Keep my heart captive, set me free

Ему следовало просто это выбросить. Выбросить и забыть обо всем этом…но каким-то образом он обнаружил, что листает три разворота колких слов и оскорблений, очерняющих не только его характер, но и все, что было ему небезразлично. Слезы в настоящий момент жалили глаза Курта, когда они принизили его с Блейном связь до чего-то не более значимого, чем бунтарская похоть со стороны Блейна и погоня за богатством с его стороны. Это ранило особенно сильно, тем более в свете его прозрения насчет того, что он был на самом деле глубоко, по-настоящему влюблен в Блейна, и опасения, что Дом не любит его в ответ, и вот теперь он читал о том, что они не считали ничего из всего этого реальным. Джефф и Тад так и нашли его, когда вернулись с полными руками книг разных размеров. - Эй, что это? – спросил Тад, когда они подошли ближе. Голова Курта встрепенулась, и саб быстро засунул журнал в свою сумку, запаниковав. - О, ничего…я…я просто…исследовал несколько вещей, - удалось выкрутиться сабу, чувствовавшему, что его сердце в груди неистово стучит, пока он избегал взгляда Джеффа. Он знал, что лучший друг практически сразу заметит, что с ним что-то произошло, и Курт не хотел взваливать на него свои проблемы, когда обстановка для него только начала проясняться. - Это не исследование! – воскликнул Тад, когда с грохотом сбросил все книги вниз и указал на них. – Вот это исследование. Курт заставил свой рот изогнуться в улыбке и снова раскрыл свою папку, пытаясь успокоить свои дрожащие руки и выглядеть занятым. Джефф отвоевал свое место напротив Курта и легко толкнул его ногу своей, пытаясь привлечь внимание друга. Курт сделал глубокий вдох, прежде чем поднять взгляд. - Что случилось? – одними губами обратился нему Джефф с беспокойством в карих глазах. Курт покачал головой с очередной фальшивой улыбкой и одними губами ответил: - Я в порядке. Оставшийся промежуток времени его прожигал сканирующий взгляд Джеффа, и сердце Курта болело, вызывая колкие ощущения по всей коже. Он хотел Блейна. Он хотел обнимать его, целовать и блядь… он хотел, чтобы Дом сказал, что любит его. Любит Курта так же сильно, как он любил Блейна, всем своим сердцем и душой. Наконец прозвенел звонок, и Курт собрал свои материалы и засунул их в сумку, изо всех сил избегая смотреть на журнал. Они проводили Джеффа обратно в общежитие, и Курт был благодарен за веселое присутствие Тада, поскольку оно мешало его лучшему другу и дальше устраивать ему допрос по поводу того, что случилось. Они обнялись на прощание, блондин прижал его крепче, чем обычно и прошептал «Позвони мне» Курту на ухо, прежде чем сабы отправились на улицу, чтобы встретиться со своими Домами. Как только Курт заметил Блейна, который разговаривал с Райаном, сидящим в своей машине, он прямиком ринулся к нему, торопливо подбегая и бросаясь в его объятия, пряча свое лицо в шее Дома. - Эй, - удивленно выдохнул Блейн, оборачивая руки вокруг его талии. – Что случилось, прекрасный? Этот вопрос страшил Курта, и он с трудом выдохнул. - Я скучал по тебе, - шепотом признался он. Это не было ложью…но это не было и правдой, и это доставляло ему дискомфорт, словно он вправду пытался с силой вытолкнуть эту фразу из горла. Он сжал зубы и заставил себя крепче прижаться к Блейну. - Ну, я тоже скучал по тебе, детка, - ворковал он в ответ, руками поглаживая место над короткими волосками на затылке Курта, и саб прикрыл глаза от ласки, омывающей его. Происходящее между ними не было надуманным. Он отказывался этому верить. - Не хочется наживать дома неприятности, так что Курт, Блейн, увидимся завтра, - сказал Райан, стоящий рядом с ними, который обнимал за талию покачивающегося Тада, пока саб висел у него на шее. - Пока, Курт, - подхватил Тад, и Курт бросил им мягкую улыбку из-под подбородка Блейна. - Увидимся, ребята, - ответил им Блейн, прежде чем переключить внимание обратно на Курта и прижаться нежным поцелуем к его лбу. - Как же это хорошо, но мы должны доставить тебя домой, прекрасный. Я должен ненадолго встретиться с Уэсом и Дэвидом в студии. Не уходи, не уходи, не уходи…отчаянно подумал Курт. - Хорошо, все в порядке. У меня в любом случае есть некоторые планы и нужно кое-что выучить, - это было тем, что в действительности выскочило из его рта. Блейн в последний раз поцеловал его в голову, прежде чем они сели в машину и отправились домой. Он подъехал к дому и заглушил машину, глядя на саба с улыбкой, которую Курт не мог не вернуть. - Я буду через пару часов. Я напишу тебе, если задержусь дольше, - пообещал он, прежде чем наклониться и нежно соединить вместе их губы. Курт прижался к ним, беспомощно хныкая и отчаянно нуждаясь в более глубокой связи между ними. Блейн внял его невысказанной мольбе и углубил поцелуй, обхватывая щеки Курта и наклоняя голову саба, чтобы обеспечить лучший угол для вылизывания его рта. Курт еще больше наклонился вперед, то ли падая на его лицо, то ли забираясь на колени Блейна, вероятнее всего последнее, если бы его ремень безопасности все еще не был пристегнут, но Блейн отстранился слишком скоро, и Курт был не в состоянии последовать за ним. - Если мы сейчас не остановимся, я никуда не поеду, - посетовал Дом, пристально глядя на его губы. - Блейн… Не уходи. Он позволил этой фразе умереть на своих губах. - Быстрее возвращайся, - прошептал он, и Блейн еще раз быстро и твердо клюнул его в губы. - Так быстро, как только смогу, - пробормотал он в рот саба. Следующей вещью, которую осознал Курт, было то, что он смотрел на машину Блейна, отъезжающую от ворот. - Курт? Ты собираешься стоять там весь день, милый? – спросила Дана у него из-за спины, и саб испуганно обернулся, чтобы увидеть невысокую женщину - Дома, которая выглядела безупречно в шифоновой блузке и угольно-черной юбке-карандаше. Ее темные волосы были зачесаны наверх. Курт закрыл за собой дверь. - Я не знал, что дома есть кто-то еще. Она элегантно пожала плечами и подмигнула. - У меня был продолжительный обед, и я решила освободить остальную часть дня. Какой смысл быть самому себе боссом, если время от времени не пользуешься преимуществами дополнительных бонусов, да? Курт немного застенчиво улыбнулся. Ему действительно нравилась Дана, но он был настолько захвачен Блейном, Блейном, Блейном, что у него не было много возможностей провести с ней время один на один. - Джаред тоже здесь? – спросил он. Она нежно фыркнула и направилась на кухню, а Курт шел позади нее, будучи вполне счастливым. Он не хотел прямо сейчас быть предоставленным самому себе. - Мой дорогой саб не знает значения слова «выходной день». Я должна заставить его взять отпуск для его же блага. Курт поставил свою кружку и снял пальто и блейзер, чтобы повесить их на спинку стула, прежде чем опуститься на сидение за столом, наблюдая за Даной, порхающей с выставленными кружками и чайными пакетиками. - Чай или кофе? – щебетала она. Ему хотелось чего-нибудь успокаивающего. - Чай, пожалуйста, с… - Одной ложкой меда, - ухмыльнулась она, обернувшись, с весельем, искрящимся в глазах. – Блейн заставил меня, Джареда и всех сотрудников уяснить, что этот чай все время должен быть под рукой, потому что он твой любимый. Курт покраснел, чувствуя, что бабочки неистовствуют и устраивают вечеринку в его животе, в то время как Дана радостно засмеялась, подхватывая чайник. - Не нужно стесняться…за этим приятно наблюдать. Это, наоборот, заставило Курта смутиться и еще хуже окрасило его лицо румянцем. Она повернулась и оперлась своей миниатюрной фигурой на стойку, встречаясь с сабом взглядом и лучезарно улыбаясь ему. - В тебе есть все, чем, я надеялась, ты будешь обладать…хотя, заметь, ты не особенно торопился сюда попасть, - напоследок подразнила она, подмигнув. Получить такую похвалу от Даны было подобно тому, как получить ее от отца: это наполнило Курта счастьем и легкостью, но совершенно другим, менее интенсивным способом, чем те ощущения, которые он испытывал с Блейном. - Прошу прощения? Я… мыл голову? – произнес он в вопросительной форме, и его лицо озарилось его собственной дразнящей улыбкой. Дана рассмеялась. Ясно и беззаботно, прежде чем выключить чайник и повернуться, чтобы сделать им чай. - Он всегда искал одно-единственное совершенство, - сказала она, продолжая наливать кипяток. – Конечно же, глупый мальчишка не имел ни малейшего представления, что он считал совершенством, но он был непреклонен. Звон ложки прозвучал эхом, прежде чем Дана приблизилась к столу, поставив на него свой чай, а потом она остановилась напротив саба, поймав его взгляд. - А потом он увидел тебя. Сердце Курта тряхнуло, и от его головы до пальцев ног распространилось покалывание. - Я не совершенен, - тихо сказал он. Дана улыбнулась и сделала глоток чая. - Ты совершенство для него. Так же, как и Джаред для меня, - просто сказала она, и Курт обнаружил, что глупо улыбается, вопреки самому себе и, в конце концов, он спрятал эту улыбку за собственной дымящейся кружкой. - Блейн совершенный, - он осознал, что сам произнес это вслух. Дана изогнула бровь. - И не только для меня…это как…всеобъемлющее качество, - попытался объяснить Курт. Его Дом нес в себе все хорошее, милое, обаятельное, харизматичное, великолепное…как он и думал в первую ночь, когда отключили электроэнергию. Его замечательных качеств было слишком много, чтобы перечислить. Дана со смехом фыркнула. - Вы двое созданы друг для друга. - Что? – переспросил Курт, зная, что за этим смехом кроется что-то большее. - О, мама, Курт просто такой удивительный. Мне так повезло, что я заявил на него права, прежде чем это сделал кто-нибудь другой. Я не знаю, как ему удавалось проходить невостребованным так долго, ведь он настолько совершенен, - процитировала она, плохо пародируя голос Блейна. Курт не мог удержаться от хихиканья и вытаращился на нее. - Он такого не говорил! И он так не звучит! - Я породила этого маленького дьявола, так что он будет звучать так, как я захочу. Она вздернула нос в фальшивой надменности, прежде чем ее искрящийся взгляд уцепился за саба. - И он так сказал…практически слово в слово. Курт покачал головой, чувствуя себя вдвойне согретым изнутри от слов, переданных из вторых уст, и от присутствия Даны. - Итак, как на сегодняшний день у тебя обстоят дела в школе? – спросила она, меняя тему. - Хорошо…Я немного отстаю, но это неудивительно, - признался Курт, прежде чем подскочить на обеих ногах. – Они позволили мне спланировать благотворительный вечер. Дана засверкала всеми своими идеально-белыми зубами. - Это замечательно! Блейн упоминал, что ты хотел сделать показ мод? - В качестве основного события, но у меня есть еще вдобавок идеи подключить большую часть школьных клубов…Я хотел поинтересоваться, возможно ли, чтобы вы все-таки помогли мне с дефиле? Она наклонилась вперед, будучи заинтригованной. - Продолжай. Курт вытащил папку и расположил ее перед ними в открытом виде, разворачивая ее к лицу Даны, чтобы они оба могли ее рассмотреть, прежде чем погрузиться в его идеи. - О, Коринн будет прекрасно смотреться в новом образе, который я разработаю вместе с тобой, - воскликнула Дана, коснувшись наманикюренным ногтем страницы, рассматривая только что начатую колонку кандидатов в модели. Брови Курта взлетели до волос. - Вы…вы хотите включить сюда свой дизайн? Он не стеснялся признаться, что чертовски тщательно изучил в гугле модный дом Даны «Революционер», и все ее линии одежды вплоть до настоящего времени. От них захватывало дух. Он только мечтал в один прекрасный день быть так же хорош, и, таким образом, тот факт, что она потенциально предлагала предоставить некоторые из этих прекрасных произведений для его показа мод, шоу, в которое он, возможно, ну ладно, определенно рассчитывал включить несколько своих собственных моделей, шокировал. - Почему бы мне не хотеть предоставить мои проекты для одного из моих семейных показов? – спросила она, понимающе улыбаясь ему. – Я не могу представить более достойного места. Прости за каламбур. Курт просиял ей в ответ, возбужденно подскакивая на своем стуле. - Это будет так удивительно! – пропищал он, и Дана нежно посмеялась над ним. И каким-то образом он забыл о неприятной статье, находящейся в данный момент в его сумке, когда начал с энтузиазмом обсуждать с Даной идеи. Блейн и Джаред так и нашли их, когда вернулись со своих работ. Кухонный стол был заполнен образцами, карандашными набросками моделей, схемами и рисунками. Мужчины посмотрели друг на друга, прежде чем с любовью улыбнуться своим партнерам по связи и начать готовить ужин. *** Дана осмотрелась вокруг, повесив свое пальто на спинку стула и расположившись в середине длинного, квадратного стола, который был покрыт темно-бордовой скатертью и богато декорирован по центру сухими цветами и искусственными фруктами. Джаред невозмутимо сел рядом с ней, осознавая ее потребность собраться с мыслями, прежде чем соберутся все остальные. Она арендовала это помещение при условии предоставления уединения и уютной обстановки для того, что она собиралась сделать, и деньги, которые она потратила на это, более чем окупались, когда она поняла, что эта комната была полностью отделена от остальной части ресторана, обладала звукоизоляцией и включала собственную команду официантов, которые не взаимодействовали с остальными гостями, снижая шансы, что их подслушают и распространят информацию, прежде чем наступит время, чтобы придать ее огласке. Дана знала, что действия, которые она собиралась совершить, были в лучшем случае очень рискованными, а в худшем полностью погубят ее жизнь, и она уже шла по тонкой грани между поклонением и презрением из-за того, как она вела себя в последнее время касательно социальных вопросов, с которыми сталкивалась. Но Дана знала, что люди, которых она пригласила с ней встретиться, были надежными, и она чувствовала себя в безопасности в своей решимости разъяснить им свой план и свои идеи. Политика мира, в котором они жили, была сложной; нити, переплетающие вещи, которые при поверхностном рассмотрении казались не связанными между собой, заставляли вас попасться в ловушку, вызванную побочным эффектом ваших действий, в подробности которых вы даже не вникали. Каждый большой город сам по себе считался административно-территориальной единицей, вместе с вращающимися вокруг него маленькими городами, которые были с ним связаны. Группировка городов, находящихся под одним и тем же руководством, называлась Кругом, а самый большой город Круга, представляющий собой его экономическую, деловую, политическую и социальную «душу» назывался Центром. Вестервиль представлял собой Центр для нескольких небольших городов, которые его окружали, в том числе и для Лаймы. В то время, как все Круги принадлежали к одному и тому же общему правительству и президенту, каждый из них имел свой собственный совет, состоящий из двенадцати лидеров во главе с руководителем, который заново избирался каждые четыре года. Выборы были демократическими, и каждый человек, который хотел быть в правлении, должен был выступать с полноценной программой, которую ему надлежало претворять в жизнь во время своего мандата. Человек, который получал наибольшее число голосов, становился следующим Главой, а двенадцать человек с преобладающим количеством голосов становились Советом. Программа Главы затем пересматривалась, совершенствовалась лучшими идеями, взятыми из программ Советников, после чего внедрялась в Круг на четыре года для ее воплощения. Общие законы четко гласили, что любой человек мог выдвигаться на выборы и голосовать, но на деле это осуществляли в большинстве своем только состоятельные люди, потому что они могли позволить себе провести кампанию, позволить себе рекламу и путешествия по сбору голосов, они так же составляли большинство тех, кто голосовал, учитывая, что места для голосования, как правило, были расположены в Центре, и большинство людей не могли добраться, или позволить себе выехать так далеко из круга, чтобы отметить имя. Весь этот процесс находился в ужасном состоянии, и независимо от того, каким идеальным он казался на бумаге, он просто не работал так, как в теории, оставляя менее удачливых под ногами кого-то из богачей, за которых проголосовали. Было очевидно, что кое-кому хотелось обратить на это внимание, что-то должно было измениться, и Дана была более чем готова быть одной из тех, кто нажмет на курок. У нее были средства, влияние и способности, чтобы выйти из своей зоны комфорта и бороться за то, что по ее убеждениям было правильным. Как нынешний Глава, она должна была выдвигаться на выборы менее чем через три месяца. Кампании вот-вот должны начаться, и она верила, что у нее была совершенная идея и совершенные люди, чтобы помочь привести ее в движение. Она улыбалась с прямой спиной и гордостью, написанной на лице, пока люди, которым она направила приглашения, входили в уединенную комнату, здороваясь с сияющими улыбками и дружескими подколками на ее секретность и то, что она была сейчас «Джеймсом Бондом». Она немного сместилась вправо, чтобы позволить людям рассесться вокруг длинного стола, и покачала головой, позабавленная, когда поняла, что они сели так, чтобы получилось, что она оказалась во главе стола. Власть, которую они все видели в ней, иногда смущала ее, и она должна была напоминать себе, что вместе с ней приходила огромная ответственность, чтобы воспользоваться ей для изменения ситуации к лучшему. Что она, собственно говоря, и пыталась сделать.