Чистый воздух

Несколько миротворцев и я с сестрой зашли в самодельный командный пункт, расположенный в терминале, после чего присели на стулья и начали разговор наедине с офицером. - Как вас звать? – Спросил я командира взвода. - Дейл. – Представился он, после чего я и Келли назвали свои имена. - Откуда вы здесь? – Поинтересовалась у него моя сестра. - У меня к вам тот же вопрос. – Улыбнулся Дейл. Я рассказал ему все, что знаю с того момента, как началась химическая атака. Он внимательно слушал и не перебивал меня. Лишь когда я закончил говорить, Дейл задал вполне разумный вопрос. - Вы уверены, что на острове только береговая охрана? - Нет. – Ответил я. – Поначалу мы не видели военных, но покидая остров, вооруженные террористы все-таки появились. Дейл промолчал, размышляя над чем-то. - Ваша очередь. – Сказала Келли, ожидая услышать от офицера объяснение того, что после химической атаки его люди не только выжили, но и сумели дать отпор врагу. - Судя по тому, что вы мне рассказали, - показал он на меня рукой, - у вас неполные знания об апокалипсисе. Хоть теракт и был глобальным, многие люди, не имевшие к нему отношение, знали о нем. Музаффар не хотел допустить утечки информации, однако американским шпионам каким-то образом удалось выяснить большинство подробностей проведения террористической операции и доложить об этом начальству. Правительство США должно было принимать срочное решение: проинформировать о готовящемся нападении все человечество или утаить правду. Выбрав второй вариант, органы исполнительной власти пожертвовали людьми для того, чтобы «Вир-Вралир» не догадывалась о том, что кто-то знает об их плане. Сами подумайте: если бы Музаффар узнал, что всему миру известны его намерения, он бы использовал другую тактику, изначально поставив перед нами более заковыристую задачу. У нас было около месяца, чтобы подготовиться к Третьей мировой войне. За это время США задействовала элитные части войск не только своей страны, но и других государств. Будучи капитаном военно-воздушных сил Испании, мне приказали ходить только в противогазе. Я не спрашивал «зачем?» – от меня требовалось безоговорочно выполнять приказ и не трепаться ни с кем по поводу того, что происходит в военной части. После того, как Музаффар пустил по всей планете волны с Хармитроксом и истребил 99% человечества, нам объяснили план контратаки. Несмотря на то, что на душе было очень больно и тоскливо в связи с потерей родных и близких, военные взяли себя в руки и стали наступать на захваченную врагами территорию. У всех миротворцев есть рации, по которым мы узнаем обстановку по всему миру. Вот, держите свои приемопередатчики. Дейл дал нам портативные устройства и пояснил: - Все рации оборудованы датчиком слежения и системой распознавания лиц. Если ваши устройства попадут не в те руки, они автоматически перестанут работать. Только не забудьте изначально их настроить. - Кто сейчас побеждает? – Полюбопытствовала Келли. - Инсургенты вернули назад половину территории. – Дал ответ Дейл. – По этому показателю у нас ничья. Однако в силах мы превосходим террористов не количеством, но качеством. У нас лучшие бойцы планеты, у них же – полупрофессионалы и толстые богачи. Сейчас переломный момент: члены «Вир-Вралир» сломлены духом. Они чувствуют, что повстанцы их «съедают». Ведь мы наступаем со всех сторон – миротворческая армия имеет несколько фронтов во всех уголках Земли. У нас есть достоверная информация, которая ежедневно обновляется. Благодаря этому мы знаем все шаги противника. - Какой же у них следующий шаг? – Задал я актуальный вопрос. - Террористы планируют запустить пилотируемый космический корабль, который будет на орбитальной станции в считанные часы. Если они это сделают, то получат доступ к межконтинентальной баллистической ракете. При создании плана Музаффар упустил из виду одну проблему – он считал, что доступ ко всем боеголовкам можно получить, не вылетая в космос. Однако специалисты «Вир-Вралир» просчитались, потому что не имели понятия о том, как работает современное ракетное оружие. Пока Музаффар искал космонавтов, мы отобрали важные стратегические военные объекты. Теперь инсургенты готовы вести полноценную войну. Когда «Вир-Вралир» запустит свой космический корабль, наши военные уничтожат его. Даже если космонавты доберутся до станции и запустят на нас МБР, у нас есть противоракеты, как ближнего, так и дальнего перехвата. Хотя террористы и нанесли непоправимый ущерб человеческому роду, одержать победу в этой войне у них не получится. - Какие земли инсургенты освободили от врагов? – Спросил я, надеясь услышать свою родину. - Вся Северная Америка, Восточная Азия и Австралия, а также большинство стран в Европе. - Что насчет России? – Уточнила Келли. - В ближайшие дни она будет освобождена. А вы, получается, русские? Мы улыбнулись, услышав приятную новость, и кивнули головами, подтверждая принадлежность к славянскому этносу. - Я слышал, русских почти не осталось, так как Россию не оповестили в связи с ее тяжелой внутренней политикой. – Сказал Дейл. – Говорят, у вас намечалась революция. - Это так. – Подтвердил я. – Не обязательно было изучать социальную стратификацию, чтобы заметить расслоение общества в нашей стране. Даже бедный слепоглухонемой инвалид ощущал на себе резкое обострение выше обычной нужды. Я и Келли превалировали над остальными жителями нашего города, так как получили очень большое наследство. - Берегите себя. Война скоро может закончиться, а так как вы – русские, вероятно, будете иметь большое значение в будущем. – Высказал свое мнение офицер. - Что вы имеете в виду? – Спросила Келли, не понимая намеков. - Мир уже не будет делиться по странам, как раньше. – Пояснил Дейл. – Не сомневаюсь, что вы, как истинные представители своей расы, будете занимать важные посты в развитии своего региона. Мы с Келли переглянулись. Расплывчато понимая ситуацию, у нас все-таки получилось уловить основную мысль. - Чем же мы можем помочь в настоящее время? – Осведомился я. - Поезжайте на Родину. – Посоветовал офицер. – Пока вы доедете, конфликт может уже прекратиться. Поблагодарив Дейла, мы с Келли вышли из аэропорта и встретили Эрика и Брамса. У них было пасмурное настроение. - Похоронили Раймонда и Агату? – Спросил я друзей. - Да. – Ответил Брамс и указал пальцем на редкий лес. – Их останки покоятся там. - Мы обсудили положение дел с командиром взвода. – Сказал я. – Нам можно поехать в Россию. - А как же террористы? Разве их там больше нет? – Поинтересовался Эрик. - К тому времени, как мы будем дома, их уничтожат. – Изрек я. – Остальное расскажу по пути. Мы сели в предоставленный инсургентами автомобиль и, поблагодарив их за все, покинули Херес. По дороге я показал друзьям свою рацию и поведал о том, что происходит в мире. Слушая меня, они удивлялись тому, что я говорил. Через час, как только стало светать, мы приехали в Севилью. В городе было мало инсургентов, в основном, женщины, которые сжигали трупы и готовили еду для военных. После того, как нас накормили и предоставили ночлег, я уснул до следующего утра. Было приятно спать в умиротворенной обстановке в городе, который, согласно легенде, был основан Гераклом. Проснувшись, я спросил у сестры, сидевшей нам моей кровати и дождавшейся моего пробуждения, который час. - 8:50 утра, 8 октября 2099 года. – Проинформировала она меня. - Я рад, что мы снова вместе. – Улыбнулся я. - Пока ты сдерживаешь свое обещание. – Сказала Келли и спросила, выспался ли я. - Вполне. - С тобой хочет поговорить американский майор Оливер Чейз. - Зачем? – Поинтересовался я. - Вчера он пригласил меня, чтобы узнать о нас больше. Когда я рассказывала ему про себя и тебя, то упомянула нашего знаменитого прадеда. Услышав его имя, а также то, что мы – русские, он заверил, что в светлом будущем мы будем управлять тем, что останется от России. - Не может быть! - Может, и еще как. – Убеждала меня Келли. – Ты же всегда мечтал иметь власть. Теперь ты ее получишь. - В это сложно поверить. - Пока идет война, миротворцы готовы предоставить нам возможность поучаствовать в ней удаленно. Оливер тебе все объяснит. Я переоделся, позавтракал и вместе с сестрой направился в штаб-квартиру, расположенную во Дворце Сан-Тельмо. Перед выходом я спросил Келли, где Эрик и Брамс. Она ответила, что друзья добровольно пошли помогать сжигать тела. Доехав по пустым улицам до барочной резиденции, мы вышли из автомобиля, после чего зашли в администрацию Андалусии через портал. Внутри здания нас встретили и провели к майору. Мы зашли в кабинет и остались с офицером наедине. - Добрый день, Эзра и Келли! Рад вас видеть! – Поприветствовал нас Оливер. - Здравствуйте! – Ответили мы ему. - Присаживайтесь, пожалуйста. – Пригласил он нас к столу, на котором стояли тарелки со свежими фруктами. Мы присели на мягкие стулья, после чего я взял яблоко и стал есть. На вид майору было около шестидесяти лет, однако на его голове не было ни единого седого волоска. Офицер решил представиться официально: - Я – майор сухопутных войск США Оливер Чейз. После освобождения Андалузского региона, мне было приказано контролировать ситуацию на нем. - Кем, если не секрет? – Уточнил я. - Правительством моей страны, указом самого министра обороны – Джоном Уоллесом. Если бы не американцы – Европа до сих пор бы находилась под влиянием «Вир-Вралир». - Келли сказала мне, что вы хотите мне что-то предложить. – Сказал я. - Ваш прадед, Огюсто Вайнс, был великим человеком и талантливым писателем. – Начал майор. – Как вы знаете, его труды читались и изучались во всех странах. Он оказал огромное влияние, как на меня, так и на всех людей. После его смерти, плакал весь мир. Являясь единственными потомками Огюсто, а также одними из последних представителей славянского этноса, вы должны контролировать ту часть земли, которая раньше принадлежала России. Пока продолжаются боевые действия, для вас есть подходящая вашим наклонностям работа. Учитывая вашу помощь в рекогносцировке Канарских островов, я предлагаю вам отправиться в Пентагон – штаб-квартиру Министерства обороны США. Оливер и Келли ожидали моего решения. Я же задумался, надо ли мне это. С детства у меня было все, о чем мечтал любой подросток, однако я чувствовал, что мне и этого мало. В двенадцать лет я прочитал в местной газете одну душераздирающую историю, в которой говорилось о смерти какой-то почитаемой обществом бабушке, в прошлом – путешественницы. Она посетила все страны мира и даже написала об этом книгу, за которую удостоилась правительственной награды в виде квартиры. Все было бы хорошо, если бы внуки этой бабушки не лишили ее крыши над головой. «Как же так? За что?» - вопрошал я, читая газетенку. Оказалось, что путешественница, заболев раком, завещала квартиру внукам. Дети детей бабушки стали ждать ее смерти, чтобы переселиться в новое жилище. У внуков уже появились свои дети, а долгожительница никак не умирала. Воспользовавшись государственном правом на владение имуществом, внуки вселились в квартиру, отдав бабушку в дом престарелых. В итоге, девяностолетняя путешественница сошла с ума и умерла через пару лет. Я хотел исправить положение дел, но не мог, так как не имел власти. Вдруг у меня появилась уникальная возможность управлять новообразованием, которое сформируется на территории России. Для начала нужно было доказать то, что из меня может получится хороший правитель. - Я согласен. – Ответил я Оливеру и спросил сестру. – Как ты, Келли? - Только за! – Улыбнулась она. - Я уже уведомил Джона Уоллеса о вас. Он готов принять вас обоих в Пентагоне в любое время. – Пояснил Оливер. - А как же Эрик и Брамс? – Поинтересовалась Келли. - Пообщавшись с ними, я понял, что они готовы помочь миротворцам в освобождении своей родины, участвуя непосредственно в баталиях. Завтра они полетят на берега верхнего Днепра, где сейчас идут важные бои за Смоленск. – Пояснил майор. - Мы хотим с ними попрощаться. – Выразился я. - Пожалуйста. В Севильском аэропорту вас будут ждать. Приятно было с вами познакомиться. Попрощавшись с Оливером, мы вышли из его кабинета. Я выкинул яблочный огрызок в урну и зашел в туалет, чтобы помыть руки. Подумав о том, как быстро в этом мире все меняется, я вышел из уборной и спросил Келли, как она себя чувствует. - Немного волнуюсь. – Ответила она. – Ведь нам предстоит встретиться с высокопоставленными лицами, которые возможно ожидают от нас неких навыков. - Скорее всего, Уоллес пригласил нас лишь для того, чтобы отдать дань нашему прадеду. – Предположил я. - Нам нужно показать себя с лучшей стороны, чтобы заслужить их уважение. - Тебе не стоит об этом волноваться – у тебя хорошее воспитание. Вот я не могу удержаться, чтобы не съесть яблока в присутствии офицера. - Не придирайся к себе. Для чего же еще фруктам там быть? – Засмеялась Келли. - Для красоты. – Осклабился я. Мы вышли из дворца Сан-Тельмо и, связавшись по рации с Брамсом и Эриком, узнали, что они у Кафедрального собора. Встретившись там с ними, мы рассказали им о разговоре с Оливером Чейзом. Ребята сказали, что хотят помочь инсургентам закончить войну, будучи на фронте, после чего готовы помочь нам в управлении новообразования. Пожелав друг другу удачи, мы расстались с надеждой увидеться снова. Я и Келли сели в автомобиль и поехали в аэропорт. Там нас встретил американский пилот, которому было около тридцати лет. - Доброе утро, сэр. – Поприветствовал нас сержант. - Доброе утро. – Ответили мы ему, и я сказал, что он может не говорить «сэр». - Не могу. Меня так приучили, сэр. У него была красивая осанка, которая выражала бодрое состояние его души. - Меня зовут Малколм. – Представился пилот, и пояснил, что уже знает наши имена. Мы сели в небольшой самолет и полетели в США. Келли сразу же задремала, а я следил за полетом. Пролетая над Атлантическим океаном, мне захотелось поинтересоваться у Малколма, о чем он мечтает. - У тебя есть заветные желания? - Хочу, чтобы война закончилась в нашу пользу, сэр. - Что будешь делать потом, если больше не надо будет служить? – Полюбопытствовал я. - В таком случае, я вернусь на родину, в Орегон, где буду жить на ферме и заниматься коневодством, как это делали мои родители. Думаю, я бы так жил до конца своих лет, сэр. - Как ты оказался в Испании? - В двадцать один год меня отчислили из университета за плохую успеваемость, после чего я вступил в ряды армии США. Прошло несколько лет и нашу эскадрилью предупредили о наступлении Третьей мировой войны, однако не предупредили в какой форме она придет. Когда террористы провели глобальный теракт, мы были готовы к этому и контратаковали их. Спустя месяц мне было приказано оставить истребительную авиацию, и заняться доставлением людей из одного места в другое. Я выполняю приказ, поэтому и прилетел за вами в Севилью, сэр. Выслушав его, мне захотелось помолчать. Весь остальной полет мы провели в тишине – я ел, листал старые журналы и даже прочитал несколько интересных статей. К вечеру самолет приземлился на бетонированное покрытие одной из взлетно-посадочных полос Вашингтонского аэропорта. - Мне приказано довезти вас прямо в Пентагон, сэр. – Пояснил пилот после того, как мы вышли из самолета. Я кивнул, и Малколм повел нас с Келли к выходу из аэропорта. Сев в представительский автомобиль, который был припаркован на стоянке возле входа в терминал, мы поехали в военное ведомство. Когда Малколм довез нас до Пентагона, он куда-то уехал, сославшись на то, что ему отдали новый приказ. У входа в здание, нас встретил представитель Джона Уоллеса. - Меня зовут Майкл, можете звать просто Майк. А вы должно быть Эзра и Келли? - Приятно познакомится. – Ответили мы, заметив его вежливость и учтивость по отношении к нам. - Как долетели? – Осведомился он. - Нормально. Вот только долго, около девяти часов. – Заметила моя сестра. - Скоро я покажу вам ваши дома. А пока вы должны встретиться с министром обороны. Он уже вас ждет. Пойдемте со мной. Следуя за Майком, мы с Келли зашли в здание. На входе весела мраморная доска, на которой было выгравировано стихотворение. Я постарался перевести его про себя на русский язык, сохраняя поэтичность формы: Жизнь – это награда, смерть – это упрек. Есть ли у нас выбор? Иль нам уготован рок? Как много боли мы готовы перетерпеть? Как много поражений нужно потерпеть? Жизнь – это подарок, смерть – это заслуга. Наживешь врага или же выберешь друга? Жестокость, сулящая нам справедливость, Вызывает в нас лишь горделивость. Жизнь – это игра, смерть – это финиш. Кого ты полюбишь? Кого ты покинешь? Пока проповедники бьются за мир, Грешники пробуют разврата зефир. Стоит ли жить, совершая грехи, Когда ты умеешь писать стихи? - О чем та элегия? – Поинтересовался я у Майка, пройдя мимо гравировки. - Каждый понимает ее по-своему. – Улыбнувшись, ответил он. – Джон Уоллес говорит, что смысл этого лирического стихотворения в его способности заставлять задуматься над положением своих дел. Мол, если ты идешь по неверному пути, то должен повернуть в нужную сторону. - А какая сторона неверная? – Уточнил я. - Дьявола, наверное. – Произнес Майк с колебанием в голосе и объявил, что мы пришли к кабинету министра обороны. – Буду ждать вас здесь. Я и Келли вошли в приемную Уоллеса, после чего министр официально назвался и пригласил нас присесть за стол переговоров. - Пентагон проводит сетецентрическую войну. – Начал Джон беседу с высокой ноты. – Отсюда исходят приказы первостепенной важности и командование всеми родами войск на территории всей планеты. - Какая будет наша задача? – Задал я вопрос напрямую. - Ваш прадед, Огюсто Вайнс – мой любимый писатель, герой моего времени. Я не успел поблагодарить его лично за вклад, оказанный всему миру и мне в частности. Однако мне дозволено предоставить вам, его правнукам, светлое будущее. Пока идет война, вы можете трудиться над проектом «Жизнь после Войны». Джон оформил мне и Келли допуск самой высокой формы, позволяющей работать со сведениями особой важности. - Этим проектом занимается группа из четырех аналитиков. – Продолжил министр. – Вы можете присоединяться к ним, как только разместитесь в городе. Кстати, можете не только участвовать в разработке геополитического плана, но и наблюдать за ходом всех операций в Пентагоне. В данное время Вашингтон – самое безопасное место в мире, а также наиболее комфортный для проживания город: круглосуточно работают магазины, заводы, даже кинотеатры. В кабинете зазвонил телефон. Министр взял трубку и, переговорив с кем-то, сказал нам, что ему пора идти. - Увидимся! – Сказал он после того, как мы вышли из его кабинета. Стоящий у дверей Майкл, увидев нас, вежливо пригласил следовать за ним. - У вас чудный голос. – Сделала ему комплимент Келли. – Слушая вас, вам хочется верить. - И не зря. – Ответил Майк. – Ведь я не люблю лгать. - Тогда ответьте мне, - попросил я быть честным, пользуясь моментом, - что инсургенты делают с врагами? - Новейшими приборами их тестируют на наличие признаков, свидетельствующих о способности террориста избавиться от духовных недугов, побудивших его примкнуть в экстремистские ряды. Другими словами, если боевик пройдет тест и получит положительный результат – его убивают, в другом случае – он направляется на лечение в специальную клинику. Мы вышли из здания, и сели в автомобиль. - Район, в котором вы будете жить, называется Форест Хиллс. Это одна из самых спокойных зон в Вашингтоне. Через двадцать минут мы приехали на улицу Фессендена. Как только вышли из автомобиля, Майк показал нам на два расположенных рядом дома, которые были отделены от всех остальных, и пояснил, что один из них – мой, а другой – Келли. Дав нам по связке ключей от домов и двух припаркованных в гаражах автомобилей, он сел в свою машину, попрощался с нами и уехал. - Начинаем новую жизнь. – Улыбнулся я. - У меня такое ощущение, что все будет хорошо. – Поделилась чувствами Келли. - Так и будет! На улице стемнело – мы разошлись по домам, договорившись встретиться на улице в восемь часов утра. Я зашел в свой роскошный двухэтажный дом и прошел в спальню, чтобы поспать. При входе меня встретил JM-200. - Добрый вечер. – Поприветствовал меня андроид. Я удивился такой встрече, подумав сначала, что это тот же робот, что и из моего родного города. Однако тут же пришел в себя, осознав, что JM-200 может быть много. - Привет. – Сказал я роботу, положив ключи на тумбочку. - Могу чем-нибудь помочь? – Поинтересовался он. - Разбуди меня в семь часов утра. – Попросил я его. Сняв штаны с рубашкой, я запрыгнул в застеленную белой простыней кровать, укрылся мягким покрывалом и ушел в глубокий сон. Мне приснилось, что мои родители живы, однако в душе были другими людьми. Наяву мои мать с отцом любили меня, а во сне они были лишены чувства сострадания. В видениях все было, как сейчас – шла война, мы с Келли проживали в Вашингтоне, только вот наши родители жили в моем доме. Когда я подошел к ним и сказал, что у меня появилась болезнь Паркинсона, они посмотрели друг на друга и засмеялись, дескать, со всеми случается. Их смех был такой зловещий и пугающий, что я проснулся от возникшего чувства тревоги.