Давай устроим этому миру протест

Я проснулся из-за боли в руке, видимо, я слишком неудачно лёг на неё. Разлепив глаза, я растянулся во весь рост и зевнул. Как и стоило ожидать, место рядом со мной пустовало. Где-то в ногах гремели бутылки из-под вина, которые мы опустошили вчера. Из-за задёрнутых штор комнату заполнял зелёный свет, а тени ветвей деревьев изображали причудливые картинки на стене. Я бы так и продолжил наслаждаться этим прекрасным моментом, если бы не одно «но» — ШКОЛА. В панике, я начал шарить по дивану, стоящем рядом, пытаясь найти гаджет. Смартфон оказался под подушкой, и я тут же нажал на разблокировку. Полвторого дня. Чёрт. ЧЁРТ. Будто чувствуя, что я сейчас начну орать, в комнату тихо зашёл Джош. — Какого хрена, Джош? — почти визжал я. — Твоя мама писала, я ответил ей, что тебе пришлось уйти в шесть утра, потому что в школе обсуждали выпускной. Я ахуевшим взглядом пялился на него, потому что Дан говорил это так, будто это происходит постоянно, что это совсем не необычно. — Она в ответ пожелала тебе удачи, — кудрявый пожал плечами. — Блядский случай, — я закрыл глаза руками и откинулся обратно на подушки. — Ты понимаешь, что это полный пиздец? — Почему? — он сел рядом, отрешённым взглядом разглядывая одеяло. — Это выпускной класс, сука, мне нельзя пропускать занятия. Если пропускать — не будут ставить хорошие оценки, а это значит хуёвый аттестат, и я не смогу поступить и буду бомжом. — Ничего себе, как ты всё распланировал, — хихикнул Джош. — Это нихрена не смешно, — рявкнул я, уставившись в потолок. — Ты так печёшься об этом, будто это смысл жизни, — усмехнулся Дан, вытягивая ноги. — Хорошее образование и высокооплачиваемая работа никому не мешает в жизни. — Кстати, это… Тайлер, ты же понимаешь, что никто не должен знать о ночи? Мы можем забыть об этом, окей? Это была ошибка, — он всё ещё сверлил взглядом одеяло. — Знаешь что, Джош? Мне похуй. Вызови мне такси, — я быстро встал и начал одеваться. Кудрявый выполнил мою просьбу и ушёл на кухню. Домой я приехал как раз в то время, когда обычно возвращаюсь со школы. Не раздевшись, я плюхнулся на не застеленную кровать и повернув голову в бок, смотрел на небо за окном. Такое ярко-голубое с огромными облаками. Где-то высоко над землей пролетела птица. Хотел бы я быть этой птицей. Свободной, живущей по своим правилам, птицей. А что мне мешает? Родители. «Тебе нужен хороший аттестат!» «Тебе нужно высшее образование!» «Тебе нужна хорошая работа!» Откуда они знают, что мне нужно? «Ты учишься для себя, а не для нас.» А по-моему, как раз-таки для родителей я и учусь. Не пропускаю и учусь только на хорошие оценки, чтобы мне позволяли что-то делать. Да нахрен оно мне надо? Хуй ли я так парюсь? Всё, в задницу эту прилежную учёбу. Родители орать будут. Плевать. Буду тусоваться с друзьями, они меня поддержат и, если что, пустят пожить. Джош. В голове всплыл образ кудрявого, сердце забилось чаще, а щёки, я уверен, горят огнём. Он снова использовал меня, будто я мальчик для потрахушек. Я вспомнил вишнёвый запах смазки и прикрыл глаза. Это ведь была волшебная ночь. С одной стороны, это круто, что мы можем просто трахаться и бухать вместе, оставаясь натуралами в обществе. Но с другой, я хочу в любой момент держать его за руку, целовать в щёку, хочу, чтобы он влюблённо смотрел на меня. В пизду Джоша. Я ухмыльнулся сам себе и, нашарив в кармане телефон, набрал номер Холзи. — Да? Тайлер, почему тебя не было в школе? Что-то случилось? — Всё в порядке, Холз. Чем занята? — Эм… Буквально пялюсь в стену и пью колу. А что? — Пошли гулять? — А что, вы уже все собрались? — Не, у падика все будут как обычно часов в семь. Просто пошли побродим по городу, м? — я уже начал накручивать прядь отросших волос на голове и болтать ногой в воздухе. — Но я так круто провожу время… — с наигранной грустью ответила девушка. — Если ты не оторвёшь свою задницу от кровати, мне придётся украсть тебя. Это, между прочим, карается законом, и меня посадят. — Ладно, через пятнадцать минут у магазина. Я улыбнулся и, согласившись, сбросил вызов. Переодевшись в свежее, я взял телефон и деньги, после чего выдвинулся на встречу. Холзи была одета в лёгкое платье, а волосы заплетены в косы, в которых торчали маленькие цветочки. — Ты такая милая, — я улыбнулся, обнимая подругу. — Спасибо. Ну, знаешь, ты тоже ничего, — она рассмеялась, заражая смехом и меня. — Куда пойдём? — Перекусим в кафе? — девушка согласно кивнула. Пока синеволосая пересказывала сегодняшний школьный день, мы медленно двигались к кафешке, где позже заняли столик у окна и заказали еды. Не забыв сфоткаться в инстаграм, мы всё так же говорили на какие-то поверхностные темы и кормили друг друга картошкой фри. — Эй, мне в инстаграме подруга написала, что мы круто смотримся и спросила, не встречаемся ли мы, — хихикнула Холзи, чуть заметно покраснев. — Напиши, что да, время пранков. Сам того не замечая, я начал флиртовать с девушкой, но, кажется, мы оба не были против этого. Ну, а что? Пора уже заводить отношения, тем более, что Джош в пролёте, а с Холзи мы круто смотримся. Когда мы вышли из кафе, уже стемнело, на улицах зажглись фонари с тёплым желтым светом, а людей стало гораздо меньше. — Пошли, — быстро буркнул я, схватил подругу за руку и потянул в сторону парка. Быстро пересекая улицы, мы смеялись и пытались перекрикивать машины, которые с шумом проезжали мимо и мешали нашему разговору о вписках. — Эх, не судьба, — вздохнула девушка, оценивая взглядом закрытые железные ворота. — Тоже мне, проблема, — фыркнул я и тут же запрыгнул на забор, перелезая в парк. — Ну я же в платье, Тай, — хихикнула синеволосая. — Ты что, смущаешься меня? — я посмотрел на неё через решётку, хитро прищурившись. — Могу отвернуться, раз мы такие ранимые. — Пф, сынок, это я-то смущаюсь? — дерзко ответила она и полезла на забор, а я начал громко смеяться с начала её реплики. Она перелезла и поправила платье; вновь взяв её за руку, я повёл Холзи к центру парка, где мы встали меж деревьев и просто смотрели на звёзды. Небо было чистым, а из-за отсутствия фонарей поблизости, звёзды были хорошо видны. — Твои глаза так ярко светятся сейчас, — тихо сказала девушка и я посмотрел на неё. — Там, где нет преград, людей и особенно родителей, я чувствую себя свободным. А свобода — единственное, ради чего я живу. Она такая невесомая и неуловимая, но я счастлив, когда никто и ничто не ограничивает меня, — я улыбнулся, переплетая наши пальцы. — Я хочу поцеловать тебя, — тихо сказала Холзи, продолжая смотреть мне в глаза. Я медленно сократил расстояние между нашими лицами и оставил поцелуй на её губах, которые всё ещё были сладкими из-за мороженного. — Но… Как же Джош? — спросила она, чуть покраснев. Я промолчал. Я и вправду не знаю, что ответить. — Вы с ним не встречаетесь? — осторожно спросила она. — Нет, но вчера ночью мы занимались сексом, — совершенно спокойно ответил я. — Он сам не знает чего хочет. Джош нравится мне, но просто секс и вписки мне не нужны. Я хочу влюбиться, — я обнял девушку со спины. — Не думаю, что у нас что-то серьёзное получится, но будет круто типа за ручку ходить и всё такое, — она улыбнулась и запрокинула голову к небу. — А потом привязанность станет такой сильной, что мы будем жить вместе, женимся и заведём собаку. — А ребёнка? — Нахуй детей. — Ты мечта, а не мужчина, Джозеф. Она хотела сказать что-то ещё, но мы увидели свет фонарика и грубый мужской голос. Схватившись за руки, мы побежали к воротам и быстро покинули парк. Всё ещё громко смеясь, мы с Холзи пришли к друзьям, которые сидели на лавочке у подъезда Джоша. — Да мы задолбались вас ждать. Где вы были мать вашу? — возмущался Брендон, кутающийся от холода в толстовку. — Мы гуляли, — ответила синеволосая и потеснила парней, сев в середину. Краем глаза я заметил Джоша и повернувшись к нему, обнаружил убивающий взгляд в сторону Холзи. — А чего вы нас ждали-то? — неожиданно громко спросил я, чтобы Дан перестал пялиться на подругу. — План под названием «Мечта подростка», разработка которого закончена, скоро должен вступить в силу? — ответил Патрик, неодобрительно поглядывая на Пита, который достал пачку сигарет. Я тоже достал пачку, понимая, что не курил с самого утра, и закурил. Я прищурился и втянул щеки, делая глубокую затяжку, чуть задерживая дым в лёгких и выпуская его куда-то в небо. — Подробнее, — попросил я, перед тем, как сделать следующий затяг. — В районе соседнего города будет крупный музыкальный фестиваль на два дня, — пояснил Брендон. — Меня не пустят, — тут же сказал я, разглядывая тонкую струйку дыма, отходящую от сигареты. — Никого из нас не пустят, брат, — продолжил брюнет. — Мы сбегаем из дома и едем на фестиваль. Нам нужно скинуться только на билет и еду. — Ну, я не знаю, парни. Родители меня убьют, — я выкинул окурок и поёжился от холода. — Много ли раз в жизни у тебя будет такая возможность, Тай? Мы будем свободны, и это полностью поменяет нашу жизнь, — вступился Даллон. — Я тебе отвечаю, что это будут твои самые лучшие дни, — широко улыбнулся Ури. Я почувствовал, что свобода совсем рядом с моими пальцами, щекочет и не даёт схватить её. А препятствует этому боязнь родителей. — Да похуй, я с вами, парни, — улыбнулся я, понимая, что теперь свобода оплетает мои пальцы, проникает в вены, направляется прямо в сердце, а оттуда разносится по всему телу, и от этого ощущения у меня сносит крышу. Все подростки тут же встали и, что-то счастливо крича и прыгая, начали обнимать меня. Все, кроме Джоша, который, полностью расстроенный, стоял рядом.