Антидот

В жизни есть всего два закона: первый — не пытайся исправить ошибки, станет еще хуже; второй — когда лажаешь, сваливай. Не лажать нереально, а вот исчезнуть из поля зрения и налажать в другом месте — точно по мне. Кстати, про налажать. — Я ж тебя просил как человека! — Вопит Намждун, держа в руках дорогущий коньяк, который я успела разлить по пути к его рабочему месту, он у меня офисный работник, директор. — Я столкнулась с толстяком в лифте, там осталось пятно, успеешь всосать лужу пока еще есть время. — Я не смогла удержаться. Парень посмотрел на меня испепеляющим взглядом. Его губы сжались и превратились в полоску, мне стало не по себе. — Да ты… — Не теряй времени. — Я махнула ему на дверь. — Ким Нами! — Он схватил папку и пульнул ею в меня, проворность и боязнь боли сыграли свою роль и я тяжело дышала, упираясь спиной о дверь, за нею брат крушил все и кричал проклятья. Любовь елы! Я, размашистым шагом, шла по коридору. Зашла в только отрывшийся лифт и улыбнулась. Словно ветер, брат появился в проеме и сжимал в руке ключи от нашей квартиры. — Ты видишь их в последний раз. — Машет ими перед моим лицом и подбрасывает в воздухе, я решила не терять шанса и попыталась выхватить их, но он поймал их и сжал в кулаке. — Оппа. — Жалостливо провыла я, прыгая на месте словно мячик, надув щечки. — Ты — моя беда. — Хмурится. — Из-за тебя я потерял премию и шанс поехать в Америку. — Я не хотела! — Нами, тебя вырвало на мои бумаги! — Мне было плохо! — Ты бухала! — Совсем немножко! — Крикнула я что есть мочи и сжала кулачки, зажмурившись. Нам поправил прическу, будто я — ураган, и вздохнул. — Ищи себе квартиру, я оплачу. — Оппа! Он пошел прочь, я топнула ногой и херачила кнопку пальцем, злобно сдувая прядь с лица. Покинув здание, моему «счастью» не было предела. Крики, визг, маты в сторону кустов — характерное поведение для нервной меня. Я уселась на скамейку и смотрела на людей, идущих мимо. Опускаю взгляд и вздыхаю. Вдруг, вижу чьи-то руки, которые завязывают кеды хозяина. Змеи. Господи, это вены так выпирают, словно он не здоров. Сглатываю и поднимаюсь выше. Белая макушка и черная футболка. Какой контраст ощущений, так… странно? Парень поднимается и уходит, я потеряла его из виду и выглянула, чтобы возрить его спину, но увидела лишь толпу и чей-то плоский зад. — Бож… — Закрываю рукой глаза и закатываю их, день официально не удался. Вздыхаю и растекаюсь по поверхности, подул легкий ветерок, я не смогла сидеть больше на месте и вскочила на ноги. Мой путь был долгим и тяжелым, магаз с винцом находился на той стороне улицы, пришлось идти. Прикупив бутылочку красного вина, я, с прискорбной рожей, шла вдоль улицы. Открыть бутылку нечем, а прискорбная обстановочка все больше давила на мое несчастное и хрупкое сознание мизантропа. Мой шаг все ленивей и развязней, хочу упасть в свою кроватку, но это невозможно по уже известным причинам. На дворе четыре часа дня, а все мое нутро желает ощутить эйфорию легкого опьянения. Поднимаю голову и вижу высокое здание, лениво несу себя в проем двери, пряча бутылку за спиной, придерживая ее за пунт. Спокойно вхожу в холл и захожу в лифт. Тишина, релаксик. Лифт поднимает меня к самой высокой точке здания что, несомненно, радовало. Я вышла на крышу и грустно умостила попу на бетонную возвышенность посреди крыши. Легкой ветерок и я укутываюсь в кофту по нос, вздыхая. Снимаю обувь и пытаюсь проткнуть вино шпилькой. Вы видели когда-нибудь более жалкое зрелище? Девушка-алкаш без дома и штопора, лучше не придумаешь. — Блять… — Прошептала я и смотрела на то, как мой каблук шатается на соплях у пятки туфли. Сраное китайское творение. — Ааа! ААА! — Я окончательно сорвала каблук и отбросила его куда подальше, хоть винца попью. Делаю глоток, а эта жижа теплая. Меня чуть не вывернуло, тем более я голодная. Почему я не купила еды? Ах да, нутро желало винца на все деньги до последней воны. Отложив вино, я ждала пока оно остынет, с теперешней погодой вероятность успеха восемьдесят процентов, уже радость. Начало темнеть, я соизволила протянуть руку и прижать к щеке бутылку с вином, моей второй красной жидкости в организме. Пара глотков и мне немного теплее, хоть я и напоминаю осиновый лист, чувствую себя более-менее. Массивная дверь открывается и хлопает. Какой-то холоп посетил царское ложе, не стоит обращать на это внимания. Нарушитель моего меланхольного времяпровождения встает у края крыши и достает пачку сигарет из кармана. И по стандарту: сигаретлик, зажигалочка и затяжка на секунд десять. Он упирается рукой в бетонную перегородку и запрокидывает голову, выдыхая. Струя дыма исчезает из-за дуновения ветра. Его светлая макушка ослепляла меня словно яркий луч света, меня это раздражало. Парень завершил травление организма и развернулся ко мне лицом. Обогнул взглядом мое прелестное восседание на бетонном троне и усмехнулся. Поправляет темную джинсовую куртку и вальяжно врывается в мое общество: — Бухаем, дорогуша? — Он щелкнул пальцами о бутылку, я фыркнула. — Не твое дело, жертва перекиси. — Я грозно отодвинула бутылку. — Ты язычок прикуси, не то откушу. — Он сделал шаг ко мне. — Сначала хотя бы ускорь свои движения улитки. — Я сделала глоток из бутылки, парень ухмыльнулся, саркастично и лукаво. — Ты в моей резкости не сомневайся. — Он вырвал из моих объятий вино и сделал глоток, умостив свой зад рядом со мной. Опускает бутылку между ног и водит пальцем по горлышку. — Ты как сюда попала, юная алкашка? — Сбежала из клиники алкозависимых, праздную. — Поздравляю. — Делает еще глоток и сует бутылку мне. Признательно принимаю алкоголь и отпиваю немного, согревая горло. Опускаю голову и обращаю внимание на его руки, тот же браслет, те же змеи… — Ты наркоманов душишь? — Я кивнула на его руки. — Вены надутые будто воздухом. — Гены. — Качнул он головой. — Нами. — Я протянула руку. — Юнги. — Он пожал ее и отпустил. — Стихи. — Молчи. — Нахмурился он, не оценил шутейку, скучный человек. Я вздохнула.  — Ты чего домой не идешь, рифмоплет? — Ситуация немного… Я в жопе, сегодня здесь мой ночлег. — Ясно. Что ж, поднимай попку, мы идем ко мне. — Он встал на ноги. — Видел? — Я показала ему средний палец. — Конечно, этот жест мой любимый. — Он отобрал у меня бутылку. — Пошли, приставать не буду, пока сама не захочешь. — Играет бровями. — Мечтай, курильщик. — Алкашка. — Курильщик-алкаш. — Алкашка бездомная. — Хам высветленный. — Змея пьяная. — Я трезвая! — Я тоже так говорю, я тебе не верю. Я сама себе не верю, пол бутылки выпила на голодный желудок, вполне возможно опьянение. — Я пьяненькая. — Настаивала я, вставая на ноги. Шлепаюсь на пол и мычу. — Я же говорил. — У меня каблук сломан, провидец. — Идем, раба сего мира. — Идет вперед, я сняла туфли и побежала за ним. Мы спустились на седьмой этаж и парень открыл дверь квартиры под номером пятьдесят три стального цвета. Я вошла в квартиру и плюхнулась на мягкий диван. Юнги взял бутылку вина из амбара и сел рядом, включая телевизор. Мы смотрели фильм и пили вино. Он скрасил мой тусклый вечер. Мы молчали, говорить не хотелось, да и зачем? Никакой напряженной обстановки, беззаботное опьянение разума. Юнги нагло кладет ладонь на мое бедро и разваливается на диване, потягивая вино с горла. — Оборзел, блондинка? — Сбрасываю его лапу. Он не массивного телосложения, но рука довольно большая, все мое бедро обхватила, ну почти, но все же. — Еще раз подкол на счет цвета моих волос и я заткну тебя своим членом. — Юн поворачивает ко мне голову, я почувствовала дрожь на кончиках пальцев и сжала в ладонях край платья. Отсаживаюсь от него и вздыхаю, беззаботная обстановка разрушена моментально. — Будешь? — Протягивает мне вино, я мотнула головой и тихо вздохнула. — Ты на иглах сидишь? Расслабься. — Где я буду спать? — Робко спросила я, мельком взглянув на него. — Здесь. — Ясно… — Саркастично фыркнула я и обняла подушку. Все же, это лучше чем бетонное ложе под открытым небом. Парень нервно вырвал из моих оков подушку. — Не угнетай. — М. — Бросила я. — Да ты, блять, прекрати вести себя как щенок на улице! — Отбрасывает подушку и смотрит на меня, прожигая глазами. — Где твоя смелость? Все, уписалась? — Мечтай, Змей Горыныч. — Я нахмурилась. — О, остроумней ничего не придумала? — Незачем. — Правда? — Он схватил меня за бедро и спускался вниз, царапая ножки. — Ты, придурок, че делаешь?! — Я оттолкнула его. Парень цокнул языком и сел на место. — Ты и пьяная немного долбанутая. — А ты в любом виде придурок. — Фыркнула я. Юнги резко притянул меня к себе за талию и предотвратил пощечину, хватая мое запястье. — А ты не из простых. — А вот ты — типичный ебарь. — Прошипела я, обдумывая удар по яйцам этому петуху. — Не зли меня, это не тебе на руку. — А ты не борзей и все будет в порядке. — В порядке? Ты веришь в это, детка? Эта жизнь сраное дерьмо и лишь отходы доходят в наши руки, пока ебнутые гордые павлины перекрывают нам поставку нормальных продуктов. Гребанные сволочи, им все мало, миллиарды, дома и модели, для чего это все? Ебаная показуха. Как же меня это раздражает. Позолоченное гнилое дерево, омерзительно. Я в шоке уставилась на него. На первый взгляд он глуповат для таких мыслей. Хотя, я совсем от него не отличаюсь. — Ты не веришь, что когда-нибудь все встанет на свои места? — Каждый раз будет какая-то хуйня, расслабься и прими все гвозди со спокойным лицом, твои слезы и крики лишь раззадорят врагов, что не корректно. — Чем ты занимаешься? — Я? Я дизайнер, детка. — А ты на суицидного смахиваешь. — Меня это устраивает, мне похуй. — Шепчет мне в губы. Я отстранилась, Юн резко поцеловал меня и прижал к себе, проникая языком в мой рот. Тело поддается, алкоголь поглощает мой протест и я отвечаю на поцелуй, обнимая его за плечи. Парень развязно и пошло орудует языком, кусая мои губы. Я уже и забыла, что хотела размазать его яйца по сидению дивана. Он расстегивает мое платье и снимает с плеч кофту. Опускает бретельки и срывает платье вниз, белье расстегивает так же ловко и быстро, отбрасывая его на стол рядом. Наклоняется и целует мою грудь, сжимая вторую в ладони. Я тихо простонала и запрокинула голову. Парень раздвигает мои ноги и хватает трусики, задевая клитор, я прикусила губу, ведь смазала его пальцы своей смазкой. Рывком снимает с меня трусики и отбрасывает мою ногу в сторону, поглаживая киску двумя пальцами. Я закрыла глаза и наслаждалась его ласками. Засосы на груди появляются слишком быстро, превращаясь в красные не яркие пятнышки, уверена, завтра будет ожидаемый контраст. Проталкивает в меня два пальца и ноги сами раздвигаются. Двигает рукой и напористо целует, я расстегиваю его брюки и постанываю с учащенным сердцебиением. Его пальцы покидают мое лоно. Он поднимается и срывает платье, снимая с себя футболку и джинсы. Резкий толчок и я впечаталась лицом в спинку дивана. Встаю на корточки и сжимаю в ладошках грубую обивку, будет жарко. Юнги подошел ближе и шлепнул меня по попе, входя до половины. Я, не готовая к такому резкому проникновению, мычу и выгибаюсь, оттопыривая попку. Он проводит пальцем по позвоночнику и не сложно понять, что ему нравится мой прогиб. Плавные толчки, мы входим во вкус с каждой секундой, темп ускорился и его хватка окрепла. Он вдалбливается в меня, давно входит по самые яйца и хрипло стонет, поднимая меня. Я выравниваюсь и ощущаю его ладонь на горле, давит на него и сжимает тонкую шею. За окном начался дождь, кое-кто тоже долго не продержится. Жесткий трах с рыком и громкими стонами, пошлым хмыканьем и шлепками. Это чувство, хочется большего, но с каждой секундой жажда все сильнее и тело требует волны наслаждения. — Быстрее! — Я сама насаживалась на него, закатывая глаза от эйфории. Он отпустил меня и я возвращаюсь в прежнее положение. Трахает меня со всей дури и адреналин скачет как попрыгунчик по паркету, вскрикиваю и сжимаю спинку нашего траходрома, Юнги выходит и кончает на мою спину. Вытирает сперму футболкой и идет в ванную. Возвращается без футболки и шлепает меня по попе. — Идем, детка. — Заходит в спальню и мешком падает на мягкий матрац. Я повторила за ним ибо сил совсем нет. Утром, я вновь испытываю симптомы дисании, руку поднять тяжело, не то, что тело. Рядом копошится мужское подкаченное тело с выпирающими ключицами. — Я хочу жрать. — Бурчит этот одуван и смотрит в потолок. Я лениво промычала в знак протеста. — Жрать. — Встаю, диктатор. — Фыркнула я. Юн обнял меня и чмокнул в губы. — Конечно встаешь, встанет и у меня, на запах еды. — Пошляк. — Я хочу секса, но жрать побеждает в этой борьбе. — А я хочу спать! — Поспишь после того как мы поедим и потрахаемся. — Гладит мою попу. — Нет. — Я укусила его за губу. Парень повалил меня на спину. — Не заставляй меня менять последовательность. — Поднимается с кровати и исчезает за дверью. Я встала и поперла голышом на кухню. Салат и стандартный омлет украшали стол. Парень ел и активненько… дышал. Это все, на что он способен в активном состоянии. Я тоже решила взяться за своих китов, которые поют еще со вчерашнего дня. Мы поели и он усадил меня на стол, забросил мои ноги на свои плечи и вошел, опуская боксеры. Сладкий трах перешел в страстный и с перчинкой. Стол мы расшатали и разбили стакан. Юнги все не унимался и после второго оргазма сменил позу, разворачивая меня боком и закидывая мою ногу на плечо. Я била ладошками о стол и рвано стонала, зажмурившись. Открываю рот и жмурю глаза: — А. А.А. — Мой голос все чаще напоминает мне звуки порно, которые я слышала из комнаты брата пару лет назад. — Ммм, а. Про…шу… — Я чуть ли не рыдала от удовольствия, желая покончить с этим, ведь силы покинули меня, а кончить хочется. — Да, детка. — Входит полностью и запрокидывает голову, тяжело дыша. Выходит и кончает на мое бедро. Я, вяленько, захожу в ванную и принимаю душ. Собираю свой гардероб и одеваюсь. — Пока. — Я махнула рукой, пнув не дельные туфли. — Пока. — Безразлично кивает. Мы просто трахались, полностью согласна. Днем, я вломилась к брату в кабинет. — Оппа! — Рыча, я топнула ногой. Он сменил замки в квартире и то, что я стащила ключи мне не помогло. Я увидела, что у брата гость. Он обернулся и в нем я узнала собутыльника. — Нами, я занят. — Хмурится Намджун. Я подошла к нему и потянула его к себе, рыча на ухо: — Дай мне ключи, поганец. — Нет, малыш. — Он чмокнул меня в щеку и улыбнулся. — Накуренный лис. — Прорычала я. — Ну дай, жид. — Прости, мне надоело. — Гори синем пламенем, импотент. — Я отпустила его и встала перед ним раком. — Видишь это? Это — твое будущее, без меня, прекрасной Нами. — Я шлепнула себя по ягодицам и выровнялась. Юнги ухмыльнулся и поудобнее сел в кресле, для него это стало интересным. — Мой партнер, дизайнер моего торгового комплекса. — О, с людьми поработаешь, животное. Намджун схватил меня за локоть и сильно шлепнул меня по попе, хоть я и младше него на пять лет, мне обидненько. — Ты… — Осипшим голосом от собравшихся слез, обратилась к нему. Брат в недоумении глянул на меня, его злоба испарилась. — Дурак… — Отталкиваю его. — Как хочешь. Привези мои вещи на вокзал, я еду домой. — Стой, что? — Брат распахнул глаза и они стали огромными. — Я еду в Ильсан. Домой. — Я оттолкнула его руку и проронила слезы, выбегая из кабинета. Я так часто спасала его от бед: и приголубит дура Нами и обнимет и жрать приготовит! А он, мать его, всем недоволен. Уебую домой! — Нами! — Ким разворачивает меня к себе. — Я уеду, как ты и хотел. Живи со своими бабами, делай, что хочешь, я не стану тебе мешать. — Я отступила. — Малышка, я не это хотел сказать… — А что, оппа? — Я шмыгнула носом. — Что?! Ты ненавидишь меня, ненавидишь… Почему? Я же люблю тебя… — Нами, перестань рыдать как корова. — Намджун прижал меня к своей груди. — Отпусти! Пусти! — Кхм. — Юнги отодвинул от меня брата и наклонил голову на бок. — Ты телку не бей. — Это не телка! — Выкрикнул Намджун, я вздрогнула от тона брата. — Женщину, биомассу с дыркой между ног. Они итак умом не блещут, бить не стоит. Я тихо обозвала его идиотом, Юнги ухмыльнулся. — Моя баба, сам решу. — Она как бы ушла. — Нет, ты не вникаешь в серьезность ситуации, это моя сестра, Ким Нами. Юнги совершенно никак не отреагировал. — Все равно биомасса с дыркой, бить нельзя. — Та не буду я ее… — Болит. — Надулась я. — Ну, прости. — Нам надул губки и протянул руку, я сделала шаг назад. Его это шокировало. Мы всегда мирились объятьями, но сегодня, пора завершить марафон ссор. Он устал от меня, мне пора жить отдельно. — Я съеду, оппа. — Нами! — Он сжал кулаки. — Я найду квартиру. — Я кивнула. Нам вздохнул и разжал кулаки. — Я тебе позвоню. Я вышла из офисного здания, вздыхая. В интернете я нашла подходящую квартирку, брат перевез мои вещи, мы так и не встретились, мне не хотелось смотреть ему в глаза, стыдно. Хоть я и студент на заочном обучении, чувствую себя дармоедом. Что бы я не сделала, все не так, как бы печально это не звучало. Я сидела в баре и отпивала из бокала вино, вздыхая. — Ты решила завербовать мои места? — Юнги садится рядом, махнув рукой бармену. Парень напротив кивает и со стуком ставит перед ним стакан, наливает виски и продолжает вытирать стол до блеска. — Я не знала, что они твои. Как ты узнал, что Намджун мой брат? — Я не знал. — Он покрутил стакан на столе. Странно, чего ж реакция тогда никакущая? — Чего пьешь? — Это мое нормальное состояние. — Ясно. — Я посмотрела на свой бокал и вздохнула. — Ко мне? — Мин повернул ко мне голову. — Что? — Я улыбнулась. — Зачем? — А ты не догадываешься? — Он кладет ладонь на мою коленку. — О, ты такой джентльмен. — Я резко свела ноги и он взвыл, одергивая руку. — Дура. — Похотливый лис. — А вот теперь, поднимай зад и идем ко мне. — Выпивает залпом алкоголь. — Неет. — Пропела я, закрыв глаза и приподнимая брови, покачивая головой. — Ну ты и зараза, Нами. — Юнги ухмыльнулся. — Борзый голубь. — Качнулась я вперед. — Прекрати. — Он встал, я тоже. — У, наш пофигист злой, тебя разозлила нелепая фраза? Какой же ты эгоист. Странно, но тебя интересуют лишь твои потребности. — Кто бы говорил, сама на шее у брата сидишь. Громкий хлопок, да, я ударила его по лицу… — Ты кто такой, чтобы судить меня? — Я толкнула его в грудь и покинула бар, уже стемнело, какая прелесть, настроение стало намного хуже прежнего. — А ну стой. — Мин хватает меня за руку и разворачивает к себе. Его кожа блестела на солнце, будто он — ангел. Жаль, что после сказанных ним слов, за его спиной вырастают мрачные крылья. — Пусти! — Чувство самосохранения во мне отсутствует с тех пор, как я начала говорить с ним, слишком уж вошла во вкус. — Успокойся, психичка. — Дергает меня к себе. — Я спокойна! Мне и так тяжело, а ты еще и давишь, идиот! — Успокойся, все. — Смотрит мне в глаза и гладит мою щеку. — Идем, я покажу тебе кое-что. — Берет меня за руку и моя ладошка пропадает в его охапке. Мы пришли к высокому зданию, которое уже закрыто. — М, круто. — Я вздохнула. — Ага. — Юнги потащил меня дальше и постучал в дверь. Нам открыл охранник. — О, привет, давно не виделись. — Привет, хен. — Юнги сразу же потащил меня к лифту. Мы ехали уже вторую минуту и я не выдержала: — А там что? — Крыша. — И как ты нашел это место? — Был расстроен до пиздеца. — А… Юнги поцеловал меня и встал в прежнее положение. — Стой молча. — М… — Я чуть покраснела и прикусила губу. Мы, Господи, спасибо, наконец доехали к крыше. Юнги открыл дверь и мы пошли к самому краю. Я была заворожена увиденным и как зомби переставляла ноги. Я впервые вижу ночной Сеул с такой высоты. Яркие краски утопают в ночи, все же, город и ночью живет, вот так просто, но так завораживает… Парень сел на край и потянул меня за собой. Я постелила свою кофту и села, свесив ноги вниз. — Вот мы и пришли. — Вздохнул он. Я посмотрела вниз и затаила дыхание, чертовски высоко. — М. — Я задрожала и отвела взгляд, смотря на него. Юнги снял куртку и накинул на мои плечи. — Не бойся, я тебе не дам упасть. — Смотрит в мои глаза. — Это ты пьяненькая, не я. — Я всего бокальчик, я не пьяна. Он улыбнулся. — Дурочка ты, Нами. — Почему? — Сжимаю его ладонь. — Ты продолжаешь думать о том, что совсем не важно. Для чего ухудшаешь положение? Ты еще студент, в этом нет ничего плохого, ты еще малышка для самостоятельной жизни. — Я не… малышка… — Прошептала я, надувшись. — Поспорь тут мне. Сколько тебе лет, а? — Двадцать… — Мне двадцать четыре, слушай старших. — Он цокнул языком. — Столько лет и ты один? — Я всматривалась в его глаза, ведь могу пропустить ту тонкую нить, которая вот-вот порвется и он выскажет мне все до последнего. — Я должен отвечать? Я всегда один и меня это устраивает. Никто не воткнет мне нож в спину. — Но и не поможет. — Я же говорю, ты дурочка. — Прижимает меня к себе, придерживая за талию. Я рухнула на его грудь. — Видишь все это? Эта ночная жизнь так отравляет, что тебе вскоре не захочется дышать свежим воздухом. Я не хочу, чтобы ты привыкала. Оставь это, иди дальше, наслаждайся жизнью, не падай вниз. Мы живем всего один раз, всего раз умираем. — А ты? Ты в каком мире? — Я? Я его создал, этот самый яд. Он поглотил меня и я уже не сумею выбраться. Я шмыгнула носом, пододвигаясь к нему ближе. — Почему ты так уверен в этом? — Потому, что это так. — Наклоняется ко мне и целует. Я сжимаю ткань его футболки в ладошках и отвечаю. Это отличалось от того, что было между нами раньше, я ощущаю, что мне тепло и я в безопасности. Его странное мышление слишком впечатлило меня и мне кажется, что мне не захочется узнавать ничье другое. — Где ты живешь, я тебя подвезу. — У тебя есть машина? — Не буду же я постоянно на тачке ездить. — Пожал он плечами. Юнги подвез меня до дома. — Я… Спасибо. — Не за что, до встречи. — Пока… — Я чмокнула его в губы и вылетела из машины, тяжело дыша. Сердце колотилось и билось о хрупкие ребра, влюбилась, дура… — Да не улыбайся! — Ударила я себя по бедру. Странное поведение для меркантильной меня, что, несомненно, удивляло. Я пришла домой и в одежде бухнулась на мягкую кровать. У брата я узнала где он работает, как бы странно не звучало, я хочу его увидеть… Напялила я на свою фигурку платье и поперла к нему. Улыбка озаряла мое лицо вплоть до того, как я подошла к двери его кабинета. Вся уверенность моментально испарилась. Ладошки вспотели, мне не по себе… — Надо было выпить для храбрости… — Прошептала я и открыла дверь. — Юнги, я… — Мне пришлось заткнуться, он целовался с какой-то девушкой, стоя у окна. — Простите. — Я хлопнула дверью и побежала прочь, каблуки значительно замедляли сие действие. Вдоволь наплакавшись, я ела мороженое, смотря фильмы о безответной любви. — Чего я хотела? Он просто… Пожалел дурочку Нами… — Я вновь заплакала, отбрасывая ложку куда подальше. Стук в дверь, я умылась и открыла. — Нами? — Юнги вскинул бровями. — Не смотри… — Я закрыла лицо руками. Даже если я умылась, размазанную тушь и потеки одной водой не смоешь, да и красные опухшие глаза не особо намекают на мое бодрое настроение. — Ты чего? — Он прикоснулся к моим запястьям. — Ничего. Что тебе нужно? — Я отошла от него и тихо вздохнула, шмыгнув носом. — Ты плакала? — Он входит и закрывает за собой дверь. — Зачем ты пришел? Уходи… Он силой открыл мое лицо, я отвернулась. — Почему ты плачешь? Совсем дура? — Как ты узнал где я живу? Отпусти меня! — Я пыталась оттолкнуть его. — Намджун сказал. Успокойся! — Уходи! Придурок, идиот! — Я расплакалась, вспоминая картину, которую увидела в его кабинете. — Что с тобой такое? — Ты целовал ее, целовал! — Выкрикнула я, не замечая как слезы стекают по подбородку. Умею же я истерику сдерживать… — Тебе то что? — Ничего! Уходи! — Нами, хватит. — Прижимает меня к себе, я обняла его и рыдала его грудь. — Зачем? Она тебе нравится, да? Твоя девушка… — Нет, это сотрудница. Она сама поцеловала меня, я этого не хотел. — Ты не оттолкнул ее… — Я сжала его футболку в руках. — Не оттолкнул… — Она влюблена в меня, это было бы слишком жестоко. — Значит, мои чувства просто пыль?! — Я оттолкнула его. — Ничто?! — О чем ты? — Уходи! — Объясни мне, я тебе нравлюсь? — Он вскинул бровями. — Нами, я… — Вон! — Пошла ты, истеричка! — Он ушел, хлопнув дверью… — А еще, я дура… — Я опустилась на стул. — Да, нравишься… На следующий день, Юнги поджидал меня у подъезда. — Стой. — Хватает меня за руку и разворачивает к себе. — Отпусти… — Тихо ответила я, робко пряча руки за спину. Юнги был удивлен таким поведением. — Да что с тобой такое? Ты ведешь себя странно. — Ты мне нравишься. — Все таки решилась. Он шумно выдохнул. — А разве я могу? — Резко ответил он. — Как я могу? Моя жизнь пропитана мраком и полным отстоем, как ты хочешь быть со мной? Тебе придется принять это, я не хочу этого. — Но… — Я подняла на него глаза. — Я не могу, Нами. Я тебя испорчу, твою улыбку и задорный смех, теплые объятья и нежный взгляд, разве я могу принять все это? Прости, но это не для нас, не для тебя. Я не для тебя. — Гладит мою щеку и открывает машину. — Подожди, я тебе нравлюсь? — Я схватилась за дверь. — Нами, это не важно, оставь меня. — Убирает мои руки. — Подожди… Юнги! — Крикнула я вслед его машине. Как ты можешь? Вот так просто! Вечером, я тарабанила в его дверь, мне открыла девушка. — Ты кто? — Выметайся! — Я буквально вышвырнула ее и ее монатки за порог, хлопнув дверью. Он сидел на диване, потягивая пиво из бутылки. — Рахи съеби, я не в настроении. — Я не Рахи. Мин резко повернул ко мне голову и сглотнул. — Свали и ты. — Возвращает взор к телевизору. — Давай поговорим, м? — Пошла нахрен! — Он вскочил на ноги и разбил бутылку о стену. — Я не хочу больше тебя видеть, ты меня бесишь! — Юнги… — Прошептала я, роняя слезы. — Нахуй! Съебалась! — Не надо, прошу, послушай. — Мне итак херово, а ты все усугубляешь! Я встала напротив него. — Я не стану падать вниз, ты меня поймаешь. — Заткнись. — Я не дам тебе упасть, либо упаду с тобой. — Хватит, иди домой, Нами, возьми такси, уже поздно. — Пихает мне деньги и вздыхает. Идет к окну и закуривает. — Я не поеду, тебе плохо одному. — Сам решу. — Юнги, — я положила деньги на стол. — Не думай так, ты очень хороший. — Не надо. — Ты добрый и заботливый, мне тепло, когда ты рядом. — Это ничего не значит, дурочка. — Усмехается, горькая усмешка, у меня закололо в сердце. — Ты мне нравишься. Он промолчал. — Слышишь? Я не хочу без тебя, ничего не хочу. — Это не для тебя, все это. — Не отталкивай меня, мне больно… — Обнимаю его за талию. — Я знаю, потерпи, это пройдет. — Разворачивается ко мне. — Я многое не смогу дать тебе, ты достойна лучшего. — Не хочу лучшего, мне только ты нужен… — Всхлипнула я. — Малыш, перестань плакать. — Гладит мои щеки. — Мне больно видеть тебя такой. — Если ты меня поцелуешь, боль пройдет. — Приподнимаюсь на носочках. — Не уверен. — Чуть улыбается и целует меня в лоб. — Беги домой, тебе пора спать. — Не хочу. — Начала я вредничать. — Я тебе нравлюсь, я чувствую, не обманывай меня. — Я не говорил, что ты мне не нравишься. — Скажи в положительной форме. — Для чего? Малыш, это не… — Сильно нравишься. — Обнимаю его за шею и целую. Он произвольно обнимает меня и прижимает к себе. — Прекрати, я не смогу отпустить… — Сжимает меня в объятьях. — Прости, я уже не могу… — Ты мне нравишься, Нами… Зачем ты пришла? Зачем бухала на крыше моего дома? Я бы и дальше жил спокойно и не ревновал тебя к брату, не думал бы, как ты там одна в квартире. Это все ложь, как я мог влюбиться за один день? Это невозможно… Невозможно. — Это не важно, главное — что мы вместе… — Смотрю на него исподлобья. — Я скучал по тебе… — Я тоже. — Затаила я дыхание. Мин подхватывает меня за ноги и я обнимаю ногами его поясницу. — Иди ко мне. Я наклонилась к нему и поцеловала, парень понес меня в спальню. Ты считаешь себя ядом, но для меня, ты — спасение, мой антидот.