Глава 7.
4 июля 2016 г., 22:56
Двойное предложение. ***
— Как тебе такое платьице? — спрашивает Райдел. Я смотрю на её выбор и закатываю глаза. — Делли, мы выбираем мне наряд для конкурса, а не одноразовое платье для ночи страсти! Повесь на место! — отчитываю подругу, и она, цокая языком, вешает на место вешалку с платьем. Кажется, что прошли всего лишь сутки с той странной ночи, но ощущение заживающей ноги я испытываю каждый день, когда встаю на каблуки. Мне разрешили носить только пластыри, и наступать на ногу уже совсем не больно. Но высокие каблуки для меня — ад. После той ночи я не смогла рассказать Клейтону о том, что было. «Я не помню этого, значит, не было ничего!» — эти слова я твержу себе каждый день вот уже на протяжении двух недель. Мы продолжаем скрывать наши отношения с Гарретом ото всех. В институте целуемся только в тайных местах, где нет никого. Пару раз у меня было полное ощущение того, что за нами кто-то следит. Но потом оно проходило. Чувствовать губы Гаррета — это как капучино с большой дозой сахара. Он придаёт мне бодрости, и я насыщаюсь им на весь день. С моим бывшим другом мы уже успели сходит в кино. Но на комедии не нацелуешься, да и мы часто смеялись, из-за этого он и не сделал мне предложение. Было много неловкости и длинных пауз. Мы как школьники, ей-богу! А с Райкером я практически не виделась, только в последнюю неделю он проявляет активность по отношению ко мне. Он присылает мне подарки и ухаживает за мной. Когда Гарретт уехал к родителям на пару дней, Райкер провожал меня до института, и мы прощались в такси. Мы не целовались ни разу, не считая того, что я не помню, но то, что нас тянет друг к другу — это видно. Я по-прежнему не могу оторвать от него глаз. А ему нравится, когда я на него смотрю. Мне кажется, это не скоро пройдёт. Сегодня Линч пригласил меня в ресторан. Естественно, платье у меня есть на этот вечер, ну, а завтра конкурс. Мне нужен удобный наряд. Но я бы сама себе купила джинсы или лучше штаны и кофту, — намного удобнее и официально. Однако стоило мне заявить об этом блондинке, как она решила пойти со мной и сказала, что нужно быть эффектнее всех. Но мне кажется, что в итоге мы ничего не купим. Честно говоря, я совершенно запуталась. Меня тянет и к Райкеру, и к Гарретту, оба очень сексуальны и притягательны. С одним у меня практически открытые романтические отношения. С другим у меня странные отношения. Мне нравится на него смотреть, трогать его волосы, разговаривать с ним о разном и смеяться над шутками. С Гарреттом всё по-другому… Он ласков со мной, он заботиться, оберегает, но мне совершенно неинтересна классическая музыка, только в современной обработке, — и то, если только на гитаре. Но ему я могу выговориться, рассказать все свои проблемы, тайны, с ним могу без умолку говорить о медицине — ему это интересно. Он же докладывает мне, что происходит в его жизни. Он жалуется на учителей, но мне неинтересно слушать его монологи о скрипке. С Райкером я так не могу. С ним мы знакомы две недели, а с Гарреттом — девять лет. Но, что самое ужасное, мне до боли хочется целоваться и с тем, и с другим. К Райкеру меня тянет, но почему-то никак не дотянуться, кажется, что чего-то не хватает. Окончательно запутавшись в своих «хочу, не хочу», я забыла о времени. Ровно 20:00 на моих швейцарских… Боже, бегом нужно собираться… Супротив воли своей подруги я беру бирюзовые штаны с волнистой передней частью. Сейчас такая мода: странная и непонятная. Но штаны красивые. В комплект к брюкам я беру кофту темно-бирюзового цвета с рукавами-клинами в виде болтающейся тонкой ткани такого же цвета. Кофта очень свободная и лёгкая. Да и к тому же у меня есть такого же цвета босоножки на сменную обувь. Нужно будет сегодня заехать в институт, чтобы положить в шкафчик обувь, завтра и так много тащить, ещё обуви не хватало. Надеюсь, я не встречусь с Гарреттом, который сейчас в институте в подвальном помещении разбирает инструменты. Не хочу чувствовать себя предательницей. Я возвращаюсь домой и быстро переодеваюсь в малиновое платье в виде длинной тёплой кофты с длинными рукавами и узорами на груди и подоле. Я быстро навожу марафет и надеваю свободные чёрные туфли. Звук моего айфона оповещает о прибытии Райкера к отелю. Он на своём автомобиле, так будет удобнее ехать. Быстро собираю сумку и проверяю причёску. Выхожу из номера, закрыв дверь на ключ. Лили, как всегда, не бывает в такое время. Она приходит к часу ночи, принимает душ и ложиться спать. А утром рассказывает мне, как провела день и где шлялась допоздна. Мы общаемся в институте на переменах. Всё так же близки, как и раньше. И я по-прежнему терплю её занудство по поводу того, что у меня тонкие ноги. Она вот уже месяц твердит мне, что пора бы записаться в спортзал и подкачать их. Выбежав на улицу, я вижу мигающий фарами мерседес. Бегу к нему, и парень выходит из машины. Внезапно что-то под ногами мешает мне спокойно добежать до блондина. Линч ловит меня, а я оказываюсь в его объятьях, чуть ли не упав на асфальт. «Какой дебил додумался на тротуаре положить канализационный люк?» — думаю я про себя и смотрю на парня, уставившись в его волшебные глаза. Я чувствую его руки, так близко его губы, оглядываю каждый миллиметр его части тела. Внезапно я понимаю, что готова сорваться. Выпрямляюсь и оказываюсь ещё ближе к этому магниту. В итоге парень первый сдаётся в нашей секретной игре «Кто не выдержит притяжения». Я чувствую его губы. Боже мой, этот вкус порока, это чувство самого сладкого лакомства на всём белом свете. Он вводит в меня свой язык, и его музыкальные пальцы касаются моих волос сзади. Тут я чувствую, что ноги перестают меня держать. Колени начинают дрожать и предательски подгибаются именно в тот момент, когда свершается сладостный порок соития наших языков. Я ощутила его вкус, его пьянящий аромат одеколона в сочетании с привкусом клубники в карамельном сиропе — именно с таким вкусом можно сравнить его губы. Вот интересно, почему у поцелуя есть вкус? И что самое интересное — у каждого парня вкус разный. Я знакома с тремя парнями, с которыми целовалась, и у каждого разный вкус. Мы смотрим друг на друга, и по взгляду парня, обнимающего меня за талию, я понимаю, что он озадачен в том, что происходит со мной. — У тебя что-то с ногами? Почему ты падаешь постоянно, когда я рядом? — спрашивает парень с долей сарказма в голосе. Я смущаюсь и пытаюсь выпрямиться. — Это ты виноват! — обвиняю, тыкая в него пальцем, и мы дружно смеёмся. Я рассказываю ему, что на самом деле заставило меня вновь упасть, и парень заявляет, что будет целовать меня теперь только сидя. И тут у меня появляется чувство стыда… Я, кажется, изменила своему… Хм, тут возникает вопрос: а парень ли мне Гарретт? Ведь он до сих пор не предложил мне встречаться, а прошло, между прочим, две недели! Мы садимся в машину и направляемся в Йельский университет. Я попросила Линча отвести меня туда, чтобы положить сменную обувь для завтрашнего конкурса. Я поправляю платье, когда сажусь в машину, оно задралось, и если бы я не поправила вовремя, Энтони увидел бы моё бельё. Он и так уже заметно нервничает… (Так неудобно получилось). Мы подъезжаем к зданию, где стоит мой шкафчик. Прошу подождать Линча и беру пакет со сменкой. Зная, что второй предмет моего обожания в подвале, а Райкер сидит в машине, я чувствую себя как на минном поле. От любого шага зависит, взорвусь я от стыда, или рухнет всё к чертям! Поэтому нужно действовать аккуратно. Поднимаясь по ступенькам на носочках, создаю приглушающий эффект шагов, а если я наступлю на каблук, то будет большое палево. Я пробираюсь в сторону своего бежевого шкафчика, где написано мое имя. Проделав все процедуры, закрываю шкафчик и вдруг слышу, как скрипит дверь. Звук доносится откуда-то снизу. Я бегу в музей и прячусь за ширму, проверяя, нет ли никого за ней. Выглянув из-за засады, я вижу каштановые волосы моего друга, с которым я целуюсь… Замечательное название нашим отношениям. Гарретт появляется около шкафчиков и открывает свой. Он что-то берёт из него и смотрит на листок. Я не понимаю ничего, но мне становиться интересно. Решаю подавить в себе это желание, и спрятавшись, чтобы меня не увидели, закрываю глаза и встряхиваю голову. После чего в щели ширмы вижу, как парень движется в сторону выхода. Я медленно продвигаюсь за ним и вижу, как он выходит из института. Я уже хотела выйти сама, но вовремя заметив интересную картину, решила свернуть в туалет и успокоится! Боже, они ещё и общаются между собой. Господи, что общего у скрипки и бас-гитары? Гарретт и Райкер дружат! Поверить в это не могу! А если кто-то из них спросит другого обо мне? Это же будет полнейший финиш! Боже, так, спокойно. Может, это просто встреча и ничего больше? Они же просто пожали друг другу руку, и всё. — Эмили, приди в себя! — повторяю сама себе и похлопываю по щекам. Придаёт бодрости. Я выхожу из здания, заметив, что Райкер снова в машине, и наконец-то он один. Пытаюсь быть увереннее, но мне кажется, что ничего у меня не получается. Я прохожу к машине и сажусь на переднее пассажирское сидение. Райкер заводит машину, и мы трогаемся. Опустив голову, я замечаю у него в яме около коробки передач белый листок. Именно такого же размера, который я видела у Гарретта. Может, это, конечно, просто совпадение. Но хочется проверить. — Энтони, а можно посмотреть? — показываю я на листок, собираюсь взять, но он меня опережает. — Нельзя! — он выхватывает листок и сжимает его в ладони. — Там ничего интересного, — говорит парень, и я сощуриваю глаза. Видимо, парни не в курсе, что если сказать такое нам, то становится только интереснее. Делаю вид, что обижаюсь, и скрещиваю руки на груди. — Ну, милая, там просто то, что касается тебя, а сейчас тебе рано знать это, — дразнит он, смотря на моё выражение лица. Нет, он явно издевается надо мной! Ни стыда ни совести! Решаю попробовать наступить на мину. Если он занервничает, то что-то тут нечисто… А если он спросит, откуда я его знаю… Надо срочно что-то придумать. — Райкер, когда я была у шкафчиков, то видела, как ты разговаривал с Гарреттом Клейтоном, вы дружите? — спрашиваю я в лоб, и тут же чувство страха одолевает меня с неимоверной силой. Райкер поворачивается ко мне, остановившись у светофора. На его лице читается явное любопытство. — Да нет, просто он передал мне посылку одну, он же живёт в съёмном доме с моим хорошим знакомым, а он не смог отдать мне сегодня посылку, вот и попросил своего соседа. — Объясняет парень, и камень с души падает, освобождая мою грудь. — А ты откуда знаешь Клейтона? Вот и премьера фильма «Возвращение камня». И что мне ему отвечать? «Да, милый, я целуюсь не только с тобой, потому что меня тянет и к тебе, и к нему». Интересная же реакция у него будет. — Да его все знают, он же любимец женщин, — вру я и даже не краснею. Видимо, история с моим первым парнем научила меня врать родителям, а после Таарона дело пошло ещё хуже. Парень кивает, и мы подъезжаем к итальянскому ресторану. Ступеньки здесь просто верх модернизма: они оформлены в виде полукруга и заворачивают в той же манере. На крыльце перед входом по подиумной лестнице, за перилами основной, стоят колонны бело-коричневого цвета. Энтони говорит администратору свою фамилию, и нас провожают к столику. Frank Pepe Pizzeria Napoletana — замечательный ресторан, находящийся на юго-востоке от университета, рядом с рекой, — очень романтично с его стороны пригласить меня в такое место. Шум воды, шелест листьев на деревьях, свежий воздух, закат… Да он романтик… Мы садимся за столик на веранде и смотрим на пейзаж реки и болтающиеся ветки на закате солнца. Красота неимоверная. Рыжее солнце отражает свой блеск в воде… — Мне хочется нарисовать эту картину, — высказываю своё желание я и не могу оторваться от этого идеального вида. — Когда выберите что-нибудь, позовите, я за прилавком, — говорит мужчина-официант, и я впервые вижу его лицо. Оно овальное и смуглое, волосы взлохмачены; брюнет поворачивается и уходит. А я смотрю в меню — тут одни всевозможные пиццы кругом. И для разнообразия решили внести спагетти с соусом и мясными шариками. Я опускаю меню, посмотрев напитки, делаю заказ, и Энтони тоже. Официант уходит, а Райкер смотрит на меня, не отводя взгляда. Я почему-то начинаю краснеть и вспоминать, весь ли макияж нанесла. — Что ты так смотришь? — задаю вопрос, и сама же смотрю на блондина с чёлкой, которую так и хочется потрогать. — Ничего, просто ты очень красивая в этом малиновом платье, да и волосы твои тоже очень красивые, мне кажется, лучше тебя никого нет, — говорит он слова, заставляющие меня краснеть ещё больше. Через недолгое время нам приносят горячий заказ. Мы ужинаем спагетти и вегетарианской пиццей вместо салата. Себе я заказала белое вино, и Райкер тоже. За ужином мы мало разговариваем. В частности, обсуждая завтрашний конкурс. Оказывается, ребята играют только инструментальную музыку. Петь они не будут. Когда с ужином и «салатом» покончено, официант уносит тарелки, а мы подвигаем полупустые бокалы с вином. — Эми, я хотел у тебя спросить, — делает паузу, опуская голову и шумно глотая. Он нервничает, это видно даже невооруженным взглядом, — мы знакомы всего две недели, но я уже успел узнать о тебе много нового от моей сестры и подружки Рокки, но теперь хочу, чтобы ты сама раскрывалась передо мной. Я хочу больше и чаще проводить время с тобой, ты просто немыслимо красива! — Парень отпивает глоток и ставит бокал на стол, достаёт что-то из кармана. Перед моими глазами появляется милая синяя коробочка. Он открывает, и я вижу кольцо… Какое красивое! По форме в виде небольших полукругов по круговому оформлению. А в середине — сплетение двух сердец, даже четырех, если считать пустое сердце и серебряное. А по всему контору кольца расположены бриллианты. — Эмили Радд, ты станешь моей девушкой? — спрашивает парень, и я киваю, вытирая слёзы радости. Боже мой! Сколько же это кольцо стоило-то, оно серебряное и на нём стоит проба внутри. Я не в силах что-то сказать, поэтому просто беру кольцо и пересаживаюсь к этому блондину. Мы целуемся во второй раз, и снова, как только наши языки соприкасаются, у меня начинает звонить телефон. Отрываясь от любимого лакомства, я беру в руки телефон. СМС пришла: «Эми, я хотел у тебя спросить, мы в таких отношениях всего две недели, но я уже успел узнать о тебе много нового. Ты стала другой. Я хочу больше и чаще проводить время с тобой, ты просто немыслимо красива, моя моделька! Эмили Радд, ты станешь моей девушкой?» Странно, примерно такое же я только что слышала. Зачем Райкер написал то же самое, только другими словами? Ну ладно, отвечу ему письменно, будет доказательство! «Да, конечно»! — счастливая нажимаю на «отправить» и не слышу сигнала телефона Райкера, странно, я была уверена, что он взял телефон с собой… Нужно проверить, кому я ответила! Нажимаю на кнопку «отправитель», и тут земля уходит из-под моих ног, когда я вижу смертный приговор: «Отправитель: Гарретт (горшок) Клейтон». Боже мой, вот и всё, место в аду мне уготовано. Видимо, жариться я буду одна… Что же я наделала?! Как теперь мне жить?! И что самое главное: как мне выбирать одного, если тянет меня к обоим?! Вот и началась «весёлая жизнь», не успела я начать учиться…
