пальцы, массируя простату. Перевернув парня на живот, тот сразу оттопырил попу, укладываясь на грудь, Риккардо быстро смазал фаллоимитатор и медленно начал им входить, разрабатывая дырочку. Бета завозился, глубоко дыша и стараясь расслабиться. — Поспешил? Взять меньший? — Спросил, замирая. Красота перед глазами заставляла кусать губы в попытке убедить себя в реальности происходящего. Риор и Далиэн, двое, но один, как все будет? Это пугало, но, наверное, они справятся. Если сейчас удастся сделать этот шаг — дальше проблем не возникнет. Главное запомнить где один, а где второй, главное принять их. — Нет, сейчас привыкну. Ух, блин, сдвинь вверх и влево. Да, так лучше. — Теперь он сдавленно застонал, сжимаясь вокруг искусственного члена, чувствуя, как глубоко тот входит. Наблюдая за тем, как мышцы обхватывают этот инородный предмет, как парень поджимает пальцы и дрожит, Рик осознавал, что никаких проблем в принятии нет. Вообще. Все, что угодно, лишь бы мальчики его не прогнали. Все, что угодно. Альфа обхватил чужой член, и через пару синхронных движений рук Риор кончил, сильно вздрагивая, дергаясь и комкая простыню. Мужчина сдержался, хоть очень хотелось спустить вслед за ним. Он вытащил фаллос, и ненадолго отошел, давая парню прийти в себя. Сам же скоро сходил в ванную и сунулся под холодную воду. Не хотелось разрядиться сразу, не вытрахав как следует сладенькую и желанную попку. Вернувшись в спальню, он застал уже сидящего и глотающего слезы бету. Подлетев к нему и сжав в объятьях, альфа начал выпытывать в чем дело, пытаясь попутно еще и прекратить поток слез. — Яааа, думал ты ушеооол. — Провыл Риор, цепляясь за сильное и большое тело на удивление цепкими тонкими ручками. — Ну, ладно, хороший мой, куда ж я теперь от вас уйду, а? Еще сами жалеть будете, выгонять, а я не послушаюсь. — Утешал его мужчина, гладя по спине и целуя в макушку. — Честно? — Зашмыгал носом бета. — Честное слово. — А тогда куда ты делся? В холодильнике пусто, а ты меня так и неее… того. — Он покраснел, махая рукой и пытаясь жестами объяснить что именно «того». — Будет тебе и того и этого. Вот прямо сейчас и будет, если успокоишься. — Выдохнул ему в губы Рик. — А я уже спокоен, ага. — Покладисто кивнул Ри, укладываясь на постель. Альфа вздохнул, навис над ним, поцеловал. Затем устроил одну ногу у себя на плече, чмокнув в голень, другую на бедре, и, придерживая, медленно вошел в горячее тело. Риор выгнулся, закусив губу и охнув, у него снова встало, и это только от проникновения. Большой член распирал внутри, давил. Первое неспешное движение, он застонал сквозь зубы от смеси удовольствия и боли. Второе движение уже увереннее и его прошивает насквозь словно молнией, он вскрикивает, рвано хватая ртом воздух. Рик сдавил кулаки, расставленные по обе стороны от беты, на его лбу вздулись вены. Ох, кто бы знал, чего ему стоило сдержаться и не начать вколачиваться в желанное тело. Он снова чуть толкнулся, вызывая в уголках глаз Риора слезы. Тот приник ближе, пропуская в себя глубже, и задохнулся от накатившего удовольствия. Что-то нечленораздельно мыча, он дернулся пару раз, и альфа не выдержал, начиная двигаться. Стараясь действовать небыстро и не резко, он с каждым толчком загонялся на такую глубину, до которой не доходила ни одна игрушка. Ри уже вопил, не имея возможности говорить, горло сдавливал спазм, словно член доставал и дотуда. Нега и удовольствие накатывали, скручивали, льдом по обнаженным нервам прокатывались, покалываньем, словно от разрядов. Мужчина над ним рычал гортанно, на выдохах, двигался, словно зверь, дорвавшийся до жертвы. Трахал так, будто решил заклеймить, словно в последний раз в жизни. Скорость нарастала, ритм сбивался и в какой-то момент он почувствовал, как внутри начинает распирать еще больше, а тело сверху напряглось, закаменело, дрогнуло. Крупный узел пару раз выскользнул и плотно застрял в проходе, сильно давя на стенки. Альфа продолжал толкаться, немного елозя узлом, проталкивая его дальше, и Ри не выдержал, изливаясь спермой на живот, так ни разу и не дотронувшись до себя. Намертво сцепившись, Риккардо перекатился на спину, устраивая на себе бету, чувствуя, как член продолжает извергать жидкость внутрь. Ри проморгался, дернулся и клацнул зубами, издавая нечто среднее между змеиным шипением и мышиным писком. Внутри все заполнилось и даже немного саднило, но узел так приятно давил на простату. — Ох, как классно. — Сдавленно признался Риор. — Надеюсь, ты хоть в резинке. Позже перейду на таблетки. А скоро еще и течка. Кайф. — Дал уткнулся мужчине в подмышку, ощущая в себе большой член. Вот сейчас, в этот конкретный момент, он совершенно ни о чем не жалел. И вряд ли пожалеет позже. Правда, ленточку на руку повязать все же надо будет, чтобы альфа, что сейчас так нежно гладит его по спине, различал их. Но это позже, а сейчас просто тепло, умиротворенно и приятно. Хотелось заурчать котенком. Он умолчал, даже не обратил внимание на то, что переход случился так плавно, что и не ясно кто из них что сказал. Далиэн довольно вздохнул, потерся щекой о бицепс и медленно уплыл в сон. Риккардо сцепил пальцы в замок на его спине, вдыхая вязкий сладкий запах. Как же он радовался, что омега решился записаться на его занятия, что Ри тогда попал в аварию. Довольно выдохнув, пошевелив воздухом темные волосы на макушке своих мальчиков, он подумал о том, что можно, в принципе, тоже отрастить волосы, чтобы шрамы на голове не кидались так в глаза, а за челкой можно прятать сшитую глазницу. А то как чудовище на фоне своих куколок. Хоть ему и понравилось, как Риор прослеживал пальчиками давно побелевшие полосы, как они принимали такую его внешность. Как там он говорил, предает особый шарм? Вот же извращенные вкусы. Довольно вздохнув, он сместил руки на поясницу, изучая глазами потолок. Да, все же надо покрасить, а то никуда не годятся эти темные потеки.