Почему нельзя
10 июня 2016 г., 17:44
— Запрещать полезное и необходимое — это вредно.
В том числе запрещать описания секса.
— А что полезного в художественных произведениях о сексе?
— Описания доброго здорового секса без девиаций необходимы для людей.
Так же, как необходима возможность рисовать пейзажи или писать стихи о природе.
Или музыку.
Тем более что секс — это не просто одно из явлений жизни.
Это то явление, которое даёт жизнь, становится началом жизни нового человека.
И вдобавок секс является самым тонким взаимодействием между людьми.
И самым высоким.
Связанным с выражением любви, тончайших эмоций, обменом тончайшими и высочайшими энергиями между людьми.
— Так уж и высочайшими?
— Ну, это уж кто как умеет.
Но потенциально — да, однозначно. Именно высочайшими.
Не зря многие считают секс разговором с Богом.
Не зря многие испытывают во время секса религиозные чувства и приходят в молитвенное состояние.
— Далеко не все.
— Абсолютный музыкальный слух тоже не у всех.
— Разговор с богом — это выкрики вроде «о боже!»?
— Нет.
— Но сам секс или его описания — вещи разные.
Ладно секс. Но как быть с его описаниями?
Многие считают, что описания секса — это пошлость.
Тем более подробные, графические.
— Это не значит, что описания пошлы сами по себе.
Это значит, что конкретные люди, которые находят описания здорового секса пошлыми только потому, что это описания секса, пока не научились воспринимать их не как пошлость.
Значит, надо учиться воспринимать их не как пошлость.
— А описания секса — в самом деле не пошлость?
— А секс? Секс — это пошлость?
— Смотря какой.
— Я спрашиваю не про девиантный секс, а про здоровый секс, не имеющий негативных последствий для здоровья.
Такой секс — это пошлость?
А если вдобавок это секс любящих супругов, желающих завести детей в результате секса? Или просто выражающих с его помощью свою заботу, любовь, потребность в общении друг с другом?
— Не пошлость.
— А если здоровый секс — это не пошлость, то и его описания не могут быть пошлостью.
— А вот это не факт.
— Объясните мне тогда, как описания здорового секса могут быть пошлостью или вообще чем-то вредным.
— Это нарушает.
— Что?
— Что-то нарушает.
— Вы лучше скажите — есть ли в таких описаниях что-то вредное.
— Ничего нет. Но надо подумать.
— Вот пока вы не придумаете, что есть вредного в описании секса — не о чем говорить.
— Что же теперь — вообще не должно быть никаких рамок при описаниях секса?
— А вы вспомните, что сказал Гирин у Ефремова:
если для кого-то нужно прикрывать репродуктивные органы у статуй, то эти кто-то пока не вполне человеки в этом отношении.
— Фу как нетолерантно.
— Ну, все претензии к Ефремову.
Он имел в виду, что надо просто учиться правильно воспринимать и секс, и его описания.
Все эти сомнения из-за того, что секс воспринимается до сих пор в качестве чего-то крайне низменного, отвратительного, грязного, греховного.
В то время как нужно учиться воспринимать его хотя бы как что-то нейтральное. Вроде дыхания.
Мол, есть и есть, одна из функций организма.
Но конечно ещё лучше — научиться воспринимать секс с благодарностью за то, что именно секс подарил вам жизнь. И всем людям, которых вы любите.
И дарит жизнь вашим детям и внукам.
Считать секс грязным — неблагодарно по отношению к природе, к родителям, к предкам, которые ценой огромных трудов и сил заботились о потомках, растили детей.
И особенно неблагодарно по отношению к матерям, их заботам о детях, годам бессонных ночей, переживаний.
Неблагодарно, учитывая, каким нагрузкам и рискам подвергается организм и психика женщин во время беременности и родов.
Какой большой работы требует от организма женщины кормление ребёнка.
Те, кто считает секс грязным — оскорбляют этим материнство.
Потому что по их логике каждое материнство — это результат грязи и порока, это результат того, что женщина «дала», позволила ввести в своё влагалище член мужчины. Даже если это её муж.
По этой же логике и дети — тоже плоды этого некрасивого действа.
Поэтому не верьте тем, кто говорит, что детей любит, а вот секс или его описания не любит.
Такие люди и детей тоже не любят на самом деле.
Даже если сами считают иначе.
Но в глубине души они брезгливо относятся к детям. —
Ведь каждый ребёнок когда-то находился в матке, а потом проходил через родовые пути при родах.
А ещё раньше сперматозоид, который оплодотворил яйцеклетку, проник в матку только благодаря тому, что в эти пути матери был введён член отца.
Хотя… самое интересное, что на ещё большей глубине души все люди знают, что секс (и его описания тоже) невинен и чист. И свят.
Но это на слишком уж больших глубинах.
Повторюсь, что сейчас речь о здоровом сексе.
О девиантном разговор отдельный.
— Вы опять про секс. А его описания — отдельная тема.
Запрещать-то склонны его описания, а не сам секс.
— Это всё из одной оперы.
Запрет на описания секса идёт от мнения о греховности секса.
А если вы считаете секс явлением нормальным, здоровым, безвредным, то какой смысл запрещать описания того, что вы считаете нормальным и здоровым, и безвредным?
Ну сами подумайте. Как могут быть вредными описания безвредного явления?
Более того. Поскольку описания секса не только безвредны, но и полезны, то вреден их запрет.
— Чем?
— Люди нуждаются в том, чтобы описывать то, что для них важно, существенно, жизненно. То, что вызывает в них сильные переживания, эмоции.
Понимаете? Люди просто так УСТРОЕНЫ. Люди склонны к рефлексии.
Им необходимо продумывать то, что с ними происходит и что их волнует.
Осмысливать, выражать в словах, в образах, в рисунках, в кино.
Также людям необходимо и знакомиться и с произведениями других людей.
Получается этакое совместное постижение.
Это касается всего, а не только секса. Но и секса в том числе.
Это потребность людей.
Поэтому нельзя их лишать возможности удовлетворять потребность в постижении секса через творчество, через произведения, связанные с описаниями секса, с воплощением сексуальных мотивов в образах.
Другими словами, нельзя запрещать проявление секса в культуре. Нельзя запрещать развитие секса через культуру и развитие культуры секса.
Это всё равно что запретить описания впечатлений от музыки или природы.
Представьте, что было бы, если бы запретили творчество о природе или музыке.
Люди не смогли бы делиться впечатлениями от природы или музыки.
И не смогли бы познакомиться с впечатлениями других людей.
Не смогли бы учиться на них тонкости восприятия красоты окружающего мира.
Представляете, какого количество произведений лишилась бы культура? Насколько она обеднела бы?
Но от ограничений на описания секса, сексуальной жизни людей культура тоже очень обеднена.
Ведь секс продолжает играть большую роль в жизни людей, влияет на их поступки, на их решения.
Но из-за ограничений на точные указания моментов, связанных с сексом, много недоговорённостей. Из-за этого многое выглядит искажённым. Получается большая ложь о жизни людей в прошлые эпохи.
А ещё представьте — сколько культура, человечество потеряли из-за того, что гении секса, способные к высшим духовным переживаниям при сексе, не оставили подробных описаний своей сексуальный жизни, своего опыта, своих ДУХОВНЫХ переживаний при сексе.
Ведь из-за этого и остальным людям труднее развивать свою способность к духовным переживаниям при сексе, свою способность получать от секса максимум эмоций, способность быть заботливыми при сексе, выражать и принимать выражения любви.
То, что люди долгое время почти полностью лишены возможности знакомиться с лучшими произведениями о сексе, которые могли бы быть созданы при отсутствии запретов на описания секса, является одной из причин того, что людям так трудно научиться получать духовное наслаждение при сексуальном общении.
И того, что так долго секс становится источником такого количества проблем в жизни людей.
Ведь люди почти не знакомы с художественными (да и прочими тоже) примерами гармоничного и доброго, заботливого общения при сексе.
Они могут получить представление только из своего опыта. А тут уж у кого как.
Вот и получается, что в сексе каждый заново с нуля вынужден изобретать велосипед. С нуля.
Без всякой опоры на опыт других людей.
И не каждый успевает изобрести и покататься.
Или опыт такой, что на него невозможно опереться.
Чтобы развиваться — человеку нужно опираться на опыт других людей.
На то, что они уже постигли до него.
Иначе каждому пришлось бы самому заново открывать и изобретать всё, чем пользуется человечество. От счёта до письма. Понятно, что это неудобно.
Но достижения человечества в разных сферах являются доступным достоянием каждого.
А вот достижения человечества в сфере секса — не являются.
Из-за запрета на описания секса.
Поэтому мы имеем возможность учиться тонкостям восприятия природы, звёздного неба, благородства, справедливости и так далее — благодаря тому, что люди описали эти восприятия.
А вот возможности учиться тонкостям восприятия секса не имеем.
Не пора ли это исправить?
