Часть 20. Нассау
7 августа 2023 г., 13:54
Пока Виктория и Мария жили в Кингстоне, они успели услышать достаточно о Нассау. Пиратская база, где можно было творить, что только на ум придёт. Ни законов, ни наказаний. От такого вседозволия у людей просто снесло крышу. Теперь Нассау — это просто притон. Нормальным людям здесь было не место. Даже сами жители Нассау бы таких не приняли. Но кто эти жители? Естественно, большая часть населения — моряки, а точнее пираты. Большую часть женского населения составляли шлюхи или преступницы. Их сюда привезли, чтобы моряки могли обзавестись женами. Конечно, были и обычные женщины, которые когда-то попали в Нассау со своими мужьями.
И каким ветром сюда занесло девушек? Имя этому ветру — Эдвард Кенуэй. Ещё вечером он был в приподнятом настроении. А когда утром на горизонте появился долгожданный Нью-Провиденс, Кенуэй буквально порхал от возбуждения и радости. В отличии от остальных моряков, Эдвард видел в Нассау нечто большее, чем просто место для очередного кутежа. Нет, это был город свободных, город, где каждый может делать, что захочет, город, где каждый может быть кем угодно.
Радость команды не разделяли Дюпре и Рук. В цивилизованном Кингстоне было непросто, а тут страшно подумать, что ждёт девушек. Мария попыталась разглядеть город. Первое, что бросилось в глаза, был старый полуразрушенный форт. Торчащие обломки корабля у берега, смутили Дюпре. Почему бы их не убрать? Они портят вид, да и зря гниют, можно было на дрова пустить. Виктория в это время почувствовала ветерок со стороны города. Глаза округлились от удивления.
— Мне кажется, или от города воняет ещё хуже, чем от корабля? — отчаянно спросила Рук.
Сойдя на берег, девушки поняли, что им не показалось. Остров был пропитан запахом блевотины, перегара, мочи, тухлой рыбы и другими прекрасными ароматами. Идя по улицам, девушки не заметили ни одного нормального дома, чихнешь и они разваляться. Пока Кенуэй куда-то вел Викторию и Марию, Рук несколько раз пнула мимо пробегающих крыс, Мария её одергивала.
— Ты хочешь какую-нибудь чуму подцепить? Не трогай их лишний раз, лучше здесь ничего не трогать. — грозно шептала Мария. Со стороны бы показалось, что она перешла на змеиный язык.
Мария всё ещё не верила, что оказалась в таком месте. Она уже десять раз пожалела, что сама не отдала отпор и Викторию ещё одергивала. Хотя Рук нужно было останавливать, а то она уж слишком перебарщивала. У Дюпре сейчас было много вопросов к подруге, но спрашивать напрямую было бесполезно. Врала Виктория плохо, обычно она просто грубила и уходила от разговора. Обычно Дюпре не лезла с распросами, но в этот раз было что-то не так, Рук слишком сильно переживает и постоянно на нервах. Это как-то связано с храмами. Мария видела, как у Рук встают волосы дыбом при упоминании майя и храмов, а на острове она была уж слишком злобной. Что-то происходит, а Дюпре не знает, что именно. А ждать, когда Рук расскажет все — самое глупое решение. Они почти год вместе, но что известно о Виктории? Ничего. Мария поняла, что ждать откровений не стоит, нужно их вытягивать.
Кенуэй привёл Марию и Викторию в местную таверну. Выглядела она небогато, небольшое сооружение, где была стойка и склад со спиртным, над остальной территорией таверны был натянут тент, который помогал посетителям скрыться от яркого солнца. Был только полдень, но здесь было многолюдно. Из толпы моряков выделялись рыжая официантка, мужчины в богатой, для этого места, одежде. Возможно это были капитаны других команд. Впервые девушки оказались в окружении стольких пиратов, и это им не нравилось.
— С возвращением, капитан Кенуэй. — поприветствовала пирата официантка. Эдвард не успел подойти к стойке, как его окликнули.
— Кенуэй! Ну и ну, ты решил забыть свою подружку из Англии и обзавёлся двумя новыми, — это говорил мужчина в синем камзоле, с легкой щетиной и пышными бакенбардами. На вид ему было около сорока лет. Он подошёл к Кенуэю и пожал его руку. Пират оглядел девушек, ухмыльнулся. — И со вкусом у тебя всё в порядке.
— А ты снова завидуешь, Хорниголд? Не волнуйся и на тебя клюнут…когда-нибудь, наверное. — ответил Кенуэй. Марии показалось, что Эдварда задели слова Хорниголда. Если бы в разговоре не упомянули жену Кенуэя, то ему бы польстили эти слова.
— Ха, — хмыкнул Бен, сохраняя улыбку. Но на деле, его гордость была задета. — Пойдём, выпьешь с нами. — кивком он указал на стол, где сидели ещё несколько пиратов.
— Ага, сейчас, — Хорниголд пошёл к столу, Кенуэй развернулся к девушкам, которые были, мягко говоря, удивлены развернувшимся диалогом. — Чего вы так смотрите?
— Вы ещё спрашиваете? — удивилась Мария. Она, конечно, хотела быть сдержанной, но статус корабельной шлюхи выбил её из колеи.
— Мы в самом худшем месте на планете, нас здесь считают шлюхами. Что дальше по пыткам над нами? — Рук продолжила говорить за Дюпре, а Мария и не против, всё же недовольство она высказывать умела.
— Так, — Кенуэй подошёл к девушкам так близко, что никто их не мог услышать. — Здесь держите рот на замке, притворяйтесь немыми или тупыми, но не болтайте. И дам вам совет: держитесь рядом со мной или рядом с Адэ, если хотите остаться целыми. — на полном серьезе говорил пират. Ждать ответа не стал, он пошёл к столу с Хорниголд. Там его громко поприветствовал пират с длинной густой бородой.
Девушки не стали испытывать терпение пирата. Присоединяться к всеобщему веселью они тоже не стали, поэтому они сидели в стороне и наблюдали. Сначала они просто молча поражались этому аду. «Крабий панцирь» и рядом не стоял с этой таверной. Конечно, и там были пьяные моряки и распутные девушки, но моряки были там поспокойнее, а девушки одеты. Наблюдать за всем этим было очень неудобно и неловко. Обычно со шлюхами развлекаются за закрытыми дверями, но в Нассау уже никто не смущался. До самого секса ещё не доходило, пока, но всё было впереди.
— Вечером здесь будет концовка из «Парфюмера». — вздыхая, сказала Виктория. Она, наконец, перевела взгляд в пол под собственными ногами.
— А я думала она уже началась, — угрюмо ответила Мария.
— Как будто на съёмки порнухи попали. — продолжает ворчать Рук.
— Причём фильмы на любителя. Там старик какой-то грудь сосет. — Мария кивнула в сторону, а потом начала смотреть перед собой, благо они сидели перед деревом.
— Спасибо, что сказала, теперь я туда никогда смотреть не буду.
Чем дольше они сидели, тем больше людей здесь появлялось. Свободных мест уже не было, но местных пьяниц это не останавливало. Они просто пили стоя рядом со стойкой. Так как Мария и Виктория сидели недалеко от стойки, к ним часто пытались подкатить. Сквозь зубы Рук говорила, что они с Кенуэем, а Мария утвердительно кивала. Виктория начала нервно дергать ногой, она хотела уйти отсюда, но Мария постоянно её успокаивала.
Дюпре и сама не была рада происходящему, но она помнила слова Эдварда. И в отличии от Рук, Дюпре расценила это, как предупреждение и даже заботу. В месте, где живут пираты, лучше быть под присмотром. Но Виктория хотела спать, поэтому становилась раздражительней. И перспектива провести всю ночь, сидя в таверне, ей не нравилась. В какой-то момент настала стадия принятия, и девушкам стало просто скучно.
Мария долго наблюдала за официанткой. Она здесь была, как рыба в воде. С кем-то она флиртовала, кого-то она неплохо так отшивала и ставила на место. Девушка была красивой и стройной, не без форм, а рыжие волосы сразу привлекали внимание к своей хозяйке. Движения были плавные и расслабленные. Она была одета в достаточно откровенную одежду. Слишком открытое декольте, разрез на юбке до бедра. В Кингстоне её бы уже заклеймили шлюхой, но для Нассау это был даже приличный наряд. Официантка совершенно точно пользовалась популярностью.
Впервые за долгое время девушки не делали ничего. От этого разные мысли сами начали лезть в голову. Времени на подумать у неё сейчас было достаточно. Сейчас самое время поразмыслить, что будет дальше. Удача, что Кенуэй решил с ними исследовать храмы, но плохо, что он активно устраивает абордажи и захваты, ещё хуже, что он притащил их в Нассау. Самое ужасное, что толком они ничего не знают здесь, а исправить это сложно, так как отходить от Эдварда не стоит. Было бы неплохо поговорить с пиратом и узнать о дальнейших его планах. Остаётся надеяться, что он всё ещё хочет продолжить побегушки с храмами.
С другой стороны есть Виктория, которая, с плохо скрываемой неприязнью и даже страхом, пытается всеми силами все это путешествие сорвать. Сначала она пыталась всеми силами настроить Марию против этой затеи с храмами, потом она переключилась на Кенуэя. Ох, как она с ним цапалась, дошло всё до того, что пират привел их в бордель и спросил у мадам во сколько она оценивает девушек. Жестко, но на Рук подействовало. Теперь остались только попытки уколоть. Но на корабле она опять начала переходить черту. Уже под конец плавания до Дюпре дошло, что Рук немного успокоилась. Произошло это в аккурат после посещения острова, а когда Кенуэй объявлял об Нассау, Мария увидела на лице подруги улыбку, с того момента она перестала лезть под кожу к Кенуэю.
И для Дюпре стало очевидным, что Виктория знает о храмах больше, чем говорит, и это что-то очень неприятное, раз она об этом не говорит и так реагирует на храмы и гробницы. Самое сложное разговорить её. Мария в последнее время начала задумываться, что между ней и Викторией снова появляются секреты, но Дюпре сделала вывод, что отчасти сама виновата. За столько месяцев они о друг друге ничего не узнали, просто были косвенные догадки не более. Они очень мало говорили о прошлом. Если подумать, то не удивительно, что они постоянно скрывают, что-то друг от друга. Мария бы хотела сделать первый шаг, но не знала, как себя пересилить. Всё же Дюпре не могла полностью довериться Виктории, да и боялась, что Виктория будет иначе относиться к ней. Она и так её теперь подкалывает с этой школой.
Уже была глубокая ночь, а закругляться никто не планировал, хотя уже все были сильно пьяны. Рук уже клевала носом, когда внезапно из-за стола, где сидел Эдвард, раздался крик. Мария и Виктория синхронно повернулись к источнику звука. Кричал, или лучше сказать рычал, мужчина с чёрной бородой. Он смотрел на девушек.
— Ты! — громко сказал пират и указал на Викторию. — Тащи ром! — Рук возмущенно посмотрела на Марию, та лишь пожала плечами. Выпендриваться Виктория не стала. Она побрела к стойке, попутно размышляя, какого хера её опять записали в официантки.
— Меня попросили принести ром, — сообщила Рук официантке, стоящей за стойкой.
— Да, слышала, отнеси сразу четыре бутылки. Эти по мелочам не размениваются. — она передала бутылки. Виктория быстро пошла к столу, хотелось быстрее отделаться от этих пиратов. Пока она ставила бутылки. Заговорил бородатый пират.
— Так что за девок ты приволок, Кенуэй? — с пренебрежением говорил бородач, выпивая остатки рома из кружки. Оценивающе рассматривал Рук, судя по тому, как он нахмурился, девушка была не в его вкусе. Уж кто-кто, но Виктория по этому поводу грустить не будет.
— Это будущая жена Кидда. — со всей возможной непосредственностью ответил Кенуэй. Мария видела, как Виктория за секунды краснеет, как помидор, а в глазах сверкали молнии. Дюпре молилась, чтобы Рук молча ушла, и её просто не убили за острый язык. С большим трудом Виктория сдержалась, чтобы что-нибудь не ляпнуть.
Рук сердито села на своё место. Она шумно дышала и плотно сжимала губы. Несколько минут она пыхтела, а потом зашипела.
— Ты слышала? Какую херню городит?
— Успокойся, это нам даже на руку, — предположила Дюпре, а когда увидела грозный взгляд подруги, поспешила объяснить, — Если Кидда здесь знают, то и трогать его потенциальную жену не станут. — Виктория хотела что-то сказать, но промолчала, сложно было не согласиться со словами Марии. Но Рук всё равно обиженно скрестила руки на груди и сверлила взглядом Кенуэя.
— Я уже и так готова выйти за любого, кто осмелиться и сможет дать пизды Кенуэю. — прошипела Виктория. Услышав это, Мария ели смогла сдержать улыбку, она хотела промолчать, но всё же озвучила.
— Ну то есть за Кидда?
— Если понадобится, то за него пойду. — на полном серьезе ответила девушка.
Вновь девушки продолжили наблюдать за этим Садомом. В итоге девушки смотрели, как играют музыканты и, как танцуют пьяные пираты. Это было самое приличное зрелище в этой таверне. Мария обернулась, чтобы проверить Кенуэя, но от него уже след простыл. Она осмотрела таверну в надежде найти Эдварда или Адэ, но ни одного не увидела. Дюпре напряглась, в последнюю очередь она хотела оказаться в Нассау без присмотра и защиты. Она тут же сообщила об это Виктории. Рук тут же обругала Кенуэя. Девушки решили, что лучше оставаться в таверне, где уже начало всё утихать.
Девушки смогли пересесть за освободившийся столик, на котором ещё оставались бутылки с ромом и пустые кружки. Рук уже не знала, как сесть, чтобы не уснуть. Тогда Мария решила занять подругу обсуждением Кенуэя, вот тут сон, как рукой сняло. Через некоторое время к ним подошла официантка и забрала кружки, а немного погодя, вернулась с тремя чистыми кружками.
— Ну теперь можем познакомиться нормально. — девушка разлила ром из бутылки, которая здесь осталась от прошлых посетителей. — Энн.
— Виктория.
— Мария.
Энн подняла кружку, Рук и Дюпре переглянулись и подняли кружки в ответ. Новые знакомые чокнулись. Энн сделал несколько больших глотков, в то время, как Мария и Виктория отпили совсем немного. Алкоголь им уже надоел на корабле. Вода портилась быстро, поэтому все пили разбавленный ром. Энн с любопытством смотрела на девушек, она хотела что-то спросить, но не могла определиться с вопросом.
— Ну давай, спрашивай, — устало произнесла Рук. Она, как и Мария, сразу поняла, что неспроста их тут угощают. Но Дюпре не замечала, какого-то злого умысла, это была обычная любознательность. Даже появление двух обычных девушек — уже что-то новенькое в этом городе.
— Обычно, на корабль не берут женщин, а тут сразу две, да ещё и не корабельные шлюхи.
— Так получилось, долгая и запутанная история. — без какой-либо конкретики ответила Дюпре. Разжевывать что-то не хотелось, да и всех подробностей не расскажешь первому встречному.
— Если так интересно, то можешь об этом спросить Кенуэя, — зевая, проговорила Рук. Этот зевок смягчил грубый ответ, что порадовало Дюпре. Мария не хочет ссориться с кем-то здесь, кто знает, чем это может обернуться. Энн точно не из неженок, сама может устроить драку, ну или натравит дружков своих, а у неё точно они есть.
— А вы не общительные, да? — скрывая разочарование, произнесла Энн. Марии стало неловко, с ними ведь пошли на контакт. Поэтому девушка поспешила сгладить углы.
— Мы правда не можем сказать, всё очень сложно.
— Да брось, — широко улыбнулась официантка. — Чего ты залепетала так? Я просто хотела послушать интересную историю и всё. Не хотите или не можете рассказать, то ладно. Здесь в Нассау чертовски скучно, поэтому люблю слушать всякие истории.
— Поверь, мы очень скучно живём, — заверила Мария официантку.
— Не скажи. — возразила Энн. — Раз не можете про свои морские похождения рассказать, то может расскажете о любовных. — многозначительно она посмотрел на Викторию, играя бровями.
— Чего? — Виктория соображала медленно, она уже и забыла, что Кенуэй успел наплести.
— Того. Я слышала, что капитан Кидд хорош собой, а с женщинами он ласков и мил. — проворковала Энн.
— Если он ласков и мил, то я королева Франции. — сказала Рук, совсем уставшая. Мария видела, как её подруга борется со сном, но даже так она продолжала язвить. Официантка удивленно посмотрела на Викторию.
— А разве вы не обручены? — Виктория страдальчески простонала, потирая нахмуренный лоб.
— Чтоб у Кенуэя от сифилиса нос отвалился, сказочник херов. — Энн выгнула бровь, а Мария неловко хихикнула.
Они ещё немного поболтали и официантка пошла дальше убираться. Мария с завистью на неё смотрела. Энн всю ночь отпахала и сейчас продолжает энергично порхать. Откуда у неё столько сил? Виктория же уже засыпала на ходу, она старалась сесть максимально неудобно, чтобы не отрубиться, но даже это не помогло. Мария же надеялась, что уснёт сразу, как только выдастся возможность поспать, что бессонница её на этот раз оставит.
Неизвестно сколько прошло времени. Дюпре чувствовала раздражение, ещё немного и она пойдёт искать Кенуэя и выскажет всё, что думает о нём, а сейчас в её голове ни одной хорошей мысли нет.
Ждать чуда Марии надоело, к черту Кенуэй, от него не дождешься ничего хорошего. Дюпре встала из-за стола и пошла к Энн, Рук осталась сидеть, провожая подругу сонным взглядом.
— Энн, где можно переночевать бесплатно? — Мария не надеялась на легкое решение их проблемы, но делать что-то надо.
— Бесплатно? — немного удивлённо спросила барменша. — На улице только, и то это не точно. Самое дешёвое, что я могу предложить — это поставить палатку на берегу.
— Я видела парочку домов с заколоченными окнами. Подумала, что они заброшены. И раз это так, то думаю, никто не будет против, если мы поселимся в таком доме.
— Зачем спрашивала, если уже есть какой-то ответ? — спросила Энн с легкой улыбкой. — В Нассау все дома выглядят заброшенными, но да, есть парочка домов, которые сейчас пустуют. Их не так много, как ты думаешь. Я могу их вам показать, но точно не сегодня.
— Буду благодарна за это. Мы пойдём, будем учиться ставить палатку.
— Удачи. — коротко ответила Энн. Дюпре просто кивнула и пошла к Виктории.
Рук слышала разговор, поэтому она сразу встала, как только Мария подошла к столу. Без причитаний не обошлось. Ей совсем не нравилась идея с палатками. Дюпре и сама понимала, что ночевать в палатках не безопасно, равносильно ночевки на улице. Но девушка понимала, что они слишком устали, чтобы воротить нос. Хотя даже с палаткой им придётся запариться. Ни ткани, ни знаний у них нет. Может уже под ближайшем кустом поспать. Кенуэй же спит, ему нормально.
На берегу суетились моряки и рыбаки. Не зная, что делать дальше, девушки окинули взглядом пляж. Мария увидела группу моряков, ставивших палатки. Девушки решили подойти ближе, чтобы посмотреть, как они это делают. Приблизившись к пиратам, девушки узнали в них людей Кенуэя, уже неплохо. Ещё больше радовало, что среди них был Адевале.
Виктория села прямо на песок рядом с будущим лагерем. Мария немного постояла, а потом всё же села рядом с Рук. Поначалу девушки оставались незамеченными, но потом Адэ увидел их. Он сперва делал вид, что не замечает их, потом недоверчиво поглядывал на них. И уже скоро он психанул и пошёл к девушкам.
— Чего вы здесь уселись? И где Кенуэй? — строго спросил квартирмейстер, скрестив руки на груди. Он смотрел на девушку сверху вниз. С такого ракурса девушкам он казался огромной скалой.
— Во-первых, мы смотрим, как устанавливать палатку. Во-вторых, сами не знаем, он бросил нас ещё ночью. — отчеканила Дюпре.
— Адевале, ты не стесняйся, продолжай делать свои дела. — сонно проговорила Рук.
— Зачем вам это? — не унимался пират.
— Нам нужно где-то поспать, денег у нас нет. — разжевывала Мария.
— Где возьмёте тент, если денег нет? — резонно спросил пират.
— Мы ещё думаем об этом.
Адэ вернулся к своему делу, а Мария пыталась придумать, как достать ткань, ничего в голову не приходило. Квартирмейстер о чем-то задумался, пока сооружал свое укрытие. Когда он закончил, подозвал девушек к себе. Волоча ногами, Виктория и Мария подошли к пирату.
— Сейчас можете поспать у меня, потом разбирайтесь сами, понятно? — строго сказал Адэ.
— Адевале, ты такой хороший. Кенуэй не достоин тебя. — Виктория уже спала на ходу. Слова девушки смутили пирата, так что он поторопился удалиться.
***
Уже полтора месяца Кенуэй с командой были в Нассау. Они отдыхали и кутили, как в последний раз. Карманы матросов начали пустеть, а значит скоро они вновь отправятся в плавание. Эдвард сидел в таверне и допивал свой ром, рассматривая документы. Он пристально вглядывался в бумаги с рисунками Обсерватории. Пират часто проверял эти бумаги, в тяжёлые времена это помогало ему не сдаваться. Он представлял, как находит это причудливое устройство, продаёт и возвращается в Англию к Кэролайн. Он чувствовал, что найдёт её, особенно после появления двух странных девушек, которые как-то связаны со всем этим. Он глянул на этих девиц, они сидели за столом и о чем-то болтали. Кенуэй каждый раз, когда смотрел на них, удивлялся. Он не понимал, как так получилось, что красотки до сих пор не замужем, а самое странное они не спешили с этим делом. Рук имела внешность типичной аристократки. Он даже не удивлён, что Кидд запал на девушку. Хоть она и грубиянка добрая, но слова, которыми она кидалась точно не вязались с простой крестьянкой. Она и не из знатных, и не из простых. И так во всем. Она один сплошной контраст. И стерва, и нет. И умная, но иногда творит всякую херню. Хитрая и наивная одновременно. Хотя так же складно говорила Дюпре. В отличии от Виктории, она грубиянкой не была. Сдержанная и воспитанная, она вполне могла бы быть из знатной семьи. И внешне она не отставала от подруги. Мягкие черты лица, аккуратный и маленький носик, светло-карие глаза, будто светились. Но самая сильная её сторона — это улыбка. Не та вымученная и сдержанная улыбка, а искренняя и открытая улыбка. Он видел эту улыбку, слышал смех. Эдвард поставил бы все деньги мира на то, что если бы она захотела, то смогла бы очаровать любого. Мария притягивала к себе своей сдержанностью. Ведь головоломки всегда хочется разгадать, а Дюпре — это одна сплошная загадка. — Ещё? — спросила Энн, проходя мимо, когда Кенуэй отпил остатки рома. — Флип с ромом. — Да где в этом городе взять свежие яйца? Здесь только моча и жуки. — возмутилась Энн. Раньше он не замечал от неё таких речей. Наверняка её науськали Виктория и Дюпре. Но в какой-то степени это было правдой. — Ну мы это исправим. — все что смог ответить, Кенуэя. Но он совсем не собирался возиться с курицами. Он захватил галеон для Нассау, а теперь должен разбираться с птицами. Лучше поручить это кому-то другому. — Чушь собачья! Слышишь меня? Чушь! — разразился криком Вейн. Кенуэй тут же подорвался, на ходу убирая документы в подсумок. Вейн разговаривал с Тэтчем и Хорниголдом у лестницы, ведущей к таверне. Эдвард смотрел на компанию сверху из таверны, решил, что лучше сначала узнать в чём дело, а уже потом вмешиваться в их разборки. — Это лишь уловка, они хотят напасть на Нассау! Вот увидишь! — Чарльз пытался достучаться до Хорниголд, в то время, как Тэтч вовсе от них отвернулся. — Не уловка, Вэйн. — Тэтч повернулся к собеседнику и подошёл ближе. — Сам слышал от жирного бермудского капитана. Помилование каждому пирату, кто захочет. — Вэйн закатил глаза. Кенуэй нахмурился, слышал он уже о таких методах. Он уже понял в чём причина грызни и решил вмешаться. — Здесь ясно одно: англичане вернуться на Нассау, и наверняка с оружием. — сделал вывод Хорниголд. Дальше Вэйн слушать не стал, махнув рукой, он пошёл прочь от компании. — Нам нужен план. — Бен обратился к Тэтчу. К этому моменту к ним уже подошёл Кенуэй. — Идем, Кенуэй. Скверное дело… Тэтч их куда-то повел. Хорниголд решил сразу предложить затаиться и не высовываться. Он не хотел ещё больше злить англичан. Хоть Кенуэю не нравилась идея сидеть без дела, когда он на мели, но он понимал, что его товарищ отчасти прав. Но вот Тэтч был другого мнения. Как всегда, он хотел действовать радикально, ни с кем он церемониться не собирался. И Хорниголда понесло. Кенуэй давно подозревал, что Бенджамин разочаровался в Нассау. Он здесь только, потому что другой такой оживленной базы для пиратов нет. Эдвард осуждал за это друга, но и понимал, о чём тот говорил. А вот Тэтч готов был бороться за это место, за свободу и за их маленькую республику. Вот эту преданность их идеи Кенуэй уважал. Да, в Нассау сейчас царствует зараза. Да, в городе сейчас не найдёшь трезвого человека, ну кроме тех двух в таверне. Но так ли здесь плохо? Все живут, как хотят и делают, что хотят. Солнце, море, ром и веселье. А заразу можно и вылечить — Да, но труп нельзя оживить! — не унимался Бен. Умирать за это место он точно не собирался. — Что за вздор ты несешь, ушам своим не верю! Может, ты и помилование примешь? — начал уже серьёзно заводиться Тэтч. — Не ссорьтесь вы оба! — Кенуэй решил успокоить пиратов раньше, чем Хорниголд ответит. Хоть Эдвард не хотел об этом думать, но что-то подсказывало ему, что Хорниголд задумался об этом чёртовом помиловании. Но Кенуэй всё ещё верил, что они смогут выпутаться из этого дерьма. — Если действовать сообща — решим все проблемы. Найдем лекарство, чтобы облегчить страдания, но только тихо. Пираты, немного подумав, решили, что лучший вариант добыть лекарство — это понырять у затонувших два года назад испанских кораблях. Нужно только раздобыть колокол. Даже Бена удовлетворил этот план, но он десять раз повторил Тэтчу, что нужно все сделать тихо. Чёрная борода и Эдвард условились встретиться на месте крушения. С колоколом разобраться было несложно, у Кенуэя всегда в запасе были деньги на нужды корабля. К этому он всегда относился серьезно, корабль — это святое. Поэтому для Галки капитан мог найти деньги всегда. Но был ещё один вопрос, который нужно решить. Он не хотел брать с собой девушек. Они и так ему устроили скандал на второй день пребывания в Нассау. Рук влетела в комнату, где Кенуэй развлекался со шлюхой, спокойно и вежливо попросила выйти девушку, с которой Эдвард был, а потом началось. К ругани быстро присоединилась к Дюпре. Она не лаяла, как Рук, но мозги ковыряла не хуже подруги. Он боится представить, что будет сейчас. Но с другой стороны он их не хотел тут оставлять без присмотра. Не так давно они захватили чей-то заброшенный дом и уже ночевали в относительной безопасности. Но в остальном они тут легкие мишени. Если что-нибудь с ними случится, то знакомые ассасины не обрадуются такому раскладу. Они будут в ярости, когда узнают, что Кенуэй уволок такие интересные экземпляра, но ещё больше их разозлит, если он погубит девушек, а ассасины при этом не успели ничего вынюхать. Эдварда не колышет благополучие братства, но подводить Кидда и Рид ему не хотелось. Решено, он и не с такими барышнями связывался, а если они переборщат, то он найдёт способ унять их. Лучше так, чем их кто-нибудь здесь по кругу пустит.***
Тэтч уже был на месте. Кенуэй уже за милю приметил новый корабль друга и в удивлении присвистну. Когда это Тэтч смог раздобыть такую галеру? На ней ведь не меньше тридцати двух пушек. Но Чёрная борода утверждает, что уже на сорока он сбился. Уж покрасоваться он любил. Вот что удивило Кенуэй, так это появление Стида Боннета на борту галеры Тэтча. Кого-кого, но пиратом Стида он представлял слабо. Наивный, добрый и порядочные купец плохо походил на пирата. Но раз Эд взял его под крыло, то что-то вылепить из Боннета можно. Во время разговора Тэтч недовольно поглядывал на девушек, которые сейчас смолили борт. Чёрная борода был самым суеверным капитаном, которых Эдвард встречал. Каждый моряк знал, что баба на корабле к беде, а тут их сразу две. Но говорить он ничего не стал, только не одобрительно хмыкнул. Кенуэй приказал готовить колокол. Сам он сбросил всё экипировку с себя, стянул лишнюю одежду и с нетерпением начал ждать, когда всё остальное подготовят, и когда они подплывут к месту, где ещё никто не нырял. Наконец, тяжёлый колокол ударился о водную гладь, медленно он наполовину спустился под воду. А Кенуэй уже ждал, когда сбросят последние бочки. Он давно хотел понырять с колоколом, и вот момент настал. Пока пират в предвкушении смотрел на колокол, он почувствовал на себе взгляд, и смотрящий не торопился отрывать его от Кенуэя. К удивлению пирата, его, не отрываясь, рассматривала Мария. Когда их взгляды пересеклись, девушка тут же опустила взгляд и активнее начала смолить борт. Если бы она не обгорела, то все бы увидели, как она залилась краской. Но судя по всему, от Рук ничего не скрыть. Она с непониманием посмотрел на подругу и что-то спросила, Кенуэй не услышал с такого расстояние, что именно. Дюпре отрицательно помотала головой и продолжила смолить. Эдвард фыркнула и ухмыльнулся. Надо же, на него сейчас, откровенно говоря, пялилась Рыжая. Как и говорил когда-то Кенуэй, что этот ангелочек не так прост. Тэтч увидел ухмылку на лице друга и решил немного успокоить товарища. — Мы здесь за лекарством, так что не думай ползать по дну и искать очередные сокровища. — как Рыжуле повезло, что Тэтч не понял, чего это Эдвард лыбится. Кенуэй уже давно не нырял, поэтому немного волновался, но уже под водой это чувство его покинуло, сейчас было не время трястись, воздуха не так много для сомнений. От соленой воды глаза щипало, но Кенуэй ещё шире их открыл, что не упустить лекарство. Оно нашлось в обломках корабля. Эдварду не повезло, обломки завалили люк и пришлось плыть через пещеру да и лекарство было испорчено. Он этого не любил, там темно, легко заблудиться, еще проще захлебнуться, но повезло, что нашёлся воздушный. Как только Кенуэй вдоволь надышался, его подхватило подводное течение. Всё так быстро произошло, что Эдвард не успел увернуться от скалы, он содрал всю кожу на руке, от боли он выпустил ценный кислород, если он не выберется сейчас же, то он может попрощаться с Кэролайн, Галкой и со всеми остальными. Он выплыл из пещеры, но радоваться пришлось малому. Только бочка с воздухом его порадовала, а вот стая акул совсем нет. Этот заплыв нельзя считать удачным, рана ужасно щипит и болит, крови много, а рядом рыбехи, которые эту кровь за мили чувствуют. Вот это влип, Эдвард давно так не пугался, кроме биения сердца он сейчас ничего не слышал. Была — не была. Кенуэй последний раз вдохнул воздух и быстро скрылся в водорослях. Листом он попытался перевязать рану, что кровью совсем не истечь. Эдвард, как краб, начал ползать ползать по дну от одного куста к другому. Когда акулы бросились на моряка из команды Тэтча, Кенуэй воспользовался моментом и поплыл к колоколу. Тэтч сильно удивился, что из его колокола вылез Эдвард, а не его человек. Чёрная борода не обрадовался испорченному лекарству. Ещё больше его не радовало поведение Хорниголда. Кенуэй пытался усмирить друга. Ему не очень нравилось, что происходит между его товарищами. Эти двое когда-то научили его всему, что нужно для пиратской жизни. Они были боевыми товарищами, а сейчас грызуться без остановки, скоро презирать друг друга будут, если уже не начали. Внезапно Тэтч начал представление. Под шляпу он сунул тлеющие фитили. Их свет отражался в глазах пирата, так что казалось, будто это взгляд самого дьявола. Черный дым сливался с его бородой, как будто сам пират уже испускал этот дым. Пугающие зрелище даже со стороны. А бедолага Боннет, на которого направил свое внимание Тэтч, совсем струхнул. Да, Чёрная борода действительно стал дьяволом во плоти. — Если знаешь тихий способ достать лекарство, то скажи сразу. Иначе я сам займусь этим. — с угрозой произнес Тэтч. Кенуэй знал, что его друг полумерами не обойдется. — Терпение, Тэтч. Ни к чему сейчас устраивать ад для англичан. Нечего их дразнить. — Я сам разберусь, Кенуэй. А вот тебе бы поменьше нужно играть с судьбой. — он многозначительно посмотрел на Эдварда. Блондин сразу понял, что речь идёт о его пассажирках. — Рядом баба — жди беды. А у тебя их целых две. — Я не просто так их беру на корабль. Они могут помочь мне. Они связаны с Обсерваторией. — Хватит гоняться за ветром. У нас сейчас серьезное дело, а ты с этими сказками. — Я решу проблему с лекарствами, только не высовывайся. — бросил Кенуэй, он хотел быстрее вернуться на корабль. Рано или поздно он найдет Обсерваторию, не смотря на все сомнения. Но сейчас нужно найти лекарство, пока Тэтч не погубил их всех.
