Я лесбиянка! Или ещё одна история.

В отключке я была не долго. - Кира, очнись, прошу! – сидела рядом испуганная Катя. Я открыла глаза и увидела, как в комнату заходят сотрудники полиции и забирают у Кэт нож, который она держала в руках, стоя над бездыханным телом Димы. - Я не думала, что МОЙ удар станет смертельным. Я просто хотела остановить его! – Очень искренне сказала она, полицейскому, проверяющему пульс Димы. - Нет! – поспешила я рассказать правду, вставая на ноги при поддержке Кати, поняв намерения Кэт. - Простите меня! Я просто сильно испугалась за Вас! Он как озверел, раскидывая нас и угрожая убить нас всех! – Настойчиво перебивала меня девушка. - Кэт, стоп! Я… - Любимая, подумай о детях, прошу! – Снова перебила она меня, умоляюще глядя в глаза. А в это время ей уже застегнули браслеты наручников на запястьях. Что же я наделала? - Мы поможем ей, – Шепнула Катя. – от туда ты ничего не сможешь сделать. Я с огромной виной и благодарностью проводила взглядом Кэт, которую уже уводили сотрудники. - Там девочка сильно плачет! – зашёл другой и сообщил нам. Мы с Катей кинулись к Кире. - Ты не виновата! – Уверенно сказала Катя, когда мы уже были дома. - Милая, я виновата! Прости меня! - За что? – успокаивающе возмутилась Катя, откинув волосы с моего лица. - За то, что убила отца твоего ребёнка. Когда я это произнесла, то пришло до конца осознание содеянного и от этого стало жутко. - Эй, ты чего? Даже не думай расклеиться! – нежно говорила Катя взяв моё лицо в свои ладони –Ты спасала свою семью. Как ещё ты могла поступить, ты же видела его состояние? - Но лишать жизни никто не имеет право! - Ты же не знала, что удар будет смертельным. - Но я могла и не хвататься за нож – корила я себя, прокручивая в голове возможные варианты. - И что бы ты, хрупкая беременная женщина, сделала с большим и сильным мужиком голыми руками? Если уж на то пошло, то нам стоило дождаться полицию, но что теперь об этом говорить. Знаешь, может это и не правильно, но если бы не эти стечения обстоятельств, то нам бы пришлось жить в страхе всю жизнь, зная нрав Димы. Слушая доводы любимой, мне было проще в них увериться, я потихоньку успокаивалась. - Это та девушка, с которой ты встречалась, когда я приехала? – спросила Катя уже когда мы укладывались спать. Я кивнула. Сил не было не физических не моральных. Хотелось просто отключиться хотя бы часов на восемь. Но моей женщине нужны ответы и я нахожу в себе силы, чувствуя что её что-то тревожит. - Она красивая. – Грустно говорит Катя. Что тут скажешь. Отрицать очевидное как-то глупо. Говорить что для меня это не важно, то же, ведь я же сделала свой выбор и притом без сомнений. Моё сердце принадлежит одной девушки и Катя знает об этом, поэтому я просто опять кивнула. - И очень тебя любит. – Снова утвердительно добавила любимая. Ещё один кивок. А Катя всё грустнее и грустнее. - Ты её тоже любишь. – И это был не вопрос. - Она мне очень дорога и возможно ты права. Я многих люблю: наших детей, тёть Галю, Лёшку, Кэт. Они все безумно дороги мне и каждый по своему, но ты… Понимаешь, я не могу сказать, например, что люблю тебя больше сына. Это другое. Ты моя вторая половинка! Ты та, которой я бы любовалась безотрывно всю жизнь, если бы была возможность. Ты та, без которой я бы полужила: полудышала, полу чувствовала, полулежала. Никогда не сомневайся в моей любви к тебе. Рядом с тобой я чувствую, что всё смогу. Катя растрогалась моей речью и крупные капли слёз уже катились из столь любимых мною глаз. - А теперь, когда я до конца прочувствовала, что значит быть с тобой, чувствовать твоё желание, - я подошла вплотную и прижала Катю к стене у кровати, – чувствовать твоё тело своими губами, – я поцеловала ей шею, - чувствовать твоё дыхание, - сказала я, когда любимая часто задышала, - я вжала бедро ей между ног так, что у неё вырвался стон, - слышать твой голос. Я больше не смогу без этого. Без тебя я умру. – договариваю я, преданно смотря в кристаллики глаз. Было видно, что эмоции у Кати зашкалили и она, открыв несколько раз рот и всё же передумав что-либо говорить, просто страстно поцеловала. Как же я люблю, когда она меня так целует, эти безумно чувственные губы, этот мягкий язычок. Как же я это всё обожаю, но возбуждение внизу живота берёт верх и я стремлюсь к продолжению, причём быстрее обычного. Провожу руками по обнаженным ногам и ныряю под ночную рубашку, которая по длине еле прикрывает попу. Обожаю, когда она носит такую длину. Нащупываю трусы и резко спускаю вниз. Сажусь на колени перед любимой и, прижав одной рукой в живот Катю к стене, второй закидываю одну её ногу к себе на плечо. Любуюсь картиной перед собой и легко дую на влажные складочки. Всё тело любимой покрывается мурашками толи от этого, толи от предвкушения неизбежного. Она уже не может просто стоять, хоть и старается. Лёгкие телодвижения, прерывистое дыхание и соки возбуждения выдают её. Я не хочу мучить её, да и не к чему, она и так на взводе, поэтому сразу начинаю активно всасывать и облизывать половые губы, уделяя особое внимание клитору. Когда я поняла, что начался первый оргазм, сильно вжалась лицом, продолжая активно шевелить языком. Ох любимая, это было громко! Хорошо детские комнаты на другом конце квартиры. Поднимаюсь и толкаю Катю на кровать. Представляю, как долго снимать ночнушку, поэтому просто рву её и, припав к груди губами, резко вставляю два пальца. Темп набираю постепенно, но не прерывно с лёгким нажимом большим пальцем на клитор. Катя прижимает крепче мою голову к груди. - Сильнее, пожалуйста! Да так! Как же хорошо! – Сдерживая стон, говорит любимая. Я втягиваю в себя поочерёдно соски, захватывая ореолы. Ей не больно раз она просит ещё и я подчиняюсь. Пальцами, которые внутри любимой, я надавливаю на внутреннюю стенку, которая ближе к клитору. Эффект ошеломляющий и снова бурный оргазм. С каждым выгибом тела любимой и с каждой пульсацией клитора выделялось не малое количество доказательства акта любви. - Как же я люблю тебя! - обнажённая и распластанная по постели Катя просто светилась удовлетворением и расслабленностью. Я просто еле дотрагиваясь пальцами провожу по любимой с ног до головы, ожидая, когда она восстановит дыхание. - Я тоже, родная! Катя переворачивает меня на спину с явным желание доставить мне тоже удовольствие. В связи с беременностью мы делаем это осторожно и пусть без излишней страсти, но всё равно до сумасшествия приятно. За последнее время я набрала несколько лишних килограмм, да и живот начал активно расти, поэтому у меня появились некие комплексы. - Подожди! Надо выключить свет. - Не надо! – продолжает Катя целовать мою область декольте. - Прошу! – говорю я. Катя смотрит на меня. - Любимая, дорогая, богиня моя, ты великолепна! - Это не я, это беременность. Прошу – повторяюсь я. Я настойчива в этом желании. Не знаю почему, но для меня важно, чтобы Катя мне уступила. Будем считать это бзиком беременной женщины. Катя снова внимательно смотрит и встаёт, чтобы выключить свет. - Спасибо! – говорю я благодарно. - Всё, что пожелаешь! - Ты думаешь о ней? – спросила Катя, лёжа у меня на плече и поглаживая мой живот. Видно она заметила, что я ушла в себя в своих раздумьях. - Да. Смысл врать. Была уже середина ночи, а я луплюсь в потолок. - Будем придерживаться её версии. Назад пути нет, иначе нас обвинят в ложных показаниях. - Мы же ещё не давали показания? - Но и не опровергли её слова, когда зашли сотрудники полиции. Мне кажется, мы сможем доказать, что это была самозащита. - Мы всё для этого сделаем. А если не получится, то я признаюсь, но не позволю, чтобы за мои действия Кэт гнила в тюрьме. - Я знаю. – Обречённо сказала Катя. Она прильнула ко мне всем телом. – Попробуй всё же поспать. Это нужно не только тебе. Она приподнялась на локте и легко поцеловала меня в живот. Затем в нос, щёку, лоб, подбородок… и я уснула. - Почему она не хочет видеть меня? – повысила я голос я на адвоката, нанятого мной, раздосадованная такой новостью. - Она не ответила. Я правда спрашивал. Я прикрыла глаза немного собираясь с силами. Надо лучше себя контролировать, а адвокат явно не виноват в том, что Кэт отказалась со мной встречаться. - Какой у нас расклад? – хотела я знать наши шансы. - Смерть по неосторожности несёт за собой наказание до трёх лет лишения свободы. Если прибавить фактор самозащиты и то, что Екатерина не была ранее судима, то, я думаю, можем сократить до года. А если будет слабое обвинение, то… - А если я скажу, что это сделала я? - В этом случае будет присутствовать личный мотив и другая статья, убийство. Лучше так не делать. – Настойчиво порекомендовал адвокат. Я снова задумалась. Нарисовались картинки, как зарёванная Кэт лежит на грязном холодном полу тюремной душевой, а бучавые отмороженные зечки тычат в неё свои пальцы. Я потёрла лицо руками, дабы прогнать дурные мысли. - Мне нужно знать, кто будет судьёй по делу, и кто будет адвокатом на стороне обвинения. Через месяц велось третье открытое слушанье по делу Кэт. Мы с Катей проходили основными свидетелями. В зале также находились родственники Димы и Кэт. Хрупкое похудевшее и такое одинокое тельце девушки сидело на стуле в непомерно больших для её запястий наручниках. Она ни на кого не смотрела, сильно опустив голову вниз. Зная, как она может хорошо играть роль, я гадала подавленность это или маска раскаянья. - Подсудимая, Ваше последнее слово. Кэт встала и прискорбным тоном тихо сказала: - Я сожалею о случившемся и признаю себя виновной в неумышленной гибели человека. Суд удалился для выноса вердикта, а Кэт так не разу и не взглянула в мою сторону. То, что у Кэт не было личных мотивов, ведь она для всех являлась просто знакомой семьи, которая просто хотела помочь, сработало на руку. Видя, как мужчина движется на неё, сработал инстинкт самосохранения, и она схватила нож. Дима не прекратил дебош и сам на него напоролся. Ей назначили один год лишения свободы, но так как она является единственным ребёнком-опекуном у матери инвалида, то наказание меняется на два года условного срока. Кэт выпустили прямо в зале суда. Камень с плеч рухнул. После того как её от поздравляли родственники следом подошла я. - Спасибо! – шепнула на ухо, обнимая Кэт. - Я и не на такое ради тебя способна! – ответила Кэт, обнимая в ответ. - Сзади подошла Катя и, как только мы отступили друг от друга, протянула девушке руку. Кэт ответила на рукопожатие, в чём видимо Катя сомневалась, потому что сразу радостно расцвела: - Мы всегда тебе будем рады! Спасибо за всё! - Ты только люби её не меньше меня! – Попросила Кэт без толики упрёка. - Обещаю! – ответила Катя серьёзно.