Хроники попаданческих снов

Приятный ветерок обдувал моё тело. Было так хорошо, что совсем не хотелось открывать глаза. Я чувствовала, как трава и нежные лепестки цветов касалась моей кожи, слышала шелест листвы. Глупые мысли не мешали отдыху, в голове было на удивление пусто. — Эй, о чём ты думаешь?! Здесь спать опасно! — послышался мальчишеский голос. Неохотно я села и открыла глаза. Два абсолютно непохожих мальчика стояли передо мной. Один бойкий, с каштановыми волосами и синими глазами. Обычный деревенский парнишка. При виде второго мне почему-то в голову пришло слово «эльф», хотя он определённо был человеком. Наверное, виной тому были тонкие черты лица и необычный цвет волос — голубой. По поведению он явно был трусом. От слабого, приятного порыва ветра заколыхались разнообразные цветы. Всё поле было покрыто цветными пятнами. Хотя и само поле было словно пятном в небе, резко обрываемое скалой. Где-то внизу под утёсом шумели волны. Совсем далеко, потому я сразу не заметила. Мне хотелось посмотреть, насколько мы были высоко, пока мальчики чего-то активно обсуждали между собой, но стоило подойти к краю, как меня одёрнули за руку. — Ты чего?! Упадёшь же! На лицах мальчишек читалось беспокойство. А я… Я не чувствовала ничего. Та же пустота, что заполняла разум, теперь нашла убежище в сердце, будто пленяя чувства в клетку. Они пытались сквозь неё пробиться, но пока сквозь узкую щель просачивался лишь слабый интерес. Чувства ещё не проснулись. Как, толком, и я. Глядя на мальчиков, таких живых и эмоциональных, это особенно чувствовалось. Но мальчики этого совсем не замечали. Зато вспомнив, что уже долго держит меня за руку, тёмненький внезапно покраснел, отпустил меня и отвернулся. — Как думаешь, откуда она? — спросил второй мальчик у первого. — Я никогда не видел её раньше. — Точно, как тебя зовут? — вновь повернулся тёмный ко мне. — Зовут? Только сейчас пришло осознание, что я о себе ничего не знала. Ни имени, ни как я выгляжу, ни откуда я, ни как оказалась на поле, ни где оно находилось. Волнение туманом стало пробираться сквозь расшатанную дверцу клетки, тонким слоем расстилаясь в пустоте. — О, верно! — вновь продолжил разговор тёмный. — Как грубо не представиться самому. Меня зовут Асбель Лант. Это мой младший брат, Хюберт. — Привет, приятно познакомиться, — скромно поклонился мне Хюберт. Их имена звучали странно, но знакомо. — А тебя? — всё не унимался Асбель. «Хороший вопрос». Я посмотрела на свои руки в тёмно-синих перчатках, доходящих выше локтей. Вниз свесились два лиловых длинных хвоста. Сжала, разжала кулаки, пытаясь прочувствовать своё тело. Своё ли оно? «Чужое», — пронеслось в мыслях. Я помотала головой. — Не помнишь своего имени?! — Асбель, — одёрнул парня брат, — возможно, у неё амнезия или что-то вроде того. Говорят, что у людей с амнезией проблема с памятью. — Амнезия? — Взгляд Асбеля изменился. Он стал каким-то грустным. — Значит, ты и правда не можешь ничего вспомнить? «Кто я? Где я?» Стало немного жутко от незнания простейших вещей. Нет, даже не так. Не по себе мне было из-за сочувствия мальчиков. Забавно, но прошлое несильно меня беспокоило. Было кое-что другое. Я посмотрела на Асбеля в ожидании: мне некуда было идти, мне неизвестны были мои цели — мне оставалось лишь искать подсказку у этих детей. — Знаешь, Хюберт, ты, возможно, прав. — И что же нам теперь делать?.. Мальчики опять начали спор, а я отвлеклась на прекрасное создание — бабочку. Легко перебираясь по воздуху, она плавно опустилась на цветок, такой же лиловый, как и мои волосы. Казалось, подойди я ближе и протяни руку, бабочка сядет на неё, но едва я собралась сделать шаг, как меня окликнули: — Эй, почему бы тебе не вернуться с нами? — как самый главный, взял на себя инициативу Асбель. — Всё равно нет смысла оставаться здесь одной. Я кивнула — мне как раз нужна была опека, чтобы быстрее освоиться, — напоследок глянув на цветок, на котором буквально только что сидела бабочка. Куда она успела так быстро улететь? — Тебе нравятся цветы? — заметил Асбель, куда был устремлён мой взгляд. Он наклонился и сорвал тот самый цветок, отчего мне стало грустно. — Вот, возьми себе. Подумав, я взяла: всё равно ведь уже сорван. Мне не пришлось подносить цветок близко к носу, чтобы учуять его нежный аромат, достаточно было поднять перед собой, разглядывая лепестки и сердцевину. — Это всего лишь цветок. Ты странная… Впрочем, неважно. Пошли! Странная… Сложно было поспорить. А в бою… Те монстры, что на нас нападали, не были такими уж опасными, но благодаря им я кое-что поняла: моё тело было создано для битв. Не задумываясь, я разила врагов без промедления, удивляя мальчиков своими движениями. Так просто и неосознанно, я лишь задавала цель, не успевая даже сообразить свои следующие действия, как побеждённый противник уже лежал перед моими ногами. Страшно? Навряд ли. Если бы не взгляды мальчишек, я бы посчитала эту особенность естественной. Асбель был удивлён и восхищён, Хюберт же не скрывал своего страха. Постепенно они оба успокоились. По холмистой тропе спустились к ровной просёлочной дороге. До ворот небольшого городка дошли быстро. Я вдыхала свежий воздух, осматривала местные простенькие пейзажи, не задумываясь ни о своём будущем, ни о прошлом. Уже внутри города мальчики остановились, а с ними и я. — Так… что теперь будем делать? — неуверенно спросил брата Хюберт. Асбель задумался, но тщетность его потуг прервала девочка строгим возгласом: — Асбель! Старший из братьев напрягся, ойкнув. — О нет, это Черия! — Не соизволишь ли объяснить, почему ты не взял меня с собой? Она упёрла руки в бока, карими глазами осуждая Асбеля. Даже ветер, казалось, был на её стороне, угрожающе подув, зашевелив малиновую чёлку, но оставив нетронутой косу за спиной. Если бы не угрюмый взгляд, светлое платье придало бы ей ангельского вида. Хюберт в страхе потянул брата за рукав, шепча: — У тебя проблемы. Она и правда зла! — Б-бежим! — не придумал ничего лучше Асбель, но так и не тронулся с места. — Только попробуйте! Я не позволю вам вновь сбежать без меня! Я вздохнула. Пусть у меня не осталось воспоминаний, сердце подсказывало, что споры выслушивать мне было не в новинку. Вот так вот стоя в стороне. Навалилась усталость ниоткуда. Терпеливо ожидая окончания ссоры, я достала цветок, спрятанный на время битв за пояс. Полюбоваться им мне не удалось, так как побежавшая в нашу сторону девочка быстро остановилась, тяжело дыша. Забывший про страх Асбель бросился к ней. — Ты в порядке?! Ты же знаешь, тебе нельзя так бегать. — Вы, парни, — задыхаясь, говорила она, — ходили на Холмы Ланта, не так ли?! — Куда-куда? — Не прикидывайся идиотом! — вспылила Черия, с трудом выровняв дыхание. — Это холм, на котором цветы цветут круглый год! Ты обещал с десяток раз, что возьмёшь меня с собой в следующий раз! Черия всё ещё дышала тяжело, но её воля была крепка, потому она держалась прямо. Асбель же перестал ребячиться, заговорив на полном серьёзе: — Прости. Но посмотри на себя, если бы я взял тебя туда, у тебя бы не осталось сил на обратный путь. И мне бы вновь пришлось нести тебя на спине. — А ты всегда злишься, — продолжил за брата Хюберт, — когда Асбель несёт тебя. Пока ребята продолжали препираться, я отошла немного в сторону. Наслаждаясь запахом цветка, я рассматривала каменную стену и вымощенный узор под ногами. На зелёных холмах то и дело встречались деревья с яркими красными яблоками. Настолько крупными, что моей маленькой ладошки было бы мало, чтобы измерить их. — А… Эм… — послышался голос Хюберта. Я обернулась. — Почему ты стоишь здесь? Идём. Как только Черия встретилась со мной взглядом, она тут же переключила всё своё внимание на меня. В её глазах читалась нескрываемая ревность. — Асбель, кто она? — Не знаю. Мы нашли её в Холмах и привели сюда. — Зачем ты это сделал? — напряглась девочка, затем подошла ко мне, изучая взглядом, сравнила невзначай рост. Что-то решив для себя, она поникла. — Ну же, Черия, — несколько осуждающе заговорил Асбель, — не смотри на неё так. Вы должны постараться подружиться! Девочка вздохнула, явно не удовлетворённая словами друга. И вот-вот она собиралась опять начать скандал, как я протянула ей цветок. Она удивлённо уставилась на меня, затем посмотрела на цветок и снова на меня, ничего не понимая. — Асбель сорвал его, — тихо произнесла я. Черия наклонила голову набок. — Для тебя, — добавила я. Как же она засияла! Правда подозрение быстро поставило на радости весомую трещину. — А почему он у тебя? — Чтобы Асбель не помял его, когда сражался! — мгновенно придумал Хюберт. — Ну, как-то так, — почесал затылок виновник суеты. — О, Асбель! Что же, раз ты был так добр и принёс мне цветок, на этот раз я тебя прощу. — Мальчик облегчённо выдохнул. И мне полегчало — я легонько улыбнулась. — Разве это не соферия? Она обычно не цветёт в это время года. Полагаю, что истории о том месте — правда. — Да. По всему холму цвели цветы. — Смотри, — тихо зашептал Хюберт, но я была достаточно близко, чтобы его услышать, — всего один цветок уже сделал её счастливой, да, Асбель? «Счастливой?..» — посмотрела я на цветок. От вида счастливой Черии и мне было приятно. Приятно от осознания, что осчастливила её я. Когда цветок был только сорван, у меня было такое угнетённое чувство, будто бы Асбель его убил. Теперь же, глядя на улыбающуюся девочку, я была рада, что он так поступил. Хотя цветок всё равно было жалко… — Так как тебя зовут? Откуда ты? — начала задавать она мне те же вопросы, что и ранее братья. — Мы спрашивали у неё, — ответил за меня Асбель. — Она не знает. Мы думаем, что у неё амнезия. — Что?! — воскликнула Черия. В отличие от спокойной меня, она была полна ярких эмоций. — О боже, это ужасно! — Мы думали, что она вспомнит что-нибудь, если мы приведём её в город. — И? — обратилась Черия уже ко мне. — Это помогло? Ты что-нибудь вспомнила? Я как-то и не задумывалась над воспоминаниями, пока меня не спросили, потому я ещё раз осмотрелась, взывая к своей памяти — без толку. Что интересно, меня это совсем не расстроило. Почему-то я даже испытала облегчение. — Похоже, что нет, — сделал вывод Хюберт. — Быть может, нам стоит поспрашивать в округе? — Почему бы не спросить моего дедушку? — оживилась Черия. — Он знает довольно много о местных. — О, отличная идея. Уверен, что Фредерик что-нибудь да скажет. По пути ребята то и дело что-то обсуждали, пытаясь втянуть меня в свой разговор, но я не знала, как реагировать. Я не всегда понимала, о чём они вели речь. Слова еле слетали с моих губ, когда Асбель смотрел на меня в ожидании. Я старалась слушать их, пыталась понять, поддержать улыбкой, но окружающий мир занимал почти всё моё внимание. Для ведения бесед мне не хватало знаний, потому я пока только слушала всех, кто оказывался рядом, и изучала всё, что попадалось на глаза. Определённо точно я была здесь в первый раз. Мы шли по каменной дороге, порой поднимались по ступеням выше, где чётко видны были скалистые стены. Удивляла гладкость улиц, площадей. Столь ровные, несмотря на холмистую местность. Словно скала была срезана в нескольких местах на разных уровнях, но разве такое возможно? На втором уровне мерно крутила лопастями одинокая мельница. Дальше были ещё, но мы шли в другую сторону, к большому, среди местных домов, особняку с двором, полным ухоженных цветов, у которых стоял стройный дедушка. К нему и направился Асбель. — Добро пожаловать домой, господин Асбель, господин Хюберт, — поклонился дедушка в почтении. — Да-да, мы вернулись, Фредерик. Мы хотели спросить, не видел ли ты эту девочку раньше? Дедушка подошёл ко мне, прищурился слегка. — Нет, не думаю, — пришёл он выводу. Ничего не оставалось, кроме как побродить по городу и округе, расспрашивая всех обо мне. Ребята часто обращались ко мне. Черия особенно переживала за моё имя, будто знание имени могло сделать человека счастливым. Тогда же я узнала, что Черия больна… чем-то. Асбель же обещал, что поможет найти мою семью — а была ли она у меня? — убеждал, насколько она важна и дорога, но сам погрустнел, когда я спросила о нём и его семье. Раз так, действительно ли важно было найти мою семью? Так ничего и не узнав, мы вернулись к дому братьев. Строгая женщина — мать мальчиков — отчитала сыновей. Так закончилось наше небольшое путешествие. Словно первое путешествие в моей жизни. Но день на этом не заканчивался. Асбель тяжело выдохнул, готовясь открыть дверь, за которой располагался просторный кабинет его отца. Мы вошли втроём — Черия была отослана домой, — уверенно шагая к письменному столу. — Ты определённо не торопился, Асбель, — поприветствовал мужчина сына, сразу же обращая свой взор на меня. — Кто эта девочка? — Мы встретили её за городом, — взял объяснения на себя Хюберт. — Похоже, у неё амнезия. Она ничего не помнит о себе. Мужчина встал со стула с высокой резной спинкой и заинтересованно глянул на меня. Затем покачал головой, словно отгоняя ненужные мысли. Было видно, что я его интересовала меньше всего. — Это может подождать. Мне нужно поговорить с вами, — обратился он больше к старшему сыну. — Что теперь? — без энтузиазма поинтересовался Асбель, глядя на отца, шагающего к окну. В голове мужчины было полно мыслей, чувствовалось по его задумчивому поведению и речи. — Я получил письмо от очень важного человека из столицы. Его сын собирается посетить Лант. — Гость из столицы? — проявил интерес Асбель. — Это необычно, да, папа? — Хюберт также не остался безучастным. — Этот мальчик близок вам по возрасту, но вы не приблизитесь к нему и не заговорите, — обернулся мужчина, строгим взглядом смеривая сыновей. — Он пребывает из наиболее могущественной семьи королевства Виндор. Мы не имеем права проявить к нему и малейшего неуважения. Если что-нибудь произойдёт, это падёт тенью на имя Лантов. Ты понимаешь, Асбель? — произнёс с нажимом. Говорил он чётко и размеренно, стоял прямо и гордо, зарождая в моём сердце уважение. Я с интересом наблюдала за ним, слушая всё, что он говорил. Пусть я не до конца понимала всего смысла, лишь частично, мне не было скучно. Разве что то, о чём он говорил… Политика. Как же неприятно прозвучало это слово в моей голове. На мгновение мне показалось, что я испытала ненависть. Верно, показалось. Как можно ненавидеть то, чего не знаешь? Память так и не думала мне помогать. — Почему ты спрашиваешь только меня? — Ты меня понял? — настойчиво повторил мужчина. — Да, — неохотно согласился Асбель. — Хорошо. Что до девочки, я передам её властям. Уверен, они смогут найти её семью. Это лучшее, что мы можем для неё сделать. Найти семью… Как и говорил Асбель, судя по всему, это было важно, раз такой человек тоже решил помочь. Но сам мальчик почему-то остался недоволен. Меня, впрочем, формулировка «передам властям» тоже напрягла. — Что? — Так для тебя останется меньше беспокойства, верно? По выражению лица Асбеля я поняла, что всё было не совсем так, как он хотел. Чего же именно он хотел, мне было неизвестно. Он с такой растерянностью смотрел на меня, что у меня возникло желание его поддержать. По правде говоря, я сама не хотела исчезать так скоро из его жизни. Проведённое время вместе было для меня самым дорогим. Нет, это и вовсе всё, что у меня было. Семья? Я даже не знала, была ли она у меня. Хотя, должна была быть. Асбель был в этом уверен. — Я хочу остаться с Асбелем, — произнесла я, помотав головой. Он был мне уже знаком. Я чувствовала себя с ним уютно. Я верила, что ему можно доверять. Зачем мне была нужна какая-то семья, когда я уже чувствовала себя на своём месте? — Правда? — в голосе его слышалась надежда и благодарность. — Что ты скажешь, Асбель? — дал выбор сыну мужчина. Отец пытался настоять на необходимости своего участия и властей, но Асбель отклонил предложение, утвердительно заявив, что сам обо мне позаботится. И никакие аргументы не смогли убедить его в обратном. Спор мог бы продолжаться вечно, если бы его не прервал Фредерик, пришедший с вестью об оговариваемом ранее госте. Разговор был отложен, а вопрос о моей дальнейшей судьбе оставался открытым. Тот гость был важнее меня. — Я помогу ей, и меня не волнует, что говорят другие! — рассержено кинул Асбель напоследок. Мы быстрым шагом выбрались из поместья. Гнев Асбеля почти ощущался кожей, что особенно сказывалось на Хюберте. Мне было его жаль. Он выглядел забитым и слабым, слишком неуверенным в себе. — Похоже, отец только и знает, как обращаться со мной, словно с маленьким ребёнком! Невыносимо! — постукивал Асбель носком по земле, не имея возможности выплеснуть накопившуюся негативную энергию. — И почему я единственный, кого он отчитывал?! — Ну, ты старший, — ответил на его вопрос Хюберт. — А это значит, что ты станешь главой Ланта однажды. — Я бы предпочёл стать рыцарем в услужении короля, — устало выдохнул старший из братьев. — В столице есть специальная школа рыцарей. Ты знал об этом? — Слышал, — кивнул Хюберт. — Но Асбель, ты… ты правда сможешь позаботиться об этой девочке? — неловко спросил он, не желая обидеть брата. Оба мальчика посмотрели на меня. Прошло не больше секунды раздумий, но раздражение в воздухе перестало обжигать. — Да, — уже спокойно ответил Асбель. — У меня нет выбора. Я должен доказать отцу, что я не какой-то там бесполезный ребёнок. — Да, но… — засомневался Хюберт, но не стал продолжать, заметив девочку у ворот. Черия с опаской оглядывалась, боясь быть пойманной взрослыми: в конце концов, ей было запрещено быть здесь. Вернее запрещено было Асбелю втягивать её в неприятности, что, в общем-то, было равнозначно. — Так твой отец решил, что делать с таинственной девочкой? — поинтересовалась она после короткого приветствия. — Да, я позабочусь о ней. Черия замерла на мгновение, не веря своим ушам. Её шок было не описать словами. Учитывая споры и так и не решёный вопрос, оно было понятно. Я была почти уверена, что долго с Асбелем не пробуду, что его отец добьётся своего. Пока же мы были вместе. Мы были семьёй: я, Асбель, Хюберт… и Черия. — Что?! — чересчур громко и эмоционально выкрикнула Черия так, что ей вновь стало больно дышать. — Не кричи так. Тебе опять станет плохо, — с определённой толикой заботы отчитал её Асбель. — Это твоя вина! Что ты имеешь в виду, позаботишься о ней? — То, что я беру за неё ответственность, пока мы не узнаем, кто она. — Что если мы никогда не узнаем?! — уперев руки в бока, не отступала Черия. Асбель скрестил руки на груди и закрыл глаза, серьёзно размышляя над вопросом. Все, в том числе и я, терпеливо ждали. Думал он довольно долго и усердно. — Ну, тогда… — даже наконец заговорив, не торопился, словно ещё не придя к определённому ответу. И вдруг его осенило. Он резко открыл глаза и сжал перед собой руку в кулак. — Я проведу с ней всю оставшуюся жизнь! — Всю оставшуюся… — широко открыла глаза Черия, прикрыв открывшийся в удивлении рот руками. На секунду мне стало страшно: казалось, Черия вот-вот взорвётся от злости и негодования. Помотав головой, едва не плача, она воскликнула: — Нет! Ты не можешь! Шутишь, что ли?! Ты просто не можешь! — Слишком поздно! — пресёк истерику Асбель. — Я уже решил. Глянув на брата, Хюберт прикрыл глаза, вздыхая. — Хватит, Черия. Он ни за что не передумает. — Невероятно… — стукнув себя ладонью по лбу, девочка обречённо опустила голову. — Что же, ты теперь с нами, — объявил Асбель, глядя на меня. Не знаю, что такого увидел во мне, но он добавил: — Не волнуйся, всё будет в порядке. Но раз уж ты теперь наш друг, нам нужно дать тебе имя. Хм… — опять задумался он. — Как насчёт… — Асбель выглядел невероятно серьёзным, придумывая имя, — Тигриный Фестиваль! — Ты идиот! — мгновенно среагировала Черия, а Хюберт посмотрел на него как-то сочувствующе. Мне тоже имя показалось более чем странным. Во-первых, оно было двойное… — Какая девочка захочет такое имя! Невероятно! — У моего брата плохо с именами… — Ну и ладно! И как ты хочешь назвать её? — А, ну… Я не знаю… — пришла в замешательство Черия. Выход нашёл Хюберт: — Мы нашли её на цветочной поляне, верно? Так может, нам следует назвать её в честь цветка? — Черия, — не стал спорить Асбель, — как назывался тот цветок, который, — замолк он на мгновение, — я подарил тебе? — Соферия. — Соферия… — повторил он. — Ага! Решено! Мы назовём её Софи! — Софи… Довольно мило, — одобрил Хюберт. — Согласна, хорошее имя, — подтвердила Черия. — Отлично, с этих пор тебя зовут Софи! Согласна, Софи? Тебе нравится или как? Признаться честно, мне было всё равно, как бы меня не назвали. Даже Тигриный Фестиваль, вызвавший столько негодования, был бы принят мной без пререканий. Отсутствие имени, впрочем, меня тоже ничуть не смущало. Оно было нужно моим… друзьям. Мне оставалось только: — Меня зовут Софи. — Приятно познакомиться, Софи! — довольно улыбнулся Асбель. Остальные тоже встретили меня улыбкой. Определённо, для счастья многого не нужно. И всё было бы замечательно, но из особняка вышел отец братьев, ведущий за собой троих солдат. Он был явно обеспокоенным. Не взглянув на детей, он пробежал мимо, куда-то торопясь. Со слов Фредерика стало ясно, что что-то случилось с юным гостем по дороге в город. Асбель не мог проигнорировать происшествие, потому направился следом, и не было возможности его отговорить. Далеко бежать нам не пришлось: отец братьев защищал повозку от птицеобразных монстров недалеко от города. Нас он не был рад видеть. — Что вы делаете здесь?! — кричал он. — Здесь опасно! Уходите! — Расслабься, — Асбель же был спокоен и уверен в себе, — мы справимся. Так, — посмотрел он на меня, — нужно выманить одного сюда. Долго он не думал как, просто бросив камешек в клюв монстра. Результат не заставил себя ждать. — Он приближается! — в страхе затрясся Хюберт. — Черия, позаботься о транспорте! — отдал приказ Асбель. Пока солдаты и мы отвлекали монстров, девочка помогла людям сбежать. Только тот, что был внутри повозки, в ней же и оставался. Я его не видела, просто чувствовала, что там кто-то был. Монстр не доставил проблем. Я и не понимала, почему мы должны были сражаться только с одним. Но Асбелю, похоже, этого было достаточно. — Фух, это был последний, — глянул он на приближающегося отца, победившего оставшихся монстров. — Идиот! — Ч-что? Что на этот раз не так? — Сколько раз я должен говорить тебе оставаться на месте? Тебя могли ранить! Или хуже! Отец отчитывал бы старшего сына ещё долго, если бы его не прервал один из сопровождающих повозку. В отличие от отца, тот человек оценил действия Асбеля, но сам Асбель даже не улыбнулся. Я могла понять отца. Он ведь не знал, насколько я сильна. Рядом со мной его сыну ничто не угрожало. Из местных, по крайней мере, врагов никто серьёзной угрозы не представлял. — Наш гость, — напоследок отец обратился к сыну, — господин Ричард, остановится в гостевых покоях в поместье. Я повторю ещё раз: не приближайся к нему ни при каких условиях. Насколько я поняла, отец хотел, чтобы Асбель и этот Ричард встретились… Иначе зачем провоцировать сына? Он ведь знал его дольше меня, а даже мне было видно, что его старший сын делает всё, что ему говорят не делать. Конечно же мы направились домой, спешили увидеть таинственного гостя. Но не через главный вход. Асбель предпочёл войти через окно. Мы все последовали за ним, даже слабая Черия. Правда приземлилась она не очень удачно. — Кто… Кто здесь?! — забеспокоился светловолосый мальчик с аккуратно стриженной короткой причёской. Как и говорил отец, он был одного возраста с Асбелем. — Привет. Это всего лишь мы. — Кто вы? — чувствовалась в голосе нового мальчика угроза. — Я Асбель Лант. Мой отец хозяин этого поместья. А ты, должно быть, Ричард из столицы. Ну же, давай выберемся отсюда и повеселимся! Ты ведь никогда не был в Ланте, верно? Мы покажем тебе всё. Но вместо того, чтобы принять предложение Асбеля, мальчик отвернулся, произнеся: — Оставьте меня. Я предпочту остаться здесь. — Ты предпочтёшь остаться здесь, в тёмной комнате, совсем один? Ты сдурел? Совсем не хочешь развеяться? Я видела, как мальчик напрягся, а в конце сжал руку в кулак и повысил голос: — Я сказал вам оставить меня в покое. И не пытайтесь притворяться моими друзьями. Хоть говорил он строго и уверено, чувствовалась в нём тоска и обречённость. Мне хотелось сделать что-нибудь для него, но нужных слов на ум не приходило. И раз сказать не получалось, о том, чтобы хотя бы обнять и пожалеть я думала всерьёз. — Что ты сказал? — хотел возмутиться Асбель. Ричард продолжил в пол-оборота: — Вы только притворяетесь, что я вам по душе, чтобы использовать меня после, — и вновь отвернулся. — Так было всегда. Люди добры ко мне только тогда, когда они хотят чего-то. Или когда они… Стук прервал речь мальчика, но общий смысл был понятен и так. Ребёнок, стоящий перед нами, был глубоко несчастен, и в будущем не видел света для себя. То, что мне хотелось бы ему подарить — надежда. — Господин Ричард, — вошёл в комнату молодой человек с длинными платиновыми волосами и безмерно хитрым взглядом. Зелёный жакет был повязан на поясе синей тканью. — Брайс, — не обрадовался ему мальчик. — Время ежедневных тренировок с мечом. Пожалуйста, подготовьте снаряжение. — Не сегодня, — отвернулся от него Ричард, склоняя голову, пытаясь не встретиться взглядом. — Я нехорошо себя чувствую. Он лгал. Не полностью. Он не был болен. Плохо ему было от своих же слов и неверия в искренность Асбеля. — Враги атакуют независимо от вашего самочувствия, — продолжал настаивать мужчина. — Уклонение от тренировок только ослабит ваши навыки. — Не нужно заставлять его тренироваться, если он чувствует себя плохо, — заступился за Ричарда Асбель. — Не будьте так глупы. Мои уроки крайне важны, их нельзя пропускать ни при каких условиях. — Тогда я займу его место! Даже Ричард удивился. Ещё сильнее Хюберта и Черии. Видать, просто непривыкший к выходкам будущего главы семьи Лант. — Что же, ладно. Но, боюсь, вы пожалеете вскоре о своих словах, — усмехнулся Брайс. — Если вы и правда намерены со мной сразиться, я буду ждать в саду. Увидимся там. Ричард обеспокоенно смотрел то на одного, то на другого. Асбель, полный решимости, прожигал взглядом спину уходящего Брайса. Ричард, не желающий проблем, отправился вслед за учителем, обернувшись напоследок. Он и правда был сильно взволнован, и я почему-то его понимала. Вид у Брайса был чересчур хитрым. Его взгляд прищуренных глаз… Я видела схожий, и он никогда не сулил ничего хорошего. Где видела? Не скажу. Не помню. Асбель тоже не стал медлить, отмахиваясь от попыток Хюберта и Черии его вразумить. Я же не вмешивалась. Он был не из тех, кто слушал советы. Я уже неоднократно в этом убеждалась, хотя и дня не прошло с момента нашего знакомства. Он должен был на собственном опыте почувствовать реальность. Через боль и горечь поражения вынести для себя урок. Теория только тяготила таких, как он. — Как вижу, вы пришли, — отметил Брайс, ожидая снаружи поместья. Ричард стоял подле. — Начнём? — вышел он на круглую ровную площадку в центре сада. — Где ваш меч? — поинтересовался Асбель, вставая напротив. — Мне нет нужды использовать оружие против какого-то ребёнка! — надменно прозвучало из уст «хитрого лиса». Асбель, на удивление, не вспылил и был разумен. — Я не могу сражаться против невооружённого человека. Это постыдно для рыцаря. Похоже, ранее о становлении рыцарем Асбель говорил серьёзно, учитывая, как сильно изменились его поведение и речь. Почтительный. Достойный. Что не сказать было о его противнике… — Кажется, наш маленький мечник боится проиграть. В таком случае я вынужден настаивать на обучении Ричарда в итоге. Асбель молча приготовился к бою. Впервые видела его таким серьёзным. — Очень хорошо, — неприятно улыбнулся Брайс. — Готовься! — атаковал он немедля, не дав возможности сориентироваться и в ту же секунду повалив соперника одним ударом на лопатки. — Асбель! — воскликнул Ричард. Он чувствовал ответственность за происходящее, и перекладывать её на кого-то со своих плеч ему претило. — О… — как будто бы с досадой произнёс Брайс. — Наш маленький рыцарь упал? Не чувствуя боли, Асбель встал, криком повышая боевой дух, и попытался провести атаку в два удара, но тщетно. — Слишком медленно! Ты хотя бы стараешься, мальчик? — позволил Брайс себе дерзость, всем своим видом выражая разочарованность. — Чтоб оно всё! — стиснув зубы, выругался Асбель и атаковал от всей раздосадованной души… И попал. — Что?! — не смог сдержать удивления Брайс. — Значит, маленький рыцарь на что-то способен. Но всё закончится сейчас. Мне показалось, что я услышала в голосе мужчины нотки плохо скрываемой злобы, а желание навредить и вовсе было неприкрытым. Он вооружился длинными стальными когтями, готовясь напасть. У Асбеля не было шанса не то что на победу, но и закончить битву малой кровью. И кровь будет только его. Ни Хюберт, ни Черия не смели вмешиваться в бой, Ричард был готов принять решение, но ещё не видно было какое: просто крикнуть или же физически вмешаться. Я же спокойно наблюдала, уверенная, что до смерти дело не дойдёт. Насколько бы недоброжелательным не выглядел Брайс, он не посмеет убить сына хозяина дома. — Прекратите немедленно! — остановил бой один из рыцарей из столицы, прибывший вместе с Ричардом. Я даже смогла вспомнить его лицо, увиденное мельком после битвы с монстроптицем. — Фух… — выдохнул Асбель, вытирая со лба пот. — Настоящие рыцари сильны, — как ни в чём не бывало произнёс он, искренне потрясённый силой противника. С трудом услышала я со стороны Ричарда: — Поразительно. Он и правда совладал с Брайсом. А сам Асбель с улыбкой подошёл к Брайсу. — Спасибо за ваш урок. И, — сменив выражение лица, склонился он в почтении, — прошу простить мне мою дерзость! Надеюсь, — вновь улыбнулся он, — вы позволите мне ещё сразиться с вами. Отчего-то захотелось похлопать в ладоши. Я была горда и рада. — Асбель говорит так по-взрослому… — прикрыл открывшийся в удивлении рот младший брат. — Должно быть, ему в битве повредило мозг… — в той же позе, только обеими руками прикрываясь, стояла Черия. Я только тихо хихикнула в кулачок. — Прекратите! — густо покраснел Асбель. — Истинные рыцари вежливы и благородны. Если собрат рыцарь согласился тренировать тебя, он заслуживает благодарности. Даже я это знаю. — Так ты хочешь стать рыцарем? — подошёл к нему тот человек, что предотвратил кровопролитие. — Да, сэр! Больше, чем что-либо! — Ты талантлив в обращении с мечом. Как повзрослеешь, бьюсь об заклад, рыцари будут гордиться, что ты один из нас. — Правда?! — воодушевился Асбель. — Тебе же, — обратился мужчина уже к Брайсу, — стоит постыдиться. Нет чести в провоцировании ребёнка. Взрослые ещё немного поговорили о недостойном поведении и о судьбе тренировок Ричарда, а после, отдав честь своему ученику, вернулись в дом. Черия и Хюберт окружили нового героя, восхваляя и гордясь, но Асбелю было больше интересно другое — новообретённая дружба. — Рад, что тебе не пришлось сражаться. Нездорово, когда чувствуешь себя плохо. Ну, а теперь, когда урок закончен и мы уже снаружи, как насчёт показать тебе кое-что классное? — Что ты имеешь в виду? — забеспокоился Хюберт, подозревая, что имел в виду старший брат. — Я собираюсь показать ему цветы. — Но уже почти закат! — напомнила Черия. — Тогда вы должны остаться здесь. Просто прикиньтесь дурачками, если отец спросит о нас, хорошо? Не спрашивая, я отправилась следом. Асбель любил неприятности. Или неприятности любили Асбеля. Но его нельзя было оставлять одного в компании важного гостя: его отец не будет рад, если что-нибудь опять произойдёт. И Ричард… Черию и Хюберта я успела узнать получше, он же ещё пока оставался загадкой и был мне интересен. Милый мальчик с мягкими чертами лица. Он выглядел, словно принц из детской сказки. У него был в ножнах меч, но доставать его не приходилось, так как мы с Асбелем превосходно справлялись с защитой от надоедливых монстров. Когда добрались до поляны, солнце уже почти село. Его остатки красно-фиолетовыми лучами сгорали где-то на горизонте. Зато теперь на тёмном небе было видно что-то странное, неестественное. Как будто некий космический корабль дугой огибал планету, излучая водянистое сияние. По крайней мере так казалось. — Какая красота! — восторженно осматривался Ричард. И смотрел он вовсе не на цветы, а на общий вид. — Я рад, что смог показать тебе это место, Ричард, — наслаждаясь свежим вечерним воздухом и пейзажем, произнёс Асбель. — Было бы досадно прибыть сюда аж из столицы и не побывать здесь. — И ты всего лишь хотел показать мне это? — Да. Довольно впечатляюще, не скажешь? — Ты и правда нечто… Это место — место, где меня нашли, — приносило покой и умиротворение, радовало глаз и сердце. Я ощущала что-то особенное, ровно как Асбель и Ричард. Особенно Ричард. Его тон. Он стал мягче, словно стена недоверия спала. Мальчик готов был открыться, приобрести друга. И я была уверена, что сделай он это — Асбель его никогда не предаст. «Лучшие друзья навеки» — так, я слышала, говорили. — Вот вы где, ваше высочество, — неприятный голос. Я узнала его сразу. — Брайс! — воскликнул в удивлении Ричард. — «Ваше высочество»? — переспросил Асбель. И тут его будто осенило: — Погоди-ка, ты принц Ричард? Сын нашего короля?! Ричард склонил голову под тяжким грузом слов. Принц — особенный. Не такой, как все, не имеющий право на обычную жизнь. Даже здесь, вдали от столицы. — Вся стража суетится в ваших поисках, мой принц. Его голос напрягал. Ни разу с тех пор, как я увидела его в первый раз, я не чувствовала в нём ни капли света. Как бы он ни сдерживал тьму, она сочилась сквозь лживые нотки в полных лести словах и выразительной улыбке, острой и пугающей. Сердце забилось быстрее. В этот раз он пугал гораздо сильнее, чем во время тренировки. — Я весьма разочарован, что вы предоставили им таких хлопот. — Прошу прощения за доставленные неприятности, Брайс, — извинялся маленький принц, не отводя глаз. — Нет необходимости в извинениях. В сущности, вы лишь упростили мою задачу. Знакомые металлические когти вновь жаждали крови, но в этот раз не Асбеля. Сам Асбель, правда, в суть проблемы сразу не вник, наивно произнеся: — Я думал, что занятия на сегодня окончены. — Это не урок, мальчик. Это сражение до смерти. Смерти Ричарда, если быть точным. — Что?! — спохватился Асбель. — Поблизости нет стражи, которая могла бы прийти вам на помощь, мой принц. Ваша жизнь моя! — Нет! — Асбель не мог позволить стоять смирно в стороне. Он выступил вперёд друга, собираясь защищать его, как и по пути сюда. Я среагировала быстрее, чем мужчина успел нанести ему какой-либо вред. Брайс был силён. Очень. Даже мне было тяжело с ним тягаться. Впервые приходилось сражаться с человеком. Все люди такие? Тогда почему Асбель и Хюберт были так удивлены поначалу? В том бою я поняла, что обладаю не только боевыми навыками, но и лечебными, когда беспокойство о раненом Асбеле охватило меня. Вспышка эмоций — и раны были исцелены. Они не были изначально столь сильными, но могли помешать атаковать и уклоняться от вражеских выпадов. — Ну что, с тебя довольно? — тяжело дыша, едва не падая на колени, выпалил устало Асбель упавшему без сознания Брайсу. Каким-то чудом, не иначе, нам вдвоём удалось его подловить. — А? Где Ричард? — обеспокоенно замотал головой Асбель, найдя принца у самого края утёса. Он пятился спиной, не видя, куда вели его ноги. — Ричард, осторожно! Обрыв! — Обрыв? Но было слишком поздно — Ричард уже летел вниз. Недолго: Асбель и я подоспели вовремя, чтобы поймать кто за руку, кто за ногу. Мы пытались вытащить его, но не совсем удачно. Вернее, совсем неудачно. Когда Асбель полетел вниз, я уже не смогла удерживать обоих, полетев следом. Свет… Яркий свет. Он… исходил из моего тела? Куда-то всё исчезло… Я очнулась первой. Была уже глубокая ночь, но света луны и звёзд хватало, чтобы найти мальчиков, лежащих неподалёку на песчаном берегу, который тянулся вдоль высокой отвесной скалы. Шум прибоя дарил особое чувство — умиротворение. Не такое, как на цветочном поле. Там ощущение было больше волшебным. Звук омывающих берег волн казался таким притягательным, таким любимым. Невольно заныло спокойное доселе сердце. Слабо, как будто отголосок другой жизни, не касающейся меня. Не сейчас… Растолкав мальчиков, дождавшись, пока Асбель не убедился в общей целости и сохранности, я уже готова была искать путь наверх, но Ричард ещё не закончил говорить: — Тебя зовут Асбель, верно? Я… Я обязан тебе своей жизнью. Пожалуйста, — снял он со своего пальца перстень, — возьми это. Асбель по инерции протянул руку, в которую принц вложил свой дар. Мальчик странно уставился на подарок, затем спросил: — Зачем ты мне дал это кольцо? — Я премного обязан тебе. Это меньшее, что я могу сделать, — говорил он слишком официально. — Ни за что… Нет! Я не приму его! — разозлился Асбель, гневно бросив кольцо в песок. — Я спас тебя не ради денег, власти или из-за того, что ты какой-то там принц! Я сделал это, потому что… — Асбель схватился за голову, не в силах справиться нахлынувшими эмоциями. — А-а, неважно, — резко выдохнул он, вместе с воздухом прогоняя и гнев. Ричард покорно опустился на колено, подбирая кольцо. Смиренно закрыв глаза, он произнёс: — Я не желал оскорбить тебя или обидеть. Прости меня. Асбель ничего не произнёс, повернув голову в сторону. Либо не знал, что сказать, либо не желал сказать лишнего. Молчание могло затянуться, потому я взяла ход событий в свои руки. Лишь сказала: — Нам нужно возвращаться. — Когда Асбель зашагал впереди, как прирождённый лидер, я похлопала Ричарда по спине, говоря с мягкой улыбкой: — Всё хорошо, не переживай. Наверное, нужно было сказать за Асбеля, о чём он думал тогда, но не смог произнести. Хотя, эти слова дороже будут, если он решится произнести их сам. Безмолвный конфликт был прерван. Общая цель скрепила узы едва не прерванной дружбы. Медленно, осторожно вбираясь наверх с одного уступа на другой, шагая по узким тропам, мы двигались к волшебному цветочному полю. По пути нашли большое гнездо, но никто не смог предположить, кто его сделал. Ричард полагал, что какая-то птица, но Асбель опровергал, вот только не вспомнил, о ком ему рассказывал брат, которым он так гордился. Я и не замечала того уважения, когда мы были все вместе. Сейчас же он говорил о нём, высоко подняв голову, открыто говоря: «Мой брат гений!» Правда, почему-то, просил никому не говорить о своих словах. Но почему? Хюберт был бы очень рад. Быть может, даже набрался бы уверенности. Я решила, что в этот раз проигнорирую просьбу Асбеля. Хуже не будет, это точно. Зато отношения между братьями станут ещё крепче. Я была уверена. Только сначала нужно было взобраться в цветущую ввысь. Мы были уже почти у вершины, когда на нас напали медведи. Не уверена, что они были взрослыми. Во всяком случае свирепыми точно не были, хоть всё ещё атаковали сильно. Но разве они могли нас одолеть? Мне даже не пришлось так напрягаться, как с Брайсом. После победы Асбель довольно выкрикнул: — Что, съели? С такой командой, как у нас, у монстров нет шансов! Я не могла не согласиться. А вот Ричард замялся. — Я… в твоей команде? — Конечно же! Ты нам нужен, Ричард. Я согласно кивнула. —Ты… — отвёл Ричард взгляд. — Разве ты не зол на меня? — Ричард! — удивился Асбель. — Всё в порядке! Серьёзно. Я уже и забыл об этом. «Память как у рыбки», — пронеслось у меня в голове, но короткий смешок я сдержала. — Спасибо. — Нам стоит поторопиться, если мы хотим поскорее добраться до вершины. Опять оставшись с принцем почти наедине, я с улыбкой тихо произнесла: — Вот видишь, я же говорила, что всё в порядке. Чем ближе мы были к вершине, тем проще было карабкаться: теперь нам в помощь были не только каменные уступы и горные узкие тропы, но и корни дерева, растущего на волшебном поле. Оставшаяся часть пути прошла незаметно. Да и напряжения между мальчиками больше не витало. Хотелось улыбаться без причины. Пусть началось наше восхождение с трагедии, оно в итоге подарило нам немало тёплых чувств и сделало ближе. Особенно меня радовало, как с души Ричарда упал один из множества тяжёлых камней. Друзья… Он больше не был одинок. — Софи, давай руку, — предложил помощь Асбель, первым добравшись до вершины. Затащив меня на плоскую землю, он потянулся к Ричарду. — Теперь ты. Ричард замялся, с удивлением и страхом посмотрел он на свою руку. — Чего ты ждёшь? Ну же, берись за руку. — Хорошо, — сглотнув, согласился мальчик. Наконец мы все были наверху. Больше не видели окружающий скалы тонкий берег далеко внизу. «Как мы выжили?» — Да! Отлично, мы сделали это! Мы вернулись! — восторженно восклицал Асбель, пробежав немного вперёд. Энергия из него била ключом, её невозможно было не почувствовать. — Потрясающе, на что способны друзья, когда работают вместе! Я так рад, что вы были здесь со мной. — Друзья? — всё ещё неуверенно, но с надеждой вторил Ричард. — Ну конечно! Мы теперь все друзья, Ричард! — О, понятно… — Асбель, — уже неуверенно заговорила я. Без прошлого, при шатком настоящем и нерешённом будущем я не могла быть ни в чём уверенной. Да, сейчас мы были друзьями, сомнения не мучили. Но что будет дальше? — Если… Когда ты найдёшь мою семью, мы всё ещё будем друзьями? — Да! Конечно! — взмахнул руками Асбель. Его так сильно поразил мой вопрос, словно ответ мне должен был быть давно известен и не вызывать сомнения. — Спасибо, — еле слышно произнесла я, с трудом сдерживая слёзы. Не боли, хотя сердце ныло. Счастья. Меня не забудут. Я не исчезну из жизни Асбеля, даже если мы не будем вместе, как сейчас. — Да ладно тебе! — смутился Асбель. — Знаю! У меня отличная идея. Давайте мы трое подпишем договор дружбы! — Договор дружбы? — переспросил Ричард. Похоже, не я одна не понимала, что это значило. — Это традиция в нашем городе. Если вы вырежете свои имена на дереве и соедините руки, говорят, ваша дружба будет вечной. Асбель и Ричард взяли по заострённому осколку скалы и двинулись к дереву. Они чертили буквы с таким энтузиазмом, а я стояла в стороне. Друзья навеки — казалось несбыточной мечтой. И всё же мы были здесь. Они. Чертили свои имена. Я вскоре должна была присоединиться, завершив своим именем таинственный ритуал. Так почему же не покидало чувство, что вскоре нас разлучат навсегда? Что-то дрогнуло внутри, когда Асбель протянул свой камень и сказал с улыбкой: — Теперь ты, Софи! Я посмотрела на вырезанные имена, на буквы. Смутно знакомые, но так интересно начерченные. И тут меня будто что-то кольнуло в мозгу: я не знала, как пишется моё собственное имя. Имя, данное мне дорогим другом. — Я не знаю… как писать. — О, вот как… Ну, тогда мы сделаем это вместе! Ну же, ну же, иди сюда. Асбель вложил мне в руку свой камень и подвёл к дереву. Под своим именем и именем Ричарда он стал водить моей рукой, помогая вырезать данное им же имя. Мне было тепло. И от его близости, от прикосновений и дыхания, и от искорок чувств, танцующих в душе. — Со-фи, — по слогам прочитала я, вглядываясь в корявые буквы. — Так, хорошо, — продолжил Асбель, отойдя на шаг назад и вытянув руку ладонью вверх. — Теперь положите свои руки. — Мы послушались, и он накрыл наши руки своей. — С этих пор, неважно что случится… На руку Асбеля сверху положил вторую Ричард. — …мы трое всегда будем друзьями. Я последовала их примеру. — Мы всегда… будем друзьями. Я улыбалась. Чувствовала так ясно. Чувствовала, как душа поёт. Мы втроём закрыли глаза, наслаждаясь волшебным моментом. Этот пакт не был детской игрой или пустым ритуалом. Символ нашей дружбы был вырезан вовсе не на дереве, он был выгравирован самой судьбой на наших сердцах. — Отлично! — бодро воскликнул Асбель, словно взбодрившись. И убрал руки. — Теперь нашу дружбу ничто не сможет разрушить! И наш договор скрепило светом. Буквально: солнце медленно и красиво восходило, знаменуя конец долгой и тяжёлой ночи. Мы все трое подошли к краю утёса и смотрели вдаль, где огненный круг выныривал из морских пучин. — Ох… — тихо выдохнул в восхищении Ричард. — Я запомню этот вид и этот день на всю жизнь. Это было бесподобное мгновение, благословлённое всеми духами и богами этого мира, если таковые имелись здесь. Никаких тревог, никаких обязательств, никаких сомнений. Только покой, дружба и тёплый свет. — Господин Асбель! — нарушил идиллию чей-то знакомый голос. — Вы там? Господин Ричард! Где вы? Мы переглянулись и кивнули. — Эй, Фредерик! Мы здесь! — крикнул за нас Асбель и помахал рукой, после кинувшись навстречу солдатам и старику, искавшим нас всё это время. А затем… Я только моргнула. Всего раз потеряла из виду Асбеля и Ричарда, как они исчезли. Как и все остальные. Горная местность тоже сменилась на иную. Передо мной словно выросло серое здание, одиночное, с высокими надёжными дверьми. Мне стало страшно. Я не понимала, что произошло. Над головой сияли звёзды, светил лунный серп. Опять ночь? Куда же делся день? — Ас… бель… — будто бы моля о помощи, о совете, прошептала я. — Что такое, Софи? — тут же откликнулись за спиной. Как же я рада была его видеть! Едва не до слёз. Впервые за всё это время я испытывала такие сильные эмоции. Рядом с Асбелем стояли Хюберт и Черия, удивлённо глядящие на меня. — Софи, — осторожно обратилась ко мне Черия, — только не говори, что тоже боишься призраков? — Призраков? — переспросила я, всё ещё не понимая, что происходит. — Королевская Усыпальница всё-таки, — неохотно добавил Хюберт, поёжившись. Но ответить мне не удалось, как и подумать над происходящим. — Чего-то он совсем опаздывает. Асбель нервно постукивал ногой. Видно, мы уже долго кого-то ожидали. — Может, стоит уже сдаться и вернуться в гостиницу? — предложила Черия. — Должно быть, что-то серьёзное случилось. — Ричард бы никогда не нарушил своего обещания! — настаивал Асбель. — Он придёт. Я знаю. Так мы и остались ждать дальше. Ожидание было особенно мучительным из-за мучивших меня мыслей. Если бы мы были чем-нибудь заняты, было бы не так тяжело. Сколько времени я потеряла? Что успела забыть? Вдруг среди забытых воспоминаний было что-то очень важное? Как же больно было думать… Сердце ныло, угнетая и без того опущенное настроение. У меня не было прошлого, а теперь и настоящее грозилось ускользнуть сквозь пальцы. «Я не хочу терять ни крупицы своих воспоминаний. Они все важны», — пришла к выводу я. Но толку? Я никак не могла повлиять на свою память. То, что было забыто, исчезло бесследно. — Асбель, — Черия выглядела совсем вымотанной ожиданием, — думаю, мы прождали уже достаточно долго. Уже слишком поздно. Мы должны вернуться. — Я… — не сразу заговорил Асбель. — Я не понимаю. Почему он не пришёл? Асбель явно не собирался так просто уходить. Зачем-то он стал бегать по округе, что-то выискивая, как если бы Ричард прятался где-то, ожидая, когда его найдут. — Ребята, идите сюда! Я нашёл что-то, — показал он на узкий проход, заросший цветами. — Думаю, мы сможем пройти здесь. Несогласных в этот раз не оказалось: все смирились, что с Асбелем спорить бесполезно. Отказались бы — он бы пошёл один. Лучше приглядывать за ним было всем вместе! Я не помнила, как обычно выглядят склепы, но этот мне показался слишком пустым. На другом конце помещения был источник воды. И надпись гласила в переводе Хюберта на упрощённый язык: «Даже если ты сделал при жизни кучу плохих поступков, со смертью ты будешь прощён». Тайный проход, о котором упоминал ребятам Ричард, мы нашли быстро. Вёл он в подземную пещеру. Никакие доводы не моги убедить Асбеля не идти: ни то, что там темно и опасно, ни то, что мы так можем упустить самого Ричарда. На второе и вовсе Асбель заявил, что, раз уж Ричард должен был воспользоваться этим путём, чтобы попасть на нашу встречу, у нас будет отличная возможность встретить его по пути и хорошенько напугать. А пока напуган был только Хюберт. К слову, в тех пещерах, вернее, катакомбах, как их называл Хюберт, и правда были призраки… Неупокоенные духи, не имеющие ни чёткого облика, ни целей. С ними было неудобно сражаться. Не уверена, что мы могли им серьёзно навредить, зато отпугнуть на время удавалось. Было темно, но не «глаз выколи». Я не смогла углядеть источников света, но дорогу мы различали без особых проблем. Путь был почти прямой. Лишь раз нам встретилась дверь, уводящая в сторону, но… — Гр-р-р! — взъелся на дверь Асбель, усердно толкая. — Ах, ты же! Не открывается! — Смотри, щель между дверью и стеной вся в пыли, — заметил Хюберт. — Дверь не откроется, потому что не использовалась уже долгое время, — подтвердила Черия. Но на Асбеля подобные доводы не действовали. У него была своя логика. — Эта глупая дверь выводит меня из себя! Не позволю ей победить меня! — Как можно победить или проиграть двери? — озвучил мои мысли Хюберт. — Были бы среди нас взрослые, они смогли бы её открыть. — Я хочу открыть её и увидеть, что на другой стороне! Если я попрошу взрослых — это всё равно что проиграть! — Да кого волнует эта идиотская дверь?! — наконец вспылила Черия. — Лучше поторопимся и найдём Ричарда! — Когда-нибудь я тебя открою! — рыкнул Асбель, собираясь последовать за Черией. — Попомни мои слова! Хюберт тяжко выдохнул, стоя рядом со мной, и произнёс в пустоту: — Поверить не могу. Он только что пообещал отомстить двери… Мы прошли ещё какое-то время, пока не попали в просторную часть пещеры, не такую, как остальные. Впереди на пьедестале стоял одинокий гроб из серого камня у резной стены, выделанной в виде врат. Вдруг меня словно током ударило. За мыслями о потерянной памяти я упустила чувство тревоги. Сейчас же оно стало таким, что уже ничто другое не казалось важным. Я сделала пару быстрых шагов вперёд и стала обеспокоенно осматриваться. — Что такое, Софи? — поинтересовался Асбель. Меня едва не трясло. Делая глубокие вдохи, я старалась выровнять дыхание. Ни в коем случае нельзя было терять самообладания. Какими бы лидерскими качествами не обладал Асбель, самой сильной оставалась я. Сражаться — было моей задачей. И что-то подсказывало мне, что от этой битве всем остальным следовало держаться подальше. — Здесь опасно, — твёрдо произнесла я. Что-то пролетело над нами. — А, смотри! — показал на стаю немаленьких летучих мышей Хюберт. Одна из них была особенно большой. — Что за фигня?! Мыши — не то, что меня беспокоило. Они были такой мелочью по сравнению с тем, что ожидало в скором будущем. Я чувствовала, как это что-то приближалось. С летучей стаей Асбель с братом справились бы прекрасно сами. Со мной просто вышло быстрее. — Воздух тяжелеет, — после битвы отметила я, пока братья пытались отдышаться. — Чем бы это ни было, оно приближается. «Откуда?» — меня интересовал сейчас больше всего именно этот вопрос. Зная, откуда произойдёт нападение, можно было эффективнее защититься. — Асбель, — обратилась я к другу, — здесь небезопасно. Нам нужно уходить отсюда сейчас же. — Да не о чем волноваться! — не понимал он. — Мы уже разобрались с монстрами. — Асбель, смотри! — перебил меня Хюберт, тыча пальцем в сторону гроба. — Там кто-то есть! Я обернулась. Интересно, я правда его не заметила, или же он сам выполз за время битвы, но перед гробом на полу лежал Ричард. — Погоди-ка, разве это не… Ричард! — Асбель бросился к другу, а я только и успела крикнуть: — Асбель! Не иди туда! «Только не умирай!» — не могла я избавиться от мысли. Она молнией промелькнула в голове. Так ярко, что я до сих пор видела её перед глазами. Казалось, я вот-вот заплачу от беспомощности. — Ричард! Ты в порядке? Очнись, Ричард! Я не могла оставить Асбеля без защиты, потому скоро подбежала к нему. Но я забыла кое-что… Защиты требовал не только Асбель. Когда я обернулась, было уже поздно. Оно появилось за их спинами, материализуясь из чёрной дымки. — Черия! Хюберт! Берегитесь! — бесполезный крик. Как он мог помочь им? Если бы я только не подбежала к Асбелю, у меня был бы шанс их защитить. Двумя сильными ударами чудовище раскидало ребят в стороны. Ударившись о скалистые стены, дети потеряли сознание. — Ч-что это за чертовщина? — оцепенел Асбель. Перед нами стояло нечто непонятное и ужасающее. У этого не было ног, оно держалось на чёрном дыме, воронкой уходящей к земле. Красная плоть прикрывалась осколками костяной массы. Половину тела покрыл сплошной чёрный нарост. Оно было высоким, в несколько раз больше взрослого человека. Не торопясь атаковать нас, монстр покосился на Черию. Думало ли оно о том, чтобы добить? — Держись позади! — приказал Асбель мне и ринулся на помощь. Первой же атакой монстр отбросил Асбеля обратно. Я вышла вперёд, не собираясь подпускать чудовище к другу. Но Асбель был ещё в сознании, и сдаваться он не умел. Пробежав мимо меня, он… Я так этого боялась. Я так хотела его уберечь! Острые длинные когти пронзили маленькое тело насквозь. Словно пушинку оно подбросило ребёнка к потолку, откуда тот полетел обратно вниз, где я его и поймала. — Этого не могло произойти… — охрипло произнёс Асбель. — Я не верю… Раны были серьёзными, но не смертельными, если вовремя оказать помощь. Поэтому мне нужно было как можно скорее разобраться с монстром. Асбель хотел мне что-то сказать, но сознание ускользнуло от него вместе с моим именем, произнесённым почти неслышно. Я была готова. Теперь я была готова сражаться всерьёз. Энергия заполняла тело, от меня начал исходить свет. Эта сила… Она была создана для уничтожения одного-единственного существа. Этой силой я собиралась сокрушить врага, стоящего передо мной. И сделать это нужно было быстро! Битва помутнила мой рассудок. Я почти не помнила её. Память то отключалась, то восстанавливалась, но если такова была цена спасения моих друзей, я могла пережить это. Не заметила, как монстр повредил мне левую руку. Не запомнила, как припечатала чудовище к земле. Неважно. Всё было неважно! Главное, что он лежал теперь передо мной и не двигался, а значит, можно было позаботиться о ребятах. Ближе всех был Асбель. К нему я и подошла, шатаясь от усталости. Упала на колени, крепко сжимая левое плечо. Оставалось только разбудить… Лишь бы проснулся. — Софи?.. — его голос воистину был усладой для слуха. — Я так рада, — слова давались тяжело. — Ты открыл глаза. Первым, после меня, он увидел поверженное чудовище и отвернулся. — Это всё моя вина. Это было ошибкой. Я не должен был приводить вас сюда. Мне так… жаль. Невзирая на чувство вины, он посмотрел мне прямо в глаза. Он не искал прощения, лишь хотел выразить искреннее сожаление. — Знаешь, ты дал мне так много, когда у меня не было ничего. Благодаря тебе я нашла смысл своего существования. Спасибо, — я улыбнулась и получила улыбку в ответ. Не уверена, что Асбель полностью понял смысл моих слов, но чувства перенял точно. Я помогла ему сесть. Вроде держался ровно, не падал обратно, только морщился от боли. Нужно было возвращаться, залечивать раны. Раны… Слишком беспечна. Резкий рывок — меня пронзило насквозь и понесло дальше вперёд. Рука монстра превратилась в толстый штырь и удлинилась, смешавшись с чёрным дымом. Также резко монстр выдернул руку из моего живота, оставляя дыру внушительного размера. Не могла дышать. Я оборванно двигалась, силясь встать, но похоже это было больше на конвульсии. Пыталась зажать рану, но она была слишком широка. И сочилась из неё не кровь. Всё это время, сама того не осознавая, я не была человеком. Капли света сияли на месте дыры. «Значит… есть только один выход». Я знала. С того мгновения, как сила проснулась внутри меня. Чужая сила — я знала. Чувствовала. И тело чужое! И жизнь! Настоящими были только мои чувства. И эта сила… Цена ей — моя жизнь. Жизнь сосуда, в котором я находилась. А я? Меня и вовсе здесь быть не должно было. Не должно было существовать. А Асбель во что бы то ни стало должен был выжить. Моя память — ненадёжна. Моя жизнь — мне не принадлежит. Зато Асбель будет помнить. Помнить меня, не её! В его воспоминаниях я буду жить. Поэтому он должен выжить! Ведь если я не буду сражаться, умрут все. И я. Напрасно. Встать было невероятно тяжело. Сила воли поддерживала меня, не давая упасть. Решимость позволила разбежаться и атаковать. А потом всё померкло… в свете.

* * *

Проснувшись, первым делом схватилась за живот: болел нещадно. Скулить была готова. Через секунду зажала рот и ринулась к «белому другу». Выворачивало наизнанку, словно внутри меня всё перекрутило. Мне даже неважно было, что снилось, хотя этот вопрос обычно всплывал одним из первых. Мне было плохо. Очень плохо. Когда же слега полегчало, я заметила на душе слабый след чувства исполненного долга. Это было более чем странно, учитывая, что я обнимала унитаз, стоя перед ним на коленях. «Даже думать не хочу, что мне такого могло присниться…»