Татая Рей

Картинку, что он видел, затмила красная пелена. Всё поплыло. Даториана ощутимо затрясло. Он чувствовал себя Зверем. Ни осталось желаний, кроме одного, как много лет назад - убить. Разодрать. Стереть с лица Земли. Он бросился на Николоса, придавив своим телом и с наслаждением ударив в голову, что вырубило того. Какая-та часть его сознания была в себе и не дала убийце так просто лишить себя удовольствия поиздеваться над мужчиной позже. Хотя перед глазами всё ещё было всё красное, Даториан крепко привязал Николоса к чему-то и двинулся дальше бегом. Из наиболее глубоких ран засочилась кровь - этого он не заметил. Запах крови всю жизнь с пяти лет преследовал его. Наконец, в одной из комнат - Ник даже не удосужился закрыть двери - он нашёл его... С браслетами на руках. Всего истерзанного.. - Нилл...- у Даториана осел голос. Нилл сжимался. Волосы прилили к ранам засохшим и от любого движения рана срывалась и начинала идти кровь. В результате Нилл затих и лежал без движений. Даториан приблизился к парню, его ноги дрожали, выдавая весь ужас. Он пытался успокоить себя, это были такие жалкие попытки. - Это я, - прошептал убийца, - Я нашёл тебя. Он пытался найти хоть одно нетронутое место. Чтобы хоть как-то снять Нилла отсюда. Не нашёл. Расплавленная кожа кое-где прилипла ко столу. - Нилл, прости, это будет больно...Скажи пожалуйста, где твоё тело сначала? – Но ответа не было. Как говорить, когда боль везде. Он не мог сейчас ничего. Оставалось лишь надеяться, что даториан догадается, что есть еще одна комната такая же. Сознание снова подвело. Мутило. Хотелось чтобы Даториан развязал его быстрее. - Прости.. Даториан взял Нилла за наименее повреждённые места и отодрал от стола. Его самого мутило от этого. Красная пелена не спадала. Даториан хотел убежать с Ниллом подальше отсюда, но в таком состоянии Нилла лучше было не транспортировать... Даториан нашёл спальню и положил призрака на кровать. Реемир возник сам, звать его было не нужно. Даториан посмотрел на него. - Я понял, - сказал тёмный эльф, не успел убийца произнести ни слова. И принялся ухаживать за ранами Нилла. Даториан спустился обратно. Он довольно быстро нашёл вторую пыточную. И нашёл Нилла. Его тело. Не проходящий ужас, казалось, всё туже завивался змеем вокруг шеи убийцы. Он редко мучил своих жертв. Он их просто убивал. Даториан поднял хрупкое тело и отнёс туда же, где лежала душа. Занялся лечением тела, тогда как Реемир рядом "колдовал" над призраком. Красная пелена с глаз не спадала. Наконец-то до Даториана дошло, что это его собственная кровь мешает ему нормально видеть. - Даториан. - одними губами произнес Нилл. С телом было все проще нежели с душой. Там рана только одна, а в остальном синяки и шрамы. - Дааат. - чуть громче позвал Нилл. - холодно. Связь тела и души стала теряться. Слишком много ран. - поцелуй. Убийца как раз закончил с телом и накрыл его своим универсальным пледом на все случаи жизни. Он услышал бы Нилла сейчас даже сквозь шум всего на свете. Даториан обошёл кровать, чтобы встать со стороны призрака. Не думая ни о чём, он наклонился и поцеловал его. Искалеченная душа. А совсем недавно все было иначе. Тело в шрамах показалось бы любому уродливым по сравнению с душой. Теперь же не одного живого места. Человек бы уже умер, но нилл боролся. Не хотел оставлять Даториана. - побудь со мной. - нилл прикрыл глаза. Казалось бы он умер. Даже грудная клетка не поднималась за вздохами, но это не так. "Не оставляй меня одного." В какой-то момент Нилл провалился в сон. Он снова переживал касания Ника. Снова орал. Очнувшись не решался пошевелиться. Боль. Надо лечится. Он понимал это. Но как? - Я с тобой, - прошептал Даториан. Нервы и тело убийцы были напряжены до предела. Он боялся двинуться, боялся дышать на парня. - Не шевелись только. Реемир в это же время накладывал на ожоги - по сути почти кости - слои какой-то своей мази и качал головой. «Почему тот мужчина, Николас, родился человеком? По своей жестокости он идеально вписался бы в общество тёмных эльфов. Возможно, даже возвысился бы среди них. Не то что я сам.» Сверху мази он обматывал раны подобием шин из сетки, закреплённые на местах, где ожоги заканчивались - чтобы свести к минимуму прикосновения ожогов с чем бы то ни было. И лишь после этого наматывал бинты. Делал всё это он быстро. В своём мире он часто встречался с проявлениями подобной жестокости. В результате его работы весь парень был обработан и замотан бинтами так, что шевелиться даже при желании было бы сложно. После этого Реемир сел на стул у стены, оставляя Даториана наедине с Ниллом. Парень явно не представлял угрозы для дроу, тот это чувствовал, и потому скинул капюшон, снял маску и перчатки, позволяя лицезреть - хотя кому? - свои длинные белоснежные волосы, заплетённые сейчас в косу, чтобы не мешались, чёрную кожу и идеальное лицо. У даториана с подбородка на руку упала капля крови. - Прошу, позволь хотя бы сейчас заняться тобой, - не выдержал Реемир, глядя на убийцу. Даториан помолчал минуту. - Только здесь. Дроу издал тихий тяжёлый вздох и притащил тазик с водой и стул к Даториану. - Совсем не изменился, - произнёс Реемир с миной отвращения вытаскивая какой-то небольшой осколок из головы убийцы, - С нашей последней встречи. Снимай штаны. Брюки прилипли к зияющим ранам; Даториан молчал, со странным выражением лица смотря на Нилла. - Ты любишь его, - просто произнёс Реемир, зашивая рану на бедре убийцы. - Я люблю его, - просто ответил Даториан.