The Five Horsemen-2: The Curse of the Black Hole

-БЛЯАААААТЬ! Да сколько можно-а-а-а!!! — завопил во всю глотку Нэйтан, чувствуя, как выпадает из «кротовой дыры» кверху ногами и камнем несётся куда-то вниз. Чувство это было чисто субъективным, так как ни верха, ни низа в окружающем пространстве не наблюдалось, как не наблюдалось и руки Сквизгаара… Нет, ко всей этой магической хрени и пространственным перемещениям бедный вокалист, определённо, не успел привыкнуть… Однако, через секунды ощущение падения прекратилось, и «бог войны и смерти» завис в воздухе, нелепо трепыхаясь всем телом, матерясь во весь голос и изо всех сил стараясь понять, где же он находится. — Нэйтан, не бойся! — донёсся до него откуда-то крик Сквизгаара. — Я здесь! Мы все здесь! Эксплоужен осоловело замотал головой, пытаясь обнаружить источник крика, но сумел разглядеть лишь какую-то непонятную мешанину — клубящийся в темноте фиолетовый туман да редкие зелёные огоньки где-то там, на какой-то далёкой поверхности, призрачно мелькающие между его рваных клочьев… Всё это напоминало бы бег ночных облаков над родной Землёй, если бы не находилось чёрт знает где, а именно — в созвездии Посейдона, куда их занесла нелёгкая. Увиденная картина поразила Нэйтана настолько, что он даже перестал орать и дёргаться, застыв в престранной позе с запрокинутой головой и крепко прижимая к себе меч Локи — не улетел бы куда-нибудь… — Нэйтан, перевернись, наконец! Нас при прыжке раскидало, но ты ведь можешь летать, забыл? — раздался совсем рядом голос Бога Гитары, перед глазами вокалиста блеснули светлые доспехи, а затем его немилосердно дёрнули за руку. Наконец, всё встало на свои места — Сквизгаар, Нэйтан и воинство Асгарда медленно и величественно парили в сумрачном космическом пространстве, высоко над какой-то планетой, поверхность которой и показалась Нэйтану сначала такой невообразимой мешаниной тумана и огней… — Сквиз… Где это мы? — выдохнул Эксплоужен, тряхнув головой в надежде, что странное видение исчезнет, и в очередной раз всё окажется обычным сном… Но нет — Сквизгаар в своём сияющем божественном обличии был по-прежнему реален, как и воины Вальхаллы, восседающие чуть в отдалении на своих, как оказалось, непостижимым образом летающих конях. — Очевидно, там, где находится сейчас Селация, а ныне — Апсу, — сурово поджав губы, ответил Сквигельф. — В любом случае, обратного хода нет. Нужно идти вперёд. — Постой, погоди-ка, Сквиз! Как это — обратного хода нет? — Нэйтан заметно занервничал, оглядываясь на то место, где был портал, и не находя его более. — Ты хочешь сказать, что мы тут навечно застряли и теперь домой не вернёмся? Я, конечно, пойду с тобой куда угодно, хоть к дьяволу в пасть, но… Я не хочу навсегда остаться в этой галактической заднице! Я на Земле хочу жить! — Я тоже очень хочу этого, Нэйтан… — Сквизгаар задумчиво потёр подбородок, вглядываясь в проплывающие у них под ногами фиолетовые «облака». — Но и там жизни не будет, пока нам угрожают чёрные дыры. Я не знаю, где мы сейчас находимся, это очень далеко от Земли, и моей силы хватит лишь на то, чтобы вернуть нас обратно в ту же точку пространства-времени, откуда мы ушли — в наши тела. С ними связь есть всегда, она не прекращается, пока я могу мыслить. Но при этом мы перестанем быть богами — вся моя энергия уйдёт на это, и я не смогу больше выйти на такой уровень и биться с врагом, даже если снова умру как человек — алтарь четырёх стихий, похоже, отдал мне всю свою силу… — Верно говоришь, — пробормотал Эксплоужен. — После того, как ты того… улетел, кристаллы раскрошились нахрен, не собрать… Если сейчас сдрейфить — выходит, твоя смерть была напрасной… Так что — в бой, ребята! — Нэйтан возвысил голос, его глаза воинственно блеснули, оглядывая всадников. — За Землю!!!  — … И за Асгард!!! — подхватил Сквизгаар, хватая за гриф свою гитару и воздевая её в воздух, словно оружие.  — УУУУУУУОООООООААААА!!! — ответили неразборчивым боевым кличем викинги, потрясая мечами и топорами и выражая безоговорочную готовность к бою. И, ведомые своими командирами, направили коней вниз, к загадочной тёмной планете. — Всем держаться вместе, пока мы не снизимся! Далее — действовать по ситуации! — обернувшись на них через плечо и снова крепко сжимая руку Нэйтана, прокричал Сквизгаар. — Берегите себя, не теряйте людей понапрасну! — это уже адресовалось непосредственно командирам.  — Не волнуйся, сынок! — пробасил за всех где-то сзади Скарватр. — Наши ребята знают толк в сражениях!.. Тем временем, вражеская планета стремительно приближалась. И она, несомненно, была обитаема. Пройдя сквозь слой туманных, клубящихся облаков, можно было разглядеть на её поверхности не только ядовито-зелёные огни, но и тёмные очертания неких строений, при более близком рассмотрении напоминающих египетские пирамиды, величественные храмы с колоннами и разные геометрические фигуры… Несомненно, при свете дня всё это оказалось бы удивительно прекрасным, поражающим воображение пейзажем, но сейчас над этой частью планеты стояла глубокая ночь (да и сменялась ли она днём когда-либо?). Посланники Земли и Асгарда осторожно пролетали над «пирамидами» и «храмами», по периметру и на вершинах которых сияли зелёные, словно неоновые огоньки, гадая, где же находится логово повелителя чёрных дыр, и поминутно ожидая нападения.  — Вон он! — вдруг одновременно закричали летящие впереди Нэйтан и Сквизгаар, указывая руками на огромную, угольно-чёрную ступенчатую пирамиду, что высилась на горизонте, подёрнутая туманной дымкой. По размеру она явно превышала все увиденные в этом «городе» здания в десятки и даже сотни раз, вершина её терялась в облаках, и только жутковатое зеленоватое свечение делало её видимой на таком расстоянии. Несомненно, это было убежище Апсу. Увеличив скорость, они долетели бы до него за считанные секунды… Но ни Сквизгаар, ни Нэйтан не успели отдать команду — опасность пришла неожиданно. В воздухе замелькали, зашипели ослепительно-яркие лучи наподобие лазерных, и на них набросилась стая каких-то тварей, напоминающих формой летучих мышей. — Сквиз, берегись! — рыкнул Нэйтан, видя, как «мыши» атакуют асгардцев со всех сторон. — Эти сволочи повсюду! Уходи, быстро! Я задержу их! — Эксплоужен с воинственным видом выхватил меч Локи и приготовился защищаться, развернувшись лицом к врагам. — Нэйтан, нет! Нам нельзя разделяться сейчас! — истерично выкрикнул Сквизгаар, но рука его поймала воздух — Нэйтан уже ввязался в битву, размахивая мечом направо и налево и весьма метко перерубая попавших под него «мышей» напополам. Всадники же отбивались с переменным успехом, отражая «лазеры» блестящими щитами и, ловко лавируя в воздухе, отвлекали неприятелей на себя. Но всё же несли серьёзные потери — поражённые странными лучами, несколько викингов просто растаяли в воздухе вместе со своими скакунами… — Нэйтан, вернись!!! — тщетно взывал Сквизгаар, с удивлением осознавая, что его лично никто не атакует — загадочные серые крылатые монстры, напавшие на его войско, совершенно игнорировали Бога Гитары. И, что было ещё более странным, шарахались от разошедшегося не на шутку Нэйтана, который, рыча себе под нос какие-то ругательства, направлял свой раскалённый докрасна меч на врагов, выпускал из него длинные огненные языки и удовлетворённо наблюдал, как твари рассыпаются зелёными искрами, погибая. — Эге, Сквиз, да они меня боятся! — радостно ухмыльнулся Нэйтан, пролетая мимо напарника с горящим мечом в руке. — Сейчас всех уделаю нахрен!.. Но, казалось, «летучим мышам» не будет конца — стоило поразить одних, как тотчас же появлялись новые. Казалось, что они вылетают откуда-то из-под земли или даже из самого воздуха… Войско асгардцев стремительно редело. Окружённые, ошеломлённые, ослеплённые убийственными лучами, воины начинали промахиваться, пропускать удары, отступать… — Нэйтан, я помогу вам! Меня они тоже не трогают! — Сквизгаар решительно сдёрнул с плеча гитару, не желая больше видеть, как проигрывают его собратья. Но ему не дали сыграть и аккорда — меткий зелёный «лазер» ударил в корпус «Гибсона-Эксплорера», выбив его из рук бога, и тот, кувыркаясь в воздухе, отлетел далеко в сторону. Одним щелчком пальцев Сквизгаар вернул свой инструмент обратно — божественная гитара ничуть не пострадала, но тут сразу несколько «летучих мышей» заметались вокруг гитариста, задевая его крыльями и мешая играть, но при этом не стреляя на поражение. — Да что же вам надо, дряни такие?! — Сквигельф безуспешно отмахивался от надоедливых созданий (или — приборов?) руками в металлических перчатках.  — Они не хотят, чтобы ты играл! — проорал Нэйтан, подлетая к напарнику и смахивая с его доспехов кончиком меча окруживших его тварей. — Еще бы, если я сейчас заиграю «Skyhunter» или «Сomet song», то их в клочья разнесёт! Только не дают, чёрт возьми! — откликнулся Сквизгаар, которого «летучие мыши», получившие подкрепление, уже пытались замотать в его собственный белый плащ. Кто-то явно хотел обезвредить Бога Гитары, не вредя при этом ему самому… — Не знаю, как тебе, а мне это всё, блять, надоело!!! Зуб даю — у этих отродий уши есть, а мне здесь никакой инструмент не нужен! — Нэйтан оставил бесполезные попытки смахнуть супостатов, окруживших Сквизгаара, и взвился высоко в воздух, взирая на битву сверху. — Эй, господа викинги, заткните-ка уши, иначе сейчас оглохнете все! И, как бы ни были воины заняты сражением — Нэйтана услышали все. Ибо последнее предложение он прямо-таки прогремел — так, как никакому смертному не под силу. Перевернув меч рукояткой к себе и рыча в неё, словно в микрофон, Эксплоужен начал по нарастающей: — АААААААРРРРРРРРРРРРРГГГГГГГХХХ!!! В этот раз вышло намного громче, чем во дворце Одина — было ли виной тому открытое пространство, ярость Нэйтана или меч Локи, но с первого же нечеловеческого гроулинга «летучие мыши» дождём посыпались на землю, и ни одна из них больше не поднялась. Они лежали, словно опавшие осенние листья, прибитые жестоким ливнем, и уже не казались живыми (и даже мёртвыми) существами. Да, это были роботы — Нэйтан понял это, из любопытства подняв одну из неподвижных тварей за крыло. Но сделаны они были из гибкого, кожистого металла, неизвестного на Земле. В любом случае, первую битву в созвездии Посейдона можно было считать выигранной, если бы не значительные потери войска… И кто знает, что ещё ждёт их дальше… Сквизгаар, ошеломлённо зависнув над каким-то высоким зданием и цепляясь за его шпиль, медленно приходил в себя — уши заткнуть он так и не успел, так как руки не были свободны. — Сквиз, ты как? — Нэйтан обеспокоенно подлетел к нему.  — Всё хорошо, — тряхнул волосами гитарист. — Твоя сила особого вреда мне не наносит… И всё же, Нэйтан, вот это голос у тебя!.. — А то, — ухмыльнулся в ответ Эксплоужен. — На Земле, пожалуй, так не споёшь даже в самый охрененный микрофон… Да и не поколбасишься так. Мне это место, определённо, начинает нравиться! — А вот мне оно нравится всё меньше… — Сквизгаар, наконец, привёл свой плащ в порядок, снова отодвинул гитару за спину и обратился к викингам, едва успевшим снова построиться в отряды: — Скарватр! Каковы наши потери? — Двадцати трёх человек не хватает, — отрапортовал старый вояка. — Сколько?! — ахнул Сквигельф. — А ведь мы только прибыли…  — Не волнуйся, командир, нас покинули самые недостойные, — презрительно фыркнул в пышную бороду Скарватр. — Псы подзаборные, хиляки дворцовые, у-у-у! — он погрозил кулаком куда-то в небо. — Надо было лучше уворачиваться, вот поиграться и не успели… — Эй, старик, я что-то не понял твоего юмора, — Нэйтан, подлетев поближе, грозно нахмурился. — Ты что же это — рад, что ваши люди погибли, что ли?! — Погибли?! Ха-ха-ха! — покатился со смеха старый воин. — Ох, держите меня семеро, не то брюхо лопнет, хо-хо-хо! — Да объясни ты толком, что за чертовщина тут происходит! — Нэйтан схватил его за грудки.  — Чужеземец, ты, наверное, забыл, что мы — бессмертны? — снисходительно усмехнулся Скарватр, без всякого страха глядя ему в лицо. — Никто не «погиб», как ты говоришь. Они просто вернулись обратно в Вальхаллу, дальше штаны на пиру протирать! Но в одном ты прав — это, как ни крути, всё-таки наши потери… — Чёрт… — пробормотал вокалист, отпуская его. — И впрямь, нам надо быть осторожнее… Одного понять не могу — почему меня и Сквиза не атаковали? — Об этом вам лучше спросить у меня, Нэйтан Эксплоужен! — вдруг раздался прямо с небес чей-то злобный голос, и прямо в воздухе возникло огромное, не имеющее чётких границ лицо с огненно-рыжей бородой, рыжими же длинными волосами и тяжёлым, немигающим взглядом. Образ слегка подёргивался, словно по нему шли невидимые волны, и казалось, что волосы на его бороде шевелятся сами собой, словно щупальца неведомого чудовища. — Ты кто такой?! — Нэйтан незамедлительно выхватил меч, Сквизгаар молча привёл в боевую готовность гитару, а викинги ощетинились разного рода оружием. — Вам не стоит меня атаковать, людишки… — презрительно прошипел огненногривый злодей. — Или как вас теперь следует называть — боги? — это слово он практически выплюнул. — Однако, бояться меня вам тоже не стоит… Я ведь вас знаю с младых ногтей, так сказать, и даже ещё дольше, гора-аздо дольше… Только вы меня не знали доселе, а может, просто не помнили… Я — Ватер Орлааг, Первый Советник господина Селации, а ныне — Апсу, Повелителя Бездны! — Ага, вот к нему-то нам и надо! — радостно выкрикнул Нэйтан, потирая руки. — Мы покажем твоему мудаку-хозяину, как грёбаные чёрные дыры на Землю насылать! Да, Сквиз? — Погоди, Нэйтан, — остановил его Бог Гитары. — Что-то тут не так… Ватер Орлааг, если ты не собираешься нас атаковать, тогда что тебе нужно?  — Моя миссия здесь и сейчас — проводить вас к Повелителю, коли уж вы сами явились в Атлантикон… — образ Орлаага нехорошо оскалился, являя устрашающих размеров клыки. — Но только — вас двоих, светлого и тёмного… — он указал своими немигающими змеиными глазами на Нэйтана и Сквизгаара. — Остальных здесь быть не должно! — Ты посмотри, блять, какой хитрый, — нецензурно изумился Эксплоужен. — Может, нам сразу сдаться и копыта этому вашему козлу поцеловать? На-ка, выкуси! — «бог войны и смерти» с нескрываемым удовольствием продемонстрировал «голограмме» средний палец и, воинственно взмахнув рукой, заорал: — Чего ещё его там слушать, ребята! Вперёд, мочи его! — Отставить!!! — едва ли не громче Нэйтана закричал Сквизгаар, оборачиваясь к готовому идти в бой воинству и отчаянно жестикулируя гитарой. — Дайте ему договорить! Это может быть ценная информация! Образ Орлаага, прищурив глаза, лишь усмехнулся — даже как-то по-доброму на этот раз.  — Узнаю тебя, Сквизгаар… Ты всегда был умён и осторожен… — Так ты тоже из Этих… — выдохнул гитарист, глядя в немигающие глаза Первого Советника.  — Которые следят за нами уже не пойми сколько тысяч лет? — докончил его мысль Эксплоужен. — И пытаются нас замочить, как сказал тогда Селация — чтоб у него рога отвалились! — с какой-то «благородной целью»?! — И тебя узнаю, Нэйтан, — губы Орлаага растянулись в такой довольной улыбке, как будто он только что проглотил очень вкусную конфету. — Перед лицом опасности ты становишься совсем не таким тупицей, как кажешься… Ты настоящий лидер… — Ты мне зубы-то не заговаривай! — нахмурился Эксплоужен, ещё крепче сжимая рукоятку меча. — Кем бы вы ни были — ты и твой хозяин, мы не позволим уничтожить Землю и другие миры! Если не пропустишь нас всех — с боем возьмём чёртов дворец! Да, ребята? — вокалист обернулся к всадникам, немедленно поддержавшим его дружным рёвом и потрясанием оружия. — С боем возьмёте? — усмехнулся в бороду Ватер Орлааг, снисходительно глядя на землянина. — Если только доберётесь до дворца Повелителя… В чём я лично сомневаюсь, ибо вы проиграли уже здесь и сейчас. — Проиграли?! — Нэйтан топнул бы возмущённо ногой, если бы не находился в данный момент в воздухе. — Да твои леталки паршивые попадали от одного моего голоса! Если надо будет — я и громче могу, а уж если Сквиз заиграет… — Ты здесь совершенно ни при чём, Нэйтан, — Орлаагу явно доставило удовольствие лицезреть, как при этих словах изменилось лицо фронтмена. — Это я приказал им прекратить атаку… Иначе всё это затянулось бы надолго. Повелитель желает видеть вас двоих как можно скорее… Если не веришь — смотри! — тут «голограмма» воздела руку, и крылатые роботы шевельнулись, ожили и синхронно, дружной стаей поднялись в воздух, наведя прицелы на незваных гостей — угрожающе блеснули зеленые «лазерные» глаза, раздалось угрожающее гудение, как при накаливании лампы… Увидев это, асгардцы перегруппировались, защищая тылы друг друга, готовые к немедленной обороне. — Но я всё же надеюсь, — продолжал насмешливо Орлааг, — что с такими благоразумными господами, как новоявленные боги, можно договориться мирным путём, причём гораздо быстрее… Сию же минуту отошлите своих людей туда, откуда они пришли, в противном же случае все они будут уничтожены в этом месте и времени! — Командиры, мы вас не бросим! — десятник Энгрир бросил коня вперед, очутившись рядом с Нэйтаном и Сквизгааром, что зависли прямо перед гигантским лицом Орлаага. — Мы с вами до конца! — секундой позже к нему присоединился могучий Хеллмар, воинственно потрясая секирой. — Викинги не сдаются и не покидают живыми поле боя! — поддержал их Скарватр. — Этих тварей много, но и силы у нас ещё не иссякли! Мы будем биться-а-а! — Наши люди говорят сами за себя, — надменно вздёрнув подбородок и глядя врагу прямо в глаза, произнёс Бог Гитары. — Боюсь, что мирное отступление не входит в наши планы. Мы с Нэйтаном не для того пришли сюда, чтобы стать заложниками неизвестности. — Неизвестности? — перепросил Орлааг; его рыжие брови удивлённо взлетели. — Стало быть, вам неизвестно, где вы находитесь, и что вас тут может ожидать? И даже то, как отсюда уйти? — не сдерживаясь более, он хрипло расхохотался. — Вот это подготовка! Да вы, оказывается, наивны как младенцы! Ничему не научились за тысячи лет… — Эй ты, потише на поворотах! — угрожающе зарычал было Нэйтан, но Сквизгаар украдкой дёрнул его за руку, уверенный, что сейчас будет озвучено нечто важное. Что и не замедлило последовать со стороны Орлаага: — Планета Нереида? Столица Атлантикон? Трудно поверить, что эти названия ни о чём вам не говорят… — Почему же, говорят… — глубокомысленно протянул Нэйтан, поглядывая на тёмные очертания «античных» храмов внизу. — Атлантикон… Чёртов Селация мне тоже тогда что-то про Атлантиду плёл и даже показывал какую-то хрень… Апокалипсис, всё рухнуло, и мы типа были виноваты…* — Нэйтан, когда это было? — Сквигельф требовательно взглянул на вокалиста. — На Мальдивах, когда меня?.. — Верно, Сквиз, — не дал ему договорить Эксплоужен. — Ты тогда без сознания был, ничего не слышал… А вот я всё хорошо запомнил. Атлантида пала… ушла под воду. У них там были войны, всякие бедствия стихийные… И мы — Всадники Апокалипсиса — ускорили её гибель… Так и с предыдущими цивилизациями было. — Ты начинаешь мыслить в правильном направлении, — Ватер Орлааг уже скалился во весь рот. — Странно, что раньше не додумался… — Так ты тоже там был тогда?! — обвинительно указывая на Орлаага пальцем, взревел Нэйтан — так, что у всех снова позакладывало уши. — Тоже был в грёбаном подземелье и видел, что Селация показывал?! Или нет… Вы оба… Мудаки атлантические, вот вы кто!.. Орлааг, скрестив руки на груди, лишь согласно кивнул, хотя это было больше похоже на церемонный поклон — даже не обидевшись на «мудаков». — Сквиз, я понял всё! — Нэйтан развернулся к Богу Гитары, сжимая кулаки. — Понял, почему они Землю хотят уничтожить вместе с нами… за что мстит нам Апсу! — Я тоже понял теперь, Нэйтан, — Сквизгаар был шокирован открывшейся правдой, но не настолько, чтобы потерять контроль над собой. — Посейдон, Нереида, Атлантикон… — гитарист начал загибать пальцы. — Селация, Апсу… Всё говорит о воде… о морской пучине! Слушай, Орлааг, но ты ведь носишь имя Севера… — Да, мой проницательный бог, — ещё раз спародировал поклон злодей. — Я не был рождён в Атлантиде и имею несчастье быть вашим с Вортузом земляком, но прожил большую часть своей жизни на острове… на нашем цветущем острове! Там я был воспитан в лучших традициях, получил бесценные знания, умения и способности… И я бы многое отдал за то, чтобы раздавить вас, пятерых, своими собственными руками! За то, что вы сделали с нашей прекрасной страной, с нашей высочайшей цивилизацией!.. О, каким могущественным магом я был тогда… как я жил! Люди поклонялись мне, как богу! А теперь… — Орлааг внезапно осёкся, его образ словно пошел морщинами, призрачная рука смахнула слезу. — Теперь я с огромным наслаждением доставлю вас к Повелителю, который, наконец, поставит точку в истории наших страданий и мытарств! Вы сами увидите, как погибнет Земля вместе с оставшимися на ней Всадниками — у господина уже приготовлена для неё новая, ещё более крупная и мощная чёрная дыра… Даже если вы каким-то чудом вырветесь отсюда, не в ваших силах её уничтожить — это подвластно только телу и разуму Повелителя… — Именно поэтому ты нам всё это сейчас рассказал? — голос Сквизгаара звучал насмешливо, но Нэйтан заметил, как побелели и задрожали его пальцы, вцепившиеся в гриф гитары. — Почему бы и нет, — развёл руками Орлааг. — Приятно, когда жертвы полностью осознают свою незавидную участь… Вы всё равно обречены, мне же хочется с кем-нибудь пообщаться — с тех пор, как Повелитель принял Перерождение, я не покидаю дворца… — Ещё бы, — нервно хохотнул Нэйтан. — С таким рогатым страшилищем не забалуешь… — На твоём месте я бы попридержал язык, — одёрнул его Орлааг. — Повелитель Апсу — всевидящ и всезнающ, он — везде, он всё слышит и видит даже из своего дворца. Он — стихия, он — пучина, он — весь этот мир, который мы построили взамен утерянного… Он — Бог! Даже я, которому поклонялись тысячи людей, не могу этого не признать. Господин стал всемогущим богом, принеся жертву тёмным силам Хаоса Вселенной, отдав им своё тело и большую часть души. Он уже, к сожалению, не тот, кого я знал раньше, кого так почитал, за кем следовал… совсем уже не тот… — в голосе Орлаага снова зазвучала непрошеная слеза. — И виной всему этому — вы, проклятые!!! — Никакой твой Апсу не бог, демон он самый настоящий! Да ещё и с катушек слетевший! — снова не сдержался Нэйтан, многозначительно вертя пальцем у виска. — Ну подумай ты сам, кому станет лучше, если Земля исчезнет? Вашу Атлантиду всё равно никто не вернёт… Столько времени уже прошло… Не знаю, что вы там себе напридумывали, но виноваты в её гибели не мы! — Кто же тогда?! — гневно воскликнул образ Орлаага. — Я сам видел, как вы, пятеро, явились в Последний День плясать на наших костях! Тот, кого вы называете Пиклз — его конь барабанил копытами по земле так, что она ходила ходуном и трескалась, а потом, с двумя адскими горящими факелами в руках, поджигал дома, и ненасытный огонь пожарищ пожирал нас живьём… Тот, чьё имя Уильям Мёрдерфейс — сидя на своём коне, радовался оползням и селям, сносящим наши города, радовался как ребенок, махал руками, направляя потоки на ни в чём не повинных людей… Потоки липкой грязи, отвратительные, словно мокрота, извергнутая изо рта смертельно больного… Тот, что зовётся Токи Вортуз — ураганным ветром сносил всё и вся, летая на своей крылатой лошади, сея повсюду разрушение и смерть, разрывая, расплющивая людей… Ты, Нэйтан Эксплоужен, был последним, кто добил Атлантиду — стихия воды, которой ты управлял, захлестнула наш остров, мы проиграли бой, отправились на дно, к морским гадам… А ты, Сквизгаар Сквигельф — ныне «бог красоты и жизни» — стоял выше всего этого, хладнокровно наблюдая, фиксируя и запоминая нашу гибель и ваш триумф… Мы сгорели, были погребены под завалами, развеяны и, наконец, утоплены четырьмя стихиями, которые — ваших рук дело! И имена свои вы давно знаете — Голод, Болезнь, Смерть, Война и, наконец, венец этому — Завоеватель!.. Ватер Орлааг замолчал, тяжело переводя дыхание — это было видно даже на «голограмме»; страшные воспоминания явно дались ему с трудом. Молчали Нэйтан и Сквизгаар, поражённые ужасными картинами из прошлой жизни, которые вдруг ворвались в сознание, молчали и притихшие воины. — Лишь немногие уцелели, — отдышавшись, продолжил наконец Ватер Орлааг. — Самые сильные телом и духом — маги, целители, воины, жрецы… Они рассеялись по Земле, растворились в других народах, забыли свои великие знания и свою родину… Жалкие предатели, они тоже достойны истребления! Не забыли ничего только мы — Повелитель Апсу и я. И теперь пришло время возмездия!.. — лицо Орлаага опять исказилось, словно он был готов разрыдаться, но вместо этого разразился страшным, плачущим смехом. — Боль… Я вижу, как тебе больно… — вдруг произнёс Сквизгаар, протягивая руку к образу злодея и пристально глядя на него. — Тебя же просто на куски разрывает! Странно, как ты жив до сих пор… В ту же секунду наступила мёртвая тишина — Орлааг осёкся, захлебнулся, его огромные, сверкающие в воздухе глаза расширились донельзя. — Кто тебе сказал?! — он хотел прокричать это во весь голос, но получилось какое-то вымученное змеиное шипение. — И ты надеешься, что месть излечит эту боль, что ты вздохнёшь спокойно… — утвердительно продолжал Сквизгаар, не отвечая на его вопрос. — Сквиз, ты что городишь?.. — обеспокоился Нэйтан, но, заглянув в лицо Бога Гитары, понял, что лучше замолчать — зрачки в глазах Сквизгаара вдруг исчезли, в них разгорался голубой огонь. Тем временем Сквигельф отпустил его руку и подлетел ещё ближе к Орлаагу. — Знаешь, что бывает с собакой, которую укусила бешеная лиса? — спокойно и холодно вопросил в небо гитарист. «Что это ещё за загадки такие?!» — чуть не завопил было Орлааг, но, словно поражённый своей внутренней болью, снова «пошел помехами» и выдавил только «Что?..»  — Она начинает бросаться на всех без разбору, а потом сдыхает в страшных муках, хотя это совсем не её вина, — так же холодно и чётко ответил Сквизгаар. — Твой народ погиб, и это нанесло тебе незаживающую рану, которая мучает тебя по сей день. Станешь ли ты счастлив, если вы с Апсу уничтожите сотни других народов вместе с Землёй? — Да, я, чёрт возьми, буду счастлив!!! — заревел Орлааг, вновь обретая голос. — Потому что прежде всего уничтожу вас, Всадники Апокалипсиса, отомщу вам в первую очередь! Если при этом неизбежна потеря Земли — так тому и быть!.. Никого не волнует то, что будет с людишками…  — Это слова твоего хозяина, и ты прекрасно это знаешь, — Сквизгаар пытливо смотрел на призрачное лицо Орлаага, по которому пробегали конвульсии неконтролируемой ярости. — Вспомни, как не хотели погибать твои сородичи-атланты… Как они кричали, молили богов, плакали и проклинали своих покровителей, как каждый боролся за свою жизнь, бежал, полз по трупам своих ближних, только бы выжить… В то время как ваши несовершенные технологии и магия, вырвавшись из-под контроля разума, ваши раздоры между лидерами, ваши войны и междоусобицы обрекли Атлантиду на смерть — мы же только ускорили её. Я теперь тоже всё вспомнил, недаром ты сказал — я тогда смотрел сверху… — Ты ещё смеешь издеваться надо мной, Завоеватель!.. — истерично выкрикнул Орлааг, закрываясь рукой от проницательного взгляда Сквизгаара. — Это не так, — отвечал Сквигельф. — Мне очень жаль тебя… Пытаясь уничтожить то, что погубило твой народ, ты сам же и порождаешь это, только в ещё больших масштабах… Мы призваны добивать обреченные цивилизации, чтобы на их месте возникли новые, ты же хочешь стать концом самого начала…  — Прекрати мне зубы заговаривать! — Орлааг пытался оглушить своим криком Сквизгаара, но уже сам был оглушён спокойными словами бога. — Твои люди хотели жить… ТАМ сейчас тоже люди — они живут, верят, чувствуют, мечтают, любят… — Что ты знаешь-то о любви, самонадеянный мальчишка! Разве тебе дано её познать!!! — «голограмма» свернулась в одну точку, обретая человеческие очертания и размеры и превращаясь в реального Орлаага. Забыв в своей ярости о приказе не трогать гостей, приспешник Апсу атаковал, выпуская из ладоней ярко-зелёные магические «стрелы». Они неслись прямо на Сквизгаара, но Бог Гитары не двинулся с места. — Сквизгаар, нет!!! — в ужасе заорал Нэйтан, бросаясь к нему, но было поздно — воздух сотряс мощный взрыв, глаза ослепила яркая вспышка столкновения… Летающие кони викингов в панике бросились в разные стороны, и воины, с усилием разворачивая их в пространстве, во все глаза смотрели на то место, где секунду назад находился их светлый командир.  — Сквиз… — челюсть Нэйтана дрожала и прыгала, его крепко сжатые веки не хотели открываться, глаза не хотели увидеть непоправимое… Но всё же усилием воли вокалист заставил себя взглянуть — и сердце его трепыхнулось от радости. Сквизгаар был жив. В изодранном плаще, в потускневших, пробитых местами доспехах, с растрёпанными волосами, бог красоты и жизни по-прежнему висел в воздухе напротив Орлаага, который, шепча какие-то заклинания и медленно воздевая руки, готовился нанести следующий удар.  — Ах ты ж, сучий потрох!!! — не своим голосом взревел Нэйтан, обхватив обеими руками меч Локи, поднимая его над головой и чувствуя, как тот разгорается адским пламенем. — Да я тебя за Сквиза!.. Ребята, в атаку! — обернушись, воззвал он к воинам и рванулся вперёд, но Сквигельф вдруг развернулся лицом к своим союзникам, широко раскрыв руки и загораживая собой Орлаага. — Назад! Не приближайтесь! — прокричал он, задыхаясь. — Не трогайте его! Нэйтан и воины застыли как вкопанные. — Сквиз, да что же ты делаешь?!.. — Эксплоужен так и впился взглядом в лицо напарника, опасаясь увидеть его зазомбированным вражескими «стрелами» и обращенным против своих же, но глаза Сквизгаара оставались абсолютно ясными, только губы мелко подрагивали. — Разве вы не видите… — глухо выговорил Сквигельф, дрожа, словно от озноба, срываясь в воздухе и снова с усилием выравниваясь над землёй. Договорить ему не дали — Орлааг, наконец-то снова материализовав в своих руках магические «стрелы», нанёс второй удар в не защищённую спину бога, и все увидели, как Сквизгаар выгнулся дугой, снова поражённый яркой вспышкой. «Стрелы», шипя и испаряясь, плавили его латы, словно кислотой, но он даже не пытался защищаться… Не в силах видеть эту абсурдную расправу, игнорируя непонятное поведение друга, Нэйтан ураганом полетел на врага, огибая Сквизгаара сбоку и готовясь снести мечом Орлаагу его ненавистную рыжую башку, но тут рука Сквигельфа схватила его запястье железной хваткой. Меч Локи, выпав из разжавшихся пальцев, чуть не улетел вниз, и Эксплоужен едва успел подхватить его. — Разве вы не видите, — раздельно повторил Сквизгаар прямо в лицо Нэйтану, и голос его креп с каждой секундой — что он — человек!.. Странно и величественно прозвучали эти слова в притихшем небе, и разнеслись эхом далеко вокруг, словно обогнув планету за один миг и вернувшись в исходную точку, а затем наступила абсолютная тишина. Застыв в предельном напряжении, все ждали. Но никаких магических ударов в спину больше не последовало. Обернувшись к врагу, Нэйтан и Сквизгаар увидели, что он плачет. Ватер Орлааг рыдал — беззвучно и страшно, низко склонив голову и до боли сжав в кулаках очередную порцию шипящих «стрел». Слёзы блестящими каплями катились по его морщинистым скулам и сейчас же утопали в пышной бороде.  — Почему? Почему же ты не атакуешь?.. — растерянно бормотал себе под нос маг, не поднимая глаз на Сквизгаара. Вместо ответа Сквигельф взялся за ремень гитары, висевшей у него на плече, и, придвинув инструмент к себе, провел по струнам. Верный «Гибсон-Эксплорер» отозвался радостным, мажорным аккордом, вторым, третьим… И полилась музыка, которую не слышал доселе ни Нэйтан, ни кто-нибо на Земле, затмевая, завораживая, стирая грани реальности… … Закат разгорался во всём своём величии над крышами домов большого города, окрашивая белые и серые стены в пурпурные тона, вплетая красные лучи в сети древесных крон, превращая в сверкающие драгоценности черепицу на крышах старинных башен, подсвечивая розовым мелкие перистые облака на небе. По улицам ехали автомобили, изредка мелькали велосипедисты, прохожие спешили по своим делам. Проехал винтажный, допотопного вида трамвайчик с открытой площадкой, откуда высовывались любопытные головы и фотокамеры туристов, старавшихся запечатлеть древний монумент, стоящий посреди сквера — полуразрушенную колонну с какой-то странной статуей наверху… В парках слышался веселый гомон детей, смех взрослых и заливистый щебет птиц. В воздухе витал запах весны — аромат цветов и свежей земли на клумбах и газонах… На главной улице города, как всегда, царило оживление. В праздники или в будни — улица всегда была полна народа. Люди приходили взглянуть на «аллею искусства» — центральный её отрезок, где выступали музыканты, продавали сувениры и украшения ручной работы, рисовали портреты на заказ… И неизменно останавливались в самом её конце, где, среди немногочисленных картин в простых рамках, на раскладном стуле перед мольбертом трудился пожилой художник. Кошачьи, с доброй хитринкой глаза мастера задумчиво обвели взглядом людей на улице, затем прищурились, и рука с зажатой в ней кисточкой нанесла последний штрих на стоявшее перед ним полотно. — Какие цвета… А техника… Если бы он не писал прямо вот здесь и сейчас, я бы подумал — это монтаж какой-то! — восхищённо переговаривались люди, рассматривая прекрасные, словно неземные пейзажи. На картинах представали величественные постройки с колоннами и пирамиды, высились горы, разворачивались окружённые морской гладью острова, словно вырезанные из другой реальности и вставленные в эти незатейливые рамки. — Снимаю шляпу перед вами, мистер! — сказал заслуженный художник, также пришедший посмотреть на необычного коллегу. — Потрясающая работа… Живописец лишь молча кивнул, но глаза его сияли, и только что завершённая работа отражалась в них, дышала жизнью… …Столичный музей, тяжёлые бронзовые люстры, богато украшенные рамы картин с медными табличками, на которых указаны имена создателей… Чинно прохаживающиеся строгие смотрители и ценители искусства из разных стран с аудиогидами у уха, присмиревшие дети на школьных экскурсиях и прочая публика… В небольшом зале — толпа народу, на стенах — всё те же удивительные пейзажи в простых рамках, словно окна в другой мир, неведомый, притягательный, такой живой… — Вы видели когда-нибудь что-нибудь подобное?.. — Думал, меня уже ничем нельзя удивить, и вот — скажите на милость! — Воистину, он прожил жизнь не зря! — Согласен… Его работы — бессмертны! А художник, словно слыша эти слова с небольшой фотографии, висящей у входа на выставку, снова улыбался в густую рыжую бороду… В этом мире он обрёл Любовь и Бессмертие. В мире людей под названием Земля… …Исчезло, растаяло видение. Опустил медиатор Бог Гитары, доспехи которого за время игры чудесным образом восстановились и сейчас нестерпимо блестели. Взглянул в совершенно растерянные, затуманенные слезами глаза противника и только потом промолвил — громко и твёрдо:  — Я никогда не стану атаковать человека. Закрылся руками, замер, вцепившись в собственное лицо, Ватер Орлааг. Замертво попадали вниз окружавшие воинов Асгарда, более не контролируемые им летучие твари. Приспешник Апсу, сжавшись под своей тёмно-зелёной мантией, плакал и задыхался, с его стороны доносились лишь нечленораздельные всхлипывания и обрывки фраз: — Да, я… Я человек… Я хочу… Туда!.. — он поднял глаза на Сквизгаара. Тот молчал, испытующе глядя на него. — Я… я… — Орлааг никак не мог найти нужных слов, чтобы выразить разрывающие душу чувства, и, наконец, протягивая руки, взмолился: — Помогите мне!!! Сквигельф словно ждал этого жеста. Отодвинув «Гибсон» за спину, он подлетел к несчастному магу и крепко обнял его. — Помоги нам, — проговорил ему бог прямо в ухо. — Еще не поздно спасти Землю… Вместе мы сможем! И она — твоя. Это ведь лишь один путь, а сколько есть ещё… Орлааг, судорожно обхватив спину Сквизгаара под белым плащом, глотал слёзы и часто кивал, не в силах произнести больше ни слова. Ошарашенный Нэйтан, зависнув с всё ещё полыхающим в руке мечом во главе войска, только и протянул: — Ну и дела… Ребята, у меня глюки, или он… — Всё бывает в этой жизни, сынок, — Скарватр положил руку на плечо вокалиста. — Иногда самые заклятые враги становятся друзьями. Похоже, это как раз наш случай… Тем временем Сквизгаар разомкнул объятия, и Орлааг обрёл, наконец, дар речи.  — Я помогу вам, кто бы вы ни были — люди, Всадники Апокалипсиса, боги… Берите своих воинов и идите. До дворца Повелителя вы доберётесь без преград — я уберу все ловушки, что расставил на пути, и накрою вас невидимой завесой — никто из здешних тварей не увидит вас. Только после… — голос Орлаага снова дрогнул, — верните меня туда, на Землю… Я готов стать обычным смертным, прожить человеческую жизнь и умереть в мире землян! Здесь я не могу оставаться более — просто не выдержу… Обещаете? — Конечно, — серьёзно, без тени улыбки пообещал Сквизгаар. — После того, как мы расправимся с Апсу, и чёрные дыры исчезнут, можешь вернуться с нами… — Ты достаточно настрадался в этой жопе мира, — сочувственно пробубнил Нэйтан, засовывая меч в ножны. — Понимаю тебя, чувак… Ребята, какого хрена вы замерли, как неживые? — крикнул вокалист, обращаясь к викингам. — Вперёд! Орлааг, веди нас!.. …И они полетели, ведомые новым союзником — навстречу новой опасности, прямо в логово абсолютного, кромешного зла — к чёрной пирамиде дворца Апсу, что тёмной громадиной возвышалась вдалеке…