Революция Арка

Жон Арк моргнул. Он заглянул в большую столовую Поместья Арков. Всё было на своих местах: сверху висели транспаранты и красочный декор. Золотой свет сиял сквозь чистые окна. Пицца, спагетти, конфеты и прочие разновидности жирной и вкусной еды захламляли прекрасный сосновый стол. Праздничные колпаки лежали напротив стульев в ожидании…когда их кто-нибудь наденет. Так где же все? Его праздничный торт располагался в центре стола, медленно остывая. Классные восковые свечи ещё не зажигались. Жон моргнул и направился в коридор. Он взглянул на часы, висящие на стене. Короткая стрелка показывала больше шести, а длинная касалась четырёх. Шесть часов двадцать минут. В раздумьях он поморщился. Жон пораскинул мозгами. Его день рожденья должен был начаться два часа назад. Жон снова моргнул от неприятного чувства в груди. Где все? Его одноклассники обещали прийти. Эмили, та милая девушка с соседней фермы, обещала прийти. Берил с соседнего участка спрашивала, может ли она привести своего брата. Люсилл хотела посмотреть дом. Куда они запропастились? Как только Жон уставился на часы, тяжелые двери Поместья Арк скрипнули. Жон навострил уши. Они пришли! Жон знал, что так и будет. Ребёнок с маленькими ножками побежал встречаться своего гостя. Он повернул в коридор и со своей лучшей улыбкой… Большие двери скрипнули и усталая физиономия старшей сестры Руж Арк вошла внутрь. Она была одета в красивое платье вместо мешковатых солдатских штанов, которые всегда носила. Её золотистые волосы были грязные, лицо передавало усталость. Её голубые глаза встретились с глазами её брата. У Жона открылся рот, но не было слышно и звука. Он попытался вновь. – Они не придут, не так ли? Её унылое выражение лица говорило ему всё, чего он хотел знать. – Я собираюсь сжечь твою школу дотла, – пробормотала девушка, которая явно хотела стать Руж «Смутьян». Жон попытался посмеяться над шуткой. Это ведь была шутка? Мама всегда говорила ему улыбаться и смеяться, особенно когда другие люди пытались подбодрить тебя. Она говорила, что если ты всегда будешь смотреть на жизнь с яркой стороны и улыбаться, то всегда будешь чувствовать себя отлично. …Так что это за дрожащее чувство в груди? Руж опустилась на колени и крепко обняла его. На этот раз плечи Жона не дрожали, но он не смог поднять руки, чтобы обнять свою сестру. Нет. Нет, так не пойдёт. Он должен извиниться перед Руж. Она помогла ему с едой и вечеринкой просто потому, что он попросил. Она даже надела платье вместо своей повседневной солдатской одежды. Он должен извиниться, что впустую потратил её время с отпуска. Он попытался извиниться, но как только открыл рот, то всхлипнул ей в плечо. – Всё хорошо, – прошептала Руж. Одна из её рук успокаивающе водила круги по спине. – Всё хорошо. Жон уткнулся лицом ей в шею. Руж была тёплой и пахла…сладким дымом, словно горящей сосной в холодную, дождливую погоду. Руж пахла также, как их дом. Двери открылись. Слёзы текли по его щекам. Его зрение было размытым, но он заметил широко раскрытые глаза испугавшейся Сиенны Арк. Его сестра ковыляла по комнате с сумками на спине и одетая в шоколадно-коричневую дорожную одежду. Она должна была приехать из Вакуо завтра. Она вернулась домой пораньше? Под подмышкой она держала подарок, обёрнутый лентой. Глаза Сиенны прошлись по всей комнате, останавливаясь на пустых местах: нетронутая еда, и её брат рыдал в объятиях сестры. Плавными движениями она опустила сумку и прижалась к брату и сестре. – Мы сожжём его школу? – Мы сожжём его школу. Тикали минуты и секунды, дверь снова и снова скрипнула. Две пары сапог Атласа шлёпнулись на пороге, и близнецы Индиго и Виола тоже прижались к ним. Дверь открылась и в дом изящно вошла на туфлях на каблуке Сапфир Арк. Сапфир сдерживала всхлипы, сняла свои туфли и поспешила присоединиться к объятиям. Виридиана Арк сделала тоже самое, оставляя за собой по полированным половицам грязь и тину. Ни одна из его сестёр не должна была приехать сегодня. Все они приехали заранее, чтобы увидеть его. Жон перестал плакать. Одна за другой сёстры встали, расставаясь с групповым объятием и подошли к столу. Дешёвые бумажные колпаки плохо подходили к их головам, он они всё равно надели их. Они заняли свои привычные места и Жон задался вопросом: почему он вообще хотел, чтобы кто-то ещё занял их стулья. В последний раз дверь открылась и послышались шаги Бьянки Арк, одетую в белую мантию. Её застенчиво поприветствовал улыбающийся брат и шесть улыбающихся сестёр. Голубые глаза сияли, а золотые волосы слегка покачивались, все махали ей, приглашая её присоединиться к трапезе. Бьянка Арк просто зевнула, взяла кусок нетронутого торта Жона и пошла к себе в комнату. Жон всхлипнул. – Сучка, – зарычала Руж. – Сволочь, – согласилась Вири. – Вакуанка, – прокляла Сапфи. – Сапфи, – предупредила Сиенна. – Следи за языком. Руж снова стояла позади Жона, положив руки ему на плечи. – Не волнуйся, Жон, – улыбнулась Руж, и хотя вечер уже наступил, её улыбка была похоже на солнце. – Всё будет в порядке. Мы с тобой. Рука ободряюще сжала его плечо. – Итак, девчата, дарим, – Сиенна протянула руки и провела вокруг стола. Каждая из его сестёр, кроме Бьянки, принесла ему подарок. – Брат, – кивнула Вири, её волосы шевелились и извивались, будто ожили. Она щёлкнула пальцами и один из горшков с цветами в комнате начал дрожать. Цветок начал открываться, показывая маленький обёрнутый подарок в виде сердца. – Ого, – усмехнулась Сапфи, – значит мы устроим шоу для нашего юбиляра? – она достала свой подарок - маленькую коробочку размером с книгу и положила её на стол. Подняв стакан, она медленно вылила его содержимое на стол. Пролитая вода изменилась и превратилась в девиц и лошадей, тащащие её подарок к Сиенне. – Хех, – Индиго указала пальцем и её подарок вылетел из кармана её Атласовского пальто. Коробка покачивалась, но левитировала до самого сбора подарков к Сиенне. Почти все выложили свои подарки. Их глаза обратились к Виоле. – …Я вас всех ненавижу, – Виола встала, подошла к пальто, достала свой подарок (будто сделанный руками от какого-то Вакуумского плебея) и подтолкнула его к ухмыляющейся Сиенне, прежде чем снова заняла своё место. – Это хороший подарок, сестра, – Сапфи изобразила самодовольную кошачью улыбку. – Не все из нас могут…сделать тоже, что и ты, в кругу твоего окружения. Несомненно, это вселит страх в наших врагов. – Мой меч больше твоего! – бросила вызов Виола, как того требовали древние неписанные законы Арков. – Дело не в размере, – парировала Индиго, – а в том, как ты им пользуешься. Сиенна повернулась к Вири. – Проучи её. Виридиана бросила пиявку в Индиго. Когда его сёстры начали наставлять мечи друг на друга, Жон почувствовал, как его губы свернулись в улыбке. Рука ободряюще сжала его плечо. Виола наклонила Сапфир над столом и стала трепать её лицо о курицу, ударив по затылку навершием клинка. Рука ободряюще сжала его плечо. Индиго споткнулась. Сиенна села на неё. Их битва закончилась. Рука ободряюще сжала его плечо. Чудовищное растение, какой-то жуткий гибрид лозы, пиявки и щупальца постучало по плечу Жона. Когда Жон обернулся, растение-щупальце держало ведро попкорна. Жон посмотрел на Вири. Она подмигнула. Рука ободряюще сжала его плечо. Никто из его друзей не пришёл, но было всё равно прекрасно. Жон знал, что его сёстры очень заняты, но все они нашли время прийти на его день рождения. Он знал, что они устали от мозга до костей от работы, путешествий и сражений, но они по-прежнему старались хвастаться и развлекаться. Он посмотрел на своих сестёр, на каждую из них, на охотниц и героинь, делавшие всё своими руками. Я хочу стать героем. Жон не мог не улыбнуться. Ночь была холодной и звёзд не было видно. За пределами тёплых залов Поместья всё было окутано мраком. Будущее было неопределённым, мама с папой ещё не вернулись домой, но на данный момент Жон был счастлив. Он посмотрел на Руж. Его старшая сестра улыбнулась солнечной улыбкой. Жон хотел, чтобы эта ночь никогда не кончалась. Рука ободряюще сжала его плечо. Рука вновь ободряюще сжала его плечо. Рука ободряюще сжала его плечо, но на этот раз грубее.

***

Жон распахнул глаза. Рука сживала его плечо не совсем мягко, не совсем жёстко. Он не был уже тем маленьким ребёнком. Вместо мягких хлопчатобумажных рубашек и шорт, на нём одета белая Праховая пластина, а его меч покоился в ножнах-щит на бедре. Он зевнул. Свежие слёзы успокаивали сухие глаза. Он уже не находился в тёплых, освещёнными огнями деревянных и каменных залах Поместья Арк, а в удобном кожаном кресле в бронированном автомобиле. Запах сосны, травы и грязи больше не щекотал его нос, но вместо этого воздух наполняло зловоние озона и дождя. Он уже не находился в присутствии светлых лиц, обрамлённых светлыми волосами, а в присутствии большого, бронированного мужчины с каштановыми волосами и бородой. Кестрал Винчестер сжал его плечо. Жон выглянул наружу. Перед ним были гранитные стены, мраморные полы и хрустальные шпили Цитадели Вейловского Совета. Несмотря на зловещий дождь, гром и темноту, сам замок, почти как Бикон, не переставая светился изумрудом. Однажды утром он вышел прогуляться и в ту же ночь оказался в самом сердце Вейла, в центре силы Вейла. Гром разразился над ним, и на короткое, мимолетное мгновение, мир окрасился в совершенно белый цвет. Жон бессознательно притянул свой белый плащ поближе к себе. Полный отстой. – Итак, Жончик, – пробормотал Кестрал. – Судьба ждёт.

***

Революция Арка Глава 18: Прелюдия к разрушению Альтернативное название: Людские разговоры

***

Noblesse Oblige: нести ответственность привилегированных чинов, поступать великодушно и благородно по отношению к своим подчиненным.

***

Любая политическая сила возрастает под стволом пистолета. Все государства несут ответственность за свои монополии на насилия и могущество. Несмотря на то, что некоторые мелкие политиканы ретушируют в мире Ремнанта, летописи Атласа или Александрийский архив могли бы сказать, что Четыре Великих Королевства не получили свой суверенитет и легитимность руководства “воля народа” (чёртовы Вейловцы), “превосходной родословной и генетики” (чёртовы Атлазианцы) или “посланники небес” (чёртовы Мистралийцы). Как бы мне не хотелось это признавать, но (проклятые) Вакуовцы были правы: Королевства создались только потому, потому что обладают большими возможностями. А если точнее - потому что всем остальные настал пиздец. Мир Ремнанта уже использовал знания выживания Королевств, но если вы о них не слышали или не читали, позвольте мне кратко изложить суть для вас. Вейл выжил потому, что Гримм не удосужились взобраться наверх по семь горным хребтам, переплыть проклятые, узкие, мелководные моря, чтобы съесть кучку голодающих людей. Вакуо выжил потому, что было жарко. Атлас выжил потому, что было холодно и потому, что наткнулись на залежи Праха и раскапывали их с криками, жадностью, роя свои собственные могилы. И наконец, Мистраль выжил потому, что даже Гримм не хотели есть этих мерзких ублюдков, чёрт возьми. Королевства выживали, процветали, принимали иммигрантов, росли, процветали, пинали друг друга, вели бессмысленные войны в стиле ‘я - специалист кабинета снежинка’, поддерживали войны в стиле ‘о-оо, у тебя хорошие запасы Праха’, отмахивались от тройной угрозы Гримм, взбесившихся фавнов и не желали перемен. Всё это стало возможным благодаря одному важному событию, которое превратило Вейл, Атлас, Вакуо и Мистраль из параноидальных дебилов, ютящихся вокруг мусорного бака, в Четыре Великих Королевства, которыми они являются сейчас. Они получили богов. Серьёзно, богов. Они создали охотников. Молодым Королевствам пришлось бороться за своё выживание. Они начали использовать Прах красивыми, великолепными, поразительными способами, которые обращали Гримм в зефир. Атлас разработал машины и оружие, способные убить дерьмо посильнее. В Вакуо придумали сиесту. Шни остаются призванными из самых-самых тёмных глубин ада. Стратегия и тактика развивались и адаптировались, чтобы противостоять неумолимому, заклятому врагу. Но Королевства всё равно бы пали, если бы не создали охотников. Совет продолжал управлять своими великими пропагандистскими схемами и всеми своими экономическими системами для обучения и создания новых охотников, воинов, которые могут использовать ауру и Прах, чтобы противостоять тем чёрным, бездушными мерзостями, отражающие их самих. Могущество было безмерно привлекательным, и Совет сделал охотников более привлекательными через СМИ и литературу, установил ослепительно-огромные зарплаты, множество юридических исключений и привилегий. Число охотников резко возросло и впервые в истории, Королевства могли с уверенностью сопротивляться Гримм. С той эпохи, с тех пор и навсегда, Четыре Королевства жили в мире. Мире, купленном жертвами жизней охотников и живя под ужасающей силой охотников. Чтобы расшириться, Совет, с той замечательной "сдержанностью" подростков, угнавших машину, разводили и обучали всё больше и больше охотников. Население росло, города расширялись и Королевства вступили в золотой век. Охотники сдерживали Гримм, внушали населению безопасность и служили железной рукой закона против правонарушителей. Когда Совет понял свою ошибку, стало слишком поздно. Они обучили слишком много охотников. Слишком многих и слишком сильных, чтобы контролировать их. Но в конце концов, даже эти цифры были слишком малы и слишком слабы, чтобы расширить свои территории. Созданные ими боевые школы поддерживали идеал хранителя человечества, стоящего верхом на земле, не держащего верности никакой власти и никакому моральному кодексу, кроме своих собственных. По существу, охотники держали Королевства за яйца как метафорически, так и буквально. Если вы почитаете отраслевые отчёты той эпохи, то узнаете, что Советники начали устанавливать бары и винокурни в свои частные палаты. Они не могли обуздать ни физическую, ни политическую мощь охотников. Своими силами десятилетней пропаганды, они сами влюбили народ в охотников. Своими заявлениями они сделали охотников неуязвимыми. То самое оружие, которое сейчас потенциально угрожает им, - сделал сам Совет. Каждый мог заплатить им и у них была почти неограниченная свобода. Что же самое интересно? Им ещё нужны охотники, чтобы отбиваться от Гримм. Это была эпоха, когда нескольких видных Советников довели до самоубийства. Например, печально известного Советник Верцингеторикс Арверни, который выскочил из шпиля Совета, крича “Пошёл ты нахуй, Юлий Арк”, а его последние слова вошли в историю. Это привело к реформам в Страже Совета. Они стали обеспечивать безопасность членов Совета от всего, даже от самих себя. Королевства нуждались в охотниках. Охотники не нуждались в Королевствах. Королевства потеряли власть и силу, а охотники стали абсолютной, высшей кастой, несравненной по силе, несвязанные законами, непобедимой смертоносной рукой. Королевства создали новое дворянство, новый правящий класс, новую парадигму, новый феодализм. Королевства сами создали свою собственную погибель.

- Пинкамена Дианна Пай, Вы видели этого старика? Ёбните его, это его вина: глава 3

***

– Красивая ложь, что великие державы идут рука об руку с большой ответственностью. Сильные всегда ели слабых.

Жасмин Дип

***

Мэтью Рислинг, Седьмой Советник Вейловского Совета, был воплощением покоя и безмятежности. Однако тоже самое нельзя было сказать о его охраннике. – Чё как, Мэтт? – Кестрал Винчестер вошёл в комнату. – Я привёз с собой Арка. Арк. Спокойными, отработанными движениями, Рислинг повернулся на стуле в сторону и налил себе полный стакан виски, и не какой-нибудь там дешёвый напиток. Поглощая его несколькими большими, жгучими глотками, он обернулся и сверкнул своей обычной улыбкой. – Прости, Кестрал, – кивнул Рислинг. – Я, должно быть, устал. Мне послышалось, что ты сказал, что привёз сюда Арка. Кестрал ничего не ответил. Большой человек резко усмехнулся. – Бл-яяяяяяяяяяяяяяяядь, – Рислинг закрыл лицо руками. Кестрал улыбнулся. Рислинг помассировал виски. – Серьёзно? Кестрал продолжил улыбаться так, будто этот ублюдок избивал палкой брыкающегося детеныша фавна тюленя. Положив руку на одну сторону лица, Рислинг бросил на него зловещий одноглазый взгляд. – Почему этого Арка как подобает не задержали, допросили или не взяли под стражу ДВП? – Пустая трата времени, – уселся Кестрал. – Наша главная забота сейчас состоит в том, что мы не знаем, что на уме у Озпина. Теперь у нас есть шанс исправить это. – Разве не поэтому ты схватил Кроу? Кестрал сузил глаза, и его глаза наполнились решимостью. – Кроу Брэнвен охотник среди охотников, мужчина среди мужчин, и всесторонне предан этому ублюдку. Всё, что вылетит из его рта, я хочу перепроверить. – Верно, – признал Рислинг. – Твои связи с внутренним окружение Озпина: у них есть что-нибудь новое? Кестрал ворчал. – Нет. Как обычно, Озпин скрывает всё, что может, даже от своих самых доверенных лиц. Большая часть его людей даже не знала, что Кроу Брэнвен находился в Вейле. Рислинг вздохнул. – Чёрт. Это был сильный ход, но лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Что насчёт семейства Арков? – Арков, – выражение лица Кестрала потемнело. – Виридиана Арк полностью скрылась с карт Вейла. Александр и Афина отсутствуют, вероятно, на одной из миссий Озпина. Виола и Индиго остались в Атласе, Сапфир в Мистрале. Глаза Рислинга сузились. – Руж и Сиенна? Кестрал встретил его взгляд. – Без понятия. Мы уже месяц ничего не слышали о них от наших агентов в Вакуо. Рислинг задумался. – Понятно… –…Озпин задумал что-то большое, не так ли? – Кестрал наклонился вперёд, легкомыслие исчезло. – Похоже на то, – Рислинг закрыл глаза. – Этот Жон Арк…ты уверен, что ему можно доверять? – Он честный, – Кестрал откинулся на спинку стула. – О нём я могу сказать больше, чем об остальной части его семьи. Рислинг помассировал виски. – Он не собирается сопротивляться, – продолжил Кестрал. – Его аура в жёлтом, почти в красном. Ничто в его языке тела не указывает на агрессию и если я правильно понял, он просто нервный и любопытный. Ты получил мою запись нашего разговора? – Да, я послушал её, – пробормотал Рислинг. – Ты говорили с ним, разобрался в его личности. Как, по-твоему, мы должны к нему подойти? Кестрал потёр бороду. – …Не спеша. – Замечательно, – Рислинг поправил бумаги и встал из-за стола. – Ну, нет смысла откладывать это, ходить вокруг да около. Устроим встречу в моём кабинете.

***

–…Вот так всё и было, – закончила Пирра Никос с яркой улыбкой на лице. – Хорошо, – комиссар Джейд Гордон записала всё на свой свиток. – Итак, просто проверить: ты и Жон Арк объединились, чтобы сразиться с Клыком, но столкнулись с сильным охотником-изгоем. – Всё правильно, – кивнула Пирра. – Можете мне описать его? – спросила Джейд. Пирра нахмурилась. – Было темно и газ затуманил всё вокруг. Я многого не видела, но с уверенностью могу сказать, что он был одет в белый костюм и держал в руках большой меч. Джейд нахмурилась. – Белый костюм соответствует внешнему виду Романа Торчвика, но не меч. Можешь ещё что-нибудь рассказать о нём? Пирра съёжилась. – Он был грубым, самодовольным и неприятным. –…Да, это больше похоже на Романа, – усмехнулась Джейд. – Ты знаешь, кто это? Пирра извинилась. – Простите, нет. Я только что приехала из Мистраля. Это мой второй день в Вейле. – О, тогда ладно, – кивнула Джейд. – Мы добавим терроризм в его рапорт. Ты сказала, что он сражался с или против Клыка? Пирра прищурилась. – Против. Казалось, что этот жулик атаковал любого в поле зрения. – Хех, – Джейд набросала эту деталь. – Определённо не Торчвик. Одного из его сообщников положили в больницу и я подумала, что он попытается вытащить её, тем самым заметёт следы. Пирра подняла бровь. – Вы уверены, что можете рассказывать мне такие подробности? – А, не беспокойся об этом, – Джейд небрежно махнула рукой. – Ты Пирра Никос, ты уже гарантированно станешь охотницей. Кроме того, зная охотников Озпина, они, вероятно, возьмутся за расследование, как обычно. – П-понятно. – Скажи..., – Джейд вопросительно повернулась к Пирре. – Ты не встречала в больнице моего коллегу, Кроу Брэнвена? – Кого? – Пирра всего лишь подняла бровь. – Нет, забудь, – Джейд покачала головой. – Кстати, где ты остановилась? Я могу попросить кого-нибудь подвезти тебя, Пирра. – Нет, спасибо, – Пирра улыбнулась вежливой улыбкой. – Мой менеджер приедет и заберёт меня, – Пирра достала свиток. – Она сказала, что будет здесь с минуты на минуту. – Твой менеджер? – спросила Джейд. – Знаешь, уже довольно поздно. Ты уверена, что она сможет– В дверь постучали кулаком. – Комиссар? – раздался голос, приглушенный в дверях. – Мисс Бланк пришла за Пиррой Никос. Говорит, что она её менеджер. Комиссар щёлкнула языком. – Она умеет выбирать нужное время, скажу я вам. Пирра кивнула. – Сверхъестественно даже, да. – Что ж, – улыбнулась пожилая женщина и протянула руку. – Не буду вас больше задерживать. Было приятно познакомиться, мисс Никос. Пирра кивнула и, прежде чем выйти из комнаты, поспешно надела свою дорожную одежду и очки. Она всё ещё находилась в окрестностях Алхимилла, и хотя она познала это место, как поле битвы, охваченное перекрёстным огнём, но оно выглядело совершенно иначе при хорошем освещении и в суетливой обстановке. Офицер полиции кивнул ей, указывая, чтобы она последовала за ним. Пирра согласно кивнула, прежде чем кое-что поняла. Где Жон? Она нахмурилась. Хотя она и волновалась за него, она также хорошо знала о колоссальных запасах ауры своего друга. У Жона также был здравый смысл остаться вне боя, когда битва достигла пика, но она не могла отрицать того, что всё ещё беспокоится за него. После того, как она столкнулась с ДВП, она снова просканировала место в поиске Жона, но он исчез. Она тут же достала свиток и отправила сообщение. [Пира Н.]: «Жон, ты в порядке? Ответь, пожалуйста!» Прошла минута. Прошло две минуты. Шаг Пирры ускорился, а коридоры и повороты начали размываться. Где Жон? Её свиток завибрировал, заиграл простой рингтон, и Пирра немедленно заглянула в свиток. Улыбающееся лицо Жона появилось на её экране. Он держал чашку кофе в руке, а на его фоне яркий свет проглядывал через деревья. [Месяц-месяц]: «Опривет, Пира! Не волнуйся, я в порядке ;-)» Уголки её губ дёрнулись вверх. Хоть он не являлся, э-ээ…достаточно пригодным бойцом, Жон с лихвой компенсировал это своим упорством. Даже когда она чувствовала, как холодные муки страха сжимают её позвоночник, Жон решительно стоял рядом с ней. Она знала гораздо более сильных воинов, сдавшихся перед лицом куда меньшей опасности. – Мисс Никос? – спокойный, мелодичный голос оторвал её от мыслей. Почти в то же время знакомый, успокаивающий запах жасмина достиг её носа. Пирра Никос оторвалась от фотографии Жона. – Мисс Бланк! – он улыбнулась. Женщина перед ней была её менеджером, а если точнее, её временным менеджером после того, как она уволила предыдущего. Мисс Бланк прекрасно выполнила свою задачу: она каким-то образом сумела вписаться в её суровые режимы обучения на ряду с учёбой и маркетинговыми выступлениями. Бланк каждый раз стояла с вкусными, мастерски приготовленными, питательными закусками, прежде чем сама Пирра поняла, что была голодна. Бланк отвлекала журналистов и папарацци, когда те становились слишком навязчивыми. Бланк организовывала лучшие возможные бои, где она получит больше всего опыта, продвинется в своей карьере и получит удовольствие. Проще говоря: её расчёт времени был абсолютно безупречным и она всегда знала, что лучше всего делать в то или иное время. И там, перед её изумрудными глазами, перед её столбом поддержки, перед её оплотом против СМИ, перед её купелью частной жизни, - она подняла брови и улыбнулась. Пирра застыла. – Я знаю эту улыбку, Пирра, – мурлыкала мисс Бланк. Пирра никогда в жизни так не боялась. – Ты влюбилась, – голос Бланк был мягким. – Нет, пока ещё нет, но появился кто-то, кто тебя заинтересовал? Пирра развернулась, чтобы убежать, но прежде чем она смогла это сделать, Бланк схватила её за плечи и по-дружески обняла. Она сопротивлялась, но даже она была не ровня хватке пожилой женщины менеджера. – Хорошо, давай посмотрим, с кем ты общалась, – мисс Бланк наклонилась, а затем замерла. В тот самый момент будто туман или какая-то линза упала с глаз Пирры, и вместо элегантных черт её менеджера, она увидела лицо Жона Арка. Нет, это не он, – поняла она. – Черты лица похожи, но не те. У Жона была классная задница, а у этой женщины - сиськи. Подбородок менее неровный и острый, чем у Жона. Её челюсть короче, нос немного острее, губы немного толще и бледнее его. Цвет её лица светлее. Пока Жон показывал рассеянную улыбку, эта женщина держала рот в прямой линии. Человек, стоявший перед ней, был выше Жона на несколько дюймов. Её светлые волосы были более гладкими, стянутые в очень прецессионный пучок. Её друг носил свою старую, выветренную пластину поверх свободной старой толстовки, эта женщина носила идеально подходящий деловой костюм в разных оттенках белого и серого. Её глаза были холоднее его. Пирра Никос моргнула и внезапно эти очертания исчезли. Рядом с ней, заглядывая в её свиток, было просто улыбающееся лицо её нового, временного менеджера. – О? Кто это? – дразнила мисс Бланк. – Новый... друг? Стоит ли мне волноваться? Пирра покраснела. – Н-нет, подождите...то есть, да. Я встретила его сегодня утром! Он охотник в обучении, желающий поступить в Бикон! – Понятно, – улыбнулась мисс Бланк, и в этой ухмылке был какой-то намёк, который Пирра просто не могла понять. Это было какое-то самодовольное удовлетворение, будто кто-то только что выиграл какую-то ставку. – Уже поздно, – улыбнулась мисс Бланк. – Нам нужно идти, Пирра. Пирра кивнула. – Конечно. Когда Пирра повернулась спиной, женщина по имени Бланк позволила себе вздохнуть. На мгновение она позволила своему нынешнему образу упасть и задумчиво посмотрела в ночное небо. – Хорошая работа, Жон, – прошептала Бьянка Арк. – Ты многому научился здесь. Бикон осветит тебе путь. Бьянка закрыла глаза, а когда открыла, снова стала Бланк.

***

Озпин потягивал свой кофе. Тайянг Сяо Лонг сидел напротив директора. Янг увела Руби и оставила его наедине с Озпином и Глиндой. Сейчас Тайянг не хотел ничего другого, кроме как утешить свою младшую дочь, но были более важные вещи, требующие обсужден6ия в первую очередь. Саммер Роуз появилась после стольких лет, словно восстала из мёртвых, была вооружена мечом и щитом, созданными руками Арков, защищала Белый Клык от Кроу Брэнвена. И ещё ДВП и Стража Совета тоже были вовлечены в это. Озпин отхлебнул из чашки в сорок пятый раз. Эти кружки были как-то зачарованы или смастерены таинственным образом? Тайянг покрепче сжал кулаки, растягивая прочную кожу его перчаток. Защищая остров Патч, он не был в курсе событий. Теперь, когда Кроу вне игры, они потеряли огромное количество разведданных и сил. – Ладно, к делу, – Тайянг наклонился вперёд, положив кулак на стол. – Какого чёрта здесь произошло? Что Кроу делал в Алхемилле? Я даже не знал, что он в Вейле. Озпин и Глинда переглянулись, прежде чем повернулись к нему лицом. – Я считаю, что будет лучше, – сказала Глинда, – если мы начнём всё с самого начала. Озпин поставил свою чашку. – Кроу нашёл Деву Осени чуть меньше месяца назад, столкнулся с фигурой в плаще, которую мы опознали, как возможную Саммер Роуз, помогающую Белому Клыку. Несмотря на то, что он не сводил с неё глаз, Дева Осени исчезла, – Озпин отпил, затем поставил чашку. – Примерно в это же время, Джеймс Айронвуд и Королевство Атлас перестали выходить на связь, начав преследовав всевозможных повстанцев и шпионов Белого Клыка. Глинда кивнула и продолжила за ним. – Примерно в это время активность Белого Клыка во всём Ремнанте, за исключением Вейла, упала, а наши пограничные патрули сообщали о концентрации подозрительных фавнов Белого Клыка, собирающихся в Вейле. Тайянг нахмурился. – Известный преступник, Роман Торчвик, возглавил несколько ограблений и атак на Праховые магазины и склады Вейла. Почти в тоже время Белый Клык удвоил свои нападения на грузовые поезда ПКШ, – сказала Глинда, поправляя очки. – Я и твоя дочь столкнулись с Торчвиком ранее, но нам не удалось взять его под стражу. – Руби упомянула, что его буллхед потерпел крушение после твоей атаки, – Тайянг поднял бровь. – Роман сбежал, – поправила Глинда, – но не его сообщница. – ДВП спасли сообщницу Романа и доставили её в ближайшую больницу, Алхемилл, под усиленной охраной, – Озпин сложил руки вместе. – И согласно показаниям твоей дочери и Глинды, эта сообщница владела силой Девы Весны. – Так... значит эта сообщница была целью Кроу, – пробормотал Тайянг. – И как только Кроу достиг её, он подвергся нападению двойника Саммер и Белого Клыка. – У нас нет доказательств, – сказала Глинда с сердитыми глазами. – Но и слишком много совпадений, чтобы сбрасывать со счетов их непричастность в этих инцидентах: Дева Осени - сообщница Романа, которая обладает или не обладает её силами, Роман Торчвик и его кражи Праха, Белый Клык, "возвращение" Саммер Роуз, семья Арк и Атлас внезапно прекратил выходить на связь. Озпин вздохнул. – Было бы лучше, если бы мы добавили в этот список ДВП и Стражу Совета. Хотя я и не знаю их мотивов, но они способны схватить раненого Кроу. – Зачем Страже Совета выступать против нас? – Тайянг нахмурился. – Озпин, ты снова скрываешь информацию от всех? – Когда ставки так высоки, мы не можем позволить себе любую утечку информации, – ответил Озпин. – Охотники всегда хотели оставаться нейтральной, самостоятельной, независимой силой, поддерживающей мир и баланс между Королевствами, а также защитниками от Гримм. С другой стороны, Совет рассматривает нас с точки зрения оружия, как средство достижения своих целей. Как бы поступил Совет, если бы они присвоили Деву Осени себе? Тайянг поморщился. – Я понимаю, к чему ты клонишь. Чёрт. Глинда отпила чай. – Именно, и у нас есть достаточно оснований подозревать, что их действия как-то связаны с диверсиями Королевы, если уже не связаны. Тайянг поднял бровь. – Что нам с ними делать? – Пока что? – Озпин поставил свою кружку. – Мы наблюдаем за ними, определяем, могут ли они быть потенциально связаны с Королевой, и проверяем, причастны ли они к исчезновению Кроу. – И если так и есть? – Мы сделаем то, что делаем обычно. В лучшем случае - мы попросим их деликатно, – Озпин пожал плечами. – В худшем - мы спокойно убираем их и ставим на их место кого-то полезного. Тайянг поморщил бровями. – Я понимаю твои опасения, – Озпин кивнул. – Но поскольку на кону судьба самого человечества, мы не может совершать никаких поспешных решений и ошибок. Тайянг вздохнул и нехотя кивнул головой. – Если эта линия вопросов закончена, – прервала Глинда. – Я хотела бы перейти к следующему вопросу. Как мы поступим в отношении семьи Арк? – Стой-стой, погоди. Разве Арки не на нашей стороне? – Номинально, да, – Глинда нахмурилась. – Однако прошло некоторое время с тех пор, как мы смогли связаться с Александром, Афиной или шестью из Семи. Озпин поднёс чашку к губам. – Я послал Александра и Афину проверить, есть ли зацепки о других Девах. Я приказал им хранить молчание, насколько это возможно, чтобы на них не вышли наши враги. Глинда прищурила глаза. – Ты мне этого не говорил. Озпин пренебрежительно махнул рукой. – И тем не менее, мы не смогли связаться с шестью из Семи? – Да, – Глинда нахмурилась. – Всё, что мы знаем, - они находятся в своих Королевствах: Руж и Сиенна в Вакуо, Виола и Индиго в Атласе, Виридиана где-то в Вейле, а Сапфир в Мистрале. Кроме того, они не отвечают на наши сообщения. – Не хотят, или не могут? – вставил Тайянг. – Виола и Индиго могли просто следовать приказам Атласа и молчать. Бандиты и военные бароны весьма обычное и распространённое дело в Вакуо, поэтому Руж и Сиенна могут быть заняты. То же самое можно сказать и об остальных. Озпин повернулся к Глинде. – А Бьянка Арк, она выполняет свою задачу? Глинда кивнула. – Вскоре она должна сопроводить Пирру Никос в Бикон, – на вопросительный взгляд Тайянга, Глинда ответила. – Само собой, она станет достоянием Бикона, а если что-нибудь случится с Девой, мисс Никос будет нашим кандидатом на Осень. – А если нынешняя Дева уже мертва? – засомневался Тайянг. – Тогда мы убьем сообщницу Романа и проследим, чтобы мисс Никос унаследовала Осень, – бесстрастно сказала Глинда. – Силы Девы действительно велики, и, между нами говоря, у нас должны быть достойные шансы устранить этого захватчика. – А если сила Девы окажется сильнее, чем ты думала? – спросил Тайянг. – Тогда я сам разберусь с этим захватчиком. Уверен, я смогу победить хотя бы Деву, – Озпин допил свой кофе. – И всё-таки, что-то происходит. Пусть Бьянка доложит мне, когда закончит. – Значит, мы начинает действовать, – Глинда допила чай. – Самое время, – Тайянг поднялся со стула. – Пока я предпочёл бы без резких движений, – отметил Озпин, сжимая свою трость. – Наш мир отклонился от своего надлежащего курса. Озпин поднялся, а в его мысленным взоре он нарисовал доску и установил свои фигуры: его пешек, слонов, ладей, рыцарей. – Игра начинается.

***

Седьмой Советник Мэтью Рислинг двинул своего слона вперёд и захватил вражеского коня. Шахматный ИИ стал не так хорош, как раньше. Рислинг сидел в своём кабинете. Комната была более скромнее, чем другие комнаты в крепости. Конечно, он был оформлен щедро и со вкусом, но попроще и уютнее. Успокаивающий стук дождя снаружи успокаивал его разум. Туман и дождь маскировали великолепный вид из комнаты на город, и на короткое время он мог притвориться, что разрушающегося города, который он должен защищать, не существует. Он протянул руку к центру стола и налил себе в бокал виски. Лениво потягивая его, он задавался вопросом: не показывал ли Кестрал Винчестер, его охранник, мальчику Арку живописную природу по дороге, или решил проводил его прямо в кабинет? Рислингу не пришлось долго ждать. Дверь в дальнем конце комнаты отворилась, и белая фигура шагнула вперёд. Уверенные шаги эхом отдавались от отполированных полов. Позади него он заметил внушительный кивок Кестрала Винчестера, прежде чем он исчез за углом. Если бы это был обычный визит кого-нибудь другого, Рислинг блеснул бы гостю яркой улыбкой и пригласил бы его сесть на стул напротив. – Добрый вечер. Жон Арк? Вместо этого он говорил ровным, нейтральным, уважительным тоном. Всё это время, не сводя глаз с Арка, он ждал, пока мальчик сделает свой ход. Они знали о нём слишком мало, за исключением информации Кестрала. – Да, – Жон робко улыбнулась ему. – Это я. – Пожалуйста, подойди ближе, – выражение лица Рислинга не изменилось; он продолжал пассивно улыбаться. Шаги, которые сделал мальчик, были… занимательными, по меньшей мере. Он был ростом около шести футов, широкоплечий, но…он не был пугающим, потому что ссутулился и наклонял голову, что делало его не опасным на вид. Его шаги были сильными и уверенными, но без позёрства или ненужной силы. Его оружие привязано к поясу, и хотя он, кажется, нервничает, его руки не дрожали, как это обычно бывало у многих других охотников. Это был лев, играющий в ягнёнка, или ягнёнок, притворяющийся львом. Рислинг потягивал свой напиток, губы его не произнесли ни слова. Мальчик приближался к его столу. Освещение в комнате было резким и драматичным, как в комнате для допросов. Расположение кабинета было создано так, чтобы создать иллюзию множества других комнат. Будет ли мальчик стоять по стойке смирно перед его столом, как солдат перед начальником? Займёт ли мальчик своё место в конце стола, подразумевая под этим…дискомфорт, право, профессионализм, конфронтацию, дистанцию? Будет ли мальчик стоять неловко, колеблясь между этими вариантами? Жон Арк продолжил идти и без заминки сел напротив Рислинга. Пока Рислинг поддерживал зрительный контакт, он отчётливо понял, как мальчик садится. Мальчик повернул стул к нему лицом, удобно расставив ноги, расслабился и уставился на него. Мальчик наклонился вперёд, положив руку на стол. Жон поддерживал лёгкий зрительный контакт, не отводя взгляд в строну. Неконфликтен, расслабленный, не-боюсь-вас, легкомысленный, на-вашей-стороне, умеет слушать. Рислинг разыграл целую сцену, потягивая свой напиток, и он увидеть, как мальчик внезапно заметил наполненный стакан, покоящийся в центре стола. Когда-то он принимал так и других. Глинда Гудвитч села напротив него, заметила напиток и просто проигнорировала его. Её глаза кратко сузились от подозрений, а осанка стала жёсткой и настороженной. Когда он встретил Кестрала Винчестера в первый раз, он тоже сел напротив него, заметил напиток он спросил, не предназначен ли он для него. Его поза была гибкой и расслабленной, или, по крайней мере, старался выглядеть таковым. Его глаза были сосредоточены на Жоне Арке. Жон протянул руку к стакану и поднёс его ко рту. Либо этот парень был храбрым, либо глупым. Рислинг допил свой напиток и заговорил– Жон Арк выпил стакан залпом. – Чёрт, – пробормотал Рислинг против своей воли. В этом стакане было налито то, что Винчестер любил называть "качественный товар". Дело в том, что он поджигал ваше горло. Его создатели использовали, или не использовали, красный Прах при перегонке этого напитка. Хороший алкоголь. Напомните, сколько этому ребенку лет? Мальчик Арк ударил кулаком по столу, поперхнулся и быстро выплюнул напиток в лицо Рислинга. Хорошо. Это было ново. Из спрятанного наушника он услышал, как этот ублюдок Винчестер ржал и смеялся, как сумасшедший. Рислинг сделал мысленную заметку, чтобы этот ублюдок сопровождал делегацию Вакуо на фестиваль Вайтела. Ха, выкуси это! У ублюдка уйдут годы, чтобы избавиться от их запаха. Арк неловко моргнул. Его глаза широко раскрылись, осанка напряглась, тело слегка наклонилось в сторону двери. Рислинг медленно-медленно переосмыслил свой подход. – Знаешь, что? К чёрту все это, – красноречиво сказал Советник. Он нажал на кнопку, спрятанную под столом, и ярко-белое освещение сменилось ярким, тёплым, мягким, успокаивающим жёлтым светом. – Давай начнём всё сначала. Вытерев лицо от огненного спирта салфеткой, Рислинг улыбнулся и протянул мальчику правую руку. – Здравствуй, я Мэтью Рислинг, Седьмой Советник Великого Королевства Вейла. Приятно встретиться с тобой, Жон Арк. Жон моргнул, и хотя он всё ещё был настороже, он показал первые признаки расслабления. Рислинг продолжил. Его улыбка стала шире и естественнее. – Что я могу тебе предложить? Может ты хочешь что-нибудь съесть? Еда. Еда была полезной. Люди становились менее насторожены, когда ели. Рислинг мог бы найти там что-нибудь полезное. Жон моргнул снова и улыбнулся. – Всё в порядке, сэр, – проговорил мальчик с искренним, вежливым уважением. – Я планирую позже поужинать с друзьями, поэтому мне придётся отклонить ваше предложение. – Ты уверен? – Рислинг поднял бровь. У него в штате имелся чертовски отменный повар. – Даже небольшой перекус? – Ну, если вы настаиваете, сэр... – Жон почесал щеку. Рислинг доброжелательно улыбнулся, потягивая напиток и наслаждаясь чудесным ожогом. – Я хочу кримпай [1]! – Жон просиял. (creampie - сперма в зад, cream pie - кремовый пирог) Рислинг подавился напитком, алкоголь обжёг лёгкие. Кестрал Винчестер засмеялся ему в ухо, и судя по звукам, засранец ел попкорн. Рислинг сделал мысленную заметку, чтобы изгнать его на тот маленький остров для самоубийц под названием Патч, где жили лишь безумцы, был медленный wi-fi и не ели ничего, кроме одного и того же блюда из курицы каждый день и ночь. –...Кремовый… пирог...? – Рислинг задыхался, будто Кестрал душил его. – Да! – Жон улыбнулась. – Папа говорит, что девочки это любят. Рислинг закрыл лицо руками. Жон моргнул. – Что-то не так, Советник? – Нет-нет, – Рислинг тонко выдернул наушник, заставив замолчать хохот Кестрала. – Просто был длинный день, вот и всё. Глаза Жона заметили наушник, и он вздрогнул в сочувствии. – Да, длинный денёк выдался. Я могу понять. – О? – Рислинг поднял бровь. Он ощутил от мальчика искреннее сочувствие. – Это ерунда. Я не был в больнице во время теракта. – Но вы всё равно устали, – объяснил Жон. – Это... как бы сказать…будто вы провели весь день притворяясь кем-то, кем не являетесь. Такого рода деятельность вызывает умственную усталость. Хотя выражение лица Рислинга не изменилось, его разум мчался со скоростью одну милю в минуту. Порывшись в отчёте Кестрала, он начал перечислять всё, что знал о мальчике. Бегство из семьи Арк, разочарование, жизнь с друзьями - товарищами охотниками в обучении, на тренировке произошёл несчастный случай, что привело его в больницу во время инцидента. Он создал видимость сильного юноши для своей семьи, позже для своих новых друзей, чтобы затем всё это рухнуло в больнице? Рислинг рассмотрел вариант стать деликатным, затем пожал плечами и решил быть тупым. – Ты создал видимость, что ты сильный для своих друзей? Кажется, его слова попали в точку, потому что облегчение покинуло спину Жона и он ссутулился на кресле. – Да, Боже, – Жон откинулся назад. – Именно так. Серьёзно, каждый раз, когда что-то подобное случается, все обращаются ко мне за помощью. – Каждый раз? – спросил Рислинг. Звучит почти так же, как лидер команды охотников в обучении ведёткоманду на бой с Гримм. – Ты что, возглавляешь своих друзей против Гримм? – О, Боже, да! – кричал Жон. – Представьте себе: мы сражались с Гримм, мы проигрываем, всё плохо, я в ужасе и ступоре. А затем кто-то услышал моё имя и говорит: «Эй, не волнуйтесь, Арк спасёт нас!». – Вот чёрт, – подметил Рислинг. Борьба Гримм пошла плохо, очень плохо. Они потеряли множество стремящихся стать охотниками охотников в обучении из-за глупых несчастных случаев, как этот. – Что случилось? Жон закрыл глаза и лениво улыбнулся. – Друг сумел выручить нас. Мы встретили суперкрутую девушку. Её зовут Пенни, у неё классная механизированная рука и она фактически спасла все наши задницы и проводила в безопасное место. – Хех, – вмешался Рислинг. Мальчик не хвастался и не выглядел самовлюблённым. Кестрал был прав, это необычный Арк. – Звучит, как довольно неприятный опыт. – Да, без шуток. В следующий раз, когда буду сражаться с Гримм, я определённо буду держаться поближе к стенам, – проворчал Жон. – А эти ребята сильно бредят и называют меня своим лидером и прочее, хотя я до сих пор продолжаю пытаться сказать им, что это не так. Рислинг сочувственно кивнул. – Люди верят в то, во что хотят верить. – Да, – Жон поудобнее облокотился на кресло. – Они снова сделали меня своим лидером несмотря на то, что я вообще не умею сражаться. Честно говоря, сейчас я просто решил сохранить внешний вид перед ними, по крайней мере это поможет удержать их подальше от неприятностей. Рислинг усмехнулся и поднял бокал. – Не будь так строг к себе, Жон. Большая часть руководства просто выглядит спокойной и заслуживающей доверия во времена паники и хаоса. Жон налил себе стакан воды. – Вы говорите так, словно у вас был подобный опыт, Советник. – Никогда не стоит недооценивать силу хорошего пиара, – мудро кивнул Рислинг. – Также никогда не следует забывать о последствиях плохого пиара. Когда происходит массовое изъятие банковских вкладов, люди теряют веру в банк и тогда они чувствуют, что у банка могут закончиться деньги, а не тогда, когда банк в самом деле терпит неудачу. Цены падают и растут в зависимости от того, что люди думают о перспективах. Рислинг выпрямился и его глаза стали смертельно серьёзными. – Скажи мне, юный Жон, как ты думаешь, что самое худшее может случиться, если люди потеряют веру, потеряют надежду? Жон думал несколько минут, прежде чем покачал головой и жестикулировать Советнику продолжить. – Самое худшее, что может случиться, – сказал Рислинг, – это нападение Гримм. Жон замер, а потом кивнул. – Гримм привлекают негатив. – Совершенно верно, – потягивал Рислинг из стакана. – Это то, что люди, живущие в стенах Вейла, любят забывать. – Хуже всего то, как легко может распространиться негатив. Представь, что ты живёшь в одной из приграничных деревень Ремнанта. Большинство таких мест - фермерские деревни, которые зарабатывают на жизнь продавая продукты и тому подобное Королевствам и городам, – Рислинг подался вперёд. – Всё, что может потребоваться для смерти одного такого поселения - это наводнение, сильная буря или пожар. В лучшем случае такой негатив привлечёт лишь меньшие варианты Беовольфов и Урс. Конечно, этого не достаточно, чтобы уничтожить деревню, но даже тогда, без охотников под рукой, деревня пострадает. – Я понял, – размышлял Жон. – Атака Гримм, поселение теряет людей, их моральный дух падает, заставляя Гримм атаковать снова и снова. И всё же, разве не поэтому охотники стоят на первом месте? – Конечно, – отпил Рислинг. – Или, по крайней мере, так и должно быть. И вот что произошло: Рислинг вёл себя беспечно, но он приучил свои глаза замечать каждое маленькое движение, каждое маленькое изменение позы, каждое маленькое моргание, которое делал Жон. Брови Жона опустились, слегка скрутились, мышцы лица напряглись. Замешательство. – Что вы имеете в виду? – спросил Жон. Рислинг наклонился вперёд. – Ты хочешь быть охотником, верно? Тогда я не вижу ничего плохого в том, чтобы рассказать тебе правду. Каждый должен знать, за что он сражается. Жон наклонился вперёд. Весь его вид указывал на чистый и неразбавленный интерес. Это был подходящий момент. Трюк, чтобы дать решение тому, кто не противоречил взглядам людей. Нет, трюк заключался в том, что человек придумывал свои собственные выводы делая вид, что решения и проблемы были его собственными. Проблема в Ремнанта заключается в…Озпин расходует свои ресурсы и охотников в каком-то великом плане, о котором никто, даже его самые доверенные люди, ничего не знают? Атлас, построенный на военной силе, вербуя охотников на скрытые базы и орудуя своим эмбарго на Прах и военных, как банда торговцев наркотиками, берущая деньги за защиту? Растущая тенденция атак Гримм? Растущее напряжение между фавнами и человечеством? Кестрал сказал, что мальчик хочет стать героем. – Проблема в Ремнанте, – осторожно проговорил Рислинг, – а именно в том, что миру нужно больше героев. Взгляд Жон Арка уставился на него. Голубые глаза засияли, светясь горящей лазурью в темноте. Теперь я привлёк твоё внимание? – Скажи мне, Жон Арк, – Рислинг сузил глаза. – Что для тебя значит герой? – Тот, кто помогает людям, – Жон ответил без заминки. – Герой - это тот, кто защищает людей и в то же время вселяет в них надежду. – Как расплывчато, – прокомментировал Рислинг. – Какие конкретно люди? Будь яснее. Люди Вейла? Или это фавны? Люди, живущие на границе? Мистралийцы? Вакуовцы? Атлазианцы? – Все нуждающиеся, – сказал Арк. – Незнакомцы - это просто друзья, которых вы ещё не встретили. Рислинг собственными мутными серыми глазами встретился с голубыми огнями. – И как ты планируешь всем помочь? Все эти группы людей вряд ли имеют одинаковые проблемы, не считая Гримм. Защищать их от кого и какие использовать методы для их защиты? – Я хочу попытаться помочь им всем, чем смогу, и я хочу защитить их от вреда, – сказал Арк. Его голос был стальным, но уже не таким уверенным. – Что ты будешь делать, когда одна группа причинит вред другой группе, которых ты поклялся защищать? – Рислинг сложил пальцы вместе. – Ты решил помочь очень широкому кругу людей, но не все их интересы совпадают с другими. Чтобы ты сделал, если бы пограничные конфликты обострились и разразилась война между Королевством Вакуо и Королевством Атлас? – Для этого и нужны охотники, – ответил Жон. – Охотники независимы от Королевств и могут вмешаться. – Атлас некогда был Боевой Академией. Теперь так называется само государство, – ответил Рислинг. – Атлас удерживает своих охотников для себя, беря под контроль подкупами одну четвёртую часть от общего числа охотников в Ремнанте. Ты можешь с уверенностью сказать, что рождённые охотники в Вакуо вернуться и защитят своё отечество? Или что охотники вмешаются, а не примут сторону того, кто предложит больше льен? – Тогда, – Жон будто укусил что-то горькое, – я поддержу того, кто окажется прав. – Связанные с этим пограничные конфликты - это борьба между глубокими Праховыми залежами в Вакуо ещё с того времени, когда Атлас подчинил Вакуо, то есть почти столетие назад, ещё в Великой войне, – Рислинг был терпелив. – Атлас первым атаковал, это правда, но у него есть поселения и люди в тех регионах, и он многое сделал для улучшения жизни людей в тех районах. С другой стороны, Вакуо только защищает свои собственные интересы, а отдать такие богатые земли Атласу приведёт их к тому, что они станут ещё больше обязаны Атласу и Шни. Кто же прав? Жон выдохнул. – А вы, Советник? Что бы вы сделали? – Если бы такая ситуация действительно так сложилась, если бы территориальные споры действительно обострились, и если бы не было шансов на мирное вмешательство, то я, как Советник Вейла, последовал бы интересам Вейловцев, – произнёс Рислинг. – У Вейла не будет много плюсов, если Атлас получит залежи - такое только укрепит господство Атласа в Ремнанте. Вейл ничего не выиграет для себя от залежь Праха Вакуо. Вейл не выиграет в ходе бессмысленной войны, в которой он не получит ничего, кроме вражды Королевств, и ему не будет выгодно оставаться на нейтральной стороной. Рислинг махнул рукой и его стол превратился в карту Ремнанта. – Вакуо не сможет победить Атлас. На месте Вейла, я бы послал людей защищать тех, кто лишён гражданских прав и пострадал от войны, падальщиков, Гримм и бандитов, – ответил Рислинг. – Если плести новости СМИ правильно, то Вейл будут рассматривать, как беспристрастного защитника слабых. Моральный дух Королевства повыситься, что позволит легко принимать беженцев. В зависимости от того, насколько сильно пострадает Вакуо, мы должны быть в состоянии принять приличное количество Вакуовцев и получить прибыль на нашей доброй воле…хотя в общей картине - это вторично. Жон поднял бровь. – Таким образом, защита невинных людей является второстепенной целью? Выражение лица Рислинга не изменилось. – Если Атлас победит, Вейл и Мистраль подумают «что мешает Атласу сделать то же самое с нами?». Главной целью станет мобилизация Троецарствия против Атласа. Если такая ситуация произойдёт, охотники из Вейла, Мистраля и Вакуо станут целью Северного Королевства. Рислинг уставился на Жона, а затем ухмыльнулся правым уголком рта. – По крайней мере, это стало бы решением, если бы такое уебанство произошло. Жон сопротивлялся желанию прижать ладонь к лицу. – Хорошо. Скажите мне, какой реальный, лучший способ решить эту проблему. – Спокойнее, – заявил Рислинг. – Во-первых, мы никогда не позволим этому случиться. Жон моргнул. – Нужно всего лишь убедить моего человека в Вакуо и единомышленника из Атласа не нагнетать обстановку, – Рислинг зажимал пальцы, перечисляя варианты. – Возглавить совместные горнодобывающие проекты. Но если станет слишком жарко, СМИ начнут плести новые скандалы со знаменитостями, чтобы отвлечь людей. О, и конечно же найдём главных заводил и или убедим их заткнуться, или воспользуемся моим любимый методом: заморозим уёбков, прежде чем они попытаются распространить своё ядовитое фуфло. Жон разинул рот. Рислинг похлопал его по плечу. – Что ж, Жон, – глаза Рислинга стали отцовскими. – Если ты заметил, всё это временные меры, сдерживающие ущерб. Эти решения остановят вспышку открытого конфликта, но не остановят сам конфликт, и не остановят Гримм от преследования обескураженных. Если бы я действительно хотел остановить этот спор, если бы я гарантировал, что этот конфликт исчерпается более или менее навсегда, знаешь, что бы я сделал? Жон уставился на него, уделяя старому Советнику всё своё внимание. Рислинг наклонился и заговорщически прошептал. – Завоевал бы сердца и умы людей. Заставил бы их поверить в мир и компромисс, в то, что мы можем использовать землю вместе. – Перемены, в которых нуждается каждый, – пробормотал Жон. – И в самом деле, – Рислинг снова наполнил свой бокал. – Ты можешь заставить людей измениться силой оружия и законодательной власти, но в конечном итоге ты только породишь негодование против тебя и растратишь своё влияние. И зачем это нужно? Власть эфемерна, а законодательную власть можно отменить, но если ты изменишь их мнение, если ты изменишь их мировоззрение, - то сможешь их изменить. Жон Арк замолчал. В раздумьях он нахмурился. Не лучшая его серия речей и тирад. Рислинг оставался спокойным, держа руки на подлокотниках. Он добился успеха? Жон заговорил. – Что вы думаете о Белом клыке? Хех. Рислинг прищурился. Это не то направление, которое он ожидал от мальчика. Он недавно столкнулся с ними и ему было просто любопытно? – В целом, они сражаются за защиту интересов фавнов, – осторожно заговорил Рислинг. – Хотя их мотивы и справедливы, я не могу оправдать их действия. Многие пали после их митинга: как невинные, так и виновные погибли в том, против чего они сами и протестуют. Рислинг забеспокоился. Выражение лица Жона стало трудно читать. – Как бы вы... – осторожно произнёс Жон, словно слова были ядом. – Как бы вы оптимально справились с Клыком и фавнами? Рислинг отхлебнул из бокала. – Я не знаю, Жон. Каков был бы лучший способ решить эту проблему? Скажи мне. Жон выдержал паузу. Рислинг протянул руку. – Давай рассмотрим сценарий. Скажем, Совет решает согласиться на все требования Белого Клыка, а также предложит им снисхождение за все их предыдущие преступлениям против Вейла. Как бы себя чувствовали люди Вейла? Как бы они отреагировали? – Они бы взбунтовались, – Жон ответил сразу, бездумно. Судя по тому, как его лицо искривилось после разговора, это был не тот ответ, которого он хотел. – Многие люди не доверяют Белому Клыку и рассматривают его, как террористическую группу. Будет выпущено много сдерживаемого негатива. – Ты не ошибся в этой оценке, – Рислинг отложил свой напиток. – Несмотря на то, что война с фавнами ушла в прошлое, раны и шрамы всё ещё свежи в умах выживших и их семей. Само название «Белый Клык» также носится среди вашего молодого поколения в результате всех их действий. Тогда давай пойдём другим путём. Взмахнув рукой, стол показал телевизионный новостной канал. На экране появился член Совета Марк Мальбек, кричащий перед ревущей толпой. – Ты видишь это, мой товарищ Вейловец?! – взревел Мальбек. – Мы впустили фавнов и вот как они отплатили нам?! У нас будет всё больше и больше случаев, как с Больницей Алхемилла, пока не бросим этих животных! Каждый фавн беженец, который пришёл в наше прекрасное Королевство, является угрозой! Мы приветствуем этих животных с распростёртыми объятиями, а в ответ на нашу доброту они обращаются к терроризму! Рислинг сопротивлялся желанию посмеяться. Ну хоть кто-то веселился. Жон прищурился. Отлично. – Слушайте же! Я, член Совета Марк Мальбек, проклинаю вас! Я призываю к полному закрытию входа для фавнов в Королевство ВЕЙЛ! Рислинг поднял знамя Белого Клыка - рычащего алого зверя на белом фоне. – Что, если мы ужесточим нашу позицию? Что, если мы отвернёмся от всех фавнов, ищущих убежища в стенах Вейла? Что, если мы совершим набег на бедные районы, занятые фавнами, и выгоним их? Что, если мы сделаем то, что мой коллега Советник продолжает рекомендовать, и начнём брать под стражу каждого фавна, подозреваемого в связи с Белым Клыком? – Фавны уже не будут просто бунтовать, они восстанут, – размышлял Жон Арк. – То, что Мальбек планирует сделать, обернёт каждого фавна в Ремнанте против него. Чёрт, готов поспорить, он даже убедит скромных и нейтральных людей отвернуться от них. Гримм будут у наших ворот через несколько часов. Рислинг отключил экран и в комнате снова стало тихо, за исключением спокойного ритма ливня. – Предположим, что твоя воля стала бы волей Совета, Жон Арк, – сказал Рислинг. – Как бы ты решил эту дилемму Белого Клыка? Как бы ты ответил на свой вопрос? Жон помолчал, а затем попытался заговорил– – Позволь перефразировать, – перебил Рислинг, а затем посмотрел Жону в глаза. – Как бы герой защитил каждого? Как бы герой разрешил этот сценарий с минимальным кровопролитием? Глаза Жона загорелись. Два шара бледно-голубого цвета горели, как маленькие звёзды. – Компромисс... – Жон нахмурился. – Нет, компромисс слишком слабое слово. Сотрудничество. – А? Жон Арк медленно обнажил меч. Рислинг поднял бровь. – Белый клык участвует в терроризме, но это потому, что они ранены и оскорблены Королевствами и не знают лучшей альтернативы, – Жон Арк поднял меч, глядя на древнюю сталь, будто он поймал маленький лунный свет, просочившийся сквозь темноту. – С другой стороны, Королевства неспроста презирают Клык. Глаза Рислинга потянулись к старому клинку, и хотя он был старым и серым, он сиял белым. Жон уставился на свой любимый, пленённый и обаятельный меч. – Ни одна из сторон даже не думает о прощении без совершения справедливости. И…я предполагаю, что Совет не сделал никаких жёстких шагов к этой цели… это потому, что такое решение слишком сильно встряхнёт лодку? Губы Рислинга дрогнули в улыбке. Жон нахмурил брови. – Королевства ненавидят Клык и не любят фавнов, мир с ними означает Гримм. Клык ненавидит Королевства и, скорее всего, ненавидит человечество, но если их лидеры сдадутся, - Гримм. Но есть и экономическая причина: фавнов эксплуатируют и злоупотребляют даже сегодня просто потому, что их рабочая сила дешёвая, а значит это сохранит дешёвые цены на Прах. Даже однократное увеличение цены на Прах будет означать увеличение расходов на топливо, энергию и материалы, а значит и все цены начнут расти. В свою очередь это означает одно - Гримм. – Я не вижу решения, Жон, – улыбка Рислинга не покинула его лица. – Все дороги ведут к Гримм. – Гримм - единственный враг, который имеет значение, – сказал Жон Арк. – Моим решением будет сотрудничество. На общественное мнение можно повлиять: людей можно убедить стать более сочувствующими к фавнам, а фавнов можно убедить стать более сочувствующими к бедственному положению Королевств. Улыбка Рислинг медленно угасала. – Знаешь, этого будет недостаточно, чтобы не привлекать Гримм. – Этого и не будет достаточно, – возразил Жон. – Нам просто нужно в какой-то степени смягчить этот негатив. И моё решение - сотрудничество. В Королевствах много неиспользуемых ресурсов, даже в самом Вейле. Есть множества свободных рук среди фавнов. Если Белый Клык прекратит атаки, охотники и прочие будут освобождены для выполнения других задач, особенно если Белый Клык поможет укрепит границы Вейла. Жон встретила взгляд Советника ясными глазами. – Гримм - это неизбежность, единственный враг, который имеет значение. Перемены будут медленными и трудными, но в конце концов человечество и фавны изменятся к лучшему. Королевство Вейл станет сильнее. – Ты не ошибся, – тихо проговорил Рислинг. – Но помни: для разговора нужны двое. Королевства могут протягивать руку помощи сколько захотят, но если Белый Клык откажется сесть за стол переговоров - никаких переговоров не состоится. Выражение лица Жона превратилось в ироничную улыбку. – Можете назвать меня оптимистом, Советник, но у меня предчувствие, что Клык когда-нибудь дойдёт до переговоров. А? Рислинг нахмурился. – Ты веришь, что Белый Клык и Королевства просто отбросят в сторону сотни лет ненависти и страха? Ты считаешь, что эти два народа могут просто преодолеть десятилетние раздоры и конфликты и работать вместе, как единое целое? – Да, – просто сказал Жон. Рислинг закрыл глаза. – Знаешь, я ошибался насчёт тебя, Жон Арк. – В каком смысле? Рислинг усмехнулся. – Я сидел здесь думая, что ты просто младшая версия своего отца или мужская версия Руж Арк, но сильно ошибся. Я говорил с ними о похожих вещах, но твой ответ отличается, как солнце и луна. Жон Арк нахмурился. – Как они ответили на этот вопрос? Взгляд Рислинга отдалился. – Если повезёт, ты... мы никогда не узнаем, – Советник усмехнулся. – Тем не менее, я отклонился от темы. У меня есть последняя вещь, которую я хочу спросить тебя этим вечером. – И что же это? – взгляд Жона насторожился. – Героем, которым ты хочешь стать, – медленно проговорил Рислинг, – достоин восхищения. Но следуя этому пути, ты не будешь испытывать недостатка во врагах. Даже если это станет возможным, ты столкнёшься с разногласиями с людьми, в которых веришь. Ты продолжишь идти по этому пути? Жон колебался. Мелькнул один проблеск неуверенности, одна последняя мера сопротивления, прежде чем он кивнув. – Конечно. – В таком случае...Жон Арк, младший ребёнок и единственный сын охотника Александра Арка и охотницы Афины Лигриа-Арк, отпрыск семьи Арков и наследник героев, – произнёс Седьмой Советник М. Рислинг, – я слышал, ты хочешь поступить в Бикон?

***

Советник протянул руку в приглашении на танец. Сапфир Арк приподняла брови. Вокруг них различные мужчины и женщины, принадлежащие к Мистралийской элите, начали болтать и перешёптываться. Даже на таких частных мероприятиях, как это, свободные слова всё равно найдут свой путь для любопытных ушей. Сапфир Арк надела на лицо свою обычную очаровательную улыбку. Она взяла руку Советника. Ноги на каблуках изящно скользили по полированным полам, будто они были льдом. Если Руж, Виола или Индиго увидели бы её сейчас, Сапфир не сомневалась, что они не одобрят такое; скажут, что она попросту тратит своё время. С определенной точки зрения они были правы. Она потратила годы своего драгоценного времени, участвуя в светских беседах с толстыми, ленивыми, неряшливыми и коррумпированными людьми, хотя могла отправиться на фронт в войне под названием «выживание человечества». Без сомнений, иногда Сапфир Арк соглашалась со своими сёстрами, но сегодня не тот случай. Нет, сегодняшний вечер станет кульминацией усилий многих лет. Член Совета, самый молодой среди своих сверстников, и такой же глупый, схватил её за талию настолько, насколько это позволяло приличие. Сапфир Арк, в свою очередь, висела на его плече, другая рука взяла его руку. Проявления всегда были интересной темой для изучения, и хотя Проявление было уникальным для каждого разумного существа, всегда существовали исключения. В то время, как все Шни обладали одним и тем же Проявлением (Сапфир подозревал инбридинг), все Арки обладали Проявлениями, которые работали в одном направлении. Контроль на поле боя. Сапфир позволила себе ухмыльнуться, заставив её нынешнюю аудиторию послать очередную волну бешенной болтовни. Сёстры не согласились бы с ней, но это было её поле боя. – Советник, – Сапфир наклонилась ближе, её дыхание щекотало ему ухо. – Я хочу сказать, что ценю всю поддержку, которую вы оказали мне. – Это не проблема, моя дорогая, – спокойно произнёс Советник, но она чувствовала, как забилось его сердце. – Ваши благотворительные организации и инициативы делают Мистраль, нет, весь Ремнант лучше. Я бы пренебрёг своими обязанностями, если бы не поддержал такие благородные начинания. Сапфир засмеялась, звук был резкий и освежающим. Она почувствовала, как его кровь начала приливать к голове. Она подвинула руку, прижав её к его лицу. Как она и ожидала, аура мужчины была слабой, крытой, спящей, не пробужденной, уязвимой. Её аура сосредоточилась на его кровотоке. Теперь он более-менее в порядке, но никогда не повредит перепроверить. На всякий случай она поласкала его щёку и понизила уровень окситоцина, адреналина, дофамина и серотонина, циркулирующих в его мозге. Одним последним поворотом они закончили танец, но прежде чем расстаться, Сапфир прошептала ему на ухо. – Если я могу что-то сделать для вас, Советник, что угодно… Член Совета просто улыбнулся, но она почувствовала куда больше, чем он показывал. Несмотря на попытки восстановить свой железный контроль, несмотря на его молодость и неопытность, она чувствовала именно то, что происходило под этим симпатичным маленьким черепом. Сапфир Арк просто подмигнула, а когда начала уходить, вспыхнула своей аурой ослепительно синего цвета. Её публика аплодировала, когда Сапфир окрасила их души в синий цвет. Все взоры устремились на неё со смехом, шёпотом, восхвалением, ненавистью, презрением, почтением. Некоторые из толпы, особенно люди, с которыми она не смогла сблизиться, всё ещё сопротивлялись ей, но всё же это было не так, как выглядело на самом деле. Остальные? У Сапфирбыли годы, чтобы повлиять на людей? Сапфир улыбнулась. Даже если она исчезнет и не сможет применить свою ауру на них, её влияние останется на их телах в течение нескольких месяцев или даже лет. На празднестве наступило затишье. Сапфир подняла бокал для тоста. Она усмехнулась и позволила волнам своей ауры омыть её пленённых зрителей. Это её поле битвы, это её владение. Она была восточным морем и океаном Мистраля. Она была вином и шампанским, проникающие через изысканные губам. Она была желчной кислотой в желудке и кишечнике. Она была драгоценной жизненной силой, текущей в каждом сердце, вене и артерии. – Уважаемые дамы и господа, – начала Сапфир мягким голосом. – Я искренне рада видеть вас здесь в этот вечер, оказывая мне поддержку. В зале раздались само-похвальные кивки и вежливые аплодисменты. Их время придёт и они покончат жизнь самоубийством. – Мы живём в смутное время, – её холодные голубые глаза осмотрели толпу. – Несмотря на все усилия моей любимой сестры, Руж Арк, Вакуо остаётся хаотичной пустошью с растущим числом боевиков и нападениями Гримм каждую неделю. Атлас сохраняет свою удушающую хватку на Ремнанте со своим Прахом и вооруженными силами, и только становится сильнее. Порядок утрачивается в Вейле - его защитники не в состоянии остановить Белый Клык и Гримм. – Пока Вакуо возвращается к варварству и хаосу, величайшие философы и учёные Ремнанта называют Мистраль домашним очагом. Пока Атлас сжимает свою власть над миром, как старый тиран, Мистраль помнит их яркий и унизительный провал. Пока Вейл пьянеет от собственного процветания и упада, именно Мистраль настойчиво добивается своих целей через успехи и неудачи. Она протянула руки. – Пока другие Королевства поддаются упадку, хаосу и собственной жадности, прекрасный Мистраль становится всё сильнее! Мы - Мистраль, Восточный Ветер, и с вашей милостивой поддержкой мы восстановим порядок и цивилизацию Ремнанта! Аплодисменты поднялись в её уважаемой толпе. Среди незнакомцев она почувствовала, как её аура проникает в их маленькие отверстия. – Уважаемые почётные гости, – Сапфир склонила голову и улыбнулась своей первой искренней улыбкой за ночь. – Спасибо за ваши щедрые пожертвования в Фонд Арков.

***

– Генерал Сакаки, – Виола Арк почтительно склонила голову вместе со своим клинком, ласкающий шею генерала. – Если вам станет легче, мы можем встретиться при гораздо лучших обстоятельствах. Индиго Арк кивнула, переступая через бессознательные тела личных телохранителей генерала. Потребовались дни наблюдений, но они смогли сделать это без сучка и задоринки. – Виола и Индиго Арк, – пробормотал старый генерал. В глазах старого охотника не было и следа страха. – Рискну использовать старое клише: вам это с рук не сойдет. – О? – Виола подняла бровь, убирая оружие в ножны. – В каком смысле? – Индиго села в кресло. – Не прикидываетесь дурочками, – вздохнул генерал Сакаки из Атлазинский Военных Сил. – Охотницы вашего калибра заметили бы, что за вами следят. Этот большой шаг не остался незамеченным для таких, как Айронвуд и его зверушки Шни. Близняшки Арк, как одно целое, беззаботно пожали плечами. Генерал откинулся на спинку стула. – Итак, что дальше? Вы собираетесь убить меня? – Убить вас? – усмехнулась Виола. – И потратить в пустую недели тяжелой работы? Зачем нам делать что-то подобное? Генерал сделал паузу. – Вы заставили Айронвуда назначить меня ответственным за ваше расследование. Я польщен таким доверием. Полагаю, именно поэтому исчезли два специалиста, ранее отвечающие за расследование? Близняшки Арк просто усмехнулись. Генерал потёр подбородок. – Назовите это болезненным любопытством, но как вы узнали, что следующим на это расследование назначат именно меня, а не другого специалиста? Назначение главного по расследованию является исключительным случаем, а не нормой. – Генерал, – улыбнулась Индиго. – Потому что Айронвуд, несмотря на все свои недостатки, хорошо умеет делегировать. Мы ожидали, что вас назначат просто потому, что вы станете лучшим кандидатом против нас. – Дело в том, – продолжала Виола почти сразу, – что вы стали именно тем человеком, в которым мы отчаянно нуждаемся - просто череда обстоятельств. Генерал нахмурился. – Объясните. Идеальная улыбка Индиго осталась прежней. – Вы лучший человек, чтобы послать против нас потому, что в отличие от нынешних специалистов вы когда-то были одним из Атласа... или я должна сказать охотником из Мантлы? Пока специалисты пройдут стандартизированную подготовку и всё время будут действовать, опираясь на технологии и цифры, вы знаете, как думает охотник. Вы знаете, как мы думаем. – И именно поэтому мы пошли на такой большой риск, чтобы встретиться с вами, – сказала Виола, повторив улыбку своего близнеца. – Вы понимает, что вы жертва. Вы помните, каково это шагнуть в земли Гримм и сражаться со всей хитростью и силой против монстров, превосходящих вас во всех аспектах. Лицо генерала будто высекли из гранита. Улыбка Виолы неуклонно падала. Её глаза потеряли веселье и сменились мрачной солидарностью. – Вызнаете, какого это: отказаться от гордости, чтобы выжить, отбросить честь, чтобы убить своих врагов. – Тогда оружие было не таким мощным, как сейчас, а использование Праха ещё не применялось так ёмко, – продолжила Индиго. – Вы выиграли, ползая по грязи и недоеденным телам ваших товарищей, чтобы устроить засаду. Вы победили стаи Гримм, используя мирных жителей в качестве приманки. Вы прошли через это отчаяние, потому что знали, что сражаетесь ради общего блага. – Скажите, генерал Сакаки, – Виола развела руки. – Вы верите, что именно Королевство Атласа приносит больше пользы для Ремната и его народа? – Вы двое ещё не объяснили, почему хотели встретиться со мной, – прошипел генерал сквозь зубы. – Я так понимаю, что ответ нет, – ответила Виола. Генерал промолчал. – Скажите нам, генерал, ваше звание…, – Индиго наклонилась вперёд, положив подбородок на руку. – Сколько изменений вы смогли осуществить с тех пор, как приняли этот пост? Глаза генерала стали острее. Виола наклонилась вперёд, отражая сестру. – Скажите нам, генерал, ваши товарищи, друзья и союзники из Мантлы, ваши товарищи по команде, братья и сёстры по оружию, где они сейчас? Кулаки генерала сжались, костяшки пальцев побелели. Виола наклонилась вперёд и прошептала ему на ухо. – Ваши товарищи либо погибли, либо про них забыли или их перевели в горные лагеря в землях Гримм. Ваша роль генерала не более, чем быть подставным лицом для "мирного" перехода Мантлы в Атлас, для ковки бюрократии и роскоши в позолоченной клетке. Атлас - это воинствующее, властное государство, запугивающее остальные три королевства. Генерал глубоко вздохнул. На его лице не было бы ничего, кроме спокойствия, если бы не пульсирующая по нервам ярость. – Что, – рявкнул генерал, – вы задумали?! Индиго улыбнулась. – Мы хотели бы объяснить, но это будет зависеть от вашего следующего последующего шага. – Следующего последующего? – Генерал усмехнулся. – Тогда каков мой следующий шаг? Как только слова покинули рот пожилого мужчины, кулаки начали стучать в запертую дверь его кабинета. – Генерал Сакаки?! – загремели голоса Атлазианских солдат. – Генерал Сакаки, с вами всё в порядке?! Сэр, ответьте нам! – Ваш следующий шаг? – Виола задумалась. – Я считаю, что ваш следующий шаг будет–

***

Она должна была действовать раньше. – Руж, мы получили ответ от наших разведчиков с западного Вакуо. Их воины говорят, что они поддержат наш дело..., – раздался голос Сиенны Арк. Возможно, если бы она действовала раньше, она могла бы предотвратить всё это… – Виола и Индиго уже начали свою затею, – сказала Сиенна, глядя на свой свиток. – И если они преуспеют, то мы сможем считать пятую часть военных Атласа и старой гвардии нашими союзниками. Мама и папа просто улыбнулись и сказали им верить в Озпина, но они были слепы! – Виридиана всё ещё настраивает сеть. Это займёт некоторое время, прежде чем она закончит, – продолжила Сиенна. – Рост активности Белого Клыка в Вейле должен отвлечь Озпина и дать ей время на подготовку. Руж Арк, с привязанным мечом к бедру, в соответствующей и функциональной униформе Праховово сплава Арков, повернулась к своей сестре и помощнику. – Есть вести о Бьянке? – Руж нахмурилась. – Последнее, что я слышал, она была в Мистрале. – Ничего, – Сиенна прикусила губу. – И…о Жоне по-прежнему ничего нет. Её кулаки сжались, аккуратно подстриженные ногти впились в ладонь. – Чёрт возьми, – вздохнула Руж. – Когда Виридиана запустит свою сеть, мы сможем найти его, – заявила Сиенна, положив лёгкую руку на плечо старшей сестры. – Его и того, кто, чёрт возьми, осмелился его схватить, – прорычала Руж. – Я вырежу эти проклятые Королевства, если придётся! Мы его старшие сёстры! Мы сами себе создали этот прецедент, чёрт возьми! – Действительно, – у Сиены появилась небольшая улыбка на лице. – Я помню, будто это было вчера. – Хах, – усмехнулась Руж. – Мы непременно покажем им, не так ли? – Конечно, – усмехнулась Сиена. Обе сестры улыбнулись, изображая спокойствие на заднем фоне громоподобной какофонии буллхедов и автопогрузчиков. Было Четыре Великих Королевства. Если вы читали об этом, то сам факт называть их "Великими" означал, что были и Королевства, которые не были такими великими. Было больше, чем Вейл, Мистраль, Вакуо и Атлас. Ключевое слово "было". Гримм являлись прекрасным способом наказать посредственность. Разрушенные замки и дворцы, пустующие обломки некогда бывших городов и поселений, статуи, фонтаны и другие прекрасные архитектурные чудеса, - все они были разбросаны по Ремнанту. Некоторые города были вырезаны из одной горы кристаллов и мрамора. Были острова, которые настолько обладали редкими отложениями гравитационной Праха, что парили высоко в небе. Были пустые дворцы, уходящие глубоко под землю. Их пустующие залы окрасили в красный цвет лавы и магмы. Сёстры наблюдали, как настоящие охотники разгружали ящик за ящиком с Прахом и едой. Они наблюдали, как всё больше и больше истинных охотников выходили из буллхедов на пески Вакуо. Они наблюдали, как всё больше и больше истинных героев отвечали на их призыв, и служить в армии под именем Арков. Она готовилась десять лет. Руж смотрела на старые арки и колонны, составляющие старую цитадель, которую она использовала в качестве своей штаб-квартиры. Каждая арка мастерски вырезана и сформирована, величественные изображения листьев, птиц и людей высечены в комбинации песчаника, Праха и земли. Они капнули глубже и обнаружили обширные схемы и сооружения, которые снабжали Прахом и пресной водой. Остатки былой великой цивилизации. У человечества было много правдивых историй о том, что произойдёт, если они потерпят неудачу. И всё же они настояли на своих глупых начинаниях. Это необходимо изменить. Они были единственными, кто мог это изменить. – Руж? – прошептала Сиенна. – Да? – ответила старшая сестра Арк. – Несмотря на то, что ты сказала Сапфир и всем остальным, мы бы всё равно продолжили, даже если бы Жона не схватили, – Сиенна заправила свободную прядь волос за ухо. – Верно? – Я…, – Руж вытащила сигарету и зажгла её щелчком пальцев. – Не совсем уверена, – с далёким взглядом в глазах, она продолжила. – Если бы Сапфир и Близняшки, не говоря уже о маме и папой, были бы против, тогда мы бы отступили. С пропажей Жона мы смогли– – Объединить Семерых, – Сиенна положила сигарету в губы и наклонилась ближе к Руж. – Сапфир и остальные не согласились бы, будь иначе, верно? – Да, – Руж зажгла сигарету Сиенны. Сиенна затянулась. Руж затянулась. –…Думаешь, это делает нас плохими людьми? – прошептала Сиенна. – Ха! – рассмеялась Руж. – Хорошая шутка, Сиенна. –…Многие люди пострадают в ходе этого, – задумалась Сиенна. – Потери допустимы, – Руж закрыла глаза. – Это на благо Ремнанта. – Как равнодушно, – прокомментировала Сиенна. – Мы охотники. Мы заплатим кровью за безопасность Ремнанта, – Руж пожала плечами. – В конце концов, мы делаем это для людей. – Неужели невозможно работать с Озпином, Советом или Атласом? – Мы не можем, – Руж покачала головой. – Одни боги знают, что Озпин сможет взять под контроль, когда захочет, но он слишком занят, преследуя легенды и сказки. Хоть Совет и эффективен в поддержании порядка, они слишком заняты удержанием дисфункциональной системы. Хвалёные Военные Атласа - это просто прославленные щенки старых лидеров. Руж повернулась к сестре и доверенному лицу. – Мы на пороге войны, Сиенна, и Королевства находятся в заблуждении полагая, что это и есть мир. Сиенна выпустила в небо клочок дыма. Руж сделала несколько шагов с презрительной насмешкой, которая портила её красивые черты. – Озпин витает в облаках, предпочитая своих людей и политическое влияние на эзотерические фантазии. Совет умрёт, если на короткое время их иллюзии мира и порядка развалятся. Что касается Атласа? Ты знаешь почти половину всех разногласий в Ремнанте, связанных с их интригами. Аура Руж вспыхнула, её глаза начали светиться, а дым, и не только от сигареты, начал валить изо рта. – Мы охотницы, сестра, – Руж положила руку на клинок. – Мы стоим на верхушке мира, не держась за верность ни Королевству, ни Хозяину. У нас нет никакой философии и идеологии, кроме одной - мы защищаем человечество. Руж обнажила свой меч. Великолепный клинок, выкованный из Прахового белого сплава Арков. Сама рукоять была выкована в форме глифа и украшена множеством кристаллов красного Праха высочайшего качества. Резьба и филиграни украшали лезвие, напоминая о ревущем пламени, позволяя наиболее эффективно проводить свою ауру через клинок. – Мы защитим человечество, – поклялись Руж. – Даже ценой собственных жизней, если потребуется. Сиенна поправила очки. Выражение её лица стало нечитаемым. – Остальные увидели бы в этом тонко завуалированное оправдание захвата власти, – наконец пожала плечами Сиенна. – И не ошибутся, – проворчала Руж. – Человечество находится под угрозой и мы единственные, кто может остановить это. Либо мы позволим продолжить коррупции мучить и гнить, либо мы уничтожим её и будем жить. Сиенна докурила сигарету и взглянула в ночное небо. – Ты со мной, Сиенна? – ухмыльнулась Руж, протянув кулак. – Уже слишком поздно отступать, сестрёнка, – Сиенна улыбнулась, ударяя своим кулаком по её. Руж театрально задохнулась, обе руки прижались к её груди. – Ты сомневаешься в справедливости нашего дела?! Сиенна фыркнула. Руж докурила сигарету и щелчком пальцев превратила её в пепел. Солнце восходило за горизонтом, брызгая алым цветом в ночи и окрашивая пески золотом. Тёплые лучи раннего солнца окутали пустой дворец светом, показывая сотни буллхедов и охотников, пришедших по её зову. Новый рассвет. Настал новый день. Руж не знала почему, но её внезапно охватило желание сказать. – Игра начинается, – пробормотала она. Свиток Руж зазвонил, вырывая её от мечтаний. Одним эффективным движением она вытащила свиток из кармана и открыла устройство. На экране свитка насмешливо отображалось сообщение от её любимых сестёр Виолы и Индиго, находящихся в Атласе. «Винтер близко.» Руж моргнула. – Да ну нахуй.

***

Жон зевнул. С фырканьем, Жон открыл чёрный ход в Клуб. Песнь серенады его сладкой, тёплой постели была слышна даже с закоулков Вейла. Он только сделал несколько шагов в Клуб, прежде чем понял, что что-то не так. Он не мог понять, но…это вертелось на кончике его языка, будто он упустил какую-то важную деталь. Но что? Что бы это могло быть? Жон сделал ещё один шаг, прежде чем безупречная белая пятка разбила его лицо, опрокинув его на пол. А, вот оно что. – О, привет, Мэл, – хмыкнул Жон. – Извини, что опоздал. – Жон?! – Мелани Мэлакайт воскликнула с широко раскрытыми, зелёными, как море, глазами, подняла и убрала ногу в сторону. Жон быстро принял мужественный безэмоциональной вид. Хоть она и на каблуках, Мелани была одета в свою обычную пижаму, которая…я не знаю, больше походила на маленькую рубашку, которая едва доходила до её бёдер. Тайком взглянув на её прекрасные, сливочные, шелковистые, тонированные бёдра и икры, попавшие в его периферийное зрение, Жон почти пожелал об этом - она снова ударила его. И всё равно… что-то не так. Чего-то не хватало, чего-то важного, что делало это место домом…но что это может быть– Кроваво-алый блеск мелькнул перед ним, сопровождаемый красным пятном, звуком ног, скользящих по полу, криком и грохотом. – О, добрый вечер, Милтия, – Жон махнул рукой. – Гррр-рррр, – поприветствовала Милтия Мэлакайт с опущенным лицом, познакомив с её хорошим старым другом - мистером Полом. Жон улыбнулся, несмотря на то, что всё ещё не посмотрел им в глаза, фокусируя своё видение на чудесной, скучной стене позади Мелани. Он не знал, что такое возможно: Милтия носила куда менее скрываемую одежду. Джуниор угрожал убить его, если он хотя бы подумает что-нибудь сделать с его дочерями под его крышей. Жон посмеялся над угрозой. Тогда Джуниор пригрозил оставить его, уехав жить в квартиру на другом конце города, оставив его на милость упомянутым девушкам. В ответ Жон бросился к его ногам, умоляя большого человека не оставлять его одного. Словно по сигналу холодная, безжизненная рука схватила его за плечо. Озноб пробежался по его позвоночнику и понизил температуру в комнате на несколько ощутимых градусов. – О, как дела, Пенни, – поздоровался Жон, игнорируя тот факт, что его инстинкты кричали, что никого за ним не было. – Приветствую, Друг! – ответила весёлым голом Пенни. – Ты что-то прячешь у себя под подмышкой? Жон усмехнулся. Близнецы наклонились вперёд, чтобы получше рассмотреть. Действительно, под мышкой у него была простая, белая, картонная коробка. Если глаза Милтии не обманывали её, на коробке рисовался герб Королевства Вейл. – Я рад, что ты спросила, Пен, – Жон улыбнулся так ярко, что голова Милтии заболела. – Видите ли, я хотел поблагодарить вас, ребята, за помощь, поэтому я спросил себя: что девочки оценят по достоинству? – Деньги? – предположила Мелани. – Несколько часов без твоего присутствия? – предположила Милтия. – Сделать руки и ноги? – Пенни предположила, её провода обернулись вокруг её шеи. Выглядят это, как квинтэссенция повешенного. – Смысл нашего жалкого существования? С каждым ответом ухмылка Жона становилась только шире. – О, прошу, ребята, у меня для вас есть кое-что получше. Несмотря на прерванный сон и потусторонний свет, поблескивающий из глаз Пенни, девочкам стало любопытно. Заинтригованные, три девушки наклонились вперёд и– – ТА-ДА! – Жон открыл коробку. Три пары зелёных глаз расширились. Мелани зажмурилась, Пенни ахнула, несмотря на то, что не нуждалась в воздухе, и Милтия– – Жон? – спросила Милтия. – Да? – Что это такое? Жон усмехнулся. – Я дам вам кримпай. И правда, внутри коробки лежала круглая выпечка. Его идеально испечённый внешний вид обещал сладкий богатый вкус внутри, но также за этой замечательной золотой корочкой может оказаться пустота, сокрушая надежды и мечты. Под слоем чудесной, хрустящей, но полусухой выпечки, человечество в отчаянии пыталось протянуть руку к радости и счастью, умышленно игнорируя сгорающие крылья, приблизившись близко к солнцу. Да, некоторые люди Ремнанта назвали бы такую вещь пирогом. Милтия открыла рот, но язык отказался её слушаться. Пенни, заметив бедственное положение подруги, решила помочь. – Это очень продуманный подарок, Друг Жон. Мелани просто закрыла глаза и начала считать в обратном порядке старинные города…Вальжан? Валентин? Ромнантиз? – Жон, – Милтия вернула контроль над языком. – Да, Милтия? – улыбнулся Жон. – Типа: какого хуя? – С возвращением, Милтия! – Нет! – руки Милтии массировали виски. – Я имею ввиду зачем. – О, – Жон сиял, как восход солнца. – Мой папа сказал мне, что если я действительно хочу сделать девушку счастливой, я должен дать ей кримпай! Мелани провела рукой по волосам. – Это работает! – Жон нахмурился, защищая своего прославленного отца. – Когда у мамы с папой дело доходит до драки, они выходят ненадолго и мой папа даёт маме кримпай. Когда они возвращаются, мама выглядит очень счастливой! Милтия замерла. – Напомни, сколько у тебя сестёр? Жон поднял бровь. – Семь. – И вдруг всё стало так ясно, – пробормотала Милтия. – Ребята, – Хей Джуниор Шонг спустился вниз в коридор, пытаясь заглушить зевок. – Что за шум? Почему вы все ещё не спите? – О, привет, Джуниор! – Жон помахал рукой, но прежде, чем Милтия смогла остановить его, он продолжил. – Я дал девчатам кримпай!

***

Конец 18 главы. А, ладно, к чёрту всё. Продолжение ниже.

***

Ну не знаю, допустим...десять лет назад (?). Это был день рождения Жона! Маленькая Эмили хихикнула, расчёсывая волосы. Она позаботилась о том, чтобы все было идеально: она одела своё самое красивое платье, её туфли были аккуратными и уютными, и…и подарок Жона стол рядом с дверью. Взяв подарок, маленькая Эмили сказала своим улыбающимся родителям (её отец предупредил её о каком-то "вход-выход") и выскочила за дверь. Она крепче сжала свой подарок и её щеки покраснели. Она сама выбрала этот подарок, и она очень, очень надеялась, что Жон улыбнётся. Н-но это не значит, что он ей нравится! Она подняла глаза от проторенной дорожки и её сердце ёкнуло. Там, в нескольких минутах ходьбы, была большая, но простая усадьба. Поместье Арков. Её ладони похолодели,– а если Жону же понравится её подарок? – Она не могла даже подумать о его унылых и подавленных ярко-голубых глазах. Нет! Она должна быть храброй и в конце концов всё получится! Она сделала большой шаг вперёд и– Хлюп. Эмили моргнула. Её нога опустилась по лодыжку; грунтовая дорога затягивала её, словно зыбучий песок. Что происходит?! Эмили быстро надавила на вторую ногу и попыталась выбраться из настоящей западни, но нет! Другая нога тоже застряла! Обе её ноги были схвачены землёй, маленькая девочка упала с криком. Хотя она и смягчила падение руками, грязь начала тянуться к локтям и предплечьям. Сантиметр за сантиметром, дюйм за дюймом, Эмили погружалась в грязь. Её мольбы о помощи остались неуслышанными. Последнее, что Эмили видела до того, как грязь поглотила её, был её драгоценный подарок, лежащий брошенным и бесполезным на грунтовой дороге. Он для Жона! – Ей захотелось закричать. Она откладывала льены несколько месяцев. Она спросила своих родителей и всех своих друзей, чего хочет Жон. – Пожалуйста! Кто-нибудь, кто угодно! Словно отвечая на её молитвы, она увидела два тяжелых кожаных сапога, приземлившихся на землю. Обе ноги подходили всё ближе и ближе. Помогите! – Эмили пыталась закричать. – Спасите мой подарок! Один из сапог поднялся и обрушился на её подарок. Грязь затягивала и хорошенькая головка Эмили пропала под холодной, извивающейся землёй.

***

– Цель Танго устранена, – сообщила Сиенна Арк. – Повторяю, Танго устранена. – Отличная работа! – гоготала Руж Арк. – Вири и Сапфи тоже убрали свои цели. Мы разобрались с этим дерьмом до заката! – Руж? – голос Сиенны был неуверенным. – Ты действительно думаешь, что мы должны так поступать? То есть я согласна с тобой, но не должны ли мы, по крайней мере, пропустить парней– мальчиков друзей Жона? – Никогда! – опасно сузила глаза Руж. – Дайте им дюйм и они пройдут милю. Не будет ни компромисса, ни сдерживания, ни милосердия! Они хотят нашего брата? Тогда им придётся выжить в каждом нашем испытании и в древних ловушках Поместья. А если нет - то они недостаточно хороши. – Я-я не знаю, Руж, – Сиенна дрожала, как лист. – Но я думаю, что могла бы следовать этим указания– – Если сделаешь это, я достану тебе твой любимый пирог. –…Договорились. – Ну ладно, конец связи. Руж прервала связь и откинулась на спинку кресла. – Грязные маленькие шалавы, – гоготала Руж. Из её горла вырывались огненные струйки. – Наш младший брат слишком хорош для вас. Прочь!