Дни затишья

      Мика внимательно смотрит на Юичиро, и ему хочется отвернуться. Выйти из комнаты, пересидеть где-то ещё полчаса, главное не видеть Юи, сейчас это не он — это демон, что взял под контроль его тело.       Время одержимости Мика ненавидел всей своей сущностью, ведь ему почти физически больно наблюдать за Юи в эти моменты.       Губы Юи искривлены в нахальной улыбке, и произносят они такие слова, что не будь это речами демона, они бы давно ранили Мику. Но Мике всё равно больно, но не от слов демона, а от того, что допустил подобное, что не уберег такого важного для себя человека. Если бы он был сильнее и внимательнее, то такого бы не случилось, — думает он; однако исправить уже ничего не может.       От этого отчаяние лишь сильнее сдавливает хватку на его горле, напоминает: он мог этого избежать.       Но не сумел.       Сколько бы он не говорил, что спасёт Юи, что сможет защитить его, — все эти обещания оказались только пустым звуком в итоге.       Он может сейчас только присматривать за Юи, который в таком состоянии может навредить не только себе, но и этим людишкам, которых зовет «друзьями». Мике на них всё равно, однако, он не хочет, чтобы потом Юи-чан убивался из-за того, что навредил им. Лишняя осторожность в любом случае не помешает. Вампир снова остаётся рядом с ним, и пусть ему от этого духовно лишь больнее, он считает это достойным наказанием за неспособность защитить Юи в нужный момент.       Демон вновь задиристо окликает его. Просит освободить, говорит, что ему уже больно от этих цепей, а потом улыбается так пугающе, будто бы с него уже сняли все оковы. Мика на это злорадно хмыкает, это только сейчас он такой довольный, такой с виду невинный, но когда поймет, что и в этот раз его не освободят, он покажет всего себя.       Так случается вновь. Демон кричит, приказывает отпустить, угрожает, но сделать ничего при этом не может. Беспомощность подогревает его гнев, и он утробно рычит, скаля клыки.       Выбраться ему это не помогает.       А Мика начинает отсчет.       Вот-вот Юи очнется и всё будет почти хорошо. Микаэла не знает, что именно нужно сделать, когда контроль демона спадет — беззаботная улыбка Юи-чана заставляет его теряться. Ему страшно за него. Он ведь понимает всю серьёзность проблемы, ведь так? Тогда почему так улыбается?       Мика не понимает или не хочет этого делать. Но он знает точно, что сейчас нужно запрятать все самообвинения как можно дальше, чтобы Юи, открыв глаза, не заметил их — ему не стоит переживать ещё и из-за этого, — и собраться.       Ведь сейчас ему нужно хорошенько отругать этого идиота, чтобы собственное волнение нашло выход.       Юи наконец-то открывает глаза...