Гипертермия

— Сегодня праздник. Двойной тариф, — вместо приветствия сообщает мне хмурый таксист. На улице морось переходит в мелкий град. — Да хоть тройной, — отзываюсь я, сажусь на заднее сиденье и пытаюсь пристегнуться. — Там не работает замок, — поясняет, видя мои усилия в зеркало заднего вида, водитель. — Отлично, — вечер перестал быть томным, едва ты захлопнула за мной дверь. — Все три? — уточняю я. — Да. «Сесть, что ли, вперед?» — краем царапает здравая мысль. Но я остаюсь на месте. — Все обычно спереди садятся или сзади не пристёгиваются. Вы — первая, — весело сообщает мне мужчина, включая радио. «Медиум, блядь. Чтец мыслей. Телепат». Так, Марина, давай постатичнее. Из головы не выходят мысли о тебе. Вроде, с головой дружу. Вроде, счастлива в браке и не первый год. И какой чёрт меня дёрнул связаться со своей же студенткой, Господи Боже. — Рождествено — это то, что на северо-западе или на западе? — уточняет таксист, вырывая меня из оцепенения. — Первое, — если бы была возможность не отвечать, я бы только рада была. — Там, где Пугачёва живёт? «Он с ума меня решил свести своими расспросами. Да у меня даже маникюрша молчит, когда я её на дом вызываю». — Уже нет, — хмуро отзываюсь я, стараясь не прислушиваться к возмущенному бормотанию водителя, но всё равно слышу сквозь зубы обрывки высказываний о хамстве нуворишей. «Это реально? Кто-то до сих пор называет людей „новыми русскими“? Молчал бы ты, дядя, глядишь и зарабатывал бы больше». Злая я. Прежде всего на себя. И на свой слух. Это профессиональное. Особенно, когда работаешь с большой аудиторией. По-другому никак. Мы выезжаем на МКАД, дорога свободная, слава богу. Все остальные доехали со своих работ домой, пробок нет. Таксист закуривает. Нормально… Даже меня не спросил. Вдруг у меня аллергия там или астма. Сервис отечественный. Надо было позвонить и дёрнуть Виталика, не зря же ему платим. Жесть… У меня есть личный водитель, а я еду в задрипанном такси. Но Виталик бы сказал мужу, муж бы спросил меня, что я там забыла на востоке… Легче отпираться, что засиделась на кафедре с дипломниками. Чёрт, да что ж за жизнь такая… Всё же так хорошо у меня было, пока не появилась ты… — Угостите сигаретой, пожалуйста, — я стараюсь быть вежливой. — Вы такие не будете. Я уже хочу попросить его остановиться и поймать попутку, но мужик протягивает мне пачку честера и зажигалку. Я игнорирую его фразу, прикуриваю, чуть открывая окно. Кладу его сигареты на переднее пассажирское сиденье. Обойдётся без спасибо, ненавистник «богатеньких буратин». — Спасибо, — вырывается из меня, мама же меня когда-то воспитывала приличной девочкой, да. — На здоровье, — усмехается дядька. «Нет, он определенно издевается надо мной». Ой, хрен с ним, едем и едем. Под град выходить не хочется. Хочется выпить, но дома сухой закон. Ладно, справлюсь как-нибудь. Где наша не пропадала… — Вот козёл, — успевает крикнуть водитель на выскочившего из ниоткуда мотоциклиста, прежде чем потерять управление. Нас заносит, хорошо, что машин вокруг не так много, и нас каким-то чудом успевают объехать те, что были рядом. Меня знатно тряхнуло, болит шея от резкого торможения и плечо — ударилась о переднее пассажирское сиденье. Вот как в воду же глядела — надо было садиться туда, где работает ремень. Хорошо, что мы никуда не врезались и никто в нас. Мужик приходит в себя, нервно спрашивает, в порядке ли я, отвечаю, что в полном, и он выруливает на полосу. Пора мне самой за руль садиться. Пора… Куплю крузак или какой-нибудь раздутый фолькс… Нет, вольво, у них же лучшие системы безопасности, точно. Поднимаю с коврика тлеющий окурок. Даже забыла, что курила, хорошо — не обожглась. Тянусь за пачкой мужика, предварительно выбросив бычок в приоткрытое окно. Пепельниц сзади нет. Комплектация «шиш», я полагаю. Прикуриваю. Вспоминаю, как стрельнула у тебя сигарету. Зачем я вообще подошла к тебе?! Это восхищение в глазах… «Вау-Вау! Как интересно! Какие примеры из жизни! А вы будете у нас ещё что-нибудь вести?..» Буду, причём конкретно у тебя, Саша. Такому тебя научу — будешь потом и другим показывать. Если б знала, ни за что бы не согласилась подменять вашего лектора. Ганнибала… Каждому лектору — в жопу по вектору… Стоп, меня уже заносит. Ты продолжаешь, интересуешься дополнительной литературой. Ну, я в принципе для общего развития только Мирче Элиаде могу посоветовать, оговариваюсь, что не мой профиль. Ты спрашиваешь про Ла-Вея… Дались вам эти сатанисты… Но из года в год одно и то же. Ваш зав.каф постоянно об этом говорит. Самые талантливые по его мнению детишки — сплошь невротики и неформалы… Прав, что ли? Может, я куда-то не туда смотрю всё это время? Детишки… Да какие детишки в этом возрасте? Так ещё и после училищ некоторые… Колледжей. Сейчас это называется колледжами или лицеями. Точно-точно… В общем, слава богу, я с тобой познакомилась уже в том твоём возрасте, который не принято считать слишком ранним. После колледжа. Непрофильного, но ты же очень хочешь учиться на психолога… Бла-бла-бла… Помогать людям… Ой, я вас умоляю, себе-то не врите, дети?! Это ваша попытка разобраться в себе, а не заниматься благотворительностью. Вы перед тем, как поступать, погуглили бы, насколько востребована ваша будущая профессия и сколько вам будут платить. Я-то ладно, за олигархом замужем, но не всем же так везёт, правильно? Впереди замаячил съезд со МКАДа, отлично, уже почти дома. Закуриваю ещё. Мужик притих после несостоявшейся аварии. Не лезет ко мне с вопросами, не ноет, не бормочет, про сигареты свои не спрашивает. Вероятно, боится меня… Ведь не курю уже десять лет, что меня дёрнуло тогда подойти к тебе. Судьба? В задницу. Не верю я в судьбу, извините. — Тут остановите, у шлагбаума, дальше я дойду, — прошу я водителя. Он называет сумму. Учитывая «праздничный тариф», я ожидала услышать более солидную. Накидываю пару сотен сверху, демонстративно убираю пачку с зажигалкой к себе в карман. Мужик это замечает, но оставляет комментарии при себе. «Правильно, дядь, у богатых свои причуды». До дома иду медленно, нога за ногу. Решаюсь про себя на подвиг. Больше не позвоню тебе. Больше не напишу. И консультировать не буду даже. И научным руководителем не соглашусь быть. И рецензентом. Правильно ты сказала — у меня есть горячо любимый муж. Открываю калитку, встаю у ивы извилистой. Свет горит только в окне мастерской. Значит, мой супруг рисует. Чудесно. Вдохновение у человека. Лучше не трогать. Сажусь на скамейку напротив входа. Закуриваю. Укурюсь сегодня… Часы сигнализируют, что наступила полночь и отзываются вибрацией от входящего сообщения. Ты пишешь: «Прости». Да без проблем. Уволюсь-ка я, пожалуй. Хватит. Займусь садом. Газон вот пора подстричь. Хорошо, что град с дождём закончился. Такая вот роза ветров у нас на северо-западе.