Just for fun

      — Как ты поняла, что они нам нужны? — спросила Мария, неспроста же она решила их подслушать.              — Увидела знакомую бумажку. Идиоты, правда? Достать документы, которые ищет половина города, и помахать ими, как флагом, — воодушевленно прошептала Виктория.        Всё это время девушки пытались не отставать от их целей. В толпе это было сложно сделать, их постоянно толкали, а эти двое терялись в ней, но девушкам удавалось найти их. Не смотря на желание вернуть документы, Мария всё же боялась за кем-то следить. Да, они были щуплыми, и девушки могли бы дать им отпор, наверное, но они могут просто убежать. Наверняка, Виктория сейчас проклинает юбки.       Пять минут они шли спокойно, если так можно сказать по отношению к такой толпе, как эти двое решили остановиться и обернуться. И тут Мария испугалась. Ей всегда было страшно попасться. Слежка или банальное списывание — это одинаково пугает её. Ещё сильнее её пугает последствия от таких действий.        Ввиду своей глупости и неопытности, Мария уже хотела остановиться, как раз в тот момент, когда они смотрели на девушек. Но Ви, понимая, что Дюпре может сейчас все запороть, взяла спутницу под руку и уверенно шла прямо в сторону этих парней. Виктория, делая вид, что ей понравились ткани, прошла мимо воришек и остановилась она с Марией только у лавки с тканями.       Парни, немного помявшись, пошли дальше. Когда они прошли мимо нас, мы возобновили нашу слежку, но после того, как между нами образовалась приличная дистанция. Мы уже отошли от центра, поэтому людей становилось меньше и теперь затеряться в толпе было сложно. Если они ещё раза два проверят хвост, то заметят двух девушек.       И случилось то, чего Дюпре боялась больше всего. Парни решили сократить путь и пойти через переулки, безлюдные переулки. По лицу Виктории можно было понять, что она тоже в восторге, но упускать их из виду девушка не собиралась.  Добежав до поворота, девушки остановились. Им нужно было решить, как поступить в этой ситуации..       — Что делать будем? — протараторила Ви, аккуратно заглядывая за поворот.       — Может быстро обойдем? — волнительно предложила Мария.        — Мы не знаем куда можно выйти через этот переулок. Можем потерять их.       — Тогда идем за ними? — Мария и сама не поняла, как могла сказать этот бред. Идти за ними в пустом переулке безумие.       Ви в ответ на это лишь прошипела себе что-то под нос и медленно вошла в переулок.  Парни уже скрылись за следующим поворотом. Виктория же на ходу снимала ботинки. На удивлённый взгляд Дюпре, она тихо прошептала: «Они слишком громкие».        Мария не смогла для себя решить гениально это или глупо, но подумала, что смысл в этом есть. Поступь у неё была тяжеловата, и в обуви Ви создавала много шума для пустого переулка. Мария подумала, что и ей самой стоит снять ботинки, но Виктория её остановила.       Переулок оказался извилистым. Девушки не понимали куда выйдут, но они поняли, что парни не сокращают дорогу, а пытаются просто запутать хвост, если такой есть. Так как они спокойно шли, было понятно, что делают они это для галочки, а девушки остались не замеченными, что удивительно. Между хвостом и парнями всегда сохранялось расстояние в один поворот. За каждый угол Виктория не ленилась осторожно заглядывать.       Тем не менее Мария дико волновалась, сердце бешено стучало, ноги ей казались ватными, а руки тряслись. Страх, что их заметят не отпускал.         И вот, наконец, этот переулок закончился. Парни вышли из него. Мария и Виктория подождали немного и тоже вышли. Но идти далеко не пришлось, парни зашли на охраняемую территорию. Вроде на плантацию.       Виктория нахмурилась и, держа сапоги, упёрла руки в боки. А Мария пытается оценить ситуацию. Она могла видеть только часть плантации, но уже можно было понять, что охраны здесь не мало. Дюпре заключает, что такая ситуации на всей плантации.  Мария косится на свою спутницу и надеется, что Виктория не захочет залезть на плантацию.         — Ну что? Пойдём прогуляемся, — Ви быстро напялила ботинки и воодушевлённо пошла к плантации.        — Просто прогуляемся? Мы ведь не будем залезать на территорию? — Мария уже начинает думать, как будет отговаривать Рук от очередной глупости.       — Конечно, нет. Мы же толком ничего не знаем об этом месте. Мария с облегчением вздохнула.       Девушки шли вдоль забора этой плантации. Плантация была большой. По центру стоял дом, приличный, но не самый богатый. Рядом с ним был вроде бы склад. Больше всего внимание привлекли собаки, сидящие на цепи, в разных частях плантации. И когда кто-то проходил мимо них, они начинали кидаться и лаять. Чудом эти тонкие цепи сдерживали этих переростков.       — Как думаешь, их отпускают на ночь? — задавалась этим вопросом Ви.       — А зачем они ещё нужны? — ответила вопросом Дюпре. Она хоть и любит собак, но встретить такую собачку ей бы не хотелось.       Походив вокруг этой плантации целый час, девушки поняли, что с документами можно попрощаться. Много охранников на улице, а есть ещё и в доме парочка. Если забыть про собак, то залезть в этот дом почти не возможно, а с собаками это что-то из области фантастики. Немного повздыхав, Виктория всё же решила вернуться в таверну.       Пока мы возвращались Ви пребывала в раздумьях, а в Марии страх и волнение сменилось каким-то удовольствием. Она смогла проследить за кем-то и не попасться. Успешные аферы всегда вызывали у неё эйфорию, несмотря даже на мандраж во время таких мероприятий.       — Мы не сможем пробраться в этот дом, — задумчиво произнесла Ви. Мария теперь была спокойна, её спутница здраво оценила обстоятельства. — Гадство, мы знаем где документы, но не можем их достать. Что нам с этим делать? Просто смотреть, что дальше будет с этими несчастными документами?       — Мы знаем где документы…— задумчиво повторила Мария. Мыслительный процесс начался. — А что если…       — Продать эту информацию? — закончила Ви. — Странно, что наши мысли сошлись, — задумчиво протянула Виктория. — Нам нужно рассмотреть все варианты.       — Все варианты? Залезть в дом — это тоже вариант? — удивленно спросила Мария. Она ведь только расслабилась. — Это ведь самоубийство. Охранники и собаки тебя не волнуют?       — Даже не хочешь рассмотреть этот вариант? Ты же вроде хочешь вернуться? — подначивала Виктория.       — У тебя не получится сыграть на этом желании.       — О, мы ещё посмотрим, — с издевкой сказала Ви. — Мы сейчас должны выбрать что-то из двух зол. Либо пойдем на самоубийство, либо отдадим информацию.       — Я уже наговорилась с пиратами. Больше не хочу, — с раздражением сказала Мария.       — Почему? Ты же так мило с ними беседуешь. Рыдаешь от удовольствия, — сострила Виктория. Больше она ничего не стала говорить — подумала, что жестоко пошутила.  Мария же не обратила внимание на шутку. Она сейчас думала, что документы и самим нужны, но получить их они не смогут. От этого очень обидно, придется выжимать из ситуации максимум пользы.       — Ну согласись рассказать пиратам про плантацию неплохой вариант, — со всей серьезностью проговорила Виктория.       — Не знаю… Не хочется лишний раз с ними связываться.       — Давай все обдумаем в таверне, — закончила Виктория разговор. Да, стоит поменьше болтать об этом на улице.       Остальной путь до таверны девушки шли в молчании. Мария взвешивала все «за» и «против». Ей вся эта ситуация не нравилась, при любом раскладе они не будут довольны. На плантации их поймают. Продавая информацию, их могут ещё кинуть. И что здесь выбрать? Или просто оставить эту ситуацию и ничего не делать? Но не хочется застрять здесь.       Ещё только день, а в таверне уже кипела жизнь. Девушки пошли в комнату Виктории, они хотела обсудить всё более подробно. Им нужно было всё обдумать и принять решение. Если они и решаться сдать тех двух воришек, то только Кенуэю. А Марии не хотелось с ним ещё раз связываться.       — Нужно будет перепрятать наши сбережения, —произнесла Виктория, как только вошла в комнату, — Если этот идиот Кенуэй нашёл тайник, то кто угодно сможет нас ограбить. Нам повезло, что он оказался… — Ви долго не могла подобрать нужное определение, но всё же с сомнением произнесла, — Порядочным, что ли.       — Может он не так плох, — предположила Дюпре, из-за чего Виктория наградила её недовольным взглядом. Рыжая поспешила уточнить. — Для пирата, я это имела в виду.       — Ага, благородный пират, — саркастически сказала Ви, усаживаясь на кровать.       — Я не говорила этого. И может поговорим о более важных делах? Например, о документах?       — А что с ними не так? Где-то лежат, существуют… — Виктория говорила медленно и спокойно.        — Ты издеваешься? Мы же вчера из-за этих документов разругались, а сейчас они тебе не интересны.       — А что ты от меня хочешь?       — Что с документами делать будем? Хочу услышать твои предложения.       А Виктория не знала,  что делать... Только появилась надежда на возвращение бумаг, так тут же жизнь показывает им определенный жест. Как же это бесит Рук.         — Мы самые везучие неудачницы, — сделала она заключение. — Нам нужно всё обдумать, не хочется опять остаться последними неудачниками.       — Да, было бы неплохо.       После этого они молчала думали. Чтобы девушки не сделали, они полностью довольны не будут. Рассказать всё Кенуэю? Викторию от одной этой мысли передергивает. Ей очень не хочется отдавать такие ценные сведения наглому и подлому пирату.       Может, устроить набег на плантацию? Даже для Виктории это было слишком. Охранники там повсюду днём их слишком много, а ночью их будет в два раза больше. Ещё нельзя забывать о собаках.       Вообще, как так получилось, что забрать документы у испанского капитана, было проще, чем забрать их у какого-то плантатора?        — А что ты думаешь? — спросила Виктория.       — Мне вся эта ситуация не нравится, и я не знаю, что здесь выбрать— недовольно сказала Мария.        — Мы можем продать информацию Кенуэю. Лезть самим в дом рискованно… Конечно, попробовать можно, но это идиотизм, поэтому этот вариант нужно отбросить. Сделать мы должны это как можно скорее, пока пират не выяснил всё сам, а мы не остались ни с чем, — через силу говорит Виктория. Как бы ей не хотелось, но Кенуэй— это единственный вариант.       — А если всё оставить как есть? Остаться в стороне?       — Опять бездействовать? — Виктория задумалась. Может, наконец, перестать совать свой нос куда не надо. Но всё внутри против такого, — Рук не привыкла ждать чуда, — Мне уже самой надоело надеяться на что-то. Всё, хватит.       — Мы выбираем, а это действие. И мне кажется, что из этого ничего не выйдет, — как-то пессимистично сказала Мария.        — Это ведь возможность не только заработать, но и наладить отношения с пиратами, — предложила Рук.       — Я бы ещё вчера на это пошла, но сейчас…       — Ты испугалась утреннего Кенуэя? — Виктория понимала чувства собеседницы. Один вид пирата пугал до чёртиков. И очень не хочется в полной мере ощутить его гнев на себе.        —Конечно, да. Ты сама видела какой он был сегодня… И ноги обещал переломать, — Мария не стала храбриться. .       — Нам? — удивилась Виктория. Не хватало ещё переломов в этом времени.       — Нет, тому кто украл документы, — пояснила Дюпре.       — И в чём тогда проблема? Я каждый день обещаю кого-то убить, но не убила же, — при этих словах Мария глубоко вздохнула и закрыла глаза.       — И что теперь? — наконец, открыв глаза, сказала Мария. Она не стала дожидаться ответа, — Если что, то я буду в своей комнате.       — Ты ведь хотела вместе решить эту проблему, — Дюпре пропустила это мимо ушей и вышла из комнаты. Виктория плотно сжимает губы, будто изо всех сил пытается удержать едкие комментарии.         Оставшись наедине с собой, Виктория окинула комнату взглядом и решила, что не может здесь сидеть. Эта комната угнетает её, стены как будто давят на мозги. Такого Виктория не ощущала да в своей старой квартире.Девушка решила сбежать отсюда на пристань.       На пристани  было оживленно, как и вчера, когда Виктория следила за лодками. У причала было несколько лодок с рыбаками, которые уже успели набить лодки уловом. Кто-то заберёт эту рыбу и, наверное, понесёт её на рынок или в таверны, как это было вчера. Так же моряки таскали ящики из-под навесов на лодки. Кажется, кто-то скоро отплывает.       Рук устроилась на большом камне в паре метров от воды. Вчера она сидела на нём же. С него открывался хороший вид на береговую линию и на саму водную гладь. А ещё на него падала тень от пальмы. В общем, отличное место для отдыха и наблюдения.        Если бы неделю назад ей сказали, что Виктория скоро будет сидеть на карибском острове и смотреть на море, она бы так громко рассмеялась в лицо этому идиоту. Сейчас же она не знает куда деваться, не знает во что верить и что делать. Рук уже серьёзно начала думать, что это всё бред сумасшедшего, что всё это не взаправду. Но её воображение было бы не в состоянии так реально всё это воплотить. Тем более так реально воплотить город восемнадцатого века.        Так забавно — Виктория никогда не надеялась увидеть море, и вот оно перед ней. Вроде бы просто огромная лужа, но всё равно впечатляет. Может это из-за игры света? Солнечные лучи красиво играли на бирюзовой глади. Или всё дело в величии? По сравнению с морем, люди такие никчёмные. Просто песчинки… Это манит и пугает одновременно.       Каким бы прекрасным не было море, оно не сможет отвлечь от всего остального. Рук, человек из двадцать первого века, оказалась в восемнадцатом веке и теперь понимает, что она жила, как королева. У неё было всё, а теперь нет ничего. Кажется, жизнь девушки только и умеет становиться хуже. Что она там говорила Марии? «Мы должны адаптироваться и смириться». А сама-то она готова смириться? Впервые за долгие годы она не знает, как выпутаться из дерьма, и может только жалеть себя. Отвратительно.        И пока она продолжала опускаться в пучину уныния, к ней кто-то подошёл. Виктории пришлось отвлечься от самокопания, чтобы посмотреть на этого человека. Резкие черты лица, прямой нос, тонкий шрам, проходящий через бровь, ямочка на подбородке и чёрные волосы. Джеймс Кидд, собственной персоной, снизошел до Виктории. Девушка в этот момент подумала, что он симпатичный и проблем с женщинами точно не имеет. Но она быстро осеклась. С чего это вдруг она об этом думает?       — Что, понравился? — с самоуверенной ухмылкой сказал парень. Виктория закатила глаза, пытаясь всем видом показать, что он вообще не угадал.      — Конечно, просто взгляд оторвать не могу, — саркастично сказала девушка. — И что вы хотите? На приятную беседу не рассчитывайте.       — Я даже не надеялся, — ответил он, скрестив руки на груди, облокотился на камень, на котором сидела девушка. Рук чувствует, что здесь он не просто так. — Что ты тут делаешь?        — Сижу, на разогретом солнцем камне, в ожидании разговора с каким-нибудь наглым капитаном пиратов.       — Каждый раз, когда ты открываешь рот, я удивляюсь, как ты дожила до своих лет, — спокойно ответил он. — Что ты делаешь в Кингстоне? Как ты здесь оказалась? — она была бы рада ответить, но что сказать? «Я оказалась в Кингстоне по непонятной мне причине прямиком из двадцать первого века и пытаюсь не умереть», — о да, звучит, как нечто правдоподобное.       — Вам настолько скучно, что единственное ваше развлечение — это приставать к девушкам с дурацкими вопросами? Почему вам это интересно? —Виктория решила, закидать парня вопросами, чтобы отвести внимание от себя.       — Почему мне так интересно? Дай-ка подумать, — после этого его лицо стало очень серьёзным. —Две девушки появились здесь пару дней назад, непонятно каким образом. Они одеты в странную мужскую одежду. А ещё у них есть золото майя, и они интересуются храмами майя, — он искоса посмотрел на собеседницу испытывающим взглядом.       — Ну эти две девушки могли приплыть на корабле, — Рук начала загибать пальцы, перечисляя ответы. — Стран много и у каждой своя мода и одежда. А золото майя они нашли. Шли, никого не трогали, увидели, что золото на дороге лежит. Спросили чьё оно, им ответили, что ничьё. Вот и всё. — Кидд неопределенно хмыкнул и посмотрел перед собой. Виктория понимает, что он ни единому слову не поверил. Она решает, что нужно быстро сменить тему пока он не начал ещё больше закидывать её вопросами. — А что вы здесь делаете? Ну на этом камне.       — Хожу в надежде на то, что встречу девушку, сидящую на камне и ждущую разговора с наглым капитаном пиратов, — вернув свою нахальную улыбку, сказал парень. Рук непроизвольно улыбнулась. Ей нравится, когда говорят на её заявительном языке. Она бросила взгляд на причал и увидела знакомого рыжего парня. Точно, она его видела, когда Мария хотела поговорить с пиратами.       Рук быстро сообразила, что Кенуэй ещё вчера был готов к отплытию, а значит этот парень не из его команды, а из людей Кидда. Значит её собеседник тоже скоро отплывает.       — О, вы скоро отплываете? — озвучила она своё умозаключение.        — Ага, мы больше с тобой не увидимся.       — Обещаете?       — Это чудо, что тебя никто не убил, — повторился он и встал прямо. — Ладно, я пойду. Я и так слишком много времени потратил на этот разговор, — и он собрался уходить.       — Почему вы уплываете сейчас?        — Я отплываю не сейчас, а завтра утром, — остановился он прямо напротив девушки. Чтобы не смотреть на него снизу, Виктория спрыгнула с камня и выпрямилась. Это не помогло, Кидд был на голову выше неё.       — А как же документы? Разве вы не говорили, что они нужны вам? — после этого вопроса пират прищурился.       — Они ведь были украдены, — протянул он и пристально смотрел на лицо Рук.        — В чём проблема их найти? У нас же нашли, — он тяжело вздохнул.       — У меня целая команда, которая уже на мели. И я не могу бегать и искать какие-то бумажки. Моим людям нужна реальная добыча, а не пустая надежда на сокровища в храмах. Но если ты знаешь, где они, то это упростит задачу, — последнее он сказал с сарказмом, а Рук от этого призадумалась. Они с Марией толком не решили, что делать. Парень заметил, что Виктория о чём-то усердно думает и он догадывается, что угадал. — Да ладно…       — Что за «да ладно»? — раздражённо сказала девушка. Если Виктория сейчас всё решит без Марии, то она в следующий раз, захочет сама решить очередную проблему и будет права. Да и новых стычек ей не хочется.       — Ты серьёзно? — Кидд взял Рук за локоть и быстро отвёл к ближайшему навесу и прижал к деревянной опоре. Проверив, что нет никого рядом, он продолжил, не отпуская руку девушки. — Вы знаете, где эти чёртовы документы? — тихо спросил парень, нахмурившись.       — Может быть. И я бы сказала у кого они, если бы, конечно, знала, — она замолчала, ожидая какой-то реакции от него, но не один мускул его лица не дрогнул, поэтому продолжила. — Я не страдаю замашками альтруиста, поэтому просто так не скажу ничего.       — И сколько ты хочешь? — выгнув бровь, спросил пират. Кого-то это напоминает.       — Дайте подумать…— Виктория до этого момента не знала, что будет рассказывать это, а к этому вопросу она была тем более не готова. Рук не могла долго подобрать цену, она ещё толком не знала расценки, боиться продешевить или загнуть цену. А может… — Знаете, я не возьму деньги. Но не спешите радоваться. Взамен я попрошу только об услуге. — от такого заявления он удивился.        — И какая же тебе нужна услуга? — он отпустил её руку. Его лицо вновь приобрело наглое и самоуверенное выражение. Ему кажется это забавным.        — Ещё не знаю, но в будущем, когда я приду к вам с просьбой, вы мне не откажете.       — А с чего ты взяла, что я такой честный и потом не нарушу свою часть сделки, — он пристально посмотрел в глаза девушки, ожидая её реакции.       — Интуиция подсказывает. Так что скажете? — Рук протянула руку для пожатия. Парень посмотрел внимательно на руку и всё же пожал её.          — Я жду.          — Они сейчас на плантации, которая на противоположном конце города.        — Откуда знаешь?       — Два вора, которые украли документы, привели туда.       — И я должен поверить тебе?       — А зачем мне вас так тупо обманывать? — задала девушка встречный вопрос. — В общем, поверите вы или нет — не моя проблема. Разрешите откланяться, любезный, — она отвесила шутливый реверанс и удалилась, оставляя Кидда наедине.       Мария хоть и создаёт впечатление отходчивой и безобидной девушки, но Рук почему-то боится ей говорить о своем поступке. Виктория никогда не боялась ругаться и спорить с людьми, а что случилось сейчас? Она знает причину. Какой бы она не была сильной и независимой, девушка боится остаться одна. Но в этом она никогда не признается. Она и самой себе больше не признается.       А если Рук настоит на бездействии? Мария была больше настроена на этот вариант событий, но если Виктория быстро согласится, то она может что-то заподозрить. Значит, сначала повыделывается, а потом согласится.       Рук вернулась в таверну. Хотела уже подняться к Марии, но увидела рыжую макушку за одним из столов. Рыжая сидела задумчивая и попивала что-то из большой кружки.        — Что пьёшь? Сразу говорю, если это дороже одного реала, то будешь отрабатывать, — Виктория села напротив Рыжей и подперла подбородок рукой. — О чём задумалась?       — О делах насущных, — отстраненно сказала она, продолжая смотреть в пустоту. — Что думаешь о документах?       — Мы должны продать информацию, — начинает свой спектакль Рук.       — Зачем? — Мария как-то очень быстро приняла заинтересованный вид. — Я думаю, что мы должны остаться в стороне. Эти документы уже не наше дело. Оставим их. А Кенуэй пусть сам разбирается, — слишком уж напористо начала уговаривать она собеседницу. Виктории то показалось странным, но её больше заботил её план, поэтому она проигнорировала это поведение. А зря.         — Почему мы должны оставаться в стороне? Или ты просто не хочешь связываться с пиратами?       — Да, не хочу, — быстро согласилась Мария, — Я их боюсь, они психи. Давай ничего не будем делать, — странное чувство, что что-то не так не отпускает Викторию..       — Что случилось?       — Ничего.       — Я же вижу что-то не так. Они что-то тебе сделали?       — Нет, но если мы будем к ним лезть, то точно что-то сделают, — Виктория бы хотела ещё надавить на собеседницу, но понимает, что она подкинула её отличный аргумент для того, чтобы согласиться.       — Ну ладно, в этом есть смысл. Наверное, ты права.       — Ты согласна со мной? — с недоверием спросила Мария. Но потом она полезла в карман и достала мешок, судя по всему, с деньгами. — Вот, держи, — и она протянула этот мешочек.       — Что это? — Рук поняла, что это деньги. Но откуда они у Марии?       — Деньги. Мне их Кенуэй всучил. Ну он ещё вчера хотел, но там вмешалась ты.       — Ну и ладно, нам же лучше, — Виктории понравился такой расклад. Кенуэй заплатил, Кидд теперь в должниках. Настроение приподнялось. А Мария всё равно какая-то странная.

Часом ранее

      Мария пытается отдышаться, когда услышала, как Виктория выходит из комнаты. Дюпре уже готовилась к новой волне злости и раздражения, ожидая, что Вики зайдёт сюда, но она пошла к лестнице. Мария не понимает почему разозлилась на Викторию во время разговора.       Дюпре злилась на Викторию, которая не могла спокойно ко всему относится. Она злилась на ситуацию с перемещением во времени. Она злилась на пиратов, которые делают что хотят. Она злилась на своё бессилие и нерешительность.       И всю эту злость она выплеснула на подушку. Мария кричала в эту подушку, она её избивала и кидала в стену. И когда девушка выбилась из сил, она, наконец, упала. Она чувствовала опустошение. Ни злости, ни печали, ничего.       Пролежав таким овощем полчаса, Мария захотела попить чая. Она обожала чай, и сейчас только он мог её спасти от меланхолии. Дюпре всё-таки смогла подняться с кровати и пошла к мисси Литтл.       Ещё одна причина ненавидеть эту ситуацию. Нет чая. У Дюпре в кружке вода. «Здесь некому пить чай» — вот что ей сказала хозяйка этой тупой таверны. И Мария уверена, что она ещё злится на них, за те угрозы.        Дюпре сидит в вонючей таверне, пьёт воду и надеется умереть до вечера. Лучше и не придумаешь. Как она докатилась до такого? Чёртово Абстерго. Дюпре подозревал, что поплатится за эту работу, не ошиблась . Но нет, ей хотела что-то доказать родителям. Доказала.       Кто-то прямо из её рук вырвал кружку. Кенуэй. Как всегда тактичен. Он отпил из кружки и выплюнул обратно.       — Что это? — с разочарованием спросил блондин. Потом он поставил кружку на стол и сам сел напротив девушки.       — Вода. Некоторые люди пьют воду.       — Что язык начал прорезаться? — с довольным видом откинувшись на спинку стула, сказал мужчина. Мария старается умерить свое раздражение.       — Мистер Кенуэй, вы уже нашли документы? — после этого вопроса, лицо пирата изменилось. Губы сжались, брови нахмурились, а голубые глаза странно сверкнули.       — Нет, все будто оглохли и ослепли. Никто ничего не знает. Или они покрывают тех, кто это сделал. — Мария злорадно про себя смеётся,. — Кому ещё могут быть нужны эти документы?       — Сложно сказать. Люди, которые ими интересуются, очень разные — испанский капитан, две девушки, пираты. И я уверена, что этот список будет пополняться.       — Вам-то они зачем нужны?       — Я же уже говорила, что это не ваше дело, — после этих слов, Кенуэй наклонился вперед и внимательно посмотрел на Дюпре. От этого взгляда ей стало не комфортно, теперь девушка ещё больше начала его побаиваться.       — Вы что-нибудь слышали об обсерватории?       — Ну да, но я не понимаю причём здесь здание для слежки за звёздами. — Дюпре растерялась. Что за заговорщический тон и странный вопрос?       — Забудь, — и он снова откинулся на спинку стула. Мария внезапно захотела продать информацию. Жизнь сама заставляет её всё это сделать. И она решилась. Что сделает Виктория, если Мария это сделает? Хоть она и за этот вариант, но ей точно не понравится, что перевернут всё без неё. И её разозлит, что Мария рассказала это без её разрешения. И будет права, Дюпре бы тоже злилась.       — Вы так и собираетесь просто сидеть? — он вообще заинтересован в этих документах?       — А ты можешь меня чем-то занять? — он оценивающе на меня посмотрел. — Так я всегда «за». — и он подмигнул.       — Вы отвратительны, — не выдержала Мария. Странно, что он никак не отреагировал. — Но если вам интересно только это, то не буду забивать вам голову рассказами о двух воришках, которые вроде были ночью на вашем корабле. — эти слова произвели эффект. Кенуэй снова наклонился вперед и нахмурил брови.       — Рассказывай.       — Это не бесплатно.       — А мы могли бы подружиться. — ухмыльнувшись, сказал пират. — Хорошо, я заплачу.       — Двое парней украли их для кого-то. И этот кто-то обитает на плантации.       — На какой именно? Их две в Кингстоне.       — Она на окраине города, у стены…       — Я понял, — кивнул он. — Но откуда ты это знаешь?       — Так случайно вышло. Не забивайте голову. Можно получить деньги?       — Можно, — он протянул мешок с монетами. Затем он быстро встал, и на прощание бросил. — Надеюсь в будущем мы ещё будем сотрудничать. — Мария на это решила ничего не отвечать. Пусть уже идёт.       Сейчас девушке кажется, что она совершила самую большую ошибку. Виктория её убьёт, если узнает. Ну или они прекратят своё сотрудничество. Конечно, Дюпре всегда любила действовать в одиночку, но эта не та ситуация. Мария будет надеяться на разумность Виктории. Она же должна понимать, что конфликтовать в этой ситуации не в её интересах. Хотя, надеяться на её здравый смысл — самая большая ошибка.       — Что пьёшь? Сразу говорю, если это дороже одного реала, то будешь отрабатывать, — вспомни лучик… — О чём задумалась?       — О делах насущных, — Марии нужно просто уговорить её ничего не делать. Но как это сделать? Если она упрётся, то ничто не поможет. А может она сама решила ничего не говорить. Мария решила уточнить это, — Что думаешь о документах?       — Мы должны продать информацию, — Дюпре ожидает догий и утомительный разговор.       — Думаешь? Я думаю, что мы должны остаться в стороне. Эти документы уже не наше дело. Оставим их. А Кенуэй пусть сам разбирается, — Мария сказала это слишком заинтересованно. Виктория может что-нибудь заподозрить.        — Почему мы должны оставаться в стороне? Или ты просто не хочешь связываться с пиратами? — Марии непонятно, почему Рук такая спокойная. Она ожидала вспышку гнева, но её нет. Но сейчас Дюпре не до этого — Виктория кинула ей спасательный круг.       — Да не хочу, — Мария попыталась изобразить беспокойство. — Я их боюсь, они психи. Давай ничего не будем делать, —Рук с прищуром посмотрела на собеседницу. Она что-то подозревает.       — Что случилось?        — Ничего.       — Я же вижу что-то не так. Они что-то тебе сделали? —  Марии становится легче. Рук думает совсем ни о том. И Дюпре чувствует переживание от собеседницы.       — Нет, но если мы будем к ним лезть, то точно что-то сделают, — Решила Дюпре  сыграть на её беспокойстве.       — Ну ладно, в этом есть смысл. Наверное, ты права.       — Ты согласна со мной? — Мария не верит в это. Она смогла так легко убедить Викторию?  Но она не стала выдавать своей радости  — Вот, держи.       — Что это?        — Деньги. Мне их Кенуэй всучил. Ну он ещё вчера хотел, но там вмешалась ты.       — Ну и ладно, нам же лучше, — сложно не согласиться.