Революция Арка

Она была моим шедевром, но мне так и не удалось повторить эксперимент вновь. Она была… ненастоящей. Аномальной. Когда человечество смогло проявлять ауру, у нас появилось доказательство существования души. Этот термин ушел от простой философской и религиозной концепции в весьма спорную тему научных исследований. Мы ничего не знали о душе помимо примитивной информации из книг. Как душа связана с проявлением? Как нематериальная сущность влияет на материальный мир? Если проявление – это часть души, то почему некоторые семьи наследуют проявление родственников? Каждое проявление особенное или есть какие-то архетипы? Зависит ли аура человека, открывающего ее другому, на проявление? Меняется ли образ мышления во время пробуждения проявления? Тело не только сгусток праха, но и сосуд для души? Если душа бессмертна, может ли тело стать бессмертным? Сможет ли человечество жить вечно? Неужели человечество может победить смерть? Даже если нет, то наука могла! Можно ли перенести душу и сознание человека в другой сосуд? Может ли человеческое сознание взаимодействовать с механической системой? У человечества отпадет потребность в еде и кислороде. Мы можем организовать другие убежища от Гримм в труднодоступных местах и многое другое! Но не смотря на огромные перспективы… это оказался провал. Сколько бы раз я не повторял эксперимент, у меня ничего не выходило. Как смогла появится и существовать Пенни, а ее сестры нет? Как душа может находится в железе и проводах? Как душа появляется в плоти живого существа? Подход один, но это не одно и тоже. Но если это так, то используя ауру можно пробудить проявление, более-менее соответствующее характеру пользователя. Эксперименты показывали, что хоть у Пенни и появилась слабая аура, но она не могла обладать проявлением. Её неудавшиеся сестры не обладали аурой вовсе. Люди могут восстанавливать ауру благодаря переходу эмоций, настроения и физического тела к состоянию покоя. Но как искусственно созданное существо могло естественно восстанавливать ауру, не обладая этими человеческими чертами? Может, сама функция души позволяет существовать тому, что существовать не могло? Смогла ли Пенни существовать без проявления?

-Вырванная страница из журнала, найденного в Лагере Омеги.

***

У меня два папы и мне это нравится!

- Пенни Полендина, правозащитница народных масс!

***

– Приветствую! Меня зовут Пенни! Приятно с вами познакомиться! Жон моргнул, смотря на говорящую девочку с подвешенным в воздух туловищем, держав его руку. – Ты уже говорила это. – Всё так и есть, – моргнула Пенни. Немного успокоившись после паники от увиденного, Жон внимательно присмотрелся к ней. В тусклом свете фонарика завитые волосы девушки сияли серебряно-белым. У нее нету ног и была только одна рука… и не полностью завершенная. Её создатель оставил работу на полпути. К счастью, он закончил черты ее лица, а иначе… Это было бы очень жутко. Жон нахмурился. Ее лицо выглядело довольно реалистичным. Как Атлас собирался использовать роботов, не отличимых от обычных людей? Еще один неутешительный факт… У ЭТОГО РОБОТА ЕСТЬ АУРА! Это разве возможно?! Жон вспоминал все, что знал о ауре. Эм… она вроде защитной оболочки? – Жону вспомнились его тяжкие тренировки по использованию ауры. Люди и фавны могли открыть ауру, но не Гримм. У них не было души. Получается… у этого робота есть душа? Но… как? – Жон знал, что Атлас тщательно изучает природу души, ауры и Праха. Даже его сестры, Индиго и Виола, исследуют нечто подобное в лабораториях Атласа. Или Атласа нашел способ создавать роботов с душой, генерирующей ауру, или… Глаза Жона расширились. Или Атлас нашел способ перемещать чужую душу в тело робота? Это… невозможно. Как они создали Пенни? – Черты лица просканированы, – голос Пенни вывел Жона из раздумий. – Найдены совпадения по чертам лица, голосу и строению тела. – Что? – замер Жон. – Я сканирую вас, чтобы получше узнать! – Пенни указала на Жона своим единственным указательным пальцем. – Ты очень милая человеческая девочка! –… Чего? Пенни снова моргнула, обрабатывая тысячи и тысячи единиц данных, кружащих в ее голове, пока наконец не сказала: – Ты моя мамочка? – ЧТО?! Глаза Пенни расширились в замешательстве. Почти в отчаянной надежде она снова взглянула на Жона. – У меня никогда не было мамы. – Эм… я не твоя мама! – нахмурился Жон, пытаясь вырвать руку из ее захвата. – Но разве первая увиденная женщина не является мамой? – Пенни подняла бровь. – Я - парень! – проскрипел Жон. – Я и не знала, что мужчины могут быть мамами, – сказала Пенни, словно перед ней открылся целый новый мир. – Нет! – воскликнул Жон. – Я не твоя мама! Глаза робота резко расширились, а хватка девочки заметно ослабела. Она выглядела грустной, будто ее питомца застрелили на ее глазах. – Т-то есть… – Жон никогда бы не подумал, что робот может заикаться. – Ты не хочешь быть моей мамой? М… мне жаль, что я предложила теб-… Ладонь Жона снова сжали. Стать доброй, нежной, понимающей мамаша-… так,НЕТ! Нет, черт побери!– Пенни, ты немного ошиблась. Осторожно подбирай слова: - Меня зовут Жон Арк. Мне очень жаль, но я не твоея мама, – разумеется, это не ложь. Он видел видеозаписи папы во время беременности мамы. – Но я почту за честь быть тебе кем-то еще. Пенни снова моргнула: - Папа Жон? Это было вполне ожидаемо: - Твоим другом, Пенни. Что-то начало трещать. – Д-другом? – прошептала Пенни. Её светло-зеленые глаза опасно засветились, заставив Жона напрячься. Её голова наклонилась в замешательстве… под таким углом, что у любого человека давно бы сломалась шея! Жон предпочел бы сейчас вернуться к Снежному Ангелу. – Жон, ты правда мой друг? – послышались нотки сомнения. Её рука еще сильнее сжала его руку. Еще чуть-чуть и она сломает ему запястье, или просто раздавит. Черт! Права рука нужна ему держать меч. В смысле, свой настоящий меч… нет…э-э, его стальной меч. Успокойся, Жон, – размышлял он. – Вспомни все ораторские уроки Сапфиры и Руж. Хитрые и красноречивые слова помогут обыграть ситуацию. – Ум-х, да, верно? – Жон отличался «дипломатичностью». – Н-незнакомцы - это друзья, с которыми ты еще не подружился! Хватка только усилилась. Жон почувствовал, как одна из костей треснула. Теперь он точно знает, что кость может треснуть. Лицо Пенни смотрело под чудовищным углом, пытливо всматриваясь в Жона через прядь бледных волос. Жон моргнул. Его и её ауры связались через их руки. Он почувствовал грусть, когда отказался быть ее «мамой», но как только он попытался все наладить… Жон почувствовал себя странно. Какого хрена? Эти эмоции, этот восторг и радость точно не принадлежали ему. Он не испытывал их. Так как же… – То есть ты хочешь сказать, – Пенни, наконец, повернула голову в нормальное положение, – у меня много друзей, просто я еще их не встретила? – Ух… да? – пискнул Жон. Пенни внезапно подняла голову вверх, ухмыляясь от уха до уха, словно психованный маньяк или мошенник-демон из тринадцатого круга ада. Зеленые свет ее глаз осветил комнату с механическими конечностями, предавая им устрашающие тени. Некоторые из этих теней дернулись. Клянусь, дернулись! Жон замер от страха. – ПОТРЯСАЮЩЕ! – проорала Пенни.

***

– Идем, друг Жон! – крикнула Пенни с его спины. – Ты справишься! Несмотря на ранее испытанный ужас, уголки губ Жона дрожали из-за раздражения, пока он шагал по темным коридорам, подсвечивая путь своим свитком. Он знал, что ей было одиноко, тем более проведя здесь черт знает сколько времени. Либо так, либо она просто свихнулась от скуки. Несмотря на ее сущность робота, он не смог оставить девушку в заброшенной комнате посреди одной из худших дыр Ремнанта. Поэтому и решил взять ее с собой. Однако была проблема: Пении не имела части конечностей, поэтому ходить не могла. Проблему удалось решить с помощь проводов, соединенных с ее спиной и ведущих в какую-то дыру в стене. Выглядели они довольно прочными. После небольших усилий, Жону удалось приватизировать их во что-то вроде ремней. Он надеялся, что Пенни не обидится, если повисит как рюкзак, спрятанный под плащом. Однако такая идея подняла ей настроение. Он услышал ее шепот: - Мы стали еще ближе, дру-у-у-уг. Но… это мог быть только ветер. Пресвятой Юлий Арк, – молился Жон. – Пусть это будет ветер. Он искал выход из этого исследовательского лабиринта, переходя из одной комнаты в другую. Проклятье, – выругался Жона. Он сейчас должен находится рядом с друзьями: Казом, Гастоном и Близняшками, помогая им отбиваться от атак Снежного Ангела. Белая женщина могла в одиночку сорвать их планы. В этом месте он нашел никаких ориентиров. Каждая комната была заполнена сломанными компьютерами под слоем пылью. Делая пометки Х Кроцеа Морсем на стенах в пройденных комнатах. Вскоре стало ясно, что они ходили кругами. – … а еще будем примерять одежду, говорить о милой-… – голос Пении не умолкал за спиной. В довесок ко всему, он оказался в ловушке с той, кто не могла помочь и не знала, когда заткнуться. Жон закатил глаза. Спокойствие, только спокойствие. – Друг Жон? – поинтересовалась Пенни, похлопав по его плечу единственной рукой. – Да? – прошептал Жон, освещая свитком темные коридоры комнат. – Почему ты пытаешься выбраться отсюда? – невинно спросила она. О, точно. Я же не рассказал ей. – Понимаешь… моих друзей держали в этом лагере против их воли, – Пенни ахнула. Жон продолжил. – Я и другие друзья объединились и пришли сюда спасти их. – Так ты пришел сюда спасти своих друзей! – восторженно произнесла Пенни. Парень усмехнулся. – Да… но сейчас у них проблемы, а я застрял не пойми где. Пенни молчала. Жон поморщился. Он хотел извиниться, но не успел. – Наверное… – сказала Пенни, указывая на старый компьютерный терминал, – у меня есть идея, как нам выбраться. Попытка не пытка. Жон подошел к указанному терминалу. – Какие будут идеи, Пенни? – Сможешь активировать его, как и меня, друг Жон? Глаза Жона расширились. Это был чрезвычайно большой комплекс, а терминал похож на те, что используют для навигации по торговым центрам, большим паркам и курортам. А еще в нем могло и не оказаться карты лаборатории. – Не знаю, Пенни, – Жон положил руку на пыльную машину, – но я попробую! Жон сосредоточился. Он услышал удивленный вздох Пенни, когда его форма озарилась блестящим белым светом, подобно горящей свече посредине мрака. Жон сосредоточил поток ауры в его руке, передавая ее машине. ... Ничего. Жон подавил крик разочарования. Его нужно как можно скорее вернутся к ребятам! – Я не понимаю, – бормотала Пенни. – Это сработало со мной. Я - машина, синтетический человек, так почему-… Жон нахмурился. Пенни смогла восстанавливать ауру, ей было нужно просто немного помочь. Он предоставил искру для разжигания огня. Он посмотрел на гнездо для левой руки Пенни. Оттуда торчали несколько проводов и шнуров из Праха. Жон знал, что аура и Прах тесно связаны друг с другом. Прах проводил поток ауры довольно хорошо, по сравнению с другими материалами. Охотники часто использовали Прах в бою для усиления их проявления. Например, проявление создания клона, дополняя его красным прахом, вело к его взрыву. Он чувствовал, как функционирует Пенни. После поглощения одной четвертой части его ауры, уже ее аура начала течь по ее собственнному телу, как у нормального человека… нет, не так. Ее аура текла по ее собственнному телу подобному тому, как охотник приспускал ауру через свое оружие. Вероятно, Пенни изначалино создавали как оружие. Глаза Жона расширились. Охотники пользуются патронами из Праха, специально изготовленными для своего оружия. Это повышало их мобильность в бою. Оружие и машины - связующие звено между охотником и Прахом. Оружие являлось мостом, аура взаимодействовала с Прахом, тем самым усиливая выстрел. Но может это работать по-другому? Может ли оружие с подходящими потоками и проводником влиять на другое оружие или материал? Жон посмотрел на Кроцеа Морс. Старый, но все еще острый клинок, а с использованием ауры становился еще лучше. Но что… если его воткнуть в терминал и провести через него ауру? Нет, – подумал Жон. Это слишком рискованно: меч мог повредить базу данных терминала. С другой стороны… – Друг Жон? Почему ты так на меня смотришь? Друг Жон? Ты меня пугаешь… По сути, тело Пенни является оружием или "мостом". Ее аура находилась у сердца. От сердца поток шел к ее единственной руке и голове по тонким проводкам из Праха. Жон моргнул. Он увидел мерцание ауры по проводам из ее спины. Пенни может конвертировать ауру… в энергию? – Пенни! – Жон снял ее со спины и посмотрел ей в глаза. – Можешь соединить твои провода с терминалом? – Эм-м, да, – Пенни кивнула, пошевелив проводами, будто тонкими щупальцами. – Но я не понимаю, как это помо-… Жон поднес ее к терминалу, держа как щит. – Соедини свои провода с проводами терминала. Пенни удивилась, но все же так и сделала. Ее провода скользнули по проводам терминала, соединяясь с ними. После этого Пенни стало тяжело дышать, ее уровень ауры начал быстро падать. Почти зайдя в желтый цвет, Жон передал ей ещё часть своей ауры. Экран терминала начал мерцать. – Я… я включала компьютер? – слабо спросила Пенни. – Да! Ты смогла, Пенни! – ликовал Жон. Он начал двигать пальцем по сенсору. – Отлично! Теперь лишь надо найти выход! Жон почти еще раз касанулся пальцем, но терминал внезапно вспыхнул светом, отобразив карту исследовательского комплекса. – А? Чего? – он даже не коснулся его, а тот уже показал ему карту. Жон посмотрел на Пенни и понял, что она спит. Снова взглянув на монитор… какого?! В углу бегающая строка отображала слова: “ДРУГ ЖОН! Я МОГУ УПРАВЛЯТЬ КОМПЬЮТЕРОМ ИЗНУТРИ! ” Жон моргнул. Положив Пенни рядом с терминалом, он открыл клавиатуру и набрал: “Пенни?” Может ли человеческая душа… или, в данном случае, сознание робота, взаимодействовать с компьютером? Аура – это читерство, – пришел к заключению Жон. “ХА-ХА-ХА! ДРУГ ЖОН, ТАК ТЫ СМОЖЕШЬ ПОДДЕРЖИВАТЬ СВЯЗЬ СО МНОЙ.” – пробежал письменный ответ. После этого маленький бесцветный указатель на карте сменился ярко-красным. “МЫ НАХОДИМСЯ ЗДЕСЬ.” – высветилась красная строка. Жон попытался проложить путь к выходу. Из ярко-красного указателя появилась зеленая стрелка, подобно цвету глаз Пенни. Стрелка быстро проложила путь через несколько комнат и коридоров, пока не замерла. Путь вел к выходу с пометкой «Западный Сектор, жилье шахтеров». “ЭТО САМЫЙ КОРОТКИЙ ПУТЬ К ВЫХОДУ.” – на сей раз ответ Пенни светился зеленым. Жон быстро достал свиток и сфотографировал маршрут. “Отличная работа, Пенни!” – Жон кашлянул в кулак. – “Отключайся от терминала и выдвигаемся!” Небольшая пауза, пока текст не появился на экране: “ЭТО ОБЯЗАТЕЛЬНО?” Её только недавно активировали, – напомнил себе Жон. “Да, Пенни. Мои друзья в опасности, нам нужно спешить. Прошу!” Пенни медленно открыла глаза. На мгновение Жон уловил ее удрученное выражение лица, но сразу скрыла его улыбкой. – Друг Жон, – она подняла единственную руку, как щенок или младенец, прося не бросать ее. – Нам ещё нужно добраться до твоих друзей, верно? Что-то явно беспокоило ее, но он решил отложить это на потом. Сейчас были проблемы поважнее. Например... как, бл*дь, они собираются победить Снежного Ангела?! Жон заскрипел зубами. Ему понадобится намного больше сил и огневой мощи. Так же нужно противостоять её безумной скорости, и, в идеале, отыскать способ воспользоваться недостатками её оружия. – Черт, наши ружья слишком слабые против такого противника. Жон нуждался в чем-то быстром, с огромной огневой мощью и достаточно прочной броней. Так же нужен эффект неожиданности. То, что потрясет ее. Что-то, с чем она никогда не сражалась. Ну и где найти… такое… оружи-… ЗНАЮ! Глаза Жона загорелись, сверкнув усмешкой хищника. Пенни лишь ухмыльнулась, махнув ему рукой. Каз, Мелани, Милтия, Гастон и все остальные - ждите меня!– Жон снова повесил на свою спину Пенни и побежал по темный коридорам к выходу. – Я иду!

***

Ледяные глаза Винтер Шни внимательно оглядывались по сторонам, приглядываясь к убогим лачугам рабочих лагеря Омеги. Она элегантно подняла бровь. Ее цель, одна из Близняшек, хоть и уступала своей сестре в силе, но оказалась гораздо умнее. Замерев на мгновение, ее хорошо отточенные рефлексы позволили ей без труда уклонится от красного кристалла, летящего ей в лицо. Кристалл пролетел прямо и взорвался позади без всякого для нее урона… что это за звук? Обернувшись она поняла, что задумали эти скользкие сёстры. Их целью являлась опора пустого небольшого склада Праха, опрокинув её вместе с частью построек на нее. Винтер устало вздохнула и спокойно отошла в сторону, пока на её прежнее место падали ветхие дома. В этой части зоны складировали много Праха, но… видимо этот сброд использовал его в победе против прототип Паладина. Её предположения подтвердились, пока она проходила по узким улицам шахтерских трущоб и заметила застывшего Паладина, стоящего на коленях. Ей доложили, что Паладин проиграл не из-за повреждение, не позволив ему продолжать сражаться, а из-за вышедшего устройства ИИ. Сестры оказали не безнадежными, это Винтер признала. Такая ситуационность, изобретательность и находчивость пришлись бы куда кстати в школе охотников. Возможно после их ареста она предложит им вступить в Академию Атласа в качетсве альтернативе смертной казни. А что на счет Арка? О, она с нетерпением ждала его допроса. Быстрым движением Винтер вонзила саблю в кирпичную стену. Лезвие тонким жалом вонзилось через материал; болезненный вскрик послужил докузательством, что холодное оружие нашло свою жертву. С той же скоростью вытащив лезвие из стены, она пробила стену одним ударом, послав в воздух пыль и кирпич. Её холодные глаза осмотрели разрушенную комнату. Близняшка с короткими волосами успела скрыться. Судя по крови на клинке, Винтер слегка задела ее. Щелкнув языком, она вернулась к поискам. – Если бы она больше тренировалась… Винтер пожала плечами. Благо она выросла в богатой семье: ей предоставляли множество манекенов роботов для оттачивания её способностей. Винтер лишь нужно выяснить, где находятся их основные силы. Один на один, в дали от камер, любопытных глаз и от ее любимой сестры, она не пыталась скрыть ухмылку. Дерьмо, дерьмо, дерьмо!– Милтия Мэлакайт бежала в глубь зданий, ладонью прижал глубокую рану на руке. Когда Жон куда-то провалился, они решили разделиться и применить свою любимую стратегию. Мелани, благодаря своему оружию, куда лучше в преследовании противника и нанесению одиночных ударов по слепым зонам из-за укрытий. Милтия напротив, будет идти впереди, пока не найдет место для засады. Сделав пометку для сестры она пойдет дальше, пока не найдет следующее место для удобной атаки из засады. Обычно отбиваясь от опасных преступников или врагов Джуниора, они использовали такую тактику. Мелани шла по пятам Милтии, нанося урон по слепым зонам из скрытых переулков и темных углов. Это позволяло победить больше врагов, разделить и ослабить их, пока они не смогут спокойно разделаться с ними в ближнем бою. Но сейчас это не сработает. Во-первых, Мелани не преследовала Шни - та её вырубила. Во-вторых, у неё осталось лишь два варианта. Первый, отступить к Казу и привести основные силы, дав ей бой. Второй, попытаться сбросить её с хвоста тут, недалеко от поверженного Паладина. В конечном итоге она выбрала второй вариант полагая, что оставшиеся Праховые ловушки могли помочь одолеть Белую Курву. Милтия задумалась о побеге, но сразу отбросила эту затею. Она и ее сестра атаковали военных Атласа, помогли террористам с их планами и взорвали столько Праха, что можно обеспечить все Королевство Вейла минимум на неделю. Даже думать не хочется о последствиях. Милтия решила глянуть через левое плечо. Эта Шни оказалась быстрее всех, кого она знала, а двигалась тише ветра. Но позади никого не было. Милтия позволила себе выдохнуть и облегченно вздохнуть–... – Куда смотришь? – справа от неё раздался голос. Милтия едва подняла когти, прежде чем лезвие Шни настигло ее. Шни решила сражаться кинжалом. Имея меньший радиус атаки, Милтии удалось блокировать атаку. Искры от столкновения серебряного кинжала с кроваво-красными когтями на мгновения освещали тьму ночи. Милтия отчаянно парировала и блокировала атаки Шни. В одно мгновение от света искр Милтия готова была поклясться - Шни улыбалась. Чёрт, она что, проиграет? – Милтия пребывала в панике и не могла нормально соображать, вспоминая самодовольное лицо Шни, не говоря уже о ее сильных атаках. Звон от металла оружия становился все громче. Милтия пыталась остановить кровотечение остатками ауры. Она замедлялась, а Шни только набирала темп. Мелкие порезы и атаки кинжалом начали пробивать ее ауру, а значит скоро она опуститься в красную зону. Милтия дралась в полную силу, а с лица Шни все не сходила эта ЕБ*НАЯ ЛЫБА! Она наверняка не знает, какого это голодать. Рисковать за еду и пару минут тепла. Терять дорогих людей каждый день, КАЖДЫЙ ЧАС! Она не хотела больше терять никого... Винтер Шни легким движением вонзила кинжал между красных когтей Милтии. Глаза девушки расширились - она не могла пошевелить своим оружием. Хладнокровно Винтер ударила девушку её же оружием. От невероятной силы она пробила собой крышу. Милтия пролетела несколько этажей вниз, упав на площадку, где стоял на коленях побежденный Паладин Атласа. Винтер просто наблюдала. Остатки ауры ушли на защиту от падения. Болезненный стон натолкнул на вывод - аура больше не защитит её. Винтер Шни лениво спрыгнула с разрушенного здания. Девушка в отчаянии пыталась отползти, оставляя кровавый след на снежной пороше. Винтер вздохнула: все было бесполезно с самого начала. Она приближалась к ней, пока ее взгляд не поймал слева белую фигуру. – Не подходи к ней! – крикнула длинноволосая Близняшка. Её форма Белого Клыка была разорвана во многих местах, показывая полученные ею раны. Но в отличии от сестры, она еще могла сражаться. Израненная, еле стоявшая девушка еще могла сражаться. Винтер рассматривала новоприбывшую: синяк уже еле заметен после ее удара несколько минут назад. Она была уверена, что надолго отправила её в нокаут. – Мелани! – ползя по снегу кричала девушка. – Беги! Мы не сможем её победить! Мелани не сдвинулась с места. Жалкое зрелище, – вздохнула Винтер, – но достойное уважения. Битва началась. И закончилась мгновенно. Мелани Мэлакайт двигалась быстро как никогда в жизни: пыталась запутать противника и не попасть под ее атаку. Её цель - шея. Если она сможет провести атаку, то победит. Винтер Шни готовилась поступить соответствующее: парировать атаку, нанести смертельный удар. – Какое разочарование… я хотела взять их живыми. Для Милтии Мэлакайт все происходило в замедленной съемке: она видела отчаянную атаку сестры и как Шни парировала ее. Сейчас ей хотелось наорать на сестру за столь опрометчивый поступок. Но больше всего она хотела, чтобы сестра выжила–... Прежде, чем парировать атаку Мелани, прежде, чем Шни удалось провести смертельную атаку, прежде, чем Милтия закричала - они все услышали громкий скрежет металла. Звук заставил всех троих обратить на себя внимания. Милтия шокировано открыла рот. Мелани, уже приземлившись, все еще удерживала правую ногу для удара. Винтер все так же готова была парировать атаку и контратаковать. Две пары светло-зеленых глаз и одна пара ледяных синих застыли в удивлении, когда мех, прототип Паладин Аталаса-290, медленно оперся на руку и встал с колен. Стоя в полный рост, Паладин наблюдал за ними, будто сам бог титанов затмил собою луну и звезды, бросив тень на трех девушек. Винтер опустила оружие, Мелани воспользовалась случаем и подбежала к сестре, а титан-мех повернулся к ним. Расплавленная броня на корпусе Паладина позволила трем понять, что кто-то управлял им. Сердце трех девушек бились сильнее в ожидании увидеть пилота. Золотистые волосы, напоминающие восход солнца, вновь подарили надежду. Яркие и спокойные глаза цвета ясного неба. Белый плащ развевался по ветру, белая броня сверкала в лунном свете. Жон Арк, Лидер Белого Клыка и претендент на гордое звание Героя, с самодовольной и злой усмешкой на лице, торжественно восседал в кресле пилота Паладина, будто это его трон. Лунный свет освещал его, словно он являлся центром внимания театра. Реакции оказались разными. Мелани широко раскрыла рот. Милтия постоянно произносила “какого хера” или “полный отстой”. Винтер Шни была в шоке, а потом… потом… Винтер почувствовала, как ее лицо пспыхнула красным, а обычное холодное выражение приобретало черты явного раздражения. Оружие в её руках начало дрожать, а зубы скрипели от злости. Мало того, что этот гнусный предатель оскорбил, издевался, откровенно врал ей и не подумал сдаться, так еще и прибрал к своим грязным вонючим лапам славное творение Великого Генерала Джеймса Айронвуда?! Ему жить надоело?! Словно чувствуя атмосферу, Арк откинулся на сиденье, скрестив ноги на панели управления. Как он смог пилотировать им?! Сейчас она выглядела как дьявол, прибывшая из самых глубоких недр в Ремнант. Ее глаза горели холодной яростью, готовой украсить свой дом внутренностями Арка. Винтер Шни полностью готова УБИВАТЬ СО ЗЛОСТИ. Несмотря на разные эмоции трех девушек внизу, удобно расположившийся на сиденье пилота Жон смотрел на Прекрасного Снежного Ангела. Снежный Ангел сейчас выглядит какой-то злой. В полном отсутствии ситуации Жон потянулся к микрофону меха. – Привет, Снежный Ангел, – Жон улыбнулся и подмигнул ей, посылая воздушный поцелуй в белоснежную красавицу. – Кажется, я заставил тебя покраснеть.

***

– Друг Жон? Эй, Жон! – прошептала Пенни из приемника между его ног. Ее провода долго устанавливали связь с мехом, чтобы начать управлять им. Жон узнал, что его звали Паладином. Выход из лаборатории привел их прямо в нему и через какое-то время Пенни удалось подсоедиться к его системам управления. Он был поражён. Пенни могла управлять мехом, будто это были ее собственные руки и ноги. Но он немного волновался: включить Паладина стояла ему слишком много ауры в отличии от того же терминала в лаборатории. Его задачей было найти Снежного Ангела, но необходимость в этом отпала, когда Милтия упала со здания, а за ней спрыгнула и белая красавица. – Да, Пенни? – тихо сказал Жон убедившись, что микрофон выключен. Он ликовал, что вновь вернулся в бой, да еще и с супер оружием и новым другом. – Та, что в белом, зовут Винтер Шни, – продолжила Пенни. – Она командир этого трудового лагеря и, судя по полученной информации, ты… являешься врагом Атласа? Хм-м, даже без доступа в Интернет у нее есть некоторое осведомление по Королевствам, – размышлял Жон. – Пенни, – Жон торжественно закрыл глаза, – ты доверяешь мне? Он почувствовал, как Пенни неуверенно произнесла: – Я… да, друг, но-… – Пенни, – Жон использовал самый утешительный тон, – обещаю, что все объясню, когда все закончится. Но сейчас мне нужна твоя помощь. Она ответила не сразу. – Обещаешь, друг Жон? Он снова улыбнулся: - Арки никогда не берут слов назад. Пенни-...Паладин, номинальное название Пеннидин, сдвинулся с места. Его левую пушку уничтожили бочками с Прахом, сбросив их с буллхедов Белый Клык, но правая пушка еще способна стрелять. В целом, за исключением кабины пилота, большей части ракет на спине и сломанной левой пушки, мех получил только поверхностный урон. Говорите что хотите про Атлас, но они знают толк в хорошей технике. – Я верю тебе, друг, – прошептала Пенни, – я буду драться с тобой! Жон кивнул и повернулся к своему врагу. Винтер Шни успокоилась и теперь вызывающе смотрела на него. Хотя издали тяжело сказать. Краем глаза он увидел, что Мелани не теряла времени даром и унесла сестру в безопасное место. Отлично, – подумал Жон. – Если Винтер взяла бы их в заложники, ему пришлось бы пойти на её условия. Он глубоко вздохнул и положил руки на панель управления. У него не было каких-то ожиданий или надежд, что он сможет управлять Паладином, однако враг подумает иначе. Надо это использовать. Скорее всего ему не удастся победить ее в честной битве, поэтому Жон и не собирался вступать в открытый бой. Прямо под его руками находились Кроцеа Морс и щит, готовые к бою в любой момент. Враг обладал невероятной скоростью, а следовательно всего три варианта атаки: А. Она бежит по двадцати футовой каркасу Паладина для атаки по нему. Позади стена из стали, так что атака будет в одном направлении. Если заблокировать и провести контратаку в одном направлении, её скорость станет бесполезной. Б. Она остается снаружи, пытаясь добить Паладина своими железками. Удачи, подруга. Конечно, она сможет нанести неплохой урон, но неплохой - это весьма расплывчатое слово по отношению к Паладину. В. Самый вероятный вариант: она фокусируется как на мне, так и на Паладине. Надеюсь, его скорости и уцелевшей пушке будет достаточно для победы над ней. С высоты Паладина Жон заметил голубые глаза Винтер, изучающую структуру меха. Жон прищурился. Ему не нужно драться с ней, чтобы выиграть, ему просто нужно задержать её. Все козыри у него. Бело-синий круг сиял за спиной Винтер Шни, напоминающий снежинку. Глиф, – руки Жон медленно потянулись к оружию. Глиф быстро крутился за Винтер Шни, искажая само пространство и время, придавая ей нечеловеческие возможности. Мозолистыми руками Жон Арк крепко держал оружие, надеясь, что нерушимая сталь выдержит столь грозного противника. Тишину ночи нарушало жужжание глифа и скрежет Паладина. Сестры Мэлакайт затаили дыхание перед предстоящей бойней. Голубые глаза преемницы Шни встретились с небесно-голубыми глазами наследника Арков, и, по негласному соглашению, они атаковали. С появлением света и громким боевым кличем, Винтер Шни запустила глиф вместе с собой со скоростью, которая большинству охотникам даже не снилась. Её сабля сверкала, целясь в горло предателя. Она неслась подобно пуле. Ветер, звук и пространство разорвались, не создавая ей преград. Она напряглась, чтобы лезвие точно попало и проткнуло мягкую плоть и … ЗВОН! …лишь увидеть древний белый металл с двойным золотым полумесяцем на щите Жона Арка. Столь сильная атака не позволила ей затормозить. Она продолжила двигаться вперед, отколовшись в сторону из-за углового щита. Лезвие без особого урона коснулась стен кабины пилота. Жон понимал, что ему повезло. Он поднял свой щит еще на полпути Винтер. Замедлись он на полсекунды, и удар пришелся бы точно в горло. Глаза Шни расширились. Она не ожидала, что её удар отклонится от траектории, поставит её в неловкое положение в крайне зажатом пространстве кабины пилота движущегося Паладина. Винтер не успела ни отреагировать, ни понять ситуацию, а Жон Арк уже вложил ауру и вес в горизонтальный удар мечом слева направо. На таком близком расстоянии и в неустойчивом положении, она не могла нормально двигаться, а он не мог упустить такой шанс. Это был тот случай, когда грубая сила и прочная сталь превосходили феноменальную скорость и отточенную технику. ЗВОН! Меч Жона Арка с сильным звоном врезался в поспешно выставленный клинок Винтер. Из-за подвижности Паладина одна нога Винтер соскользнула, заставив её присесть на одно колено. У Жона не было желания дать ей опомниться. Поскольку Винтер изо всех пыталась восстановить равновесие, Жон атаковал своим щитом, а мечом вновь повторить горизонтальный удар, но уже справа налево. Если бы они сражались на устойчивой поверхности, Жон не сомневался в неэффективности своих ударов против нее. Но если она на одной ноге и на движущимся роботе? Следующий удар Жона пришелся сплошной стороной Кроцеа Морса в висок и сбросил ее с меха. Скорее всего это первый раз за вечер, когда Жону улыбнулась удача. В одной из жестоких тренировок его семьи вбило ему в голову правило: если твой враг ослеплен или в ступоре, продолжай атаковать, пока он не перестанет двигаться. Бей сильнее, не отпуская ни на шаг. Всегда держи его в обороне, не давая шанса на атаку. Жон столкнулся с противником, способным легко прижать его к полу и связать руки за спиной. Он это знал. Он столкнулся с выдающийся охотницей. Твою же мать. – Пенни! – резко крикнул Жон. Паладин подчинился и выстрелил железным кулаком в место приземления Винтер. Жон сомневался. Возможно, Пенни требовалось больше времени для освоения управления Паладином, но опасения тут же развеялись. Он наблюдал, как могучий кулак выстрелил в падающий фигуру и–... Глаза Жона расширились. Винтер прыгала по коротким вспышкам по воздуху. Она уклонилась от удара - кулак Паладина влетел в заснеженную землю. – Не сдавайся, Пенни! – приободрил ее Жон. Открылись люки Паладина, показавший большое количество готовых к запуску ракет. Их даже не повредил недавний взрыв. Ракеты запустились тремя волнами в наследницу Шни с достаточной скоростью. Жон прищурился. И вот опять! Прямо перед попаданием она вызвала какой-то свет... глиф, перенаправивший ракеты. Ракеты бесполезно взрывались, пока Винтер Шни приближалась все ближе. Её глифы способны менять траекторию направления?! – Жон застыл. – Но если так… тогда… – Используй огненные ракеты! – Паладин открыл все свои люки и запустила залп ракет, содержащих красный Прах, предназначенных для атаки по области. Взрывы раздавались подобно барабанам, ударами грозы, превратив заснеженные поля в огненные. Он видел, как Винтер скрипя зубами была вынуждена создавать один глиф за другим, уклоняясь от атак. Она уклонялась, если могла, а если нет - использовала глиф. Настроение Жона поднималось. Может она и парировала атаки, но глифы такого уровня наверняка требуют много ауры. Если Пенни продолжит атаку ракетам с красным Прахом, они смогут измотать её. И никто бы не пострадал. Ракета за ракетой летели в землю и снег, поднимая в воздух дым и пар. Местоположение Шни в этом тумане выдавала новая атака, сдувая его в стороны. Видимо, Пенни не хотелось затягивать бой и добавила к атаке выстрелы из пушки. Жон глубоко вдохнул холодный ночной воздух, наслаждаясь запахом озона, пара и дыма, будто это наркотик. Взрывы ракет Паладина были весьма и весьма мощными. Это вкус победы? Жон чувствовал себя сильным, непобедимым. Если так и продолжится, все вскоре закончится. Он победит. Адреналин бежал по его венам. Жон поднял свой меч… так, что-то не так. Ракеты и пушка прекратили огонь. – Жон! – подала голос Пенни. – Она вне видимости атаки! Жон вздрогнул, оторвав взгляд от места, где последний раз видел Винтер. Все четно, он ничего не видит: дым, ветер и горный воздух - все это превратилось в плотную завесу. Точно, – он вспомнил, что Паладин оборудован лазерными прицелами и мог сражаться в подобных условиях… только он и близняшки недавно их уничтожили. Жон посмотрел за спину Паладину, прикрывая слепую зону. Он поднялся на Паладина. Туман оказался слишком плотный, даже очертания зданий не было видно. Спокойствие, только спокойствие. У нас все еще есть преимущество, – подумал Жон. Они уже нанесли некоторый урон Винтер! Вглядываясь в туман, сердце все сильнее стучало у него в груди. Она пряталась в этой завесе, ожидая подходящего случая. Винтер преследовала близняшек, а значит еще не знала, что фавны находится на посадочной полосе. Все таки это гигантский лагерь и ему требуется просто потянуть время! Размышления Жона прервал зуд в ладонях. Что за черт?! – у него было достаточно времени обернуться. Увиденное застало его врасплох. Птицы?! В лицо Жона врезались Неверморы со всей силы. Поток несущихся крошечных Неверморов быстро летел на него через плотный туман. Жон пошатнулся. Каждый врезавшийся Невермор походил на удар кулака. Обеими руками он поднял щит, едва успев закрыв лицо. Даже с щитом эти птицы безжалостно атаковали его. Уму нужно просто выдержать эту атаку. Она наверняка использовала для них последние остатки ауры! Едва эта мысль пришла ему в голову, как он услышал звук смутно напоминающее разбитое стекло. Звук, от которого его прошибло холодным потом. Шни использовала рядом свои глифы. Жон опустил щит и увидел Винтер Шни, триумфально нависшую над ним. Победоносная улыбка отображалась на её изящных губах. Крепко стоя на Паладине, она ударила клинком по незащищённому щитом боку. – ГАХ! – взвизгнул Жон, когда холодная сабля ранила его руку, порвав ткань. Жон не смог устоять на Паладине и упал почти с двадцати футов. Глаза Винтер Шни сузились. Единственное, что помешало упасть мальчику - провода и шнуры, торчащие из поврежденного плеча меха. С презрительным щелчком запястья она оборвала их, возобновляя его полет вниз. Битва закончена. Винтер Усмехнулась. Жон Арк повержен.

***

Винтер стояла на рекуперированном мехе, наслаждаясь видом лежащего Арка в грязи. Винтер Шни подняла голову: она победила, он проиграл. Без пилота Паладин потерял всю жизнь и надежду, опустившись на колени. Ну, так даже проще спуститься. Спустившись на землю, Винтер подошла к ее падшему врагу с оружием в руках. Такая победа немного охладила ее пыл, ведь мальчик дал ей бой, который другие, ранее встреченные ей соперники, не смогли бы. В бою она заметила, как он молодо выглядел. Если сравнивать, то он примерно одного возраста с Вайсс. Мальчик, шатаясь, сел на колени, пока Винтер медленно приставила к его горлу два лезвия. Она опустила свой взгляд на него, сидевшего покорно на коленях, осмотрев черты его лица. Как и его сестры Арки, он точно не был непривлекательным, но немного худощавым по сравнению с охотниками его возраста. Но что действительно поразило, так это до сих пор не истощенный запас его ауры. Он принял последний удар абсолютно не защитившись, но его аура едва колебнулась вниз. Обычно самые легкие и слабые удары отнимали десятую часть ауры противника. Она заметила, как рана на руке затянулась, оставит грубую красную полоску на коже. Даже с двумя лезвиями у горла он оставался совершенно спокойным, а его выражение скрывало уверенность. Он действительно Арк, – признала она. Ему очень к лицу этот белый плащ. Конечно не очень практично в бою и давало врагу еще один рычаг воздействия на тебя, но… выглядело великолепно. Ее ледяные голубые глаза встретились с его решительными голубым взором, отчего он немного вздрогнул. Будь она не осторожна, то убила бы его. – Скажи мне, Арк, – сказал Винтер скучающими глазами (для обмана и хитрости, конечно же), – как твое имя? В его глазах пронеслась искра веселья, словно он увидел что-то забавное, прежде чем ответил ей. Она сказала что-то смешное? – Жон, – отвели он. – Моё имя Жон Арк. – Жон, – медленно произнесла Винтер. Звучит мило. Жон криво улыбнулся: - Коротко, мило, легко произносится. Девушкам нравится. Винтер подняла брось: - Неужели? Жон ответил кратко: - А тебе разве нет? Винтер подняла бровь. Уверенный противник с шутками довольно редкое явление, но ему она позволила. Недавно этот мальчишка неоднократно оскорбил ее, а теперь пытается быть паинькой? Хотя… когда она подумала над этим, возможно ему пришлось пойти на такое в надежде дать шанс близняшка уйти. Весьма благородно, но в итоге все зря. – Все кончено, Жон, – сказал Винтер, не отрывая от него взгляд. – Теперь стоит поговорить о капитуляции. Она заметила дрожащие губы Жона, будто он сдерживает улыбку. Что он нашел тут забавного? – Конечно, – протянул Жон. – Давайте обсудим. Что с его тоном? Он полагает, что раз все кончено, то сбежит с тонущего корабля? Думает, его семья вытащит его из этой передряги? Очень сомнительно. Этот мальчик повредил ценный прототип, использовал кучу оружия для меха и нанес внушительный урон по лагерю ПКШ… её не сильно заботило последнее, но тем не менее. – Никаких условий, – потребовала Винтер. – Ты сдашься без всякого сопротивления, и возможно я смилуюсь над тобой. Винтер не ожидала, что Жон склонит голову и… рассмеется. – Мою капитуляцию? – мальчик уже не сдерживал смех. – Нет, нет, Винтер Шни. Это какое-то недоразумение. Глаза мальчика стали холодными и насмешливыми, прямо как у ее отца. – Я готов принять твою капитуляцию, – сказал Жон, не отрывая от нее свой взгляд. Винтер взглянула в глаза, но не нашла следов ни лжи, ни подвоха. Что он… – Думаешь это смешно, Жон? – произнесла Винтер серьезным голосом. – У меня нет времени на твои детские игры. Ты проиграл, я выиграла. На сей раз мальчишка ответил с широкой улыбкой: - Ты права. Я проиграл, но… ты еще не победила. Что за блеф? – О? – насмешливо произнесла Винтер. – Пожалуйста, просвети меня, Мастер Арк. – Ну-у, для начала… – с каждым словом его выражение становилось все серьезнее. – Я пришел не один. Высоко подняв голову и взглянув ей за спину, он крикнул: - ДОБЕЙ ЕЕ! Глаза Винтер расширились, когда она обернулась. Она стояла лицом к уже заряженной пушке Паладина. Невозможно, – в кабине никого нет, кроме мешка, спрятанного под управ-… Так это и был его последний козырь?! Но еще ничего не кончено. Прежде чем мех сможет нанести смертельный удар, Винтер уже почти закончила формировать глиф. Её феноменальные рефлексы, отточенные годами суровых тренировок, привели к новым возможностям. Глиф становился все больше и больше. Винтер чувствовала, как замедляется время - это побочный эффект ее силы. Она видела вспышку из пушки. Луч трещал белой энергией, способный разрушить скалу и расплавить бетон. Дикая волна восторга и облегчения прошли через Винтер - для нее все было слишком медленно. Она сможет спокойно уклонится. Все случилось за миллисекунды. Винтер Шни собиралась прыгнуть, но ей вдруг стало тепло. Крепкие руки обхватили её вокруг груди, крепко прижавшись к ней и повалив на землю. Жон Арк и Винтер Шни упали на снег, словно любовники. Винтер упала на Жона, а их ноги запутались. Первая мысль Винтер Шни была о тепле и уюте. Вторая - оттолкнуть от себя извращенца одной рукой, а потом (с красным лицом) поднять саблю и воткнуть её прямо между его глаз Жон скрестил руки, защищая лицо, вкладывая достаточно ауры в защиту. Он использовал тело Винтер в роли живого щита перед тем, как их поглотил белый луч энергетической пушки Паладина.

***

Жон Арк кашлянул, пытаясь подняться на ноги. Он лежал на черной от выстрела Пенни из пушки грязи, на которую падал снег. Шни приняла на себя большую часть урона. У неё оказалась много ауры, но выстрел пришелся на её незащищённую спину. Жон же направил ауру на блокировку урона, но взрыв отнял всего треть от оставшееся у него ауры. Она не была в красной зоне, но довольно близко от нее. – Жон! Он поднял глаза и увидел две пары светло-зеленых беспокойных глаз. Мелани держала его меч, а Милтия щит. Они обе протянули руки, помогая ему встать. Жон поднялся и поблагодарил их. Посмотрев на раны каждой из девушек, он прикоснулся к ним и восстановил их ауру до желтой зоны. Недостаточно для зеленой зоны, но достаточно для исцеления мелких ссадины и порезов. Кстати о ранах. Жон оглянулся по сторонам, пытаясь найти белый силуэт его оппонента на белом снегу. Он использовал её как щит, держа прямо перед пушкой Паладина за мгновение до выстрела. Она являлась наследницей Шни, первоклассной охотницей. По расчетам Жона её аура должна оказаться далеко в красной зоне, но этого должно хватить, чтобы пережить такую атаку… верно? Жон закрыл глаза. Если атака пробила её ауру, она будет страдать от ужасных травм или даже станут смертельными. Жон открыл глаза. Если так и было, и она находится на краю жизни и смерти, он исцелит её. Но не более. Восполнить её запасы ауры, пока её жизнь не окажется в безопасности. В конце-концов она может снова атаковать их. С момента атаки Паладина были только раненые, но никаких смертей. И все же… Нет. Никто не умер, Жон должен сдержать свое слово. Громкие шаги заставили всех троих оглянуться в сторону. Паладин, под контролем Пенни, подошел к ним, сел на одно колено и рукой предложил подняться в кабину. Милтия с опаской спряталась за Жона, а Мелани устало спросила: - Это не опасно? – Будет не просто, – хрипло улыбнулся Жон. – Надеюсь, меня не укачает… Паладин лишь спрятал пушку в руку и показал большой палец. – Ясно. Теперь все понятно, – голос за спиной был холоден, словно лед. Глаза Жона расширились. Он развернулся, держа наготове меч и щит. Близнецы спрятались позади Жона - он отбьет атаку и тогда они контратакуют. Винтер Шни стояла на другом конце поляны. Она стояла гордо, в полный рост, хоть её одежда в весьма потрепанном состоянии. Жон мог сказать, что она пострадала: вес тела фокусировался на одной ноге, а её руки немного тряслись. Но такие признаки слабости не сделали её менее опасной. Руки Жона всё еще покалывало, а глаза Винтер еще сияли решимостью. Воистину, Жон сражался против столь удивительного человека даже по меркам охотников. Миссия почти завершена, но он просто не мог не восхищаться решимостью идти и не сдаваться до самого конца. Он столкнулся с человеком, у которого есть сердце, разум, тело и отточенные навыки, мудрость и мужество истинного героя. С другой стороны, Винтер Шни находилась на грани сердечного приступа. Фрагменты информации медленно складывались во едино. Как Арк научился пилотировать прототипом Паладина Аталаса-290?! Даже если Виоле Арк и Индиго Арк стало известно про Паладина, в чем она крайне сомневалась, они не могли научить его управлять им! Еще тот факт, что он двигался сам по себе. Большинство боевых роботов Атласа тоже могли передвигаться с помощью ИИ, но для автономной работы им нужен был приказ командира. Если Паладин был подключен к Командной, то он бы признал своим начальником её. Ничто не случайность: Жон Арк знал, что Паладин может вновь вступить в бой, да еще и на его стороне. Но как? Ему удалось взломать базу данных ИИ Атласа? Если так, то почему он не сделал этого раньше? Почему только с прототипом? В штабе полно и других роботов. Нет. То, что позволяло контролировать Паладина, он обрёл лишь недавно. Может, проявление? Нет, Паладин ранее атаковал их, а следовательно он открыл свое проявления лишь несколько минут назад. Маловероятно. Более вероятно внешнее воздействие. Может союзник-хакер, ждавший удобного случая? Но тогда почему он не дождался, пока зараженное ПО не установится на других роботах? Арк приобрел способность контролировать Паладина на базе Омеге - это был единственный логичный вариант. Глаза Винтер расширились. В голове что-то щелкнуло. Наконец она поняла, почему Генерал Айронвуд так отчаянно хотел найти его исследования. Его исследования. Чтобы то ни было, это можно использовать в качестве устройства управления. Целью этого исследования было создать контроллер, получавший доступ к управлению над всеми роботам Атласа. Им мог отдать приказ любой вне зависимости от ранга или статуса. Она вздрогнула от осознания последствий подобного. Должно быть устройство полного контроля! Даже Генерал Айронвуд не имел абсолютного контроля над боевыми роботами Атласа, а Совет Атласа внимательно следил за каждым его действием. Это власть, способная дать полный контроль над сильнейшей армией в Ремнанте! Трудно описать какофонию мыслей, идей и заговоров в голове Винтер Шни, но все сводилось в одному утверждению: Предатели Арки и Белый Клык только что получили возможность взять под контроль крупнейшую армию в Ремнанте! Вот дерьмо! – она позволила себе выругаться. Глаза Винтер сузились и она направила лезвие на своего врага. Не важно, какой ценой, она не могла позволить им покинуть это место живыми. Побег рабочих фавнов, атака Гримм, потеря ценного оборудования, уничтожения крупной поставки Праха? Все это блекло по сравнению с настоящей угрозой. Руки Винтер перестали трястись. Она забыла причину, по которой стала охотницей. Возможно, из-за гнета её отца или она просто хотела защищать людей, а может что-то из вышесказанного. Но сейчас? Каждое драгоценное воспоминание, счастливое или плохое, нахлынули с новой силой. Винтер Шни являлась охотницей, защищавшей Ремнант каждым дюймом её холодной стали, каждым навыком, каждой частичкой ауры, даже своей душой. Было не важно, что её аура находилась в красной зоне, когда ей нужен лишь маленький рывок для успеха. Не важно, что раненая нога замедлит её, ведь её противники в таком же состоянии. Не важно, что они превосходили ее числом в три, нет, в четыре раза, пока её сила равнялась целой армии. Не важно, что в её глаза упала тьма, когда лунный свет затмили облаками из ужасающих фигур-… Подождите… ужасающие фигуры? Глаза Винтер, Арка и Близняшек расширились. Синхронно они взглянули наверх. Смертоносные Неверморы с поддержкой стай Грифонов и другими видами Гримм порхающих в небе, затмили собой лунный свет и звезды. Их ужасные крики разрывали тишину ночи. Вместе с криками чувствовался и топот. Из темноты переулков появлялись фигуры с красными глазами, покрытые черным мехом и белой костью, с обнаженными клыками и когтями. Глаза Винтер расширились. Ее и её врага Арка быстро окружили черным морем. Если Гримм проникли в эту часть лагеря, значит её люди повержены, а защита базы полностью сломлена. Но они не должны были так быстро пасть: укрепленные механизмы на башнях и стенах, а также ловушки на подобные случаи, расставленные у входа и по периметру Омеги. Как, твою мать, Гриммы прошли мимо них так быстро?! Пока Винтер размышляла, по какой-то причине Гримм прекратили подкрадываться к ним. Они лишь наблюдали своими красными глазами. Она взглянула на Арка в поисках ответа, но тот так же взглянул на нее. Она думала, что Арк спланировал атаку Гримм на ряду с атакой Белого Когтя, но судя по его выражению, она ошиблась. И почему все Гримм остановились? Даже воздушные Гримм стали на удивление сдержанными. Из раздумий её вывело землетрясение. Прежде чем потерять равновесие и упасть на землю, она успела воспользоваться саблей и удержалась на ногах. Землю снова тряхнуло. И снова. И снова. На сей раз, высоко над стаей Урс и Беофольфов, она увидела огромную фигуру. Глаза взрослой особи Голиафа сияли красным от ненависти. По размерам он был больше Паладина. Каждый его шаг содрогал землю. Могучую шкуру Голиафа покрывало слоями Праха. Вероятно, он разрушил наружные стены, будто они были ничем. На его голове виднелись неопределённое количество ранений, исходивших дымом из бесчисленных маленьких дыр. Он повернулся и рассмотрел их в бледном лунном свете. Винтер разглядела его клыки: они были покрыты кровью. Кровь героев. Её людям пришлось не легко. Холодная ярость вскипела в её крови. Арк подождет, пока она не убьет эту мразь, вот только: сделать это сейчас или потом, когда восстановит свои силы. Её аура глубоко в красном, но ей нужнен всего один точный удар. Говоря о Арке. Он и Близняшки взобрались на Паладина. Вероятно, собирались отступать от предстоящей схватки, как кролики. Паладин встал в полный рост, метафорически глядя на Голиафа лицом к лицу. В бледном затемненном свете Паладин почти блистал. Странно, – Винтер могла поклясться, что услышала крошечный потрескивающий голос, говорящий: "Я готова в бою!" из кабины Паладина. Но Паладин не обладал технологией для ответа или записи звука, и никак не обладал переводом своих мыслительных процессов на повседневные слова. Всё это время Пенни общалась лишь её языком, ртом и зубами. Её голос сильно отличался в динамиках тридцати футового меха, не предназначенного и не оборудованного такой функцией. Детище Атласа, рожденное от воплощённого гнева природы, направленное неисчерпаемым человеческим духом и сделанное из лучшего сплава в Ремнанте. С жестким скрежетом металла, Паладин Атласа-290 предстал перед Чудовищем и рёвом заявил о своем превосходстве.