Вопреки

      Шли дни. Гермиона то училась, то учила, то читала на досуге, то была рядом со Снейпом. Кстати, последнее ей нравилось больше всего, хотя он оставался прежним Северусом Снейпом; он был таким же замкнутым, саркастичным и вспыльчивым. Но Гермиона видела в них и другие грани — в ее глазах Снейп был ранимым. В это могут не поверить другие, но Грейнджер за время, проведенное с профессором, разглядела его тонкую душу. Просто Северус умеет это грамотно скрывать за своим саркастичными фразами и ужасным характером. Проявление ранимости для него смерти подобно.       Сегодня день икс. Снейп с Гермионой в данный момент собираются варить то самое зелье, что поможет им в будущем обнаружить Паразитариуса. Снейп в очередной раз пропустил Гермиону в свою личную школьную лабораторию. На рабочем столе лежал пергамент с рецептом зелья. Гермиона быстро пробежала по нему глазами.

Зелье для обнаружения Паразитариуса. Состав: 1) ½ часть сушёной измельченной полыни; 2) 1/3 измельченного корня цикория; 3) ½ бокала красного эльфийского вина; 4) 3 капли драконьих слез; 5) ½ часть измельчённых лепестков шафрана; 6) одна капля мужской крови; 7) две капли женской крови. Примечание: кровь, что женская, что мужская добавляется в полнолунье. После чего четыре ночи подряд (вместе с полнолунием) в полночь читается специальное заклинание. Чтобы начать читку следует перед добавлением крови опустить молодой ритуальный рубин в магическую чашу с готовым зельем.

       — Ознакомилась?        — Да, на первый взгляд все просто.        — Это только на первый взгляд. Если сделать хоть одну маленькую ошибку, то все будет напрасно.        — Ясно.        — Гермиона, тебе нужно будет размельчить корень цикория.        — Хорошо, Северус.       Снейп зажег под котлом огонь. Нужно было дождаться момента, когда начнет кипеть вода. Он быстро измельчил полынь. В лаборатории стоял ее горький запах. Гермиона поморщилась, но потом быстро выбросила глупости из головы и снова принялась за корень цикория. На лабораторном столе стояла бутылка красного эльфийского вина. Алкоголь в зельях Гермионе встречался впервые в жизни. Также Грейнджер узнала маленький флакончик с драконьими слезами; Гермиона незаметно улыбнулась. Снейпу приходилось жертвовать очень редким и неприлично дорогим ингредиентом, и все во благо магического общества.        — А как ты определил, что Паразитариус где-то поблизости?        — Я провел темный обряд, о котором тебе лучше не знать юной леди.        — Я уже не ребенок!        — Мисс Грейнджер, в этом мире есть, о которых вам лучше не знать.       — Но мы работаем в тесном тандеме, профессор Снейп, — прошипела Гермиона.        — О, Мерлин! Связался же на свою голову!        Вода закипела, Снейп осторожно отправил нужное количество полыни в котел, и раздалось шипение.        — И все-таки?        — Корень, мисс Грейнджер.        — Хорошо, мистер Снейп.        — Аккуратно же! Я не хочу, чтобы что-то пошло не по плану!        — Я сама мисс Аккуратность, профессор!        — Прекрасно. Налейте ровно полбокала вина и в котел. Быстрее же!        — Слушаюсь и повинуюсь, сэр, — сказала Гермиона и расправилась с вином; из котла пошел красноватый дым.       Снейп отсчитал три капли драконьих слез в ложечку, а затем добавил их в будущее зелье. Мгновенье — из котла пошел желтый дым.        — Шафран измельчи руками, мисс Грейнджер. Не на ножом и не пестиком в ступке.       Гермиона взяла шафран и измельчила его, затем добавила необходимую пропорцию в котел. На этот раз дым был фиолетового цвета.        — Все идет по плану. Главное в этом зелье заключается в том, чтобы были точно соблюдены пропорции и время изготовления. Осталось 30 минут, а после снадобье нужно убрать в темное место. Там оно будет настаиваться до полнолуния, — сказал Снейп.        — Северус, ты мне расскажешь, в чем заключался темный обряд, совершенный тобой на кладбище?        — Вы невыносимы, мисс Грейнджер!        — И все же?!        — Нет, не расскажу! Не сейчас!        — Почему?        — Потому что не хочу! Не хочу, чтоб в столь светлой голове были такие темные знания!        — Я если захочу, то сама смогу узнать!        — Сомневаюсь, — хмыкнул профессор. — В школьной библиотеке нет такой информации, и книг таких в магазинах не сыскать.        — Значит, пороюсь в книжных запасах Блэков. У них много книг по темным искусствам!        — Несносная всезнайка!        — Продолжай!        — Что?!        — Продолжай обзывать меня!        — Зачем?        — Тебе же нравится это.        — Мне больше нравится, Грейнджер, когда вы в моей постели!         — Что?!       Снейп прижал ее к себе и страстно поцеловал. В это время в котле зелье доходило до нужной кондиции. В лаборатории стало тихо. Было слышно только учащенное дыхание Снейпа и Гермионы, которые не могли оторваться друг от друга.       Прошло десять дней. В Хогвартсе шли занятия; по коридорам во внеурочное время школы ходили ученики. Все как обычно. Никто, кроме Снейпа и Гермионы, не знал, что сегодня начнется обряд по обнаружению Паразитариуса. Грейнджер сгорала от нетерпения. Ей хотелось побыстрее кинуться спасать магический мир. Когда-то девушка мечтала о спокойствии, но сейчас ей хотелось получить удовольствие от авантюр. Снейп дал ей задание; Гермионе нужно было добыть информацию про Алексию Марию Литтл. Грейнджер получила допуск в Запретную секцию, чему была очень рада. Нужно было утолить свою жажду знаний. Снейп так и не рассказал ей, в чем же заключался тот таинственный и темный обряд. Гермиона все еще пыталась выпытать у него данную информацию, но Северус всегда хитро переводил тему.       Грейнджер сидела в библиотеке, она погрузилась в чтение и не замечала ничего вокруг себя. Книга называлась «Темные маги прошлых столетий».

Алексия Мария Литтл.

      Одна из темнейших и сильных ведем XIX века. С раннего детства отличалась от своих братьев и сестер несносным и злобным характером. Но Алексию очень привлекали магия; в школу поступила с большим багажом знаний.       Алексия с детства не любила магглов и магглорожденных. Стремилась к их порабощению, а также к истреблению.       После окончания школы поселилась в Хогсмиде. Волшебники, жившие в то время в деревни, обходили стороной дом Литтл. Она насылала порчи, сглазы на неугодных ей людей, также могла обеспечить засуху или потоп. Алексия умела работать с магией четырех стихий.       Был отмечен один случай, когда Литтл убила 10 человек за один раз с помощью очень темной магии. Но Алексия умело замела следы и никто ничего не смог доказать. Сколько же всего на ее счету жертв доподлинно неизвестно. Основная ужасающая информация про убийства, совершенные Литтл, стала появляться только после ее гибели.       В 25 лет Алексия была изнасилована более сильным темным магом во время пьяной пирушки чернокнижников. В последствии у Литтл рождается дочь Шарлотта. Алексия ненавидела своего ребенка. Злая ведьма понимала, что дочь более сильная колдунья, чем она сама. К тому же у Шарлотты было доброе сердце и чистая душа. Большая угроза — невинный ребенок, который в будущем мог победить свою злую мать. Шарлотта была для Алексии большой угрозой. Литтл боялась свою маленькую дочь.       Когда Шарлотте исполнилось 11 лет, Алексия решила провести страшный обряд по переливанию магической силы. Для этого ритуала как раз был необходим чистый, невинный ребенок, который еще не умел контролировать свои магические способности и правильно пользоваться ими. Лучше, чтобы это была девочка одиннадцатилетнего возраста. Также ребенок должен иметь родственную связь с тем, кто проводит обряд. Лучше, чтобы эта связь была прямой по крови такой, как мать-дочь.       Данный обряд проводится очень редко. Необходим тот фактор, чтобы Вальпургиева ночь совпала с парадом планет. Для ритуала рисуется пятиконечная перевернутая звезда, затем по пикам пентаграммы расставляются свечи, сделанные за год до проведения обряда на Страстную пятницу из воска с добавлением человеческой крови, насильно убиенной жертвы. Затем читаются темные и запрещенные заклинания, вызывающие демонов. При этом ребенка заставляют выпить специальное зелье, которое усыпляет и разум, и волю. После чего дитя помещается в центр пентаграммы, донору наносят на грудь специальные руны кровью, которая принадлежит тому, кто проводит данный обряд.       Все было готово. Лишенная воли и разума, Шарлотта лежала в центре перевернутой звезды, Алексия читала чернокнижные заклинания над своей ненавистной дочерью. Но в это темное и страшное дело ввязалась младшая сестра Алексии, Аманда Литтл. Он была тоже сильной, но при этом светлой ведьмой. Аманда не дала закончить Алексии обряд, убив ее в страшной схватке. Так и закончилась жизнь одной из самых темных ведьм XIX века. Шарлотту под свое попечение взяла Аманда Литтл. Мачеха стала растить и обучать свою падчерицу магии. После Шарлотта поступила в Хогвартс. Она является одной из лучших учениц прошлых столетий. Из Шарлотты Литтл получилась превосходная светлая волшебница. Род Литтл продолжается до сих пор…       От такой ужасающей информации Гермионы пробежали мурашки по телу. Мать, которая готова убить собственного ребенка и забрать ее магические силы, никак не укладывалась в понимании девушки.       «Да, темных магов всегда было достаточно! Теперь следует поделиться полученной информацией с Северусом».       Гермиона закрыла книгу и отправила ее место. Потом Грейнджер вышла из библиотеки и быстрыми шагами направилась в подземелья.        — И не говори, что ты не знал про Алексию Литтл! — сказала Гермиона, когда влетела в покои Снейпа.        — Знал, — усмехнулся Снейп. — Ты теперь тоже знаешь.        — А про обряд, который про Вальпургиеву ночь во время парада планет?        — Да, знал.        — Снейп!        — Ты же хотела разобраться во всем! Я предоставил тебе такую возможность!        — Но про свой обряд ты мне так ничего не объяснил! Как ты узнал, что Паразитариусом является именно Алексия Литтл и то, что она находится поблизости с нами?        — Я тебе все равно ничего не скажу, Гермиона! Хоть пытай меня, я привыкший к пыткам! Если я говорю нет — значит нет!        — Ты понимаешь, что выставил меня дурой, Снейп! Я бегаю, как собачка, ищу информацию, о которой ты мог мне сам сообщить, и при этом не хочешь рассказать о самом главном!        — Это не самое главное.        — Ты хоть понимаешь, как я себя сейчас чувствую?!        — Переживешь!        — Я для тебя игрушка, Снейп?        — Нет, ты для меня не игрушка. Ты мне… нужна, — выдавил из себя Снейп.        Гермиона была очень зла на него. Она чувствовала себя оплеванный.       «Ха! Нужна я видите ли ему! Считает своей игрушкой, поэтому и держит при себе! Нужна лишь для того, чтобы поиздеваться и посмеяться!»       Гермиона не смогла сдержать своих слез. Они предательски катились по ее щекам. Волшебница смотрела на мужчину, которого любила и в данный момент ненавидела.        — Не надо, — прошептал Снейп. — Не плачь. Прости меня! Ты же прекрасно знаешь, что я гад и сволочь. Не делай меня светлее и чище в своих глазах, Гермиона.        — Я ничего не хочу слышать, Северус Снейп! Мне не нужны твои оправдания!        — Извини, — прошептал он.        — Ты знаешь, что в этом году Вальпургиева ночь совпадает с парадом планет? — устало сказала Гермиона.        — Что?!        — Не притворяйся, что ты не знаешь!        — Я об этом не задумывался как-то.        — Алексия хочет завершить свой обряд.        — Но она же умерла!        — Ей без разницы, Снейп. Она хочет мстить. Как ты думаешь, а где находится большое количество одиннадцатилетних девочек?        — В Хогвартсе.        — Правильно, Снейп! Сто баллов Слизерину за сообразительность!        — Гермиона…        — Молчи! И не подходи ко мне! Ближе к полуночи я приду к тебе, чтобы начать обряд.        Она ушла. Снейп остался наедине со своими мыслями. «Почему ей так важно все знать? Неужто из-за того, что она чего-то не знает, весь мир может рухнуть? Да, я поступил с ней не очень честно. Главное, не заиграйся, Северус Снейп. Потерять Гермиону, как когда-то Лили? Нет, нет, нет. Грейнджер нужна мне! Я уже не могу представить жизнь без Гермионы, а также ее в чужих объятьях. Второй раз так жестоко ошибаться нельзя! Ну, кто ты? Одинокий путник, который погряз в трясине прошлого среди призраков, которые с упорством тянут тебя за собой. А Гермиона живая, она здесь, рядом. Она в моей новой реальности. И я сделаю все, чтобы искупить свою вину перед ней и стараться не совершать прежних ошибок. Буду учиться жить как все нормальные люди».

***

       Ну и что ты так на него взъелась, дура несчастная? Да, он поступил нечестно. Но делал-то это Снейп во благо тебе, а не ради собственной прихоти. Обидно? А почему обидно? Сама виновата! Сама напросилась! Ведь я так хотела узнать об этом таинственном обряде. Дура! И чего же я добилась? Очередной ссоры? Снейп мне говорил, что я нужна ему. А я? А я ушла. Гордая! И что мне теперь с этой гордостью делать? На хлеб вместо масла намазать? Стоит уже признаться самой себе, мисс Грейнджер, что Северус Снейп — это тот самый мужчина с которым ты бы хотела прожить всю жизнь бок о бок. Надо все-таки порой держать свое любопытсво при себе.       В дверь постучались, Гермиона пошла открывать. На пороге ее покоев стоял Северус Снейп собственной персоной.        — Что-то случилось? — спросила она.        — Нападение на двух учеников.        — Где-то и когда-то я это уде слышала, — устала проговорила Гермиона. — Что именно с ними случилось?        — Два ученика упали в обморок. Скорее всего из-за магического влияния на них. Почему и как это произошло, никто не знает.        — Напои их своим зельем. У тебя в запасах наверняка еще оно имеется.        — Гермиона, ты понимаешь, что в Хогвартсе начали происходить непонятные вещи?        — Не привыкать. Что ты от меня хочешь, Северус Снейп? Мы начнем проводить обряд в полночь при полной луне уже через несколько часов. Мы не сидим на месте, а пытаемся что-то сделать.        — Сегодня в шесть, вечера собрание. МакГонагалл сзывает всех в учительской.        — Я поняла. Это все?        — Нет, Гермиона Грейнджер ты от меня так легко не отделаешься, — сказал Снейп и поцеловал ее.

***

      Собрание началось ровно в шесть. Учителя были взволнованы: они не ожидали, что на учеников может кто-то напасть в стенах школы. Студенты, кстати, пришли в сознание и находятся сейчас в больничном крыле под надзором мадам Помфри.        — Вам уже всем известно, что сегодня было совершено двойное нападение на учеников Хогвартса, — начала МакГонагалл. — Это очень плохой знак! И самое ужасное, что мы не знаем того, кто напал на студентов.        — Может, ученики? — предположил Флитвик.        — Вряд ли, — сказала МакГонагалл.        — Почему? — спросила профессор Стебль.        — Потому что на этих студентов было послано сильное заклятие. Но профессор Снейп выручил нас снова; его зелье помогло привести учеников в порядок.        — Все-таки хорошо, что в Хогвартсе есть такой хороший помощник, как Северус, — сказал Слизнорт.        — В нашей школе есть еще один зельевар, — зло заметил Снейп, — но почему-то я всегда должен отдуваться один.        — Сейчас не время выяснять отношения друг с другом! — МакГонагалл метнула злой взгляд на Снейпа.        — Будем надеяться, что ничего серьезного не произойдет. Все в порядке, — сказал Слизнорт.        — Боюсь, что уже произошло, профессор, — ядовито подметила МакГонагалл. — Нам нужно ввести комендантский час. Нам просто необходимо еще внимательнее смотреть за учениками.        — О! — сказала Трелони. — Что-то темное вновь надвигается на школу. Будут слезы, будут невинные жертвы. Хогвартс содрогнётся от ужаса!        — Сивилла! — сказала МакГонагалл.        — Я лишь, говорю то, что вижу, директор, — сказала Трелони, а после замолчала.       Гермиона тихо усмехнулась: она не верила Трелони, та постоянно предсказывала ужасы. Но сейчас Сивилла была близка к истине. Знала бы она еще сама об этом. Но Снейп сказал, что пока не следует распространять информацию про Паразитариуса.       Собрание закончилось. Итог: комендантский час, усиление присмотра за всеми учениками школы, также теперь все студенты обязаны перемещаться по Хогвартсу группами.

***

      Полночь подкралась незаметно. Гермиона наблюдала за действиями Снейпа. Между ними до сих пор чувствовалось напряжение. Много недосказанного осталось. Снейп достал золотую ритуальную чашу, усыпанную драгоценными камнями, бросил в нее рубин, затем налил туда зелье. Потом Северус одним резким движением выдвинул ящик стола, и Гермиона увидела два ножа. По ее телу пробежал холодок, она поняла, что эти ножи ритуальные.        «Сколько же этой чернокнижной дряни у Снейпа в запасах?»       — Нам нужен атэм с белой рукояткой.       — А чем они отличаются?       — Ты разве не знаешь? — удивленно спросил Снейп.        — Нет. Я не увлекаюсь черной магией.        — Понимаешь, Гермиона, что нет никакой черной и белой магии, а есть просто Магия. Все кроется в самом человеке.        — Не соглашусь.        — Атэмы используют не только чернокнижники. Для таких ритуалов, как обнаружение Паразитариусов нужны ритуальные ножи.        — Почему?        — Таков закон. Это ритуал. Нужно принести небольшую жертву, чтобы обнаружить злой дух. Понимаешь, мы с помощью зелья и заговора откроем портал для связи с потусторонним миром. Рубин будет для нас компасом, а для духов — замком, чтобы они не смогли вырваться из-за невидимой черты. Это древняя магия. Ошибаться или откупиться чем-то другим нельзя: духи этого не прощают.        — Чем отличаются эти ножи?        — Чаще всего пользуются атэмом с черной ручкой. При помощи него маг посылает свою внутреннюю энергию во внешний мир. Нам же понадобится лишь белый атэм. Он служит для практических целей таких, как: начертание рун, вырезывание инструментов, для сбора крови в обрядах. Понятно?        — Да.        — Вот и хорошо. Руку, Гермиона.        — Да, Северус.       Она протянула ему свою правую руку, Снейп сделал небольшой надрез на ее безымянном пальце — пошла кровь. Снейп отчитал две капли, держа руку Гермионы над ритуальной чашей. После того, как красная жидкость оказалась в зелье, он кинул на ранку волшебницы заживляющие заклятие, а после поцеловал ее руку.        — Прости, — прошептал он.        Не дожидаясь ответа он проделал те же манипуляции с собой. Только в чашу отправилась одна капля крови.        — Что дальше? — спросила Гермиона.        — Возьми пергамент. Молодец! Теперь мы в унисон должны прочитать заговор. В унисон, Гермиона.        — Я поняла, Северус.       Вдвоем они на одном дыхание начали читать заговор:

«Дух огненный, дай знать, Где искать дух, заплутавший В бездне своих заблуждений. Дух ветра, укажи сторону, Где стоит искать дух, Который жаждет покалечить Души чистых и невинных. Омнь».

      Из чаши пошел пар; зелье начало бурлить, а от рубина стал исходить луч света, а через мгновение все закончилось.       — Все правильно. В конце четвертой ночи рубин должен стать темно-бордовым. Это будет означать, что духи приняли нашу жертву и готовы нам помогать дальше. Есть одна загвоздка, но в ней кроется маленький плюс.        — Какая загвоздка?  — Маятник будет заряжаться ровно месяц. Но пока он набирает силы, мощь Паразитариуса будет сдерживаться духами, к которым мы обратились за помощью. Ничего плохого за это время не должно случиться, Гермиона. Только мелкие шалости.        — Нападения на учеников?        — Возможно, — кивнул головой Снейп. — Но Паразитариус не стал бы просто так нападать на студентов. За этими нападениями что-то стоит. Есть какая-то цель.        — Месяц? Но это так долго!        — Мы дали защиту тому, кто является целью Паразитариуса. Тем более, если наши расчёты верны, до Вальпургиевой ночи цели ничего не грозит. Сейчас середина января, а эта чудная ночка будет с 30 апреля на 1 мая.        — Все равно.        — Больше мы ничего не сможем сделать, Гермиона. Я тут подумал, Паразитариус просто хочет смерти невинной жертвы. Даже двух. Оболочка, как бы это грубо не звучало, в которой он находится, тоже пострадает, то есть истощится и умрет мгновенно.         — Что ты имеешь в виду под словом «мстить»?        — Убить. Магическая сила духу больше не нужна: ведьма давно умерла. В могиле только ее кости, возродиться она не может. Дух хочет просто убить. Надо бы лучше узнать про Алексию Литтл.        — Зачем?        — Чтобы знать своего врага досконально. Думаю, что в запретной секции можно еще что-нибудь про нее найти. Я тебе помогу, Гермиона. Тебе будет трудно одной справиться. У тебя практика, студенты, доклад, Трансфигурация с МакГонагалл.        — Спасибо, Снейп.        — Ты до сих пор злишься на меня?       — На себя больше.        — Виноват-то я!        — Нет, я. Не всегда стоит владеть информацией.        — Скажу одно: я использовал кровь убиенной девственницы.          — Что? Где ты это взял, Северус?        - В Лютном переулке есть и не такое.        -Ужас какой! Я устала, Северус.        — Иди спать.        — Можно я останусь у тебя?        — Ты хочешь?        — Да.        — Оставайся…

***

      Гермиона проверяла доклады студентов. Теория Трансфигурации. Не всем давалась эта наука, но Грейнджер пыталась помочь каждому своему студенту. И даже слизеринцам.        В полночь снова у Снейпа. Будет последняя ночь для читки заговора. Гермиона сидела в свободное время в библиотеке в запретной секции, но пока все тщетно. В книгах больше не встречалась информация про Алексию Литтл. Вряд ли в школьной библиотеке можно еще что-нибудь про нее узнать. Гермиона предлагала Снейпу все рассказать Гарри, ведь он сейчас работает в Министерстве и может подобраться к нужной информации. Реакция Грозы Подземелий на предложение Гермионы была бурной. Они чуть было не поссорились. Ответ Северуса, конечно, оказался отрицательным. Гермиона успела во время успокоить Снейпа. Женщина должна уметь незаметно воздействовать на своего мужчину. Нужно искать пароли к его душе, сердцу и мыслям. Гермиона училась этой тонкой и деликатной науке понемногу. Тем более со Снейпом скучать не приходилось.       Опять бессмысленно потратив время в библиотеке, волшебница разозлилась. Но потом она приняла решение сходить до теплиц профессора Стебль. Хотелось пообщаться с Невиллом. Из-за постоянной занятости бывшие сокурсники очень редко виделись, им так и не удалось пообщаться друг с другом нормально.       По дороге к Невиллу Гермиона столкнулась со Снейпом. Он спросил:"Удалось ли ей что-нибудь разузнать о Алексии Литтл?". Грейнджер отрицательно покачала головой. После Северус спросил о ее ближайших планах, Гермиона рассказала о своем намерении навестить Невилла.        — Держи список, — Снейп протянул ей лист пергамента.        — Что это?        — Я же сказал, что это список. В нем перечислены необходимые травы для зелий. Мы с Помоной договорились.        — Хорошо.        — Можешь быть свободна, — сказал Снейп и был таков.       Гермиона разозлилась на него. Нет, она помнила, что они совместно со Снейпом решили не выносить их отношения на всеобщее обозрение, но волшебницу раздражал его официальный и холодный тон. И это снейпово «можешь быть свободна» подливало еще больше масла в огонь. Какое-то потребительское отношение! А где же спасибо и пожалуйста? Или знание волшебных слов Снейпа заканчивается на большом списке заклинаний?       Вот и теплицы. Гермиона сразу же увидела Долгопупса и поспешила к нему. В это время Невилл ухаживал за магическими растениями. Он заметил Гермиону и улыбнулся.        — Привет, Невилл.        — Привет, Гермиона. Как дела?        — Все хорошо. Потихоньку справляюсь со своими обязанностями.        — Я тоже практику прохожу. Учусь в МагАкадемии. Поступил вот. Специализация: «Травология. Магические травы и их свойства».         — Молодец!        — Я тут до февраля буду. Потом еще в конце апреля приеду на месяц.        — Профессор Стебль, наверное, очень рада.        — Не то слово, Гермиона! Постоянно рассказывает мне о магических травах, о которых я даже не слышал. Сейчас мы с ней проводим один эксперимент, но я не могу тебе рассказать о нем пока. Это не мой секрет.        — Конечно, Невилл. Я все понимаю. Я так за тебя видеть! — улыбнулась Гермиона.        — Я тоже рад тебя видеть, Гермиона! Слышал, что тебе тут несладко: Снейп, МакГонагалл.        — Все хорошо. Со Снейпом у нас сложились хорошие отношения, а МакГонагалл ко мне так бережно относится, что грех жаловаться.        — Со Снейпом? — глаза Невилла округлились от удивления.        — Да.        — Как?         — Не знаю, — пожала плечами Гермиона. — Как-то само так получилось.        — Как он? Ну… после…эээ…воскрешения.        — Нормально. Живет.        — Изменился?        — Знаешь, с одной стороны — да, а с другой — нет.        — Ясно.        — Кстати, он меня сюда с заданием послал. Но ты не думай, я рада тебя видеть. Снейп узнал, что я собираюсь сюда идти, и дал мне список с нужными ему травами для зелий. Он сказал, что договорился с профессором Стебль.        — Да, она что-то говорила мне об этом. Я думал, что придет Снейп, но пришла ты. И я рад этому.        — Ты до сих пор его боишься?        — Я не знаю, как относиться к Снейпу. Раньше я его боялся, а потом презирал. Но затем выяснилось, что он герой, что он каждый день рисковал ради всех нас.        — Относись к нему как к обычному человеку.        — Постараюсь.        — И запомни, что он не любит, когда его называют героем.        — Хорошо, я понял. Давай список. Я помогу тебе, Гермиона.        — Как бабушка?        — Слава Мерлину, у нее все в порядке. Гордится мной.        — Как таким внуком не гордиться?        — Ты переоцениваешь меня, Гермиона. Я обычный. Просто вы все ко мне очень хорошо относитесь: бабушка, потому что я ее внук, профессор Стебль, потому что я ее любимый ученик и прилежный практикант, а ты, потому что я твой бывший сокурсник.         — Невилл, ты мой друг. Ты смелый, сильный духом взрослый мужчина. Откуда в тебе эта уверенность? Что-то случилось?        — Не знаю. Я до сих пор не могу отойти от войны и от того, что мы потеряли столько близких нам людей. Родители — это моя старая рана, которую невозможно залечить, и с этим приходится жить. С еще Луной летом расстались.        — Да, я знаю. Она говорила, но причину не назвала.        — Просто не сошлись характерами. Наши отношения были юношеским увлечением. Но привычка… Нет, скорее привязанность берет верх надо мной, Гермиона.        — Ты справишься.        — Да.        — Нужно только время.        — Да. А с остальным как? Война, родители.        — Воспоминания от войны со временем перестанут быть столь яркими, боль затихнет. Родители? Да, это тяжело.        — Это мой крест. Но их я очень люблю.        — Я знаю, Невилл. Не замыкайся в себе. Если тебе нужно с кем-нибудь поговорить, то помни, что я рядом. Ты — мой друг, я готова прийти к тебе на помощь.        — Спасибо, Гермиона, — слабо улыбнулся Невилл.

***

      … — Омнь!       Из чаши полился очень яркий свет. Рубин наполнился невидимой силой и стал темно-бордовым. Зелье испарилось в чаше в одно мгновенье, а от самого рубина исходил пар. Да, у них все получилось. Осталось переждать месяц, чтобы рубин набрался сил. Месяц…